Глава 29

- Позвольте провести вас к доктору, госпожа, - говорит Хасу, заявившись в мою комнату сразу после завтрака. – Господин предусмотрительно оборудовал отдельное помещение для подобных целей.

- Что за помещение? – глядя в зеркало, поправляю свое платье. – Вчера вы ничего не упоминали.

- На территории особняка есть личная клиника, - поясняет елейным тоном. – Сейчас проводится набор медперсонала, однако необходимое оборудование уже завезли.

- Там можно принять роды?

- В том числе, госпожа, однако возможности клиники гораздо серьезнее.

Интересно. Амир решил обустроить собственную мини-больницу. Удобно, особенно с учетом его постоянных разборок. Вряд ли жизнь моего супруга стала спокойнее. Скорее наоборот, уровень криминала набирает обороты.

- У вас очень интересные перстни, - выдаю, приближаясь вплотную к Хасу. – Могу взглянуть поближе?

- Разумеется, госпожа, - заулыбался. – Однако нам стоит поспешить. Врач уже на месте, и чем скорее проведем осмотр, тем лучше.

- Я быстро, - улыбаюсь в ответ. – Такие яркие камни. Наверняка, драгоценные?

Хватаю его за руку прежде чем он успевает уклониться. Не теряю времени, бью ладонью по кольцам так сильно, чтобы пораниться до крови, оставить на светлой коже багровые борозды.

- Что… госпожа… что вы, - мужчина отшатывается назад, смотрит на меня, точно на полоумную.

Поздно. Дело сделано.

- Вам нельзя меня касаться. Верно? – поглядываю на кровоточащую ладонь, а после перевожу взгляд на забившегося в угол Хасу. – А вы коснулись. Еще и поранили. Я сообщу Амиру, будто хотели меня ударить.

- Что? – с ужасом округляет глаза. – Зачем вам?

- Я грубо с вами разговаривала, вы набросились. Я успела прикрыть лицо руками, но вас было не остановить. Доказательства есть. Ваше слово против моего. Как вы думаете, кому поверят?

- Это ложь! – восклицает Хасу. – Я бы никогда такого не сотворил. Господин знает. И камеры… тут есть камеры.

Блеф. Амир бы не стал устанавливать камеры в том месте, где намерен меня трахать. Да и вообще никому бы не позволил наблюдать за своей женой.

- Хорошо, - щурится слуга. – Господин не поверит в подобную дерзость с моей стороны. Кто бы посмел замахнуться на его супругу? Безумие. Чистое безумие. Что вы задумали?

- Хотите проверить? – выгибаю бровь. – Интересно, успеете ли вы отмыть мою кровь с этих колец так, чтобы никаких следов ДНК не осталось. Чем планируете обработать металл?

- Я расскажу правду, - бормочет. – Как было. Вы сами.

- А я покажу синяки, которые остались после побоев, - пожимаю плечами.

- Какие синяки? – взвывает. – Я вас и пальцем не тронул!

- Уверены? – хмыкаю. – Будут синяки. Проступят как раз к приезду моего мужа.

- Чего вы хотите? – неожиданно мрачно спрашивает Хасу и взгляд его стекленеет, маска приветливости спадает, показывая настоящее лицо этого человека.

- Дружбу, - говорю я. – Настоящую дружбу с вами.

- Странные у вас методы, - протягивает. – Шантаж. Не с того начинаете. Опасную игру ведете.

- Будете на моей стороне – проблем не возникнет.

- И что я должен сделать?

- Никакого медицинского осмотра.

- Шутите? – присвистывает. – Хозяин четко указания дал. Врач приехала. Осмотр должен состояться. Отмена исключена.

- Я пойду к доктору, пообщаюсь, пусть она задаст мне стандартные вопросы и напишет заключение. Зачем смотреть? Достаточно беседы. Я отлично себя чувствую. Проблем со здоровьем нет.

- Предлагаете, обмануть хозяина? – холодно интересуется Хасу.

- Амир хочет получить ответ: здорова я или нет, - отвечаю спокойно. – И я абсолютно здорова. Где же обман?

- Приказано провести осмотр, - стоит на своем.

- Я отказалась туда идти. Нагрубила вам. Вы применили силу.

- Хватит! – взрывается Хасу. – Я понял, госпожа. Перевяжите руку и следуйте за мной. Сделаем по-вашему. Без осмотра.

Он ненавидит меня. Затаил злобу. При первой же возможности предаст. Но я точно не могу допустить, чтобы врач сообщил о беременности. Пусть Хасу уже к вечеру выложит Амиру всю правду. Лучше так. Постараюсь тянуть до последнего. Им придется силой проводить осмотр, привязывать меня к креслу ремнями. Иначе не дамся. Добровольно точно на такое не пойду.

Конечно, существует вариант солгать насчет ребенка, сказать, будто сын не выжил после родов. Но я на это не соглашусь. Наговаривать такое на Камиля просто за гранью. И без того на душе муторно. Тяжело.

Всю ночь не сомкнула глаз, размышляла, как поступить, и не придумала ничего лучше сомнительного шантажа. Если повезет, Хасу дальше меня прикроет. А если нет, хотя бы немного оттяну срок признания.

Жутко представлять, что произойдет, когда Амир поймет: я скрыла его наследника.

+++

Наступает вечер, и меня охватывает волнение. Встреча с врачом прошла гладко. Но понятно, подвох можно ожидать в любой момент. Достаточно признания Хасу. Хотя скользкий тип скорее всего решит промолчать, прибережет эту бомбу для лучшего момента.

Я хожу по комнате кругами, ощущаю себя, будто в клетке, пусть помещение огромное, реальной свободой не обладаю. Звук открываемой двери заставляет замереть и сложить руки на груди в бессознательной попытке выстроить защиту.

Амир. Мрачный. Весь в черном. При виде супруга внутри пробуждаются самые худшие предчувствия. Сердце сжимается, тело отказывается подчиняться.

- Что с твоей рукой? – спрашивает он.

А я даже не сразу понимаю, о чем этот вопрос. Лишь через несколько мгновений догадываюсь, речь идет о порезах, которые я залепила пластырем.

- Поранилась, - роняю тихо. – Случайно вышло.

Как только умудрился заметить? Или пообщался со своим слугой и прояснил детали? Теперь проверяет, как отреагирую, признаюсь ли в шантаже?

- Пойдем, - бросает без эмоций.

Судорожно выдыхаю и ступаю за ним. Не интересуюсь, куда именно. Сопротивляться бесполезно. Захочет – через плечо перебросит и потащит прочь, за волосы из комнаты выволочет. Следую за супругом, не надеюсь ни на что хорошее. Ночь спокойствия подарил и хватит. Пора снова работать над зачатием наследника.

Мы проходим по коридору, поднимаемся по лестнице на последний этаж. Огромная фигура Амира заслоняет собою свет. Механически продвигаюсь вперед. Железные молоточки стучат по вискам. Грудь сдавливает в ледяных тисках.

Что дальше? Здесь его спальня? Продолжит наказывать?

Мужчина толкает дверь, кивком головы приказывает пройти за ним внутрь. Тут темно. Ничего не могу разобрать вокруг. Попадаю в густой сумрак. Теряюсь.

Щелчок. Замечаю, как на стене загорается неоновый дисплей. Множество ярких кнопок. Амир продолжает нажимать что-то. Включается тихая расслабляющая музыка, а после здесь словно становится светлее. Только я нигде не вижу ламп, не обнаруживаю явных источников освещения.

Очень странная комната. Такая большая. Впечатление, точно занимает весь этаж. Ни единого окна не вижу. До сих пор не представляю, почему тут вдруг появилось гораздо больше света. А потом догадываюсь запрокинуть голову и посмотреть наверх. Мигом обмираю от изумления, пораженно моргаю, даже рот приоткрывается от удивления.

Прозрачный потолок. Звездное небо искрится перед моими глазами.

- Куда пропала крыша? – бормочу удивленно, прекрасно помню довольно стандартную конструкцию, когда смотрела на дом снаружи ничего подобного не заметила.

Амир берет меня за руку, перехватывает чуть выше локтя и подталкивает в сторону огромной кровати. Или это диван? Перевожу взгляд туда, на автомате отмечаю кучу подушек.

- Шея затечет, - говорит муж, надавливая на мои плечи, принуждает расположиться на горизонтальной поверхности. – Отсюда проще наблюдать.

Я укладываюсь и не могу отвести взгляд от стеклянного потолка. До чего же красиво! Когда-то давно я мечтала про большое окно в потолке своей детской спальни. Мама только посмеялась над этой идеей. Папа купил набор наклеек, которые светились в темноте, предложил вместе их пристроить над моей кроватью. Помню там луну и огромное количество звездочек. Экспозиция продержалась недолго. Наклейки вечно слетали вниз, в итоге отлепились, пришлось их все выбросить.

Я потеряла свое ночное небо. И вот опять нашла.

- Особая система, - произносит Амир. – Стекла бронированные. Дополнительное покрытие регулируется. Открывается и закрывается на пульте управления.

- Это просто невероятно, - шепчу я. – Настоящее волшебство.

- Небо. Звезды. Ничего необычного.

- Ты что, - бормочу, ощущая, как слезы наворачиваются на глаза, почему-то становится больно смотреть вверх. – Это потрясающе.

Моргаю часто-часто, смахиваю непрошенную влагу тыльной стороной ладони. Шумно втягиваю воздух. Наверное, действует музыка. Мелодия, будто для медитации. Трудно описать, но при чарующих звуках складывается полное ощущение погружения в чистую магию. Будто кто-то рассыпает вокруг звездную пыль. Звонкие перезвоны. Хрустальные колокольчики нашептывают нежную симфонию, буквально ласкают слух.

- Тут есть реально крутая программа, - продолжает Амир. – Если закрыть стекло, то можно запустить проектор. Четко показывает. Планеты. Созвездия. Типа прямой трансляции из космоса. По щелчку увеличиваешь, приближаешь, перебираешь.

- А музыка? – запинаюсь. – Откуда у тебя такая музыка?

- Хрен знает, накачали всякого в программу. Ну чтоб веселее лежать. Не нравится? Другое включить? От этого дерьма в сон клонит. Согласен. Сейчас поживее врублю.

- Амир, - хватаю мужа за руку. – Это не дерьмо. Оставь, пожалуйста.

- Как насчет примочек? Охота в космос? На Юпитер глянуть? Еще схему допилят. Будет эффект реального присутствия. Вроде кино, когда в долбанутых очках смотришь.

- 3D эффект?

- Точно подметила.

- Кто тебе подсказал такую классную идею? Ты нанимал дизайнера? Или советовался с кем-то?

Внутри царапает. Непонятное ощущение. Жжет и покалывает, будто ревную. Только почему? И главное – к кому? А впрочем, он ведь мог жениться. Не раз и не два. Мог поинтересоваться творческими затеями Асиат. Может, именно она участвовала в составлении проекта этого дома?

Я больше не задаю вопросов. Амир молчит. Укладывается поперек кровати, опускает голову на мой живот. Тоже смотрит вверх. Бережет тишину.

Я вплетаю пальцы в его волосы. Невольно поглаживаю. Рефлекс. Мне хочется дотрагиваться до этого мужчины. Везде.

Слезы стекают по щекам. Воздух забивается в горле. Больше не пытаюсь сдержаться. Продолжаю смотреть вверх. Завороженно наблюдаю, как звезды сияют с небес.

Мы близко. И далеко. Наверное, поэтому дикая боль раздирает нутро.