Глава 88. Поиск связей

Вечером мы все встретились в больнице. Я приехала туда после работы, парни – из дома. Нас вызвали, потому что случилось сразу два важных события.

Во-первых, Геомин вышел из палаты в туалет и пропал, сбежал. С учетом нашего с ним разговора вроде как повода для волнений не было. Он предупредил, что собирается улететь в Джифрию. Но все равно было волнительно – вдруг до него добрались или убийцы от обезьян, или посланцы от до сих пор не вычисленной политической поддержки банды? Главное, никаких знаков или записок обезьяна не оставил, а ведь мог бы! Хотя бы сообщение на мобильный отправил…

Но гораздо сильнее я переживала о бабушке Брендона и Дилана, Рут Антельсмейн. Вот уж кто точно находился в группе риска.

Она могла претендовать на наследство Гарри, так как была более старшим родственником, и могла знать, кто сымитировал ее убийство, похитил и спрятал в приюте. То есть была опасна. Очень.

Конечно, после нескольких месяцев на препаратах, разрушающих разум и способность логически мыслить, ей потребуется время для восстановления.

Вот только вторая новость как раз и была о том, что Рут более-менее пришла в себя, частично вернулась в реальный мир и условно способна связно мыслить. Позвонивший мне врач был отчаянный перестраховщик, поэтому все позитивное он сообщал очень осторожно.

Из его слов я поняла, что женщина заговаривается, путается в воспоминаниях и в датах, но уже осознает, что находится в больнице. И что вчера были не галлюцинации, а у нее действительно появились два взрослых внука. От такой новости можно и по новой умом тронуться, по-моему. Но Рут оказалась крепкой на голову, несмотря на попытки похитителей максимально испортить ей разум.

Я оставила парней знакомиться с бабушкой, а сама взяла на себя переговоры с ее лечащим врачом.

– Боюсь загадывать. Препараты были очень сильные, и три месяца – довольно длинный срок. Конечно, мы очистили кровь, провели несколько оборотоисцеляющих процедур, запустили процесс регенерации поврежденных органов, и теперь вся надежда на милость Бастет.

Когда медик рассказывает тебе, что здоровье его пациента в руках богини, это означает, что он сделал все возможное, но результат лечения его не радует.

– Есть какие-то побочки или что-то идет не по плану? – Для меня Рут пока еще была посторонним оборотнем, поэтому я могла спокойно выяснять ее состояние, почти не сопереживая. Почти…

– Выздоровление идет даже быстрее, чем мы рассчитывали, – успокоил меня врач. – Но, учитывая возраст потерпевшей, для полного восстановления потребуется долгий и строгий медицинский контроль. Правильное питание и отказ от всех возбуждающих веществ.

– Угу. – Кажется, я поняла, к чему все движется. – Медстраховка Рут не покрывает запланированные вами расходы? Я доплачу…

– Наша больница может заключить с вами договор, это обойдется вам значительно дешевле…

Что ж, финансовые проблемы обсуждать, может, и не слишком радостно. Но все же гораздо приятнее говорить о денежных тратах, чем об ухудшении здоровья.

Через сорок минут я уже была обладателем контракта с больницей. Рут Антельсмейн полагалась даже личная сиделка, и все это действительно с очень большой скидкой. Похоже, договоры с конкретными медучреждениями не так уж и невыгодны. С другой стороны, меня с радостью примет любая больница, а Рут в течение года будет привязана к этой. Но это мелочи. Главное – бабушке Брендона стало лучше, скоро я смогу ее допросить и выяснить, что она помнит…

Вернувшись в палату, я тихонечко уселась в уголочке, чтобы понаблюдать за троицей воссоединенных родственников. Странно, но Дилан крутился вокруг Рут даже активнее Брендона. Вернее, не совсем так. Старший из братьев пытался разговорить новоприобретенную бабулю, а младший привычно ухаживал. Сходил за ужином, причем не только для бабушки, но и мне захватил перекусить. Поправил подушки. Проверил, не закончилась ли капельница. Принес попить. Все это время Дилан, как большой ребенок, рассказывал Рут о своей жизни, но при этом иногда задавая и ей вопросы, вежливо замолкая, когда надо, и внимательно слушая. Можно сказать, что братья работали как хорошая команда.

И благодаря Дилану мне даже не понадобилось самой участвовать в допросе потерпевшей. Перед отъездом из больницы я знала достаточно внушительную часть истории о завещании. По крайней мере все, что Рут помнила.

Несколько месяцев назад она рассказала Энни про внука и попросила забрать его из храма. По ее расчетам мальчик как раз вырос, и ему нужна была поддержка для жизни в реальном мире. Но верховный жрец не отдал его, потыкав в долговые расписки. Обе женщины погрузились в планирование. Они хотели забрать Брендона, но не хотели привлекать внимание полиции, так как Энни знала о совместном бизнесе Гарри Сойшена и обезьян. Рут была уверена, что ее мать лишь подозревала о наличии какого-то совместного не очень законного дела, а не о том, что именно это за дело. Оба брата предусмотрительно не стали делиться с бабушкой страшными историями о том, в чем именно заключался этот совместный бизнес.

И тут Сойшен пришел к Энни с предложением написать завещание в пользу Родиша. Естественно, та насторожилась. И тогда дамы Антельсмейн придумали план. Рут должна была исчезнуть на время, а Энни оформить завещание так, чтобы половина денег переходила ее дочери, и шантажировать этим Сойшена, пока тот через свои каналы не выкрадет из храма Брендона.

Вот только женщины не учли, что адвокат, которому они доверяли, окажется не на их стороне. Он действительно помог сымитировать смерть Рут, но при этом чуть не довел бедолагу до дурдома.

Однако, как я понимаю, Энни умудрилась добиться спасения Брендона. Или, наоборот, Гарри хотел с помощью Брендона заставить свою куму переписать завещание. Этот нюанс нам еще оставалось выяснить. Но долгая и спокойная жизнь Энни была в интересах Сойшена, она должна была умереть, не привлекая внимания, а не от когтя грифона рядом с тремя трупами храмовников.

Непонятно, почему все закончилось странным и нелогичным массовым убийством, хотя все карты для шантажа и мирного решения вопроса были в руках Гарри. Да еще и кровь Сойшена на клюке Энни! Абсолютно непонятно… Но Сойшен во всем этом замешан, ведь коготь мы нашли у работающего на него снайпера. Того самого, кто пытался убить Дилана, а вместо этого подстрелил меня. Так что… Надо допросить этого снайпера, добраться до него правдами и неправдами, желательно до суда. Наверное, придется привлечь начальство. Здесь нужны связи несколько выше уровнем, чем у меня.