Глава 22.

Демид Григорьев (Гриша)

Стало полегче. Общаться и всё такое. А то ведь совсем как чужие были… Или как два волка в одной клетке…

Следующим днём я отвожу её на кладбище. Сижу в машине, потому что не люблю эти места. Я здесь, наверное, больше половины захоронил, так что... Не желаю будить и злить покойников.

Маша купила белые розы. Сказала, мама их любила.

А теперь возвращается ко мне вся в слезах. И я смотрю на неё пристальным взглядом.

– Ты сама себя полосуешь. Так нельзя.

– Мне надо было её навестить.

– Ясно. Поехали?

Она молчит, потому что я предупреждал, куда мы едем после этого.

На пороге того самого здания переглядываемся, и я веду её внутрь, намертво сжимая маленькую ладонь.

– Заполняем. Через месяц распишут. Я не сторонник свадеб, всякого такого.

– Я тем более, – отвечает она холодным тоном.

Расписывается и жрёт меня глазами.

– Что?

– Не знаю. Мне не верится.

– Я же сказал, что женюсь на тебе. Пора тебе усвоить…То, что я говорю сбывается.

– В субботу будет семейный ужин... Вроде как брат позвал меня. Может, ты съездишь со мной?

– Головорез в ветровской компании? Думаешь, это хорошая идея?

– Не знаю, – пожимает она тонкими плечиками.

– Посмотрим... Заполнила?

– Да.

– Хорошо. Подожди меня здесь.

Я исчезаю в кабинете, отдаю заявление. Выбираю дату. Даже меньше месяца. Через двадцать семь дней она станет моей. Григорьевой. И похрен мне на всё остальное... Даже если придётся воевать со всем миром за неё, а это, похоже, и придётся делать, потому как я медленно и плавно сдал назад...

– Идём... Поехали домой, я покажу тебе кое-что.

– Ладно.

Мы выходим оттуда и едем к моему особняку, а уже там я веду Машку в свою спальню.

– Покажешь мне кое-что? – издевается она. – Мог бы прямо сказать...

– Да помолчи ты, – завожу её в гардеробную и ввожу цифры на спрятанной от чужих глаз двери. – Запоминай. Это место, где надо спрятаться в случае опасности. Там есть камеры. Не боишься подвалов?

– Нет.

– Тогда идём.

Я веду её вниз.

– Пароли на дверях принципиально разные, один – отражение другого. Так легко запомнить. Здесь есть еда, оружие и предметы первой необходимости. Поэтому если вдруг я долго не возвращаюсь. Если ты слышишь посторонние звуки, а охрана молчит. Ты лезешь сюда.

– В смысле... Погоди... Зачем ты мне это говоришь? Это ведь не просто так, да, Демид? С кем конфликт?

– Не важно, Маша. Ты запомнила?

– Да.

– Отлично. Заходи при мне. Блокируй двери.

– Хорошо.

Когда я всё ей показываю, мне становится спокойнее, зато она сильно напрягается из-за того, что догадывается в чём дело, но точно не знает.

Вряд ли чёртов Ветер захочет видеть меня на ужине в субботу. Да точно не захочет.

– Молодец. Иди сюда... – прижимаю к себе её хрупкое тело прямо в гардеробной. – Не бойся только ничего. И меня не бойся, Маруся...

– Поцелуй меня, Великан, – смотрит она своими безднами, а я аккуратно касаюсь её лица. Ладонь может уместить всю её голову...

Гляжу в ответ и не знаю... Как, что... Зачем, почему...

Что будет, если она узнает всё, например, раньше, чем мы поженимся... Она уйдёт без раздумий, я это понимаю, не дурак.

– Хочу тебя... Прямо сейчас хочу, – шепчет она, глядя в глаза. Грудь вздымается. И она сама начинает раздеваться передо мной. У кого-то снова течка... Она сразу начинает дурить в эти дни. Стоит передо мной голая. Красивая до безумия. – Так ты возьмёшь? М?

Улыбаюсь, хмыкнув. И смотрю на неё.

– Покружись.

– Не хочу.

– Маша... Я ведь не прошу. Я настаиваю.

– Неотёсанный верзила.

– Ага.

Она медленно поворачивается, а потом мы снова встречаемся взглядами.

– Я тебе нравлюсь? Больше чем твои шлюхи?

– Маша... – вздыхаю я, снимая с себя штаны и беру в руки свой член. – У меня на тебя стоит даже когда ты одета и несёшь всякую чушь. Сама как думаешь?

Она смотрит на него. Подходит. Кладёт одну руку на моё плечо, а второй перехватывает мой пенис. Смотрит в глаза и дрочит мне, наблюдая за моей реакцией. А меня просто разрывает. Даже от её рук, но, естественно, я хочу в неё и буквально силой разворачиваю её и припечатываю голой грудью к металлической двери. Провожу членом между её влажных складок и грубо вторгаюсь внутрь, загибая руку за её поясницей. Я уже немногое понял. Она любит доминирование. Она от этого течёт. Ей нравится, когда я такой. У всех разные пристрастия. А с учётом того, что мне нравится грубо брать и присваивать – мы идеально друг другу подходим... Но...

Меня начинает дико волновать та мысль, что трах – далеко не единственный ресурс, который мне от неё нужен.

Сжимая кожу на её ягодицах, я замедляюсь. Слышу её сладостные стоны. По пояснице разбредаются молнии. Я снова в неё кончаю. Я знаю, что это полный пиздец, а остановиться уже не способен.

Но мы ведь поженимся, да? Всё в допустимых границах...

– Демид... – шепчет она, слегка обернувшись. – Если я забеременею, я сделаю аборт. Чтоб ты знал и для тебя это не было сюрпризом.

Полосует она и бьёт плетьми по сердцу, как всегда. В самый интимный и уязвимый для мужика момент…

А затем одевается и уходит из гардеробной, даже на меня не взглянув...