Глава 21

База Убур-Руи, планета Регулан

11:15 м. в.

День 1898 от начала событий

Вель

Моё сердце колотилось в груди, словно раненая птица. Только богам известно, каких усилий стоило мне сохранять невозмутимость перед посторонними, пока я шла к себе. Хотелось не просто плакать — хотелось кричать от боли и кататься по полу. Ведь он отказался… отказался, хотя я готова была поставить на кон всё, что имела, лишь бы он жил! Какой же упрямый дурак…

Мне так хотелось рассказать ему обо всём, что я едва сдержалась. И хорошо, что сдержалась — ведь у меня хотя бы появилось время подумать. Иначе наш откровенный разговор стал бы началом конца. Я даже представить не могла, как Рэвул воспримет правду.

Я шла через всю базу к её регуланской части, задыхаясь от невозможности дать волю эмоциям. Я ведь Вель Омф-Кадеш, а не какая-нибудь нежная офицерская дочка! Лишь закрыв за собой дверь комнаты, я позволила себе слёзы — беззвучные, горькие, оставляющие солёные дорожки на щеках и стекающие по подбородку на грудь, щекоча кожу и быстро остывая.

Рэвул…

Как легко было тебя ненавидеть за то, кто ты. За то, кем мы должны стать друг для друга. И как же тяжело было тебя любить…

Ты пробрался в моё сердце не хитростью — нет! А бескомпромиссной честностью, искренностью и яркостью эмоций. Нежностью грубых рук, лаской твоих поцелуев и тем, как ты любил меня… Любил бы , будь я твоей истинной. Если бы между нами было настоящее сопряжение, а не обман… Не эта ненавистная мне иллюзия…

Видят боги, я пыталась следовать своему плану. Старалась не зацикливаться на тебе, ненавидеть тебя как прежде, даже сильнее. Но офицер Тиа-Талла, на соблазнение которого я потратила всего вечер, быстро наскучил мне. Не понимаю, как это случилось, но мужчина, при одном взгляде на которого я таяла с первого дня учёбы в Убур-Руи, вдруг показался мне самовлюблённым дураком на фоне неотёсанного киранца!

А ведь я ненавидела представителей этой расы. Сама мысль о том, что киранец будет касаться меня или просто находиться рядом, была мне отвратительна! Но Рэвул…

Он тихо, незаметно, как умеют только хищные звери, прокрался к моему сердцу. Схватил его и утащил к себе в берлогу, откуда мне его было уже не достать. И я была этому… рада? Да, именно рада!

Я не выдержала и закрыла лицо ладонями, позорно расплакавшись. Зачем я пошла к брату? Проклятье… Я испугалась! Испугалась того, что будет! Желаний Рэвула и того, что никогда не смогу дать ему то, что ему нужно… То, что, как оказалось, на самом деле нужно и мне.

Семья? Дети? Никаких войн и Легионов. Никаких тайн и обмана… Но вся любовь Рэвула ко мне выросла на лжи. Что останется, если я раскрою правду? Полюбит ли он меня такой, какая я есть? Простит ли? Позовёт ли с собой на Кира?

А я бы полетела. Забыла всё и всех, лишь бы быть с ним до конца жизни. Лишь бы он любил меня так же сильно и искренне, но по-настоящему, без иллюзий. Вот только возможно ли это?

Я столько раз думала о признании, что уже стёрла эту мысль в кровь. По ночам представляла, как снимаю воздействие, и Рэвул замирает, не понимая, почему не ощущает моего аромата. Как встаёт рядом и смотрит другими глазами — жёстко, хмуро… как на любого другого регуланца. А я говорю правду, от которой у меня на куски разрывается сердце, а у него от злости сжимаются кулаки.

Если не считать наш неловкий первый раз, Рэвул никогда не причинял мне боли. Его грубые руки дарили только ласку, а острые клыки — были созданы лишь для обворожительных хулиганских улыбок. Но смог бы он причинить мне боль сейчас?

Пожалуй, на его месте я бы не просто хотела себя задушить. Я бы хотела заставить себя страдать! Именно об этом я подумала, когда он предложил мне улететь на Кира. Ведь если мы настолько сблизимся, я уже не смогу скрывать правду, и моё признание станет закономерным финалом наших отношений.

Ведь без лжи не было и нашей «любви». Не было никакой Вель и Рэвула… Только легионер и обманувшая его эвари. Только киранец и влюбившаяся в него по уши регуланка…

О чём я только думала, боги… Неужели о том, что Эджу смог бы мне помочь? Защитить? Погрозить Рэвулу пальцем, чтобы тот смирился — согласился жить как раньше, не думая о будущем, свободе и детях, а ещё бесконечно проливая кровь за интересы чуждого ему Регулана?

Нет. Я наивная дурочка. Я просто тешила себя надеждой, что неизбежное никогда не случится. Что если закрыть глаза и достаточно хорошо заткнуть себе уши, то можно будет и дальше жить в своём приятном уютном мирке, не обращая внимания на ужасы вокруг.

Но что же мне было делать со своей жизнью теперь? Я не могла спасти любимого, не предав при этом родного брата! Но я любила и Эджу тоже! И просто не смела его ослушаться… Это было для меня всё равно что предать память отца!

Эджу и Рэвул… Рэвул и Эджу… Как два одинаковых груза на чашах весов. Один — моё прошлое, которого никогда не было. Другой — моё будущее, которое никогда не должно было наступить. И оба в моём сердце, словно ночь и день, холод и жар, вдох и выдох… И с обоими у меня на самом деле ничего не могло быть.

Я запуталась. Я потерялась. Я словно тысячу лет бродила во тьме своих мыслей; шла не теми дорогами, выбирала не тех мужчин. Ведь как можно испытывать запретные чувства к брату? И как можно полюбить врага, которого соблазнила, чтобы предать?

Наверно, всё дело было в том, что я на самом деле девочка… Маленькая, заблудившаяся девочка, которая слишком рано потеряла родителей и так и не научилась жить эту жизнь. Не обрела никаких ориентиров во тьме, кроме собственных желаний. Я ходила в этой темноте с протянутой рукой, ожидая того, что кто-то возьмёт меня за неё и проведёт. И вот взяла за руку Эджу. А потом Рэвула…

Я подняла взгляд к потолку и прикусила губу, мысленно взывая к тому единственному, кто сейчас мог бы мне помочь.

Папа… Где же ты, папа, когда ты так нужен? Ты всегда давал мне только верные советы… И как же кто-то настолько мудрый, как ты, мог предать Регулан? Почему ты оставил нас? Смотри, каким жестоким и беспринципным без тебя вырос Эджу. Смотри, какой безрассудной и трусливой выросла я… Кажется, именно твоё предательство навлекло на нас гнев Четырёх Меченых и теперь мы все прокляты Первой кровью за твоё предательство. Скажи, я проклята, папа? Да? В этом же всё дело?

Вот только должен ли Рэвул вместе со мной сгинуть от этого проклятья?

Я сказала Эжду, что с радостью убью для него киранца, но это была ложь. На самом деле я не желала Рэвулу смерти… не теперь, когда так привязалась к нему.

— Но даже если мне и удастся его спасти, то мы уже никогда не будем вместе, потому что иллюзия не устоит за пределами стен Убур-Руи и рано или поздно рухнет. — Дрожа от волнения, прошептала я. — Погребёт под своими обломками и меня, и Рэвула. И, боги… как же это будет больно…

Я дёрнулась, услышав в своей комнате медленные громкие хлопки, и тут же вскочила на ноги, во все глаза смотря прямо перед собой.

— Какая… красивая любовь. Какая драма! — с издевательским тоном воскликнул незваный гость, и у меня сердце ухнуло куда-то вниз. Словно в самую чёрную бездну, на недосягаемом дне которой таилась вечная мерзлота.