Глава 15

Лера и Слава

— Я поговорю с Милой, — Лера, волнуясь, расхаживала по комнате. Когда-то вся в черных тонах и даже с черными занавесками и бельем, комната расцвела за последнее, совсем недолгое время, пастельными нежными теплыми тонами.

Слава не то, чтобы приветствовал все эти изменения, но молча и с неизменной улыбкой наблюдал за ними. Он был счастлив оттого, что Лера с ним, а то, как она радостно носилась по квартире, взахлеб рассказывая ему о планах изменить ее, наполняло его сердце блаженством.

Блаженством от этого удивительного «мы», которое с каждым днем укреплялось все сильнее. Они теперь ужинали, они делали покупки, они обживали их жилье. Срастаясь с каждой минутой все крепче. Настолько, что их теперь уже просто невозможно разорвать. Это мы сквозило во всем, и он уже и не представлял того, что когда-то все было по-другому. Да и как может быть иначе? Без Леры его просто нет, так что ни о каком отдельно взятом я просто и речи быть не может.

Каждое мгновение он видел отражение этого мы в ее глазах, и это счастье разрасталось все сильнее, хотя, казалось бы, сильнее же просто невозможно!

— Сядь, — поймав ее руку, Слава усадил Леру себе на колени. — Я рассказал тебе обо всем вовсе не для того, чтобы ты в это ввязывалась. Ты понимаешь?

— Угу, — беззаботно кивнула Лера, зачем-то отводя глаза.

— Тааааак, — голос Славы стал максимально грозным, но реакция на это — только ее нежная улыбка. Блин, он скоро так совсем растает!

— Леррррра, — руки сами собой заскользили по гладкому атласу короткого халатика. — Ты в это не ввязываешься! И вообще — это мужские дела! Я, в конце концов, не хожу же на ваши девчачьи посиделки, правильно!

— Правильно, — послушно кивнула Лера, улыбаясь. И что-то в этой улыбке ему подсказывало, что его никто не слушает. Вот же, характер!

— А почему? — его лицо снова стало грозным. — Правильно! Потому что мне там делать нечего! Вот и вам тоже совершенно нечего делать рядом с «Эйфорией»! А рассказал я тебе только затем, чтобы ты не думала, что я неизвестно где и с кем шатаюсь по ночам!

— А я думала, ты рассказал, потому что у нас нет друг от друга тайн! — предательские губы смешали последние слова с поцелуем, который Лера выдохнула ему в шею. Знает, прекрасно знает, как его обезоружить окончательно! Лера даже не противник, если начинается схватка их мнений. Она — та, кто заранее уже уложила его на лопатки. И прекрасно ведь отдает в этом себе отчет!

— И поэтому тоже, — голос Славы уже начал срываться на хрип, а руки подхватили упругие ягодицы, сжимая их гораздо крепче, чем стоило бы, если они собираются остановиться только на разговоре. Но он еще рассчитывал оставить последнее слово за собой, сохраняя непреклонность. — Но это не означает, что мы совершенно везде должны быть вместе, да, малыш, — все грозность снова слетела, когда он потерся носом о ее.

— Я ни во что не буду вмешиваться, — губы заскользили по шее, опускаясь к ключице, — дразня, возбуждая до сумасшествия, да что там, — почти окончательно срывая крышу. — Но ведь подумай сам, — халатик распахнулся, медленно сползая с самого желанного плеча, — кого вы возьмете? Чужим ведь не скажешь, а на такое мало кто согласится…

Атлас перестал прикрывать грудь, которая скоро уже, кажется, вообще забудет о том, что существует белье. Ну, да, это его, конечно же, заслуга, — Лера поддалась его нетерпеливости и жадности до ее тела и перестала носить бюстгалтеры, когда они дома. Но сейчас это просто самый запрещенный удар из всех, которые только можно придумать.

— Хорошо, — голос Славы окончательно сорвался на хрип, прежде, чем губы жадно ухватили сосок, втягивая его в себя. А Лера, со стоном откинувшись на его грудь, уже вообще забыла, о чем они разговаривали.

— Хочу тебя, — рвано выдохнула она, заставляя все его тело дернуться от страсти. — Сейчас. Без подготовки.

Одним движением Слава поднял ее на руки и бросил на кровать. И халатик по дороге как-то совсем незаметно потерялся.

— Люблю, — прошептал он, склоняясь над ней. — Безбожно тебя люблю!

— Да! — простонала Лера, выгибаясь от его резкого вхождения внутрь. — Да, о, Боже!

***

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Лера

— Да ты что? — девчонки, к которым я так и не перестала захаживать после переезда, просто обалдели, стоило мне только им все рассказать. Н-да, моя реакция, когда я обо всем узнала, была совершенно другой. А вот у них глаза совсем разгорелись.

— Офигеть! — Полли, так вообще впала в чистый восторг. — Считайте, что мы побываем в настоящем вестерне!

— Жаль, что Шиманского так быстро заняли, — вздохнула Ксана. — Из всей этой компашки я бы выбрала как раз его.

— Тебе, кажется, никто и не предлагал, — расхохоталась Полли. — И вообще, если он тебе так нравился, чего ж сидела, сложа руки? Подкатывать надо было! Или ты думаешь, что это — исключительно мужская привилегия?

— Ну почему… — Ксана мечтательно улыбнулась. — В девяносто процентах мужской подкат — исключительно результат женской и незаметной инициативы! И я сейчас, Полина, говорю вовсе не о том, чтобы, как ты, подойти и сказать «привет, как тебя зовут!»

Девчонки расхохотались, давясь чаем, а я поняла, что явно что-то пропустила.

— Да неважно, — махнула рукой Полина. — Был тут один экземплярчик! Но говорить уже не о чем!

— Ну, а ты что, всерьез была влюблена в Глеба? — теперь уже пришла очередь расстраиваться за подругу.

— Ой, вот ты ее не знаешь, — махнула рукой Мила. — Она же, как тот Ждун! Сидит и присматривается, присматривается и выбирает. И чем дольше сидит, тем меньше ей нравится!

— Я просто промахнуться не хочу! — гордо вскидывает голову Ксана. — Насмотришься тут на вас, которые методом проб и экспериментов выбирают, так поневоле хочется быть умнее. Сначала пойму, что вот конкретно этот идеально мне подходит, а потом уже будет и все остальное. И подкат и любовь!

— Ага! Сначала с холодной головой вычислишь, а потом только голову потеряешь!

— Ни на секундочку! Голову я, в отличие от вас, терять вообще не собираюсь! Без головы оно, как-то по жизни совсем не вкусно получается! Потом сидят и рыдают в подушку или на плече подруги! А я так совсем не собираюсь!

— Пора тебе уже первого кота, Ксана, заводить, из тех пятидесяти, которые встретят с тобой твою счастливую старость, — Мила от смеха утирает слезы. — Потому что с таким подходом ты так никого никогда не выберешь!

— Это мы еще посмотрим! — усмехается Ксана, вот ничуть не расстраиваясь, что она единственная из нас до сих пор без отношений. Хотя… Учитывая то что-то непонятное, что у Милы происходит с Артуром и тех парней, которые каждый раз кажутся Полине идеальными и от которых она примерно через месяц начинает линять, я даже где-то понимаю Ксану. Это вот мне просто несказанно повезло со Славой! Хотя, с другой стороны, если бы я сразу от него голову не потеряла, а начала бы присматриваться, еще неизвестно, чем бы все закончилось. Хотя, скорее всего, таки ничем.

— Давай к делу перейдем, — Мила, как всегда, успокаивается быстрее всех. — Так что конкретно им нужно?

— Персонал, — я развожу руками. — Глеб берет разрешение на запись. Нужно, чтобы люди старались как можно больше общаться, если они найдут тех, кого ищут и записывали. Ну, и потом дали показания на следствии и в суде.

— Да, с таким раскладом к старому персоналу лучше вообще не подходить, — задумчиво отзывается Мила, явно прикидывая, с кем можно сработаться по этому вопросу.

— Конечно, — иначе я бы весь этот разговор бы и не заводила. — Нужны исключительно надежные люди.

— Я вот уже согласна! — Ксана, кажется, даже и не представляет серьезности ситуации. — Слишком уж как-то в последнее время все однообразно в моей жизни. Давно пора встряхнуться!

— Девочки, вы, кажется, совсем не понимаете серьезности ситуации, — я вздыхаю, понимая, что в них сейчас разгорается только азарт, а здравый смысл ни в чем не участвует. Благо, Мила все-таки осознает всю серьезность, так что она сейчас — единственная группа поддержки. Иначе они прямо со старта ринутся в «Эйфорию»!

— Ну-ка, ну-ка, — Ксана достает потертые карты, начиная раскладывать их на столе.

— Ксана! — Полли давится хохотом. — Ты теперь так будешь принимать все в жизни решения? Считает себя ведьмой, видимо, — Полли поясняет уже мне, закатывая глаза. — Ксан! Ты в прошлый раз себе вот счастье нагадала! И где оно, а?

— Счастье, — оно разное бывает, — ничуть не обижаясь, пожимает плечами Ксана. — Может, раз со мной ничего плохого не случилось, значит, какая-то беда от меня отвелась. Чем не счастье?

Мы только пожимаем плечами, но взрыв хохота, который следует за очень недолгой паузой, говорит о том, что доморощенная философия Ксаны — гадалки никого из нас не впечатлила.

— И вот напрасно вы так! — возмущается Ксана. — Я вот вижу, — все закончится очень даже благополучно! А еще короля вижу… Бубнового… Ох, — эпогеем она мечтательно закатывает глаза к потолку.

— Вот как будто король там какой-то особенный, а не сто уже раз виденный тобой в этой самой колоде, — давится смехом Полина. — Или тебе карты там что-то дорисовали за ночь?

— Не карты, а духи, которые ими повелевают, — не удерживаюсь я, начиная вещать инфернальным голосом.

— Ага, или домовые, которых мы забыли в очередной раз покормить! — хохочет Полли. — Ксан, ну взрослый же человек! Откуда в тебе эти глупости! Ты же будущий, в конце концов, юрист! А, значит, должна быть реалисткой до мозга костей! Мила! Может, ей твоя профессиональная помощь нужна, а? Ты присмотрись, может, какие признаки отклонений заметишь? Или кому-то из вашей профессуры ее лучше показать?

— Признаки на лицо, — смеется Мила. — Искренняя детская вера в чудо и в какие-то запредельно-потусторонние силы, которые способны вмешиваться в судьбу!

— А вот мое чудо меня же нашло, — теперь уже моя очередь мечтательно вздыхать. Кому-кому, а мне как раз вообще нет смысла в чудеса не верить! И в судьбу, которая буквально столкнула с любимым человеком. Ведь с каждым днем я все больше и больше поражаюсь тому, какой он удивительный! И с каждым днем становлюсь чуточку счастливее, хотя уже и кажется, что больше просто невозможно!

— Ну, твой случай мы спишем на простое банальное везение, — улыбается Мила. — Которое, правда, выпадает одно на миллион! А вот со всем остальным…

— Короче, я даже слушать всего этого не хочу! Карты говорят, что вообще нет никакой опасности! Так что я — точно в теме!

— «карты правду говорят»! — хохочут в один голос Мила с Полли.

— В общем, я все поняла, — подводит итог Мила. — Сверяем график так, чтобы подогнать наши смены на то время, когда эти товарищи появятся у Глеба. Ну, а пока можно взять наш обычный персонал, никого и ни во что не посвящая. Будем говорить сегодня с людьми. Надеюсь, парни платят по-человечески?

— Думаю, нормально заплатят. Хотя пока не спрашивала, — ну да, об этом я совсем и позабыла.

— Вот! — вскидывает указательный палец вверх Мила. — Куча деталей, которые нужно обмозговать! А ты тут с картами…

— Ой, девчонки, можно подумать, мы бы и так не согласились, — машет рукой Ксана, сгребая свою колоду. — Разве можно мимо такого пройти? А что тогда мы в старости вспоминать будем?

Ну, это, конечно, аргумент. Когда же набираться впечатлений, как не сейчас? И ввязываться в приключения и авантюры?

— Ты, я надеюсь, тоже с нами? Или тебя твой Бурин из дому не выпустит?

— Конечно! — я закусываю губу, представляя, какой непростой разговор ждет меня с моим чемпионом. Но в сторонке отстояться никак не собираюсь, так что Славе придется смириться! Ну, или, может, просто предстать перед фактом, когда я появлюсь с девчонками в «Эйфории»!.. Это уж как получится…

— Вы там обо мне не забывайте! — добавляет Полли. — Я, может, тоже как-нибудь справлюсь с тем, чтобы разносить тарелки!

— Окей. Спасибо вам, девочки! — почти со слезами обнимаю каждую из них по очереди. Потому что прекрасно знаю, — все они понимают, несмотря на то, что дурачатся. И в который раз благодарю судьбу за то, что послала мне таких подруг. Такие не подведут, даже если впереди маячит опасность! Наоборот, только сами в нее влезут, чтобы быть с тобой вместе!