Глава 64. Глубокое проникновение

Следующие пару часов, оставшихся до обеда, я просидела как на иголках, пытаясь сконцентрироваться, упорядочить все, что есть уже по обоим делам, и как-то красиво сочинить отчет начальству, не ставя его в известность о глубине задницы, в которую мы провалились.

– Вот ведь как чуяла! Чуяла, что мы от кончика хвоста дойдем до его начала и на этом не остановимся, – выдохнула я, сжав руками раскалывающуюся от мыслей голову. – Но зачем нам понадобилось забредать настолько глубоко, не понимаю!

Обед я закидывала в себя машинально, не очень понимая, что именно я ем. Изильда следила за мной с искренним сочувствием, но помалкивала.

Зато когда мы вернулись, ко мне подсел Алекс и положил на стол лист бумаги с прямоугольниками, точками и пунктирной линией от двух прямоугольников в одну из четырех точек.

– Смотри! Эта точка – ты, изначально стоящая вот здесь. – Он ткнул чуть левее, убирая меня с пунктирной линии, которую он продолжил и ткнул в другую точку. Находящуюся в центре между двумя другими. – Ты сменила ипостась и двинулась к нам. Очень быстро, я только голову успел опустить и снова поднять. Конечно, это было предсказуемо, но снайпер как раз в этот миг мог выстрелить в Дилана, которого мы с Брендоном очень удачно… эм… распяли, так скажем. Он был весь полностью открыт. И, опережая твой вопрос, вероятнее всего, целью был именно Дилан. Не Брендон. И уж тем более не я. Брендона вообще там могло не появиться. Зато снайпер вполне мог догнать вас и устроиться поудобнее, пока вы друг другу морды правите, чтобы потом удачно пальнуть и закрыть рот оборотню, который слишком много знает. Ведь если бы не Дилан, мы бы про незаконные операции на химерах не додумались.

– Ну… тут еще Нола помогла, – пусть и немного цинично вышло, зато правда. Второе запутанное дело пролило яркий солнечный свет на первое. – Но ты прав, Дилан слишком много знает. К тому же на него можно было свалить то, что не удалось скинуть на Энни и ее трех подельников. Мертвый он бы уже не смог возражать и оправдываться. – Я мрачно посмотрела на Алекса и попросила: – Усильте охрану этого оболтуса. Мало ли, Гарри решит подстраховаться и повторить попытку убрать свидетеля.

– Кстати, на вечеринке был знакомый Нолы еще по тем временам, когда она выглядела несколько иначе, – вклинилась Изильда, дождавшись, когда мы закончим обсуждать перемещение точек в пространстве. – И это тот самый парень, которого она соблазнила прямо под носом претендующей на него Жанны.

– Он, случайно, не тигр? – с ехидством поинтересовалась я, чувствуя, что мне уже действительно нужно в отпуск. Давно я так не выматывалась морально, как от этого обезьяньего дела, которое никак не хочет раскрываться, вместо этого разрастаясь, как комочек снега, пущенный с горки…

– Нет, но у нас же сама Нола тигрица, – напомнила мне Изильда.

Выяснить звериную ипостась оборотня после смерти очень сложно. Иногда даже не понять, оборотень он или обычный одноликий. В документах Нолы Улдейшен ее зверооблик указан не был, но мы-то теперь действительно знали, что она тигроослица, у которой передние лапы тигриные, а задние…

– А грязь под ногтями у Нолы проверили? – внезапно озарило меня. – Что там у нее… Вообще, мне, похоже, нужно к экспертам, потому что у меня есть очень оригинальная идея.

Я отправилась к Матису, прижимая к груди мобильный и уговаривая себя не звонить Брендону. Хотя время уже далеко за полдень, но он же отправил мне сообщение, что добрался, и хватит… хватит его контролировать! Или это нормально, позвонить и признаться, что волнуешься? Может, он как раз этого и ждет? Выйдя из лифта, я решила, что имею право творить все, что мне вздумается. В конце концов, я действительно волнуюсь, особенно в свете свалившейся на нас новой информации. Я сейчас даже за Дилана переживаю!

– Привет! Ох, сколько уже… У тебя все хорошо? Прости! У ребят тут работы навалом, я впрягся немного помочь и увлекся. В следующий раз будильник поставлю. – Брендон вроде бы пытался шутить, только в голосе отчетливо слышались виноватые нотки. – Я тут до вечера, потом приеду за тобой, да?

– А может, лучше я за тобой? – не поняла даже, как у меня эта фраза вырвалась. Вообще ни о чем подобном не думала. Но мой грифон обрадовался так, что даже заклекотал, как в первый день нашего знакомства при виде рыбы. И я поняла, что действительно хочу посмотреть и на его друзей-кентавров, и на русалок, и на молодых грифонов, которых он взял с собой, и… даже на эту деревушку, Мушкулары, и то, как они из нее пытаются создать городок для химер.

Довольная и окрыленная, я дошла до судмедэкспертов и уточнила, брали ли анализы из-под ногтей Нолы.

– Конечно, мы полностью обследовали тело, – заверил меня молоденький мальчик, скорее всего практикант. – Вот отчет, смотрите. Ничего поддающегося идентификации.

В итоге путем наводящих вопросов мне удалось выяснить, что моя идея не так уж и фантастична. Жертва вполне могла оцарапать себя сама, следы под ногтями не противоречат этому утверждению. Вот только она при этом умудрилась оцарапать кого-то еще.

– Результаты экспертизы не противоречат заключению патологоанатома. – Мальчик попытался сначала объяснить мне все по-умному, но потом сдался и перешел на более-менее понятный язык. – То есть она умирала от удушья и вполне могла в панике провести себе по шее когтями, а до этого исцарапать убийцу.

– А собственное лицо она разодрать не могла?

Молоденький эксперт застыл, переваривая смелость моего предположения.

– Там так все… Настолько… Но… Нет, это надо поговорить с кем-то из старших… Но в принципе…

– А где, кстати, все? – Я оглядела пустующий кабинет и вопросительно взглянула на паренька.

– Совещание у них. О недопустимости разглашения посторонним конфиденциальной информации, – отчитался мне мальчик, преданно глядя в глаза.

– Замечательно. – Едва сдерживая смех, я с серьезным лицом дошла до лифта и только там рассмеялась. Конечно, те, кто поднимался вместе со мной, косились на меня с легким недоумением, но мне было настолько смешно, что до кабинета я точно бы не дотерпела. Совещание. О недопустимости разглашения посторонним. Милый мальчик… Конечно, я же не посторонняя, в конце-то концов!