Глава 46

Я поперхнулся - к таким новостям готов не был. Вернее, не так. Ожидал от Августушки чего угодно - подставы, лишения меня родительских прав даже из адова котла, в котором она наверняка сейчас и находилась. Но никак не того, что от этой женщины можно что-то получить.

- Я вообще не в курсе, чем она владела, - сказал я и плеснул себе еще Крувуазье.

Такие новости насухую вот так вот просто не воспримешь.

- И вообще думаю, что нам от нее ничего не нужно.

Сказав это, я покосился на Еву. Та поджала губы. Пока по реакции Лебедевой было не понять, что именно она об этом думает.

- А я считаю, что нужно, - заявила она спокойным тоном, но все же с нажимом, чтобы я даже не думал брать и протестовать. - Эта женщина вытрепала лично мне все нервы и чуть не лишила самого дорогого. - Ева теснее прижала к себе наших дочерей. - Так что пусть расплачивается как может.

Спустив на пол Маруську и Лену, которые умчались куда-то заниматься своими невинными делами, она придвинулась ближе к столу и добавила:

- Считаю, что тебе нужно обратиться к нотариусу. У Августы первые наследники - это ты и дочь.

- Если нет завещания, - сказал я.

- Даже если есть, узнай, что можете получить по закону. Ты все еще законный муж, Леночке нет восемнадцати, так что, - она развела руками и принялась за еду, ставя этот разговор на паузу.

Все остальные начали тихо переговариваться, а я, тяпнув еще порцию коньяка, крепко призадумался. Пожалуй, все были правы в том, что нам нужно попытаться получить наследство. Если не для меня и моей моральной компенсации, то для того, чтобы Лена получила свою заслуженную долю - вполне.

Направляясь к нотариусу, я старался не думать о том, что сегодня могу уехать от него с пустыми руками. Это, в принципе, было не столь уж и важно. Волновал меня совсем иной вопрос - отношения с Лебедевой.

Мы с ней сейчас были сродни старым супругак, которые, в виду долгого проживания вместе, уже стали больше похожи на закадычных друзей, а не на двух человек, которые пылали от страсти по отношению друг к другу. И если я весьма себе этим чувством горел, то Ева по отношению ко мне была спокойна, если не сказать равнодушна.

С этим нужно было что-то делать, но я пока не понимал, что именно. Пойти на то, что предлагал Быстриков? Вполне. Особенно учитывая, что по прошествии несколько дней Лебедева вновь вернулась к работе, к моему немалому сожалению. Однако с этой несносной справиться я мог далеко не всегда, потому спорить по этой части не стал.

- Егор Алексеевич, а я уже вас заждался, - потирая руки, встретил меня этой фразой нотариус.

Я мгновенно переключился на него, ожидая, что же он мне скажет.

- Слушаю, - кивнул, устраиваясь напротив него.

- Новости самые прекрасные. И если вдруг не появятся еще какие-то наследники, вы с дочерью получите все, что было приобретено на имя Августы Юлиевны не только во время брака, но и до него. Отец и мать Августы Юлиевны сказали, что готовы отказаться от своей доли в пользу Елены Егоровны. А больше, как я понимаю, наследников не имеется. Таким образом вы с вашей дочерью получите…

Он начал перечислять все, чем владела моя почившая женушка, а я только и мог, что сидеть, невольно раскрыв рот, и охреневать от того, что на ее имя записал депутат. Выходило, что он, пользуясь деньгами то ли своими, то ли жены, успел напокупать моей дражайшей (особенно после смерти) супруге кучу заводов-пароходов. Чудеса.

- А если будет доказано, что эти средства вносились не ею, а кем-то другим?

- Ну… во-первых, у вас не было брачного контракта. Во-вторых, та сторона, которая за это платила, собирается с вами судиться? Это отвратительная тяжба, особенно если учесть, что у вас имеется несовершеннолетний ребенок.

Нотариус поморщился, я же задумался. Пойдет ли министерша на то, чтобы ее имя и имя покойного уже Сивацкого полоскалось в сми? Учитывая тот факт, что с клиникой ожидалась точно такая же история?

- Хорошо, посмотрим, что будет, спасибо, - сказал я, поднимаясь из-за стола.

Новости были хорошие, но чем все в итоге завершится, покажет время. А именно - полгода, по истечении которых определятся все законные наследники, которые вступят в свои права.

Мы распрощались с нотариусом, я вышел на холодный воздух и постоял немного в задумчивости. Позвать Еву отметить это дело? Нет, идея, мягко говоря, отвратительная, ведь праздновать что бы то ни было, связанное с Августой, было неправильным. Потому я, выудив телефон и постояв так немного, набрал номер Быстрикова, после чего попросил:

- Поможешь мне устроить сюрприз для сестры?

- У тебя есть сестра? - поразился Быстриков.

Я вздохнул.

- Не для моей. Для своей. Что там были за идеи с тем, как забраться к ней в окно офиса?

И когда Юра стал рассказывать, я закивал, отбрасывая идиотские задумки и, словно бриллианты из плевел, выбирая те, которые могут сработать.

Правда, и думать не думал, чем именно все может завершиться.