Глава 21

Лолита

Конфликт с Марго не разрастается после моего возвращения, а наоборот затухает.

Она бубнит, что я мелкая стукачка. Но делает это настолько беззлобно, а перед моими глазами так четко, но по-новому рисуется эта ночь, что я убегаю в свою комнату, чтобы там отсмеяться.

Ее любовника и след простыл. Квартира проветрена. На столе в гостиной стоит свеженький, исполненный со вкусом, букет.

И на душе у меня легко-легко.

Я благодарна Марго за ужасную ночь и волшебное утро. За мое единственное свидание с Незнакомцем.

Колкости и мелкие перепалки из наших отношений никуда не делись и не денутся, пока мы вынужденно сосуществуем, но теперь они приобрели дополнительный шарм. У меня тоже в рукавах появились козыри. Так, мне кажется, стрелять друг в друга словами нравится больше и мне, и самой Марго.

Мы друг к другу окончательно привыкаем и наконец-то начинаем лучше понимать.

Руслан дал мне каникулы длиной в неделю, но сегодня у нас снова урок, одеться на который нужно в спортивное.

Я надежно фиксирую волосы в гладкий коротенький хвост и потуже затягиваю узлы на новых беговых кроссовках.

Став в профиль, рассматриваю себя.

У меня появилась привычка: каждое утро делать фото в зеркале. Хочу понять: живот растет или нет, потому что сама изменений по-прежнему не замечаю. Но вокруг меня — приученные к внимательности бандиты.

Оттягиваю резинку джоггеров вниз и поглаживаю. Я благодарна своему ребенку за то, что не торопится о себе заявлять. Но если Руслан или Марго возьмут мой телефон — сходу разоблачат.

Тем не менее, я всё равно рискую. Вся моя жизнь сейчас — риск.

Отчасти — доставляющий удовольствие. К примеру, как сегодня.

Я сбегаю к машине Руслана, не прощаясь с Марго.

Он ждет не в салоне, а рядом с капотом. Провожает глазами по ступенькам, поднимая пушок на моих руках и повышая вероятность того, что споткнусь.

Его взгляд миллиметровыми иголками вонзается под кожу. Покалывает и пульсирует, впуская в меня дозу адреналина.

Я снова не знаю, чем мы будем сегодня заниматься, но давно подсела.

Любопытства больше, чем страха.

— Привет, — здороваюсь вежливо и немного застенчиво. Взбираюсь взглядом по новой, но всё такой же черной, футболке до волевого подбородка. По ровной переносице еду выше до своей цели — его неповторимых глаз.

Он не дал понять: тот мой поцелуй на прощание — это слишком или нет? Я свой эксперимент больше не повторяла. Сейчас тоже просто торможу перед ним и одна за одной даю себе команды: моргать, дышать, не пялиться. А губы всё равно горят.

Я привыкла к тому, что Руслан молчаливый и часто хмурый, но сегодня он всё равно какой-то необычный, а я теряюсь в сомнениях: хочу разгадать, что у него в голове, или не стоит?

Придирчиво изучает меня с ног до головы. Начинает раскачку на волнах.

Я понимаю, что делает: если оделась плохо — отправит домой. Но я постаралась учесть все пожелания. На мне — серые тонкие джоггеры и укороченная футболка. Удобные непромокаемые кроссовки. Удобная прическа. Глубокие карманы.

Если мы поедем учиться ползать по дну канавы, я уже не удивлюсь. И справлюсь.

Когда взгляд Руслана съезжает по довольно широкой полоске голого живота, кожу покалывает особенно сильно. Это… Приятно.

Он кивает, разрешая обходить машину. Я еле держусь, чтобы не захлопать в ладоши от радости.

Устраиваюсь на месте, которое мысленно давно обозначила своим. Каждый раз по грудной клетке расходится довольный (пусть не такой уж брутальный, но немного все равно волчий) рык. На моем месте никто не сидел или двигать под себя не осмелился. И это правильно. Очень-очень правильно.

Руслан садится в машину с минутной задержкой. Вместе с ним — запах дорогого табака, сандаловой чистоты и амбры. А еще возбуждение. Я не знаю, кто кого им заражает, но адреналина вокруг нас много.

— Что мы будем делать сегодня? — Обычно я не спрашиваю, но усидеть на месте без дела сейчас сложно. Руки неспокойные. Взгляд бегает. Возможно, я слишком расслабилась.

Руслан мажет взглядом коротко и не отвечает.

— Мы едем в Лиссабон?

Мотает головой.

— Дальше?

— Да, — я добиваюсь своего: слышу его голос. — Сегодня в другой город.

— Какой? — В голове крутятся идиотские мысли. К примеру, в Синтру. Только вряд ли на второе свидание Руслан звал бы меня в кроссовках и спортивках. По замкам обычно гуляют в платьях. Да и откуда вообще мысли о втором?

— Незнакомый тебе.

И на этом — все. Я продолжаю полагаться на интуицию. Она кричит: больше сейчас не добьюсь. Ну и ладно.

Наслаждаюсь дорогой и даже царящей в салоне тишиной. Подмечаю мелочи, которые сам Руслан, возможно, нет. Он как будто колеблется. То хмурится, то смотрит на горизонт спокойно. То сжимает руль, то расслабляет пальцы, перебирая по рулю. Интригует и одновременно с этим пугает.

В моменте я напоминаю себе глупого котенка, который радуется путешествию, а везут его… Топить.

Но эти мысли налетают и отскакивают водой от перьев. Я же цыпленок или кто?

Слишком много сделано. Он слишком старается, чтобы так просто меня слить. Нет, это что-то другое. Неизвестное и дико волнительное.

Мы едем около сорока минут и оказываемся в небольшом городке, название которого даже выговорить сложно, не то, что запомнить.

Я выхожу из машины вслед за Русланом и оглядываю улицу. Здесь мало автомобилей. Городок явно не туристический. Кофе с видом на яхты и чаек мы тут не попьем. Фасады домов облупленные, выгоревшие и изрисованные графити. Я замечаю несколько выбитых окон. А еще ловлю на нас парочку заинтересованных взглядов.

По коже снова рассыпаются мурашки, но совсем другие. Рядом с Русланом безопасно, а с теми, кто смотрит, — нет.

Ловлю глаза Незнакомца. Еле держусь, чтобы не попросить уехать. Просто. Я, кажется, не хочу сегодняшний урок. Но он, пусть даже колебался в дороге, всё окончательно решил.

Я считываю это моментально. Руслан подходит ко мне вплотную, нарушая все мыслимые и немыслимые личные границы. Я запрокидываю голову и мой протест разбивается вдребезги о «нет», которое даже не придется озвучивать.

Сейчас он совсем не такой, каким был в то утро. В нем ноль растерянности. Ноль мягкости. И уже — ноль сострадания ко мне.

Он сжимает мое запястье, поднимает его, развернув ладонью вверх. В руку вкладывает пистолет, который достал из-за пояса. Ускоренный пульс выстреливает сразу и в горле, и в висках.

— Зачем?

— Меня слушай молча. — Это грубо, но я покорно сжимаю губы.

Это же ты ему сказала, что готова учиться, как бы сложно ни было? Ну так отвечай за слова, Ло. Отвечай.

— За тобой погоня. Настоящая. Преследователь один, но опытный. Ствол заряженный. Твоя цель — спрятаться и выжить. Если для этого нужно выстрелить в него — стреляй.

— Я не знаю этот город. — Произнося осознаю всю сложность и… Жестокость.

В глазах продолжаю читать: он тоже прекрасно их осознает. Каждая моя попытка представить на месте дикого зверя щенка обречена на болезненный провал.

Он верен себе. А я…

— Если тебя найдут — не будут спрашивать, знаешь ты город или нет. Позавтракала, выпила ли кофе. Болит живот или голова. Как настроение. По тебе дана инструкция: взять живой. А если не выйдет — убить. Что можно сделать до или после понимаешь или тебе видео на тему показать?

Понимание подкатывает приступом тошноты. Волосы на затылке становятся дыбом. Это слишком. Для беременной — слишком. Но он не знает, а я не говорю.

Мое молчание расценивается как полное согласие. Руслан смотрит неотрывно и еле заметно кивает назад.

— У тебя фора пятнадцать минут. Ты должна продержаться тридцать. Разложить ложные метки, запутать следы. Украсть телефон. Не потерять ствол. Сделай всё, чтобы я тебя не нашел.

— А время…

— А время чувствуй. Твой телефон уже у меня.

Я охаю и сминаю карман. Он правда пустой. Когда Руслан достал мобильный — понятия не имею. Как не представляю и что буду делать.

— Время пошло, мажорка.

— Я не смогу.

— Ты либо сможешь, либо мертва.

Его холодность и честность одновременно бьют под колени и толкают в спину. На споры нет времени.

Я выдаю свой непрофессионализм сразу же, не пряча надежно, а прижимая пистолет к груди, но уже все равно. Он не поправит. Не подскажет. Вряд ли подыграет.

Он учил меня всё это время не просто так.

Руслан делает шаг в сторону, присаживается на капот машины и щелкает своим мобильным. А я, оглянувшись напоследок, иду прочь, ускоряясь.

***

Экзамен становится для меня неожиданностью. Все его уроки сбиваясь в голове одну клейкую кучу. Мне кажется, я все путаю. Мажу и лажаю, но делаю.

Продвигаясь вглубь города по узким улочкам, убеждаюсь, что Руслан специально выбрал грязный, неблагополучный район, кишащий бедняками, мелкими бандюками, проститутками и торговцами наркотиков.

И первое, что я пытаюсь сделать — скрыться от всех этих людей. Их купить можно за три копейки. И через них найти меня будет проще простого. Он знает португальский. Знает такие районы. Он сам из такого. А я…

Лопатками чувствую слежку. Собственное учащенное дыхание мешает слышать все до последнего шороха и я экстренно учусь его замедлять.

Пистолет кажется обузой, а не спасением. Мне то и дело хочется сбросить его где-то и просто бежать.

Украсть телефон… Господи, как?! За тридцать долбанных минут?!

Но мне везет. Я совершаю ужасную вещь, но ощущение, будто меня правда могут поймать и убить, заставляет забыть о стыде: мобильный я достаю из кармана у слепого, как бы случайно с ним столкнувшись.

Двигаюсь дальше. Устаю, но ускоряюсь. Все сильнее хочу сбежать и всё сильнее верю, что могу не выжить.

Главный мой враг — страх и паника. С ними сложнее справиться, чем пережить боль в мышцах.

Оставляю лживые метки и поднимаюсь вверх по улицам из опасного района в город, который выглядит намного более надежно.

Обычная человеческая логика подсказывает, что он ждал бы моего спуска вниз, поэтому я упрямо взбираюсь и взбираюсь, ломая собственное мышление. По ступенькам, крутым спускам. Пот струится между лопаток, а футболка липнет к коже. Губы соленые. Хочется пить, но вместо воды у меня пистолет и краденный мобильный.

Камушек скачет по крупной брусчатке, срываю мне дыхание. Я спотыкаюсь. Оглядываюсь, замерев, но никого не вижу.

Только верить нужно не глазам, а интуиции. Интуиция кричит об охоте.

Сколько времени осталось? Не знаю. Я потерялась. Во мне осталось только желание выйти живой.

Места на второе дыхание внутри нет — первое и так разрывает легкие, но я чудом его открываю. Самой кажется, что делаю все правильно. Осторожно. Дальновидно.

И каждый раз срываюсь на очередном шорохе. Промелькнувшей тени. Крике чайки или звоне проезжающего мимо велосипеда.

Я злюсь на себя за страх и усталость. На него — за то, что втянул меня в игру в роли глупой добычи.

Когда новый камень летит прямиком мне под ноги, нервы сдают. Я пугаюсь и срываюсь в глупости. Несусь вверх по ступенькам и сворачиваю в первую попавшуюся улицу. Просто молюсь, чтобы долбанные полчаса были на исходе.

Ускоряюсь от шага к шагу, пока не осознаю, что сама себя загнала в тупик.

Или он загнал.

Взгляд выцепляет белый раскрытый, лежащий на тротуаре, цветок, которому вроде бы неоткуда здесь взяться. Это не гибискус, которых здесь куча, не бугенвиллея и не жасмин, а белая лилия.

Любимый цветок мамы и… Отчима.

Что это ловушка я понимаю быстро. Нужно пятиться, а лучше — развернуться и бежать, но вместо этого, я делаю последние шаги к ней.

Он всё угадал. Всё предвидел. Я как была элементарной добычей, так ею и осталась.

Присев, сжимаю стебель пальцами и кручу. Не знаю, почему она вдруг кажется мне такой красивой.

Наверное, потому что как-то так могла бы закончиться моя жизнь. Или еще закончится.

Когда он не хочет, его шаги невозможно услышать. Я просто чувствую, как на горле сжимаются мужские пальцы. Они давят сильно, мешая не только вскрикнуть, но и дышать.

Меня тряпичной куклой подбрасывает вверх и вжимает грудью в шероховатую стену. Голый живот царапает неоднородная текстура.

Большое и сильное тело прижимается сзади и я слышу волчий рык.

Он выдергивает пистолет из-за моего пояса и упирает дуло в ребра. Я чувствую все максимально отчетливо. Слышу, как Руслан взводит курок.

Знаю, что держит палец на крючке. Может… Убить. Его губы трогают скулу. Себя под ним я ощущаю распятой.

— Сколько минут? — Спрашиваю, чтобы знать, сколько смогла продержалась. Что проиграла — уже поняла.

— Двадцать восемь.

— Сука.

За поворотом португальский городок бурлит своей колоритной жизнью, а мы тут дышим вразнобой и тонем в смертельно опасной игре.

Натиск дула на кожу усиливается. Я перестаю дышать вовсе, а Руслан… Ведет языком по щеке, скуле и виску, собирая соль, как трофей. Из-за дикого смешения страха, усталости, азарта и его близости твердеют соски и мокнет белье.

А он отнимает пистолет и опускает вниз. Я вздрагиваю, слыша выстрел.

Руслан не играл бы с незаряженным. Лилию разносит на лепестки.

Мое сердце сходит с ума. В ухо врезается угрожающе-спокойное:

— Две минуты это дохуя, Лолита. Ты убита. Зря пошла вверх. Богатые сбегают от бедняков, это классика. Лучше бы осталась внизу, там тебе помогли бы те, кто умеет прятаться.

Очень просто дает понять, что моя логика — примитивна. Мои поступки выдают давно устаревшие установки. Я продолжаю считать себя другой, хотя мой мир теперь — такой же. Бандитский.

Руслан отталкивается от моего тела и делает шаг назад. Чтобы не стечь на брусчатку, я до царапин на коже впиваюсь в фасад холодного дома.

Смотрю вниз и пытаюсь принять новый опыт.

Самое ужасное, наверное, что намного сильнее фантомного дула пульсирует поясница, в которую очень отчетливо вжималось самое настоящее возбуждение. Такое же, как у меня, а может быть сильнее.

Ему… Нравится на грани.

А я окончательно сломалась, потому что мне, кажется, тоже.

— Дашь второй шанс? — Оглядываюсь и смотрю в одновременно зверски голодные и впитавшие мой страх до последней капли глаза.

— Подумаю.