Глава 16

Оберон

Майя растворилась из наших рук, и я едва удержался от того, чтобы не прыгнуть на более глубокие слои пси — и попытаться удержать её. Хотя бы ещё ненадолго! Но это было бы слишком опасно — сейчас… когда счёт идёт на минуты.

Важнее составить план. Мы успели предупредить Майю — чего именно ей следует ждать. И как надо действовать в случае любой опасности, если такая возникнет.

Бойрон… Эта трусливая тварь!

Гнев застилал мне глаза алой пеленой. Кровь кипела, а в пси вероятностях я с сумасшедшей скоростью просчитывал в каком именно порядке будет больнее всего ломать ему кости. Одну за одной…

Брат был настроен не менее мрачно. Но мы оба взяли эмоции под контроль и синхронно вынырнули из проекции сна, куда нас позвала наша смелая умная мианесса. Если бы не она, план Байрона мог бы сработать. После вылазки мы вернулись бы в академию… Которая взлетела бы на воздух. Успели бы мы что-то сделать? Неизвестно… Даже если бы спаслись, жертв было бы слишком много. А след шаттла с Майей — потерян.

“Нельзя было оставлять её”, — мелькнула мысль у моего брата-близнеца.

“Больше не оставим”, — передал я ему и ощутил согласие на уровне эмоций и мыслей. Наши хвосты хлестнули по воздуху и агрессивно щёлкнули кончиками, готовые к бою. Мы стояли в круглом помещении рубки.

Я положил руки на проекцию живого ядра. Сайрос подсоединился к каналу корабельной команды. Он оповестил всех, что меняем курс. Я же задавал обратные координаты.

На более глубоких слоях объединённого пси-поля мы с братом с огромной скоростью прочёсывали пласты информации. Пси-потенциал не экономили — сейчас было важнее найти нашу девочку.

“Засёк их шаттл. Они ещё не взлетели”, — наконец, передал Сайрос, транслируя точку в пространстве. И я ощутил его острую решимость рвануть туда прямо сейчас, что полностью отражало мои желания.

“Вижу. Сколько у нас времени?”.

“Мало… ”

“… вернёмся гипер-прыжком. Тогда не успеют уйти. Задачу команде отправил”.

“Я подгрузил записи с камер академии… Кажется, засёк два места, где может быть взрывчатка…”.

“ Отлично. Передам срочным сообщением Алистеру. И сразу Союзу”.

…

“Для обоснования ликвидации… этого хватит”, — возникла у нас одинаковая мрачная мысль.

***

Майя

Я не смогла задержаться во сне с маршалами подольше — всё же тоник был создан для настоящего природного сна, а не для наведённого. Поэтому действие его было нестабильно. Но главное я сделала. Передала моим мужчинам информацию о Бойроне и его ужасных планах.

Сердцу сразу стало гораздо спокойнее.

Теперь капитаны не попадут в ловушку.

И я верила всем сердцем — спасут нас.

Всё ещё ощущая на губах вкус тающего поцелуя, я открыла глаза.

Меня окружали железные стены и низкий потолок.

Тут ничего не изменилось…

По-прежнему было сумрачно и прохладно. Через крохотное окошко внутрь падал синеватый свет корабельной нано-подсветки. Руки были связаны за спиной, моя голова лежала на коленях у Весты, а сама первокурсница с беспокойством заглядывала мне в лицо.

Тёмные пряди её волос касались моих щёк. Глаза девушки чуть горели в темноте. Раньше я бы решила, что они просто так отражают лампы, мерцающие снаружи — но теперь я видела — этот свет исходит изнутри. Он чуть золотистый — и ярче у края радужки. Но заметить можно только если вглядываться и знать, что искать.

— Ну что? — шепнула Веста с волнением.

— Теперь всё будет хорошо, — улыбнулась я ей приподнимаясь. — Кто-нибудь приходил?

— Нет… но, кажется, двигатели уже прогревают.

Я прислушалась… И правда. Под полом угадывалось характерная вибрация. Маршалы сказали мне, едва я вернусь, чтобы раскрывала свой пси на максимум, даже если меня сдерживают стены. Потому что, даже если не могу использовать способности, но они найдут меня по их всплеску.

В уме я понимала, что даже если они включат двигатели на максимум, то добраться сюда у них займёт не меньше получаса… И всё же я сделала, как они просили. Раскрыла пси — затопила им помещение, не жалея энергии.

Веста восхищённо ахнула.

— Ты очень сильная, — сказала она. А потом нахмурилась. — Через сон ты с кем-то связалась?.. с маршалами?

— Да…

— А они теперь знают, что я…

— Нет, — я внимательно смотрела на девушку. — Ты не хочешь, чтобы они знали?

— Не хочу, — тихо ответила Веста, повесив голову.

— Почему?

Она невнятно пожала плечами.

— Ты прячешься от кого-то?

— Да, — ответила она. А потом взглянула на меня. — Но даже если бы не пряталась… Всё равно бы не хотела себя раскрывать. По закону первое образование я должна получать в Шиарии, а не тут. А я не хочу туда… Меня там не примут. Я ведь даже по меркам полукровок совсем никакая. Посмотри на мой рост и бёдра. Совсем узкие. И хвостик короткий и слабый. Даже шипы выпустить не могу. Пахну как человек — поэтому меня не распознать. И я ведь даже никогда не была в Шиарии… И шиарийцев впервые увидела, как и ты, вот недавно. У моей семьи проблемы с… В общем, нельзя мне, — она вздохнула и невнятно пожала плечами. А потом вскинула глаза и заверила: — Но мне тут нравится — правда!

И улыбнулась как будто бы искренне. Но моё раскрытое пси уловило волну её эмоций — печаль и опасения. Как будто Веста и хотела бы влиться к шиарийцам… Но слишком боялась рисковать.

Интересно, что у неё с семьёй? От кого она всё же прячется? Как это всё вообще вышло?

Но спросить я не успела, потому что неожиданно шаттл тряхнуло. Подсветка снаружи сменилась на тревожно-алый и громко загудела серена. Вторжение! Пробитие корпуса!

А потом снаружи потянуло горьким дымом.

— Это они! — сказала я, чувствуя, как разгоняется сердце. И как в волнении мечется душа: — Мои маршалы здесь!

***

Следующие несколько минут прошли в страшном волнении. Я молилась, чтобы Маршалы не поранились! Чтобы бомбы не взорвали! Чтобы Академия не взлетела на воздух! Чтобы... всё прошло хорошо! Я бы всё отдала, чтобы снова увидеть бездонные золотые глаза моих маршалов, чтобы снова ощутить прикосновения их ласковых хвостов к щиколоткам, к талии... Я вся дрожала изнутри. Моя душа металась. Я звала их в пси-спектре, отчаянно выплёскивая всю свою огромную энергию в окружающее пространство. Весь потенциал, что был во мне. И мы с Вестой в этом шлюзе — были буквально окружены моей пси-энергией. А я, прильнув к крохотному окошку, выглядывала наружу… Но ничего не было видно! А дым пребывал! На языке уже было горько. Если так и дальше пойдёт, то…

А потом за стеной дыма я вдруг разобрала голоса! Сначала, будто кто-то обменялся резкими фразами. А потом — кажется — пронзительный вопль Бойрона! И рык моих маршалов!

Пол вздрогнул, рокот взрыва прошёлся по шаттлу. И даже до нас с Вестой докатилась волна жара. Рыжие языки огня полыхнули снаружи, заставляя меня испуганно отшатнутся.

Вовремя!

Потому что полотно двери вдруг сжало, будто это не сталь, а обычный лист бумаги. И выдернуло вместе с петлями. Нагнувшись, внутрь заглянул Оберон. Он был в военном облачении — на поясе бластер, мышцы обтягивает плотный тёмно-синий комбинезон с нано-кристалами усиливающими пси.

Наши взгляды встретились — и его чёрный, покрытый боевыми шипами хвост, заметался из стороны в сторону, а лицо мужчины — напряжённое и бледное — разгладилось, когда он увидел меня.

— Майя, — в голосе маршала сквозило такое облегчение, будто он сбросил с плеч неподъёмный груз.

Удар сердца.

Второй…

И я бросилась к нему!

Оберон тут же подхватил, разрезал хвостом мои путы. Я обняла его за шею, прижалась, уткнулась носом в сильное плечо, вдохнула терпкий запах мужчины, смешанный с горечью дыма.

Оберон бережно, но крепко, прижал меня к себе. Хвост тут же втянул боевые шипы и обвил мою талию. А руки Оберона пробежались по моему телу — проверяя на наличие ран.

— Ты цела? — хриплый голос вибрировал беспокойством.

— Да! Со мной всё хорошо. Теперь хорошо! Но как вы так быстро…

— У кораблей с живым ядром есть особые протоколы… чтобы защитить тех, кого он считает своей… семьёй, — мужчина поцеловал мои волосы, я подняла лицо, осознав смысл слов.

Семьёй?

Но мысль растворилась, потому что Оберон накрыл мои губы своими. Вокруг всё полыхало, а маршал целовал меня, сжимая в объятиях. Совсем как в каком-то фильме… только это было со мной и по-настоящему.

— Я тоже соскучился, — раздался совсем рядом голос Сайроса. И вот уже вторые руки подхватили меня, забирая к себе. Поцелуй Сайроса опалил жаром мою шею, а затем и губы...

Пока я отвлеклась на Сайроса, Оберон что-то сказал Весте. Когда я обернулась на них, увидела, что руки Весты уже свободны от пут, а сама маленькая полушиарийка идёт в указанном Обероном направлении… И лишь после этого я обвела взглядом всё вокруг. И только сейчас обнаружила в каком хаосе находится трюм шаттла!

Стены оплавились, пол вздыбился, кое-где горели ещё коробки… видимо, с запасами еды и одежды. А ещё становилось понятно — шлюз наружу нам точно не понадобится, потому что в одной из стен была огромная дыра.

К ней, исполняя приказ Оберона, уже подошла Веста. Она робко выглянула наружу… До земли было несколько метров, но я поняла — ей помогут спуститься. Сайрос передал мне в пси-спеткре: снаружи были люди… и не только люди!

На руках Сайроса мне было достаточно чуть вытянуть шею, чтобы увидеть как суровые незнакомые мужчины в военном подхватили Весту сначала пси-полем, а потом и обняли её за талию хвостами — опуская вниз. Бедная первокурсница аж побледнела от таких манипуляций. Получается, это шиарийцы из команды моих маршалов? Они как-то пристально посмотрели на Весту… Кое-кто хищно раздул ноздри, принюхиваясь. Почти незаметно. Почти… Но я-то знала, на что обращать внимание.

Может, они что-то почувствовали? Но Веста говорила, что ничем особенным для них не пахнет. Иначе её давно бы вычислили.

Так что это я уже выдумываю. На панике моя мысль ветвится, швыряя вероятности в разные стороны. На любые темы. Веста. Команда. Корабль, который считает меня “семьёй”…

Так, стоп.

Майя, сконцентрируйся!

Сейчас – всё только по делу. Аналитикой займёшься позже!

…Ещё через дыру было видно взлётную полосу, где в отдалении уже собрались испуганные адептки, которых едва не увезли на практику в Гуань (на практику ли?). Рядом с ними стоял наш временный директор — Алистер Дрейк. Его высокую жилистую фигуру я откуда угодно узнаю.

— Что произошло? — шепнула я, обращаясь к Сайросу, который держал меня на руках. Он вновь открыл своё пси, передавая образы.

Получалось, маршалы сразу передали информацию в академию, а также сожгли тонну энергии, чтобы их крейсер сделал сверхрывок и оказался здесь. Потом электромагнитным импульсом заглушили технику. Это походило на технический сбой, и пока Бойрон метался, — братья разделились. Оберон искал меня, Сайрос обеспечил безопасную эвакуацию остальных, тогда как их команда брала шаттл в кольцо.

Всё было разыграно как по нотам — благодаря точному просчёту вероятностей.

— Тебя было найти сложнее всего, малышка… — ласково шепнул Сайрос. — Экранированный бокс — неприятная вещь. Но всё же твой пси нас направлял.

— А где сам Бойрон? — я попыталась оглядеться, но Сайрос хвостом накрыл мне глаза.

— Не смотри…

Но я всё же успеваю заметить что-то кроваво бесформенное за порогом, у самого входа в корабельный трюм.

***

Но пиджак академии и толстое тело не узнать невозможно. Всё же тогда кричал именно Бойрон. Неужели всё, что от него осталось — эта жалкая куча?

Что ж… Наверно, его не стоит жалеть… Но у меня всё равно вырывается рваный выдох.

И я отворачиваюсь от обезображенного тела, вновь прижавшись к Сайросу.

Мы почти у гигантского разлома в стене… И вот-вот будем снаружи. Оберон рядом. Всё хорошо… Но неожиданно какое-то неприятное предчувствие царапает спину.

И я резко оборачиваюсь. Чтобы увидеть, как бесформенная куча у входа в трюм вдруг дёргается, а потом наружу высвобождается чёрная паучья лапа… потом вторая. Третья! И эта третья направлена на нас! И на её остром окончании формируется нечто вроде голубого шара.

— Там… — шепчу я за миг, как этот шар срывается с паучьей конечности.

Время будто растягивается…

Хвост Сайроса тут же накручивается вокруг меня, чтобы защитить. Оберон стремительно шагает навстречу снаряду, мгновенно формируя прочнейший барьер, который закрывает не только нас, но и дыру в обшивке — чтобы не пострадали те, кто снаружи.

Миг! И сфера врезается в невидимый щит, разлетается на шипящие искры. Они слепят. А когда опадают… — я вижу… — дыра в корабле подёрнулась голубоватой плёнкой, отделяя нас от тех, кто снаружи. А там, где только что была неподвижное тело бывшего директора — уже стоит странное существо.

Оно напоминает Бойрона... Но это уже не полностью он.

Да — это всё ещё его толстое тело с выпяченным животом, натянувшим рваную кровавую рубашку, и это его лицо с заплывшими поросячьими глазками, и это его две человеческие руки… но на этом сходство заканчивается.

Вместо ног — четыре длинные хитиновые лапы, похожие на паучьи. Из торса тянулось ещё две такие же, с чёрными остриями. А ещё… его шея раздваивалась удлинённой рогаткой. И на раздвоенной шее теперь жутко покачивались сразу две головы!

Первая голова по-прежнему напоминала Бойрона.

А вот вторая – имела гладкое, словно пластмассовое лицо, и такой же блестящий голый череп… Алые глаза и заострённые зубы-иглы, которыми голова резко щёлкнула, будто пытаясь нас запугать.

“Метаморф”, — считываю я новое слово с пси-поля маршалов. Это слово для них пропитано гневом и ненавистью. Я чувствую, шиарийцы просчитывают варианты… Вокруг сгущается воздух от концентрации их психической энергии. Но тут Бойрон истерично визгливо кричит:

— Вы ничего не сделаете мне! Вы проиграли! — И он вскидывает свою человеческую руку… И что-то маленькое и круглое зажато в его толстых пальцах.

Что это?! Какой-то стеклянный камень? Но это “что-то” вдруг расширяется, становясь размером с яблоко.

Теперь я вижу — это стеклянный шар с чёрной подвижной массой внутри. От предмета исходит болезненная энергия. Бойрон сжимает его так, что вот-вот треснет стекло.

Широкая спина Оберона напрягается. Чёрный хвост бешено рассекает воздух.

“Это сжатая до предела сверх-волна, её можно получить только убив живое ядро”, — транслирует мне Сайрос. И мне вдруг — так остро жалко... так больно за чьё-то погибшее живое ядро... Я резко вспоминаю, что чувствовала на борту шиарийского крейсера — волны тепла и принятия. А если бы... если бы кто-то вот так уничтожил моё ядро?! Ради получения сжатой сверх-волны. Чудовища. Этот монстр — чудовище. И дело вовсе не во внешности. Я потянулась мыслью к пси Сайроса. И без труда считала его резюме: ситуация очень плохая.

— Не делай этого, — рычит Оберон монстру. — Выброс сожжёт всё на километры вокруг. Ты сам погибнешь первым.

— Нет! — вопит Бойрон. На самом деле — он напуган. Его трясёт, будто крысу, которую загнали в угол. — Я спасусь! Меня защитят! Мне обещали!

— Кто обещал? — низким голосом спрашивает Оберон, я сам едва заметно стягивает псионическую силу, для удара. Сайрос отходит к мембране, полем, проверяя, как её разбить, – тот кого ты позволил подселить в своё тело, человек? Ты хоть понимаешь, кому ты выбрал служить?

“Я сделаю заблокированный выход проходимым для тебя, Майя. Понадобится секунд пять… Как только она замерцает, ты должна выпрыгнуть наружу”, — передаёт мне Сайрос, ставя меня на ноги.

— Кто надо! — цедит Бойрон.

— Боишься произнести вслух? Тогда скажу я. Рассчитываешь, что тебя спасёт метаморф, с которым ты разделил тело? — продолжает Оберон, чуть приближаясь. — Это существо, что паразитирует на твоих органах? Что извращает твой разум? Что они тебе пообещали? Бессмертие? Это ложь, ты ведь понимаешь?

— …не слушай! — Вдруг рявкает вторая голова. Та, что похожа на иглозубый череп. И тут я понимаю — именно её я слышала, когда мы с Вестой были заперты. Именно с ней вёл разговоры Бойрон! И голова начала низко шипеть, — Немедленно разбей сферу, человек! И все они сгорят! Все улики исчезнут!

— И ты вместе со всеми, Бойрон, — спокойно договаривает за монстром Оберон. — А если сделаешь, как я тебе предлагаю — у тебя будет шанс. Предстанешь перед судом. Дашь показания. Если вскроется, что было ментальное воздействие со стороны метаморфа – Союз тебя помилует, Бойрон.

– А если ты сейчас будешь сотрудничать, – вплетается в речь Оберона осторожный голос Сайроса, – я даю тебе слово, что появятся свидетельства, будто такое воздействие было. Даже если его не было. Ты будешь реабилитирован.

Трусливые глазки Бойрона мечутся. И я вижу, что он уже готов принять предложение маршалов!

Сердце разгоняется в ожидании.

Время мучительно растягивается…

Бойрон едва заметно качается в нашу сторону. Кажется, он собирается протянуть шиарийцам смертоносный шар с чернеющим нутром на раскрытой ладони.

Мы почти победили!..

Почти…

Но вдруг одна из нелепо торчащих из изуродованного тела паучьих лап дёргается…

Оберон срывается с места. Но чёрная конечность уже пробивает сферу острым концом.

И мир затапливает ледяная тьма.