Глава 3.

Мария Ветрова (Маруся, Манюня)

Ненавижу этого подонка. Даже смотреть на него в другом ключе не могу. Психика не позволяет. Когда он нюхает меня и трогает я чувствую насильственные ноты в его поведении. И даже несмотря на эти «буду нежен», я вижу, что врёт и всё равно будет груб.

Он снимает с себя футболку, а мне становится ещё тяжелее дышать. Не хочу смотреть, но смотрю. Откуда такое тело? Чем он вообще занимался? Ощущение, что всем и сразу. На плече имеется шрам, похожий на пулевое ранение. Я знаю, потому что у моего отца такой же. Размашистые крепкие руки, которые, как мне кажется, шире моей талии. Это просто ужасно. Я не хочу лежать под грудой камней. Но и сильнее злить его тоже не хочу, потому что он не выглядит тем, кто будет долго терпеть.

– Сюда иди. Живо. Под меня, – указывает он на свою сторону кровати, а мне хочется раствориться в воздухе. – Ты вообще член в руке держала?

– Нет. И не собираюсь, – выпаливаю я, и вся краснею. От вопроса, от его наглости, от взгляда.

– Собираешься. Прямо сейчас, блядь, собираешься.

Я конечно не святоша. Я думала об этом и не раз. Трогала себя даже, было дело. Но и представить не могла, что мой первый раз пройдёт по принуждению с человеком, которого я толком не знаю. Ощущаю себя проституткой по вызову.

Медленно, вяло и лениво двигаюсь к нему, проглатывая ком, зажимая ноги, чтобы он не увидел ничего лишнего, хотя, наверное, уже всё разглядел. Ведь в комнате горит свет. И меня вдруг резко хватают и рывком дёргают на себя до покраснения на коже.

– Я же сказал – слушайся, малыш. Что сложного?

Молчу, раздувая ноздри. Бешусь и просто презираю его. Хочу плюнуть ему прямо в рожу.

– Снимай с меня трусы, – он стоит на коленях, а я сижу перед ним на попе. Ещё немного и его здоровенный член, что виднеется под чёрной тканью, окажется прямо перед моим лицом. Я даже не знаю, как на это реагировать. – Давай, поживее.

Психованно тяну руки к его боксерам и обнажаю перед собой мужское достоинство, которое маниакально раскачивается передо мной, стоит ему ощутить свободу. Господи…Куда такой деть??? Где прятать??? Что с ним делать???

Меня не просто трясёт при виде него, я на месте усидеть не могу.

– Обхвати. Давай, девочка.

Его бесячие комментарии и призывы к действию раздражают ещё сильнее. И пугают одновременно. Я, наверное, уже слилась с простынёй. Он специально постелил белоснежную, чтобы лучше видеть мою кровь?

Едва касаюсь его пальцами. Неумело и совсем неказисто, как Демид кладёт сверху моей свою руку. Жёстче сжимает, будто учит как надо. А вместе с ней его плоть напрягается сильнее. На ощупь такая странная. Он весь гладко выбритый, и она…Когда он делает движение, становится влажной. Я вижу выступившую каплю на головке и сглатываю. Рассматриваю его как дура, будто членов раньше не видела. Но видела же. Смотрела порно, не совсем дикая.

А всё равно кровь к лицу приливает. От стыда и жалости к себе. Хоть я и не собираюсь реветь или жалеть себя. Он от меня этого не дождётся.

– Какая ты строптивая, а…Мне эту дурь из тебя выбивать или что?

Когда он произносит это, я ещё хуже горю. Понимаю, что с ним не надо кусаться. Останавливаю себя, мысленно ругаю и затыкаю, но не могу ведь промолчать.

– Из себя выбей, придурок. Я тебе мышьяка подсыплю в еду.

– Заткнись и рот открой, – он резко давит на подбородок, и я размыкаю губы. Живот вибрирует. Ноздри пытаются втянуть побольше кислорода, потому что он уже зарылся в мои волосы второй рукой, а первой грубо вставляет свой член в мой рот. Мне кажется, он меня сейчас порвёт. – Шире.

Его ладонь обхватывает мою шею, давит на неё, и я инстинктивно сильнее разжимаю челюсть, позволяя ему войти ещё, как бы гадко мне не было. Но это не то чувство отвращения, которого я ждала. Это что-то совсем другое.

Его тёмно-зелёные глаза изучают мой жалкий вид. Мне кажется, в душе он упивается тем, что видит.

– Проведи языком внутри. По нему проведи. И смотри в глаза, – он шепчет, но это не голос. Это змеи ползут по моему телу. Я именно так его воспринимаю. Провожу языком, как он сказал и собираю мужской вкус. Раздувая ноздри от переизбытка чувств, дрожу и млею перед ним, как идиотка. Ощущаю между ног заметную липкость. Его рука сильнее давит сзади, и я чувствую сопротивление, которое оказываю. Мне страшно и не хочется запускать его глубже, но он заставляет. Чуть ли не в горло мне упирается. Я задыхаюсь, он давит ещё глубже. А потом отпускает с каким-то громким чмокающим звуком. Повсюду мои слюни. А его громкий выдох летит следом. Выдох такой, по которому я понимаю, что он хочет ещё, ему это ужасно нравится. Зато мне хочется визжать от этого.

Он повторяет действо, а я выставляю ладони на его бедра. Пытаюсь немного оттолкнуть, но он и не сдвинется. Скорее всего, даже не чувствует моих сопротивлений. Я снова давлюсь, а он в восторге от этого.

– Так ты хотела, чтобы я стоял на коленях? Я стою, смотри…Малыш, я стою. А ты принимаешь…

У меня по коже дрожь, я буквально ощущаю, как при новой попытке всадить в мою глотку член, из моих глаз выступают скупые капли. Ненавижу…

Он просто издевается надо мной.

– В следующий раз сто раз подумаешь, прежде, чем хамить незнакомому мужику. Глаза открой, сказал же. Смотри, – грубо повторяет он, притискивая меня за голову, пока я уткнувшись носом в его лобок, пытаюсь сделать новый вдох. Я должна разреветься и зажаться. А вместо этого позорно ощущаю, как мой живот скручивает похоть. Как в тех случаях, когда я себя трогала. Только ещё сильнее.

Чувствую, как он толкает руку между моих ног. Он это тоже почувствовал или может даже увидел, я ведь сижу перед ним с раздвинутыми ногами. Касаясь меня, он начинает материться.

– Врушка…Соси давай…Не буду больше так.

Он отпускает. Убирая руку с моих волос, просто показывает взглядом, чтобы продолжала. А мне этого точно не провернуть, но и задыхаться не хочется. И я беру его рукой, с отчаянием приступая к новым попытками доставить ему удовольствие. Слегка посасываю, пытаюсь это делать. Знаю, что я лохушка неопытная в этом плане, но не всем же это с первого раза даётся, да? И вообще…Почему я об этом думаю? Какая мне, нахрен, разница приятно ему или нет? Он фактически берёт меня силой. Гормоны снова ударяют в кровь и мои движения ускоряются. Я смотрю на него. Как он прикрывает глаза, а потом снова кладёт руку на мои волосы, но лишь слегка их поглаживает. Трогает щёку. Позволяет мне самой двигаться. А потом вдруг резко вырывает у меня изо рта член и от этого в комнате снова раздаётся странный пошлый хлюпающий звук. Я дышу, пытаюсь справиться с паникой, а Демид тем временем дёргает меня вниз. Так, что я оказываюсь под ним.

Господи. Он меня задавит!

– Не кричи только, – его рука трогает меня. Раздвигает мои складки, он всё там уже нащупал. Я чувствую, как он скользит там своими шершавыми пальцами. – Нам даже смазка не понадобится. Ты отзывчивая.

Я только дышу. Боюсь открыть рот. Боюсь вообще что-либо говорить. Комментировать эти мерзкие умозаключения. Я впервые так боюсь. Хватаю его руки, но он приподнимается и тянется за презервативом.

Делает всё так быстро. Не знаю, сколько женщин у него было. Наверное, вагон и маленькая тележка. Я не хочу думать об этом, но вижу ведь, что он красив. Не знаю, нахрена ему сдалась именно я…Очередное имя в его списке?

Он снова меня накрывает. Дышит тяжело, смотрит в глаза. Тяжёлый, твёрдый стан, напитанный сталью, касается моей кожи. От него не просто тепло, от него жаром окутывает, будто прислоняюсь к раскаленной печке.

Он склоняет ко мне голову и нежно ведёт по моей щеке носом, нюхая. Будто желает породниться, но при этом не целует. Меня трясёт. Так сильно трясёт. Будто в теле властвуют и страх, и что-то очень неправильное…

А пахнет…Он пахнет так…Дурманяще…Терпко и насыщенно. Так пахнут мужчины…Такое у меня ощущение…Ассоциация.

– Демид… Давай…Не…

Пытаюсь говорить по слогам, но чувствую вторжение внизу. Не резкое, нет. Он приставил головку к моей промежности.

– Давай да…

Еле дышу. Всё ещё пытаюсь сопротивляться, но я будто придавлена могильной плитой. Ни вправо, ни влево, ни вниз, ни вверх…

Он не заходит. Обхватывая член давит и водит по всей моей промежности, собирая предательски выступившую влагу. Её так много, что я примерно понимаю, о чём он говорил. Но это абсурд! Почему тело так реагирует?

Не успеваю я закричать, он слегка опускается и всасывает мой сосок в рот. От этого чувства у меня внизу зарождается апокалипсис. Всё зажимает в тиски. Я дрожу и сипло пищу какие-то молитвы себе под нос, потому что меня скручивает и разрывает от этого. А он не щадит. Он только наращивает темп своих движений и внезапно… Со всей дури врывается в моё нутро своим огромным членом. До такого вскрика, что от него могут потрескаться все стёкла…Я просто падаю в пропасть, разбиваясь при этом на осколки…

Я теперь ему принадлежу…