Глава 15
Майя
— Ничего опасного, — мягко говорит Сайрос, нехотя отстраняясь. А Оберон со вздохом накидывает мне на плечи снятый было китель.
— Система засекла неопознанное вторжение в этот космический сектор, — объясняет темноволосый маршал. — Судя по данным, это небоевой шаттл. Должно быть, кто-то из его командования просто неверно заполнил протокол. Но придётся проверить…
— Вернём тебя в академию… Пока что.
— Но обязательно продолжим позже, малышка, — обещание подкрепляется сладким поцелуем, от которого я невольно поджимаю пальцы ног.
***
Вскоре я уже шла по коридорам академии разомлевшая и счастливая. Губы всё ещё горели от жаркого поцелуя, которым сначала наградил меня Оберон, а потом и Сайрос. Внутри тихонько позвякивало от счастья — будто колокольчики раскачивались на ветру.
Настроение было столь чудесным, что всё кругом окрашивалось в радостно-розовый. Даже Ида и Зоя, которые встретились мне в коридоре, вдруг показались очень милыми девушками, а когда Алистер Дрейк вышел из своего нового кабинета и заметил меня — то я широко ему улыбнулась.
Профессор так зыркнул, будто приведение увидел. Разве что у виска пальцем не покрутил. “Адептка, хватит здесь чадить своим гормональным безумием”, — проворчал он, поскорее проходя мимо. Ну не любил Алистер, когда рядом кто-то радуется жизни — но сегодня меня это не трогало.
“Вы тоже когда-нибудь встретите свою любовь”, — мысленно послала я в спину профессора и пошла дальше, едва не пританцовывая. На шее под рубашкой кожу грело изящное колье из сгаэлита. Его ценность для меня была не в цене, а в том — что оно от маршалов. Маленькое доказательство, что свидание на крейсере мне не привиделось.
Удивительно, но эмоции, которые во мне вызывали эти невероятные мужчины, не шли ни в какое сравнение с тем, что я принимала за любовь к Роланду. Это всё равно что сравнить дождевую каплю и океан. Последний не спрашивает — просто сносит мощной волной, и лучше не сопротивляться, а просто отдаться безумию стихии.
Вот примерно так я себя сейчас и ощущала.
Будто позволила океану катать меня на волнах.
Тело всё ещё помнило касания маршалов, их горячие поцелуи.
Сосредоточиться на чём-либо ещё было нереально! Но я всё же попыталась. Любовь-любовью, а учёбу никто не отменял.
Я проверила расписание — оказалось сегодня у многих групп — занятия. А вот я официально освобождена, что было помечено в моё электронном табеле.
За один день пропуска стыдно мне не было.
Дойдя до научного корпуса, я зашла в лабораторию. Тут было пусто. Так что я без опаски порылась в реагентах и взяла образцы тоника, благодаря которому я и попала в сон к маршалам. Наверняка им захочется изучить состав получше, чтобы разобраться в феномене. Да и мне было интересно разобраться… Я, конечно, рада, что он сработал не так, как нужно, и это привело к знакомству с маршалами. Но всё же почему так произошло, я до сих пор не понимала.
Распихав колбочки по карманам, я уже хотела уйти, как вдруг до меня донёсся приглушённый всхлип. Нахмурившись, я огляделась. И пошла на звук. Заглянула в соседнюю комнату — ту саму, где стояла Эф-дуга.
Свет был выключен, аппаратура не горела, но в уголке комнаты я обнаружила сжавшуюся в комочек девочку с тёмными волосами.
Это была Веста. Она сидела прямо на полу, как брошенный котёнок.
— Эй, что случилось? — позвала я, и она вскинула большие заплаканные глаза.
— Майя… — удивлённо пробормотала она. И тут же замотала головой, а потом. Ничего, правда! Не волнуйся. Просто… — и снова она всхлипнула. Спрятала лицо в ладонях, пробормотала: — Правда, ничего. Прошу, не беспокойся…
А у меня упало сердце.
Как это — не беспокоиться?!
Кто посмел обидеть эту малышку?!
Кто бы это ни был, я уже хотела его придушить! Или облить чем-то особенно противным, чтобы вовек не отмылся!
Приблизившись, я присела и обняла первокурсницу за хрупкие плечи.
— Расскажи, Веста.
— Я… я не хочу доставлять тебе проблем, Майя. Я и так постоянно это делаю, — жалобно пробормотала она какую-то форменную ерунду.
— Что за глупости! То, что тут дуга сломалась тогда, это не ты виновата — а тот, кто поставил старую модель и экономил на обслуживании! Ты никаких проблем не доставляешь! Я теперь не уйду, пока ты не расскажешь, что случилось!…может, к тебе опять Бойрон прикопался?
По тому, как девочка вскинула на меня глаза, я поняла, что попала в точку. И почувствовала, как наполняюсь праведным гневом. Аж щёки запылали. Бойрона уже сместили, а он всё никак не успокоится!
— Что он от тебя хочет?
Веста шмыгнула покрасневшим носом, неловко вытерла слёзы и глухо пробормотала:
— Это из-за практики…
— Расскажи подробнее.
— Меня должны вот-вот забрать на прохождение заграничной практики… В империи Гуань. Уже сегодня! Корабль с теми, кто на это подписался, скоро отбывает. Но я… я не помню, чтобы вообще на такое соглашалась! Однако директор… он показал мне бумаги. Там моя подпись. А при отказе будет неустойка. Просто огромная цифра! Я должна ехать… Но я ничего не подписывала! Я такого не помню. Но может, я забыла? Я могла… Не хочу ехать… — её плечи снова затряслись, и она закрыла лицо руками.
История попахивала чистым бредом. Какая ещё “огромная неустойка” при отказе ехать? И почему такая спешка?
— Веста, если ты не хочешь, то никуда не поедешь, — твёрдо сказала я.
—Но неустойка…
—Не переживай об этом. Мы что-нибудь придумаем. Никто не имеет права тебя заставлять, — успокаивая девушку, я гладила её по волосам, а сама напряжённо думала.
Практика в Гуань…
Гуань — это большая космическая империя. Она не подчиняется Союзу, но и не воюет с ним. Держит нейтралитет. Из особенностей — там сильно развито направление генетики и есть интересные исследования. А ещё… там узаконено рабство. В общем — местечко, от которого стоит держаться подальше. Но каждый год снова и снова Гуань притягивает тех, кто ищет знания.
Я слышала, что от нашей академии туда направляют девочек с хорошим пси-потенциалом. Вот только как будто бы после они редко возвращаются. Говорят — остаются там на хороших условиях.
А кто говорит?
Например, Бойрон упоминал это…
А теперь он буквально угрожает, чтобы Веста поехала. У неё хорошие показатели пси-лекаря, но разве не ей решать? Раз она говорит, что ничего не подписывала — так и есть! А даже если нет… к чему такая спешка?
Его отстранили! Почему он вообще продолжает вести какие-то дела?! Запугивать студентов! А кого ещё берут на практику, кроме Весты? И маршалов рядом нет… А что, если их специально так вовремя “отвлекли”?
Нет, это уже паранойя…
А если нет?
Эта мысленная цепочка растревожила меня.
“Надо сообщить маршалам!” — мелькнула ясная мысль, как вдруг позади — у входа в помещение — раздались шаги.
— Ну что Веста, готова отправляться? — спросил неприятный мужской голос. И когда я обернулась, то увидела в проходе толстую фигуру Бойрона.
— А ты что тут делаешь? — неприязненно процедил бывший директор, делая шаг в помещение и глядя на меня.
— Нет, это вы что делаете?! — возмутилась я, вставая в полный рост и закрывая собой Весту. — Какая ещё практика? Почему вы этим вообще занимаетесь?! Виан Алистер Дрейк, исполняющий сейчас обязанности директора, знает об этом?
Лицо Бойрона краснело с каждым моим словом, маленькие заплывшие глазки нехорошо заблестели в сумраке комнаты. Он нервно почесал шею, заскрипел зубами, а когда он открыл рот, я думала, он обольёт меня оскорблениями, но он сказал неожиданно вежливо, хоть это явно далось ему с трудом:
— Ты видишь врагов там, где их нет, адептка. Договорённости о практике заключены давно. Люди из Гуаньской академии ждут студентов по обмену уже со дня на день. Я лишь помогаю Алистеру, чтобы не сорвались договорённости, и не пришлось платить штрафы. Империя Гуань — это чудесные возможности, новый подход к лечению пси. Если желаешь своей подруге добра, ты первая должна поддержать её выбор.
— Но я ничего не выбирала, — шепнула Веста.
Бойрон дёрнул толстым подбородком, снова поскрёб ногтями шею и расплылся в неприятной улыбке.
— Что ж, допускаю, что произошла ошибка. Мы со всем разберёмся. Пойдём, ещё раз проверим документы…
Веста было сделала робкий шаг, но я придержала её рукой.
— Она никуда не пойдёт.
Улыбка Бойрона превратилась в оскал. Он процедил, глядя на меня:
— Я ради неё стараюсь… Но не хочет и ладно.
И развернувшись, он шагнул к выходу. Я же смотрела ему в спину и думала, что едва бывший директор перешагнёт порог, как я тут же свяжусь с маршалами, а потом побегу к Алистеру Дрейку, чтобы он проверил эту странную деятельность. По крайней мере, чтобы задержал корабль с адептами, которых должны увезти на практику… На практику ли?
Может, это паранойя, но…
Толстая туша Бойрона вдруг остановилась, не дойдя до дверей.
— Эта шиарийская подстилка ведь сделает это, да…— пробормотал он себе под нос. — Да. Наверняка. Свяжется с ними… Это всё испортит… Придётся менять план… Это нам не подходит… Реши проблему.
И бывший директор снова повернулся к нам с Вестой. Глаза его горели алым, а лицо оплыло, будто было сделано из воска.
— Ну почему ты просто не могла пройти мимо, — оскалился он, глядя на меня в упор, не моргая.
Веста рядом со мной задрожала. А я вдруг на инстинкте поняла — времени нет! Надо сейчас же связаться с маршалами. Иначе… Но едва потянулась к коммуникатору, как фигура директора размазалась. А через миг он уже оказался возле меня.
Схватил меня за шею. Я не успела даже крикнуть. Ничего не успела…
Мир погрузился во тьму.
…
…
…
Я очнулась от дико гудящей головы. Дёрнулась, а руки оказались связаны за спиной. Пока моргала, память возвращалась фрагментами.
Лаборатория… Веста… Бойрон!
— Майя… — шепнули рядом. И только теперь я осознала, что лежу на холодном металлическом полу, но моя голова его не касается. Она на коленях у Весты. Мы с ней заперты в какой-то металлической коробке, где даже в полный рост встать не получится. Свет проникает через небольшое решётчатое окошко в узкой двери.
Девушка смотрела на меня глазами, блестящими от виноватых слёз. Её длинные тёмные волосы были в беспорядке, а на скуле уже покраснел след от удара, будет гематома. Руки у первокурсницы тоже были стянуты за спиной…
— Он тебя ударил, — догадалась я.
И злость наполнила мои лёгкие жаром.
— Прости, я ничего не смогла сделать, — подбородок у девочки задрожал. — От меня одни проблемы. Так всегда было…
— Нет, ты не в ответе за этого урода, — вздохнула я, садясь и оглядываясь. — Где мы?
— На шаттле… Он ещё не стартовал, но скоро уже… Мы в трюме, а в пассажирской зоне есть ещё студентки. Из добровольцев, кто сам согласился ехать в Гуань. Они про нас не знают… Я пробовала кричать, но…
Я сдержанно кивнула, перебирая в уме варианты.
Положение было хуже некуда!
А Бойрон оказался ещё большей гнидой, чем казался.
В моей душе бушевала буря эмоций. Но я отстранилась от них, чтобы суметь всё обдумать.
Похоже, студенток в Гуань везут не учиться… Или учиться… но если не захочешь остаться — то “помогут”? А может, их вовсе продают в рабство? Или заставляют обслуживать каких-нибудь толстых местных шейхов?!
Не знаю…
Не хочется думать о худшем!
Ведь эта программа обмена студентами работает уже не первый год. Курировал её лично Бойрон… И это точно что-то преступное, иначе он бы меня не запер.
Надо скорее связаться с маршалами! Вот только коммуникатора на руке не оказалось. А когда я попыталась раскинуть пси-поле, оно намертво упёрлось в стены нашей железной тюрьмы.
— Тут какое-то покрытие… не знаю, что это, но псионическими силами не воспользоваться, — сказала Веста, подтвердив мои догадки. Похоже, пока я была в отключке, она опробовала все варианты.
— А если подойти к окну в двери…
Девушка печально покачала головой.
— А если…
Но тут до нас донеслось эхо голоса. Снаружи кто-то разговаривал. Я подползла к двери и приложилась к ней ухом. Говорили двое мужчин. Один — это Бойрон. А второй голос был мне незнаком.
— Уверен, всё пойдёт по плану, — лебезил Бойрон.
— Если бы ты не налажал, не пришлось бы прошлый план менять, — холодно ответили ему.
— Ну в итоге вышло даже лучше! — оправдывался бывший директор. — Эта их подстилка хоть и без потенциала, зато лицом вышла. Мы её выгодно продадим…
— А где шиарийцы? Ты следишь за ними?
— Я их надёжно занял… Часов пять их не будет. Этого времени хватит, чтобы уйти с полосы взрыва. Мы взлетим совсем скоро, уйдём далеко. У нас все разрешения есть. Подозрений не вызовем.
— Молись чтобы так и вышло! Если же снова всё сорвётся…
— В этот раз будет как надо. Я лично всё проверил. Погони не будет. Они и понять ничего не успеют, как вместе с академией взлетят на воздух. Следов не найдут.
— Надеюсь, Бойрон… Надеюсь…
… что?
Взлетят на воздух?
Следов не найдут?
Я слушала их, и у меня холодело сердце.
Академия заминирована? Они взорвут её?! Вместе с маршалами?!
Дыхание сбилось, а виски заломило, будто меня камнем стукнули по голове.
Что делать?!
Окликнуть бандитов?! Но что им скажу?!
КОСМОС ВЕЛИКИЙ, КАК ЖЕ БЫТЬ?!
И тут в голову толкнулась идея. Она могла не сработать, но… Я опустила взгляд, находя глазами свои карманы на пиджаке. Судя по всему — ампулы всё ещё были в них. Если бы я могла вытащить их! Если бы выпила и постаралась уснуть, то… Не факт, что сработает. Но попробовать нужно!
Голоса снаружи стихли, и подняла взгляд на Весту.
— Послушай. — шепнула я, — ты могла бы вытащить ампулы из моих карманов, только осторожно. Чтобы не разбились. Это наш единственный шанс.
Веста закусила губу, а потом кивнула, ничего не спрашивая. Развернулась спиной, пытаясь пальцами зацепить содержимое из кармана моего пиджака.
— Кисти… онемели… не могу, — пробормотала она. А потом замерла. И продолжила так тихо, что я едва её расслышала. — Но я могу иначе их достать… Только не удивляйся, ладно?
Я кивнула, хотя она этого и не увидела. А в следующий миг что-то зашевелилось под штаниной форменных брюк первокурсницы, и наружу выскользнул длинный изящный золотистый… хвост. Хвост! И щёлкнул раздвоенными кончиками.
***
В нашей маленькой сумрачной камере повисла напряжённая тишина.
Кажется, на миг из моих лёгких выбило весь воздух, а стены начали давить.
Впрочем, шок первых секунд быстро начал отпускать.
Я не сводила взгляда с хвоста, переваривая открытие.
Он был очень похож на те, что я уже видела… Только короче и тоньше, и цвета иного. Нежно золотистый… Но всё же, не узнать главную отличительную черту одной известной альфа-расы — было невозможно.
— Ты шиарийка, — прошептала я, вскидывая взгляд на смутившуюся Весту. Её щёки залил густой румянец. Она кусала губы и отводила глаза.
— Полукровка, — пробормотала она. — Только прошу…
— Я никому не скажу, — тут же пообещала я, гадая, какие могут быть причины у этой миниатюрной девочки скрывать своё родство с такой могущественной расой. Конечно, я не знаю, как они относятся к таким, как она… но что-то мне подсказывало — что если признается, ей ничего не грозит. Только возьмут под крылышко.
Вроде она и маршалов не боялась. Стеснялась только…
Так почему тогда…
Ладно… это не мне решать.
Если Веста не хочет открывать правду — должно быть, есть причины.
Позже я с ней поговорю, но сейчас важнее другое.
— То, что мне нужно — лежит в кармане, — шепнула я.
И золотистый хвостик, качнувшись, ловко нырнул в карман моего белого форменного пиджака и выудил наружу ампулу, которую я так вовремя прихватила из лаборатории. Конечно, могло получиться и без неё, но так надёжнее.
Хвост поднёс её к моим губам, я откупорила крышку зубами, выплюнула её в сторону и выпила содержимое одним махом. Отсчитала про себя две минуты. Именно столько нужно тонику, чтобы он начал усваиваться.
Теперь осталось самое сложное…
Точнее — это было бы сложно, не будь рядом Весты.
— Мне нужно уснуть, — сказала я девушке. — Если всё выйдет, я приведу помощь.
Она не задавала вопросов, только кивнула.
Спрятала хвост обратно в штанину и села рядом со мной. Хоть мы и не могли сейчас раскинуть пси за пределы камеры, внутри неё использовать его никто запретить нам не мог.
Поэтому я легла на пол. А первокурсница склонилась надо мной.
Погружение в сон через воздействие на пси — это практически первое, чему учат псиоников. Действие совсем простое, если не требуется пробиваться через щиты. А свои я опустила, облегчая Весте воздействие.
Сейчас её юное лицо было близко, тёмные бровки сошлись у переносицы, и я впервые внимательно вгляделась в светло-карие глаза девушки. И заметила в них будто крохотные золотинки… Подумать только. Шиарийка… Пусть и полукровка. А как её узнаешь? Ростом ниже меня, совсем маленькая. Слабая. Псионик хороший, но не сверхсильный.
Хотя и про меня так думают.
Может, и я про Весту многого не знаю?
Но тут моего разума будто остророжно коснулись мягкой кошачьей лапой, и мысли оборвались. Пси-воздействие Весты плавно толкнуло меня из реальности в сон.
…
…
…
Я распахнула глаза.
Получилось!
Пространство вокруг стремительно прорисовывалось… Сначала проявились огромные окна с видом на космос, затем стены, обшитые бронированными пластинами. Потом подсветка из тянущихся по потолку наноламп, которая присуща космическим кораблям дальнего следования.
Я лежала уже не на холодном полу, а на широкой кровати, в которой до этого была уже дважды. Вот только в отличие от пошлых раз, маршалов в помещении не было.
Я торопливо встала на ноги… и тут же поняла, что на мне всё ещё та алая игривая сорочка с оборками, что и в первый раз. Вот только настроение было совсем не игривое.
Был огромный шанс, что Бойрон заминировал школу!
И едва маршалы вернутся… она взлетит на воздух. Вместе с ними!
А о том, что будет тогда со мной, я вовсе не думала. Мысль в эту сторону попросту отказывалась сворачивать. Как это — их не будет? Как это — совсем-совсем не станет? Я даже вообразить себе такого не могла. Как я вообще смогу жить и дышать, зная о том, что произошло?
Нет! Я не могу этого допустить.
Я должна им всё рассказать! Предотвратить худшее!
— Оберон! Сайрос! — позвала я, что есть сил.
Мой крик эхом разлетелся по пустой спальне.
— Оберон! Сайрос! Это я — Майя!
Здесь пси-силы не работали. Точнее — они, как и в камере — не могли выйти за пределы пространства, сотканного из иллюзии и воспоминаний и сохранённого на глубоких слоях пси. Но всё же это место каким-то образом соединило нас во сне. И уснув, я снова сюда попала. Значит, оно должно быть с нами связано. Или мне хотелось так думать… Хотелось верить, что если позову достаточно громко, маршалы услышат.
— Оберон! Сайрос! Ну пожалуйста! — я так громко кричала, что будь это настоящий мир — уже сорвала бы связки. — Оберон! Сайрос! Прошу! Я здесь! Вы нужны мне!
Но ничего не происходило.
Тогда я стала бить кулаками по стенам. Раскидала подушки, опрокинула фудпринтер. Схватила пластиковый стул и швырнула его в окно. Конечно, стекло не разбилось, только у столика очень натурально отломалась одна ножка.
Но маршалы всё равно не пришли.
Что, если и не придут?
Что, если пока не уснут — не услышат?
Что, если я не смогу их предупредить?
Чувствуя, как беспомощные всхлипы перехватывают горло, я осела на пол — посреди всего этого разгрома.
Закрыла лицо руками.
Слёзы потекли из глаз.
С чего я вообще решила, будто у меня получится? Если они не спят, то…
— Майя… — вдруг раздался справа обеспокоенный голос. А в следующий миг меня уже обнимали сильные руки Оберона.
Сайрос тоже был тут! Он подхватил меня с пола и перенёс на кровать. Мою талию оплели чёрный и серебристый хвосты.
— В-вы пришли, — с облегчением выдохнула я, не в силах сдержать слёзы. Эмоций было слишком много. Они выплёскивались через край.
— Что случилось, малышка? Кто тебя обидел? — с тревогой спросил Оберон, стирая слезу с моей щеки.
Вместо ответа я раскрыла свой пси, чтобы они сами увидели.