Глава 25

Я пребывала в каком-то состоянии ступора.

Вот вроде вижу, понимаю, осознаю, что происходит, и, одновременно, не хочу понимать и осознавать. Потому что жгучим клеймом на сетчатке прилипло видение, от которого у меня все внутри заледенело и опустело, словно в один миг из груди вырвали сердце и бросили на съедение гулагам.

Могла ли я это предугадать? Что все закончится именно так?

А ведь я чувствовала, что случится нечто ужасное. Не в смысле гибели, в другом…

И не находила своим чувствам объяснения.

Еще когда гулаги добрались к батарее, мне захотелось закричать что есть мочи, чтобы он бросил ту дрянную капсулу и уходил, убирался оттуда поживее, использовав остатки заряда.

Но послушался бы он меня? Нет, конечно. Он никого не слышал в тот момент. Да никогда не слушал!

А я все не могла понять, зачем он ринулся спасать эту железячку и рисковал собой, расходуя последнюю энергию корабля. Но тем не менее, он это сделал. И даже, когда батарея взорвалась, успел приказать выбросить спасательные тросы с присосками и утянуть его и капсулу на орбиту.

Мы вытянули. Дотащили до корабля и оттуда — на станцию. Дальше я помнила чуть ли не урывками.

Мы все, почти одновременно, оказались в большом ангаре, в который обычно попадали корабли и боты для дезинфекции. И выдохнули с облегчением… не я. Да, самое страшное осталось позади, но… расслабляться было рано. Я чувствовала необъяснимое напряжение, пока остальные радовались успешному завершению операции.

Смотрела во все глаза на гардов с инструментами…

Первым делом достали Вейна. Малоадекватного, но… Живого. Не желающего уходить в медотсек, но… живого. Шатающегося, раненного…

Живого. К которому я даже не могла подойти! Чтобы пришибить самой…

А он приказал немедленно вскрывать капсулу.

Я смотрела на эту картину, пока взволнованный Тонс, узнавший последние новости, рассказывал, что аварийный сигнал капсулы при падении на планету был поврежден и то, что мы услышали, было сигналом, что система жизнеобеспечения капсулы и крио-сна прекращает свое существование.

Она была рассчитана на восемь лет — ровно на столько хватало заряда в такой модели.

— К счастью, мы услышали и успели вовремя, — сказал Тонс, радуясь, что мы подарили кому-то новую жизнь.

Я тоже была бы рада… пока не увидела, кого начали доставать медтехники из синей жижи…

Это была она! Та, кто послужил мне прототипом в Вирте и чью внешность я позаимствовала из каталога, лишь немного изменив, создавая Терру.

Это была Лия Горн.

Бывшая помощница эр-гарда. И его любовь — и вряд ли уже бывшая. Судя по тому, что происходило дальше.

Она ошалело смотрела по сторонам, но потом увидела Вейна и вцепилась в него, захлебываясь слезами и криком… А он, в крови, в порванной одежде, стиснул её в своих объятиях.

И, наконец, мне все стало ясно. Он знал, кто находится внутри. Понял это сразу, как только услышал название. Поэтому и бросился ее спасать.

Весь мир поплыл перед глазами.

Исчезло все, кроме рук идеальной — выдуманной мной, как я думала! — девушки, обвивающей шею Вейна. Пухлых губ, которые шептали ему слова признательности и нежности.

Глаза, глядящие на него с восторгом… И джаппа с ними, что выглядели они как беженцы из взорванного города! Это только добавляло яркости моменту…

Раздались аплодисменты. Радостные восклицания.

А я умирала, глядя на его ошеломленное и счастливое лицо…

Я никогда не видела его таким. И в Вирте, и в реальности он был в маске, даже когда эту маску снимал… Непроницаем для окружающих. Неподвижен для любого понимания.

Лишь его интонации, едва заметное сокращение уголка губ, его взгляд позволял мне определить ту или иную эмоцию, которую он испытывал ко мне… И на меня он ни разу так не смотрел. Так, будто обрел настоящее сокровище.

Они стояли там и обнимались, не замечая ничего… Не думая ни о ком…

Это я стала «ничего»… Не нужна.

Впрочем, остальные, похоже, тоже это почувствовали. Тонс покачивался с ноги на ногу и смотрел в сторону — и я знала, о чем он думает. О своей семье, которую спасти не удалось.

Дарк сжимал и разжимал кулаки. Он ведь тоже сразу узнал Лию — как мне кажется он мог отбить биографию Вейна на одном дыхании, если его разбудить ночью. Он же и нарушил молчание первым и спросил, почему-то у меня:

— Кажется, отбор теперь нет смысла заканчивать?

И что я могла на это ответить?

Если я даже не понимала, есть ли смысл мне вообще здесь находится… В принципе.

— Мы разъясним вам ситуацию позже, — раздался задумчивый голос Рата Гронула рядом. — Когда эр-гард… сам определится, как дальше действовать.

Я повернулась к заместителю — хотелось смотреть хоть на что-то другое, а не на это убивающее меня зрелище.

— Хорошо, — ответил за нас всех Тонс и пошел прочь. За ним отправился Дарк.

— Надо же. Кто бы мог подумать, что она все еще жива… — с какой-то странной интонацией вдруг сказал заместитель. И эта промелькнувшая жалость в его голосе, направленная на меня, еще сильнее размазала меня по поверхности пола, заставляя почувствовать себя хуже некуда. — А я ведь тебя предупреждал. Но ты не виновата, что влюбилась по уши. Вейн умеет казаться милым, и очаровывать женщин одним лишь взглядом. Но они быстро ему надоедают, и он без колебаний вышвыривает их из своей койки. И все это из-за той, кого он не мог забыть и очень любил, и, похоже, любит до сих пор. Так что, просто забудь.

Вздрогнула. Но постаралась не показать своего дерьмового состояния.

Забыть? Вот так просто? Да разве я смогу? Хотя…

В конце концов, Рат не знает, что на самом деле произошло между мной и Вейном — он говорит о прошлом и моей мнимой мести, и не знает, насколько мне сейчас больно. А значит, не стоит ему давать даже малейшего рычага давления на меня. Который, похоже, он и ищет.

У него и так довольно неоднозначная роль во всей этой истории — и его какой-то чрезмерный интерес к происходящему меня напрягал. Как и то, что он с самого начала, зная кто я, пытался провести Вейна.

Ведь это могло что-то значить?

К сожалению, в голове пока не было ни одной достаточно связной мысли. Уж слишком сильна и неожиданна была боль в области сердца — и слишком быстро она захватила все тело, обнажая рецепторы до болезненной чувствительности.

В этот момент Лия начала терять равновесие, словно собиралась упасть в обморок, и Торрант подхватил ее на руки, хотя едва стоял сам, и побрел прочь, скорее всего, в медотсек.

Еще предстояло понять, как капсула оказалась настолько далеко от Прорыва и корабля, на котором находилась Лия.

Еще предстояло разобраться, почему её не заметили раньше — пусть сигнал был сломан, но ведь исследователи на родине гулагов бывали не раз.

Много чего предстояло понять… Но сейчас было понятно одно — я проиграла не только схватку за должность помощника.

Постояла еще какое-то время, наблюдая, как оттаскивают капсулу и ботов, как начинают очищать корабль Вейна, бегают гарды в комбинезонах с какими-то приборами. Один из них подбежал ко мне, просканировал и кивнул — типа, все хорошо, я не подхватила ничего, не заболела и не притащила на станцию паразитов. Почти здорова…

Странно. Разве он не заметил, что я умерла?

Я развернулась вокруг оси и ушла в свой жилой блок. Где грузно опустилась на кровать и уставилась в одну точку.

Вот что мне делать?

Может, позже станет более понятно, что происходит… с нами?

Но и через час, и на следующее утро понятнее не стало — потому что нам просто ничего не говорили. И не отвечали на вопросы, отмахивались. И не объявляли последнее задание, ограничивая доступ в большинство секторов. Формально, мы с Дарком и Тонсом еще не были сотрудниками Корпорации и станции, соответственно, каких-то действий от нас не требовали. И в то время, как остальные просто занимались своей работой, мы не знали, чем себя занять.

И продолжать отбор тоже никто не спешил.

Я задавила в себе какое-либо смущение и написала на личный моб Вейна.

Но ответа так и не дождалась.

И вот уже вечером, когда мы вместе с задумчивыми и, похоже, бывшими соперниками поужинали в столовой в полной тишине и собрались разойтись по собственным блокам, перед нами возник Рат. Только чтобы еще раз воткнуть в меня нож и уйти.

— Эр-гард приносит свои извинения за некоторую заминку в процессе отбора, но у него возникли определенные срочные дела, ждите информации, — объяснил он с отсутствующим видом и Дарк едва слышно фыркнул. Впрочем, нам всем было ясно, какие дела у него могли возникнуть.

Но лишь мне одной это осознание отравляло душу. И весь этот яд, который там скопился хотелось выплюнуть Вейну в лицо.

Желание расставить все точки над «i» толкнуло меня сделать шаг в другую сторону и отправиться не к себе, а к нему.

Зря…

Я заметила ее еще издали. И без того рослая, Лия нацепила каблуки и уверенно шагала по коридору. Она была одета в короткое платье, едва прикрывающее пышный бюст и роскошный зад.

Понятно. Вот как теперь у нас одеваются помощницы…

Чему-то улыбаясь, она прошла мимо меня, даже не заметив.

Еще бы. В этом сером комбинезоне я выглядела как мышь.

Девушка выглядела уже вполне здоровой. И совершенно сногсшибательной, хоть мне и хотелось обозвать ее по-другому.

Я замерла за углом, скрытая световой панелью. Зачем? Зачем я на это все смотрела? Я ведь прекрасно знала, куда она направляется своей легкой походкой.

Наверное затем, чтобы запомнить раз и навсегда — Вейн не для меня. И никогда не будет моим. И вовсе не потому, что он мой враг, или я пыталась его убить…

Лия остановилась у дверей его каюты, набрала пароль и они бесшумно разъехались в стороны. Ну еще бы, доступ у нее уже был…

А ведь у меня тоже.

И я не собиралась действовать как героиня пошлых романчиков, которая додумывает все сама. Нет, я собиралась убедиться в происходящем на сто процентов.

— Милый, это я. Медтехник сказал, что мне нужно много отдыхать и получать больше положительных эмоций… — хриплый голос Лии — женственный, мягкий, вибрирующий — разложил тишину коридора на до и после. — И мне кажется, я знаю, как именно следует получить эти эмоции и, знаешь, это также доставит и тебе… наибольшее удовольствие.

Нежный смешок, и она уже скрылась за дверью, которая бесшумно закрылась, оставляя меня наедине с пронзительной болью.

Я ждала. Вот сейчас дверь снова откроется, и он выставит эту шлюху за дверь.

Но прошла минута, две, три… джаппа! А она все еще была внутри.

Дура. Какая же я дура… Но ведь есть шанс…

Я тоже тихонько открыла дверь и прошла в каюту. И застыла в гостиной, вслушиваясь в низкий грудной смех, от которого все внутри скрутило от боли, словно мои внутренности медленно пропускали через мясорубку.

И его хриплый голос. Они были в спальне, и слов не разобрать.

Да и хочу ли я слышать?

Значит в Вирте Вейн был мной так увлечен лишь потому, что я была похожа на нее.

На его любовь.

Значит, потом он просто развлекался, как и с другими своими девками…

Не знаю, зачем — я ведь ничего не хочу видеть! — я все равно крадусь в сторону спальни…

Осторожно заглядываю и… застываю.

Она сверху на нем. Она уже без одежды.

— Лия, — я не хочу слышать, как страстно он произносит ее имя.

Я не хочу больше оставаться здесь, но… уйти прямо сейчас я не в состоянии. Ноги не держат…

Что ж, все прошло. И это тоже. И я снова осталась одна, как и всегда.

Тихонько сползла по стенке, закрывая глаза… Хотя зачем они мне? Я и так помнила детали…

— Мне не терпится восстановиться и снова приступить к своим обязанностям… — я ненавидела этот голос. И то, как она выдыхает эти слова в его губы, что совсем недавно целовали только меня.

Ублюдок.

— М-мм? — Я как наяву видела Вейна, который лежит на кровати, полузакрыв глаза. И насколько расслабленно его лицо, будто он, наконец, перестал держать на своих плечах все судьбы мира.

Что ж, желаю ему счастья.

— Обязанностям твоей помощницы, милый, — смеется Лия. — И не только помощницы…

Достаточно.

Мне — так точно.

Нашла в себе силы встать и выйти.

Быстро вернулась в свою каюту и покидала в сумку нужные вещи.

Вся информация со станции уже в моей системе. А с доступом, который предоставил Вейн, я смогу получить еще больше — и это совершенно не обязательно делать здесь, в непосредственной близости от воркующей парочки.

Мое родное убежище на Ааране тоже подойдет.

Тем более, что отбор и правда можно считать законченным — и даже если не было официального объявления, ничто не мешает мне отказаться от «финала». Да даже, если Вейн решит, что работать он будет с выбранным помощником, а Лию только трахать — я не собиралась за этим наблюдать!

Конечно, ни я, ни Торрант не откажемся от поиска правды. Но ему сейчас явно не до того… А как будет готов вытащить свой член из этой сучки… Я стиснула зубы, постаравшись усмирить бешенство.

Как будет готов — найдет меня, и мы продолжим работу. Может, мне уже будет, что ему сказать.

Я подхватила сумку, прошла в отсек, где стояли капсулы, способные донести даже до Аарана — сотрудники посмотрели удивленно, но я бы не смогла пройти без высшего допуска, потому они тут же занялись своими делами, понимая, что допуск у меня есть.

Подошла к одной из капсул и набрала нужную комбинацию цифр.

Эти капсулы, конечно, были не самым приятным вариантом добраться до поверхности родной планеты — ни встать, ни размяться толком, еще и пищевую и выделительную системы придется подключать, да и трясти будет при входе в атмосферу, как мехо-буча в железной банке. Но другим вариантом было попросить у Вейна или Рата выделить мне нормальный корабль, а этого я точно не собиралась делать.

Села внутрь, надела маску и нажала на кнопку блокировки входа.

Меня все еще потряхивало от пережитого. В груди разрасталась дыра, размером с астероид. Но…

Пора брать себя в руки, Мира. Ты с самого начала понимала, что это ненадолго. Ни в Вирте, ни в реальности. Вейн Торрант пусть не твой враг больше, но не более, чем случайный любовник, который не давал никаких обещаний.

И нужно сосредоточиться на мести. Ведь я уже серьезно продвинулась в своем расследовании. Стало более-менее понятно, что произошло.

Какой-то эксперимент, о котором даже Совет ничего не знал, привел к необратимым последствиям, к Прорыву. Какой-то гард, а может группа гардов, прикрывая свою задницу, скрыли информацию об этом, да еще и подставили Вейна. И убили мою семью. И раз уж мы знали, что искать, раз примерно начали разбираться в мотивах происходящего — мы, можно сказать, прошли половину дороги…

Что-то зудело у меня в голове, пока я подготавливала панель управления к автоматическому режиму полета.

Что?

Что я пропустила в своих рассуждениях или не обратила на это внимание?

Что-то с подставой эр-гарда?

Здесь вроде все понятно, как и в случае с моим отцом.

Может с Советом? Может они знали что-то?

Нет, тогда бы Вейн, когда встал в его главе, получил бы полную информацию. А он не лгал, когда говорил, что не был в курсе.

Мотив? Эксперимент…

Я прикусила губу.

Эксперимент… Что-то такое крутилось в памяти, но я не могла поймать эту мысль.

Система включилась, сообщая о готовности к полету, но я никак не решалась нажать на кнопку пуска.

Гарды постоянно экспериментировали — в этом и была суть их воздействия на наш мир. И, как правило, их эксперименты двигали наше общество вперед…

Вейн проводил времени в лаборатории не меньше, чем в Совете. Прошлый эр-гард тоже вкладывался в самые разные исследования, пусть и слыл консерватором…

Наконец, до меня дошло.

Я вспомнила, что читала про исследования того времени — что было утоплено в той лавине информации, которую предоставил мне Вейн Торрант.

Погибший эр-гард интересовался межпространственными переходами. И активно стимулировал различные исследовательские отделы.

Точно! Вот оно! Вот, где скрывался самый неоднозначный элемент всей этой истории и который, как и Вейн, был на каждой части мозаики, которую я пыталась сейчас собрать.

Все сходилось.

И, в то же время, вызывало еще больше вопросов.

Я даже дышать перестала от волнения. Джаппа! Как же сложно! Я не могу никого обвинять, пока не найду доказательств — и не поговорю с Торрантом.

Беспомощно посмотрела на открывшийся в космос шлюз.

Конечно, все мои догадки могли прозвучать полным бредом. Но что, если я не ошибалась? И я оставляю сейчас Вейна на одной станции с убийцей?

Я просто обязана поговорить с эр-гардом, даже если мне придется для этого самой натянуть на него трусы и скинуть с кровати.

Пусть мне будет плохо, пусть даже он посмеется мне в лицо и найдет объяснения или разозлится, что я прервала увлекательнейшее занятие, но для меня важнее было выяснить правду и наказать виновных, а не убиваться над собственным разбитым сердцем.

Я вздохнула, набрала код отмены прошлых операций и вылезла из капсулы.

Простите ребята, но я пока не готова сваливать.