Глава 17

Муса

Выбор без выбора.

— Незамужняя дочь, значит, — говорю необычно медленно, растягивая слова.

Будто от того, что я произнесу те самые слова на секунду дольше, что-то изменится.

Не изменится ни хрена.

— Да, незамужняя дочь. У Халила одни дочери, осталась младшая.

— И сколько ей?

— Ей двадцать один год, закончила вуз. Образованная, красивая…. Было много претендентов и желающих посвататься за нее.

— Но выбор пал на меня. Чем же я так хорош?

— Омаров даже после своего ухода хочет сохранить расстановку сил и все приоритеты для семьи. Это возможно сделать, только если он найдет преемника, который станет частью семьи.

— То есть, из тех, кто просил руки его дочери, не было таких же честолюбивых болванов, как я, занимающих видный пост на службе.

Отец раздраженно смотрит на меня из-под кустистых бровей. Несмотря на преклонные лета, он до сих пор сохраняет грозный вид и способен умерить пыл лишь взглядом.

Я, кажется, давно уяснил, что идти против воли семьи не стоит. Но почему тогда перечу сейчас? Нет, не перечу открыто, но и покорности в моих словах маловато.

— Ты хоть понимаешь, какая честь тебе будет оказана? Какие перспективы откроются перед тобой, а? Какие двери распахнутся! — расписывает отец, раздуваясь от гордости. — Семья будет в почете! Прославишь фамилию…

Похоже, это все, что отца волнует.

Какая ирония, совсем недавно я с другом общался насчет его отношений с подругой Агаты. Марат меня еще поддел. От его внимания не ускользнуло, что я с Агатой зависаю. Марат меня раззадорил, начал задавать вопросы с намеками, мол, не планирую ли я связать себя отношениями. Я со всем пылом отстаивал свою точку зрения: жена должна быть невинной, из числа своих. Он спорил и отстаивал свое, доказывая своим примером, что чистота — не гарант! Отнюдь, не гарант!

Так-то не спорю, он взял в жены молоденькую девушку из хорошей семьи, невинную. Взял осознанно, чтобы создать семью, рожать детей одного за другим. Вот только его жена, Зарина, становиться самкой, годной лишь для рождения, не спешила. Ей нравилась красивая, обеспеченная и занятая жизнь бизнес-вумен. Марат выяснил, что она пила тайно противозачаточные и даже избавилась от плода…

Пусть его правда — такая, но я все равно был уверен в собственной правоте. Я в пылу брякнул, мол, если захочу, то хоть завтра буду свататься на достойной, невинной девушке из числа своих!

И вот пожалуйста, Муса, принимай: невеста, как по заказу, еще и из хорошей семьи, с родословной…

Насмешка судьбы или знак, что пора остепениться.

Да, бля, по сути, отец прав: я радоваться должен перспективам.

— Мусагали, — строго обращается отец.

— Я слушаю.

— Послезавтра мы вместе приедем на ужин и ты заявишь о своих намерениях. Так?

— Все верно. Так и будет.

— Хорошо, я в тебе и не сомневался. Что ж… Больше не смею тебя задерживать, сам спешу, — важно смотрит на дорогие часы, стоимостью, как целое состояние.

***

Агата

Муса обещал, что его не будет всего пять минут, но пять минут превращаются в десять и грозят перетечь в пятнадцать. Я уже приняла душ, обсохла, и, имея возможность, изучила квартиру и ванную комнату Мусы.

Ни за что себе не признаюсь, но я осматривала все с мыслью, не бывают ли здесь у него женщины. Может быть, кто-то был недавно или была постоянная. Обычно какая-нибудь мелочь на это указывает, но у Мусы все строго, я бы даже сказала, аскетично. Бритвенные принадлежности лежат, как по линеечке, ничего лишнего.

Полный порядок в спальне, идеально ровный ряд рубашек, брюк. Постель заправлена, как на картинке, и все лежит на своих местах.

Я наугад раскрыла один из ящиков комода и закрыла его почти сразу же:

— Господи, у этого мужика даже носки в идеальном порядке!

Глядя на этот рай для перфекциониста, я даже почувствовала себя неряхой. Моему порядку до порядка Мусы ой как далеко…

Услышав, как открывается дверь, я вышла навстречу мужчине.

— Я взяла кое-что у тебя с полки. Надеюсь, ты не против?

Муса скользит по мне ободряющим взглядом, держа одну руку за спиной.

— В качестве компенсации за задержку разрешаю перемерить все мои футболки и рубашки. Тебе идет. Надеюсь, ты не надела под эту футболку трусики? Потому что они тебе сегодня не понадобятся.

Движется плавно, вкрадчиво, как хищник, на мягких лапах.

— Предлагаю тебе проверить опытным путем, есть ли на мне трусики.

— Обязательно проверю, даже не сомневайся.

Муса, наконец, подходит, подарив цветы.

— Извинения за небольшой проеб по времени.

— Что-то срочное?

— Касательно работы, — отвечает коротко. — Как насчет того, чтобы попробовать десерт, который ты взяла с собой?

— Я взяла на одного.

— Возьми его, а я придумаю, как сделать так, чтобы нам двоим понравилось.

— Что, можно даже накрошить? У тебя здесь повсюду идеальная чистота.

— Люблю, когда порядок и все на своих местах. У каждой вещи должно быть место. И у людей, в том числе.

На миг прячу лицо в букете. На этот раз красивые и нежные лилии, тонко пахнут.

— И какое место у меня?

Прикрыв глаза, здоровяк прикладывает ладонь к сердцу, немного наклонившись. Ох, думаю, это очень… очень много значит!

К тому же Муса выглядит надежным, серьезным мужчиной и не похоже, что в его годы можно разбрасываться словами просто так…

Может быть, это как раз тот случай, когда можно попытаться довериться?

Не без оглядки, разумеется.

Немного…

Хотя бы попробовать.

Уж очень он хорош, сердечко рядом с ним так и замирает: слова сложно подобрать: тут и восхищение, и восторг, и немного возмущения. Потому что он действует нагло, напористо, иногда — даже слишком! И все это приводит к тому, что я просто не могу остаться равнодушной.

— Попробуй, выглядит аппетитно.

Пока я пыталась договориться с совестью и собственным недоверием к мужскому полу, чтобы они выписали разрешение на роман с этим мужчиной, Муса развернул десерт и обмакнул палец в густой крем, мазнув им по моим губам.

— Попробуй, это выглядит аппетитно.

Я едва успела лизнуть, он толкнулся глубже, погружаясь ритмично.

Будто показывая, к чему готовиться…