Глава 29. Мозоль на глазном яблоке

Диана

Соображать надо быстрее, Ди!

Ещё секунда промедления, и мама кинется в атаку с куриной лапкой наперевес. У нее уже опасно сверкают глаза, а пальцы кровожадно перебирают ручку сумки. Не к добру.

– Мам, это Артем, брат Артура, – как можно равнодушнее говорю я.

– Угум, – прищуривается она.

– И мой начальник, – многозначительно выгибаю бровь.

– Интересно.

– Что? – надуваю щеки.

– Что вы делали за закрытой дверью.

Она кидает взгляд на двери, ведущие в служебные помещения, и снова переводит на меня. И это был не вопрос.

– Обсуждали, что из инвентаря нужно докупить, – с бесстрастным лицом вру я.

– Разве этим занимается не администратор? – прищуренный взгляд, наклон головы, иногда я забываю, от кого мне достался аналитический склад ума.

Мама умело шифруется за безумными нарядами и фонтаном неадекватных идей.

– Артем просто спросил меня, я ответила, – скрыть раздражение в голосе не удается.

Мама тратит ещё несколько секунд на визуальный рентген, наклоняется вперёд, хватает куриную лапку и направляет на меня.

– Он тебя ударил? – выдает самую идиотскую мысль из возможных.

Мир сошел с ума. Серьезно. Везде видят только вселенские заговоры и распускающих руки мужчин. Дверь! Это была чертова дверь! Хоть на лбу пиши.

– О, мам! Ты пересмотрела "Час суда"?

– Я вообще телевизор не смотрю, потому и умею читать карты, – продолжает тыкать в меня когтистой желтоватой лапой. – Они мне точно разложили мужчину старше, преследование, одержимость, – трясет рукой.

– Потише! – отбираю идиотскую куриную лапку и тут же с брезгливостью откидываю ее к кассе. – Карты врут, ясно. Артем просто начальник, а у меня вообще парень есть!

Не хотела разыгрывать эту карту перед сумасшедшей родительницей, но довела, честно.

– Врешь, – спокойно выносит вердикт мама и отклоняется назад, окидывая цепким взглядом.

Вот и не верь потом во все эти открытые чакры, седьмые чувства и благословения вселенной и пузатого лысого чувака в позе лотоса. Чёртов рентген правды.

– Серьезно. Он приехал пару дней назад, живёт в квартире Яны, она с ним уже познакомилась.

– Учитесь вместе? – скептически приподнимает бровь.

– Да.

Мама своим взглядом затмила бы за пояс Станиславского с его коронный "не верю".

– Мам, мне работать надо, – пытаюсь переключить ее внимание и быстрее сплавить.

Для наглядной демонстрации даже отхожу к кофе-машине и берусь в сотый раз протирать возле него столешницу, хотя не далее, как полчаса назад уже до блеска ее очистила.

– Лапку возьми. Положишь в сумку, везде с собой носи. К лицу ромашку приложи, отек снимет, – тараторит мама.

Закатываю глаза, делаю шаг к кассе, хватаю двумя пальцами конечность мертвой курицы и скидываю ее в коробку находок под столом.

– Сумка в подсобке, вечером переложу, – объясняю маме. – Все мам, иди, – подталкиваю ее.

Она недовольно цокает, но разворачивается и идёт на выход. Не вовремя. Потому что в этот момент Артем тоже решает удалиться. И две фигуры встречаются в дверях.

По законам жанра в этот момент вселенная должна схлопнуться от парадокса. Слишком нежелательна встреча этих двух людей в реальности. Но ничего похожего на взрыв солнца или падение метеорита не происходит. Артем галантно открывает дверь, мама изящно проходит мимо него. Дверь за ними захлопывается, но я вижу, что дальше порога эти двое не двигаются.

Миниатюрная сумасшедшая мама хватает моего Супермена под локоток и что-то ему втирает. Тот наклоняется и внимательно слушает. Лиц мне не видно, только затылки. Но мне капец, как не нравится то, что происходит. Горя желанием выйти и разогнать этих двоих по разным углам ринга и всей солнечной системы, нервно постукиваю пальцами по барной стойке.

Дергаюсь уже было к двери, но тут эти двое расходятся в разные стороны. Сквозь окно вижу, как Артем направляется к своему внедорожнику, а мамы в поле зрения уже нет. Фух. Апокалипсис предотвращен.

Временно.

Нервно расхаживаю по залу, в приступе острой мыслительной деятельности, пытаясь занять руки. Выравниваю стулья, сметаю невидимые соринки со столов, убираю чашки от группы шумных студентов.

Артем даже не посмотрел на меня, когда уходил. Обошел меня по дуге и скрылся в закате. Он так боится привязанностей или настолько не хочет расставаться со своей свободой? Я же не перевернула его мир, объяснив, что не всех устраивают легкомысленные одноразовые связи?

А может, испугался моей матери? Если он видел куриную лапку, вполне мог вынести ей неутешительный диагноз. А потом ещё прийти к "от Осинки не родятся апельсинки" и все-е-е-е. А они родятся! Родятся!

Блин.

Одна из чашек выскальзывает из рук и с громким звоном разлетается на кусочки у моих ног. Приседаю и собираю крупные осколки, чтобы выбросить. Возле меня возвышается чертовски черная глыба.

– Что, штраф, да? – вскидываю взгляд.

– Для девушки босса? Я не смертник, – хмыкает Эд, складывая руки на груди.

– Я не его девушка, – бурчу, возвращаясь к осколкам.

– Да-да, я ничего не видел, – громко хмыкает и отходит к кофе-машине. Саймон начинает привычно пыхтеть.

– У тебя сердце не остановится столько эспрессо в себя вливать? – кидаю осколки в корзину за стойкой.

– А ты за мной не следи, это моя работа, – ухмыляется Эдгар.

– Следить?

– Мэйби, мэйби, – загадочно говорит Эд.

– За мной? – выпытываю я. – Артем что-то тебе сказал? – скрещиваю руки на груди и опираясь о стену возле ехидного администратора.

– Может и сказал, – пожимает плечами.

И молчит. Партизан.

– А если мы обменяемся информацией? Скажем, я кое-что слышала от Вероники о тебе… А ты кое-что слышала от Артёма обо мне…

Темные глаза Эдгара загораются интересом. Он достает очередную порцию крепкого варева и неспешно отпивает из чашки, пока обдумывает мое предложение.

– С чего ты решила, что мне это интересно? – показушно-равнодушно выдает он.

– Ты обрадовался снятию запрета на служебные романы, а помимо меня здесь работает только Ника. Хм, и правда, с чего я решила, – приподнимаю бровь.

– А ты умнее, чем кажешься, – расплывается в яркой улыбке администратор.

– Не все блондинки дуры, – пропускаю мимо ушей его "комплимент".

– Но все дуры, почему-то, блондинки, – выдает мой темнокожий оппонент, покручивая чашку в руках. Видимо, больная тема. – Ладно, обмен. Выкладывай.

– Вероника считает, что ты нетрадиционной ориентации.

– Чего? – очередной глоток кофе фонтаном возвращается в чашку. – Что за бред!

Лицо Эда вытягивается в комичную гримасу.

– Твоя очередь, – трясу его по горячим следам.

– Артем сказал за тобой следить.

– И?

– Все.

– Ты серьезно? Я променяла голубую историю на это?! – топаю ногой.

– Ещё он рассуждал вслух, что проще тебя уволить.

– Охренеть.

Вот тебе и супергерой. Проще уволить, чем решиться на что-то серьезное. С глаз долой, да?

Так вот нет! Фигушки тебе, дорогой. Ещё натру мозоль на твоём глазном яблоке.

– Эдгар, постой минутку, я сейчас.

Ныряю в подсобку, берусь за телефон. Нахожу нужный номер, набираю. Сестра отвечает после третьего гудка.

– Не отвлекаю? Ян, я тут подумала, а давай устроим большой семейный сбор в субботу! Можно и в аквапарке. Ага, в лучших семейных традициях…