Глава 19

Александр

— Саш! Саша! Подъем, уже девять! Ты родился два часа назад, а еще спишь!

Возглас Лерки ворвался в мой сон так внезапно, что я сразу не понял, почему Вероника заговорила со мной голосом сестры, а еще принялась трясти меня за плечи, словно пыталась оторвать мне голову.

Резко открыл глаза, перехватывая девичьи кисти, и увидел перед собой зеленые искрящиеся глаза. Лера широко улыбнулась, оголяя белые ровные зубки, и подмигнула:

— С днем рождения, мой любимый вредный братик!

— Сумасшедшая! — пробубнил я, переворачиваясь на живот, и сладко обнял подушку. Спать хотелось неимоверно.

— Эй! — она возмущенно стукнула меня ладошкой по спине и бесцеремонно забралась на мою кровать с ногами. — Саша! Хватит дрыхнуть! Проспишь завтрак!

— Позавтракаю в обед, — пообещал я в полудреме.

Я пришел домой в четвертом часу утра, и я хочу спать гораздо больше чем есть.

— Нет уж, вставай! Мы с мамой что, зря старались?! — возмущенно засопела Лерка, снова принимаясь отделять мою душу от тела жесткой встряской.

Блин, «добрая» сестренка не отстанет! Я со вздохом открыл один один глаз и приподнялся. Ладно, вздремну днем пару часиков…

— Встал. Довольна?

БАБАХ! Я вздрогнул от резкого звука, а на голову и плечи посыпалась невесомая мишура.

— С днем рождения! — последовал радостный писк.

Зашибись… Я сдул с носа парочку переливающихся кружочков и огляделся.

— Спасибо, конечно, Лер, но скажи, кто это теперь убирать будет?

Сестренка закатила глаза:

— Ох, какой же ты зануда! Я уберу! — заявила немного обиженно и уклончиво добавила: — Попозже…

Да кто бы сомневался!

Я откинул одеяло, и нехотя натянул на себя штаны.

— Лер, я умоюсь и подойду, — пообещал я, потому что сестра стояла рядом с видом строгого надзирателя и уходить не спешила.

— Точно? — спросила она, подозрительно прищурившись. — Спать снова не ляжешь?

— Не лягу, — вздохнул я.

— Ну, хорошо…

Меня наконец-то оставили одного. Я взял телефон и потопал в ванную. На экране высветилось с десяток сообщений и столько же пропущенных вызовов. Поздравлять меня начали еще с шести утра. И чего людям не спиться?! Хорошо хоть беззучный режим поставил, ведь планировал проспать до обеда. А тут Лерка все планы порушила, коза мелкая!

Пробежался по списку сообщений и взгляд тут же выцепил Нику. Поздравление от нее пришло полчаса назад. Я открыл его первым, чувствуя, как губы растягиваются в неосознанной улыбке.

— Привет, именинник! Поздравляю тебя с днем рождения! — ее голос звучал немного взволнованно. — Я желаю тебе заслуженной победы в соревнованиях! Пусть все получится и ты достигнешь тех высот к которым стремишься! Я хочу, чтобы ты знал — где бы ты ни был, какие бы цели перед собой не ставил, в мире есть одна девушка, которая верит в тебя и… искренне тобой дорожит. Твое счастье значит для нее очень много, она улыбается, когда улыбаешься ты! Так что будь счастлив всегда! Целую крепко-крепко, Ника.

Черт, пульс зашкаливал, словно я пробежал марафон. В груди разливалось тепло. Я снова прослушал поздравление. Затем еще раз и еще… Остальные сообщения так и остались не открытыми. Это небольшое послание было самым ценным. Каждый раз, слушая мягкий голос Вероники, я открывал для себя что-то новое. Звучание голоса и отдельных слов. Волнение, тихие вдохи и короткие паузы. Небольшая заминка после слов: «которая верит в тебя» говорила о том, что Ника не лукавила. Она искренне призналась мне, что я дорог ей. Что она счастлива, когда счастлив я. А сейчас я счастлив. Причем настолько, что внутри все подпрыгивает и дрожит. Словно мне только что призналась в любви самая желанная девушка. Хотя она и была самой желанной! Мне уже давно сорвало стоп-кран и я перестал заморачиваться и избегать близости с ней. Ника — моя, и как только Загороднев старший займет кресло мэра, я во всем ей признаюсь. Не важно, каким именем она меня называет. С ней я не играю ролей, я искренен, как никогда.

Я умылся и, натянув на себя футболку, вышел из комнаты. В зале меня ждала вся семья. Довольный отец сидел за накрытым столом, мама и сестра стояли позади него, над праздничной гирляндой «С дней рождения, Саша!». На полу плавали надувные шары, которые, без сомнения, все утро надувала Лерка. Все эти праздничные украшения в ее стиле. Она недавно призналась мне, что попробует себя в декоре свадебных залов. Вкус и стиль у младшей сестренки был, поэтому мне оставалось только поддержать ее стремления. Может и в финансовом плане нам станет легче. Сейчас, когда отец потерял свое дело и пытался вклиниться в новое дело, тянул все хотелки Леры только я. Благо у меня получалось неплохо подзарабатывать на наших нелегальных гонках.

— А вот и наш именинник! — радостно объявила мама, заключая меня в объятия. — С днем рождения, дорогой!

— Спасибо, мам, — поцеловал ее в щеку. — Не надо было суетиться с самого утра.

— А когда же еще? Ты последний месяц совсем перестал появляться дома, сын! И свой двадцать четвертый день рождения вряд ли будешь отмечать дома, — заметил папа, многозначительно вскинув брови. — Самый занятой мужчина нашей семьи. Мне даже стыдно иногда становится.

— Интересно, когда же он познакомит нас со своей загадочной девушкой? — добавила сестра, а в ее глазах заплясали неугомонные бесята.

— Лера, ну что ты опять начинаешь… — Мама окинула свою дочь строгим взглядом.

— Ну а что? — развела та руками. — Вы же не думаете, что Саша у друзей ночевал две недели подряд?

— Мало ли, что мы думаем! — покачала головой родительница.

— А нам, Маша, очень уж хочется познакомиться с ней! — отец поддержал сестру и пронзил меня взглядом, полным любопытства. — Хотя, вероятно, мы с ней и так уже знакомы! Да, Александр?

Тонкий намек на Поджарову. Отец спит и видит возможность породниться с партнером по бизнесу.

— Нет, па, — отрезал я. — Вы с ней не знакомы.

— Ну, — протянула Лера. — Я уже рада, что ты снова не сошелся с Сонькой.

Это уже точно невозможно. Запросы своей бывшей я уже материально не тяну. Во многом именно из-за появившейся дырке в моих карманах мы и разошлись во второй раз. Сейчас дела в финансовом плане у меня идут гораздо лучше, чем год назад, но видеть Соню нет никакого желания. Эта страница давно исписана и перечеркнута.

— А когда же мы познакомимся? — Отец чуть нахмурился.

— Когда придет время, — ответил размыто. Рассказывать семье о проблемах Вероники я пока не готов. Как и то, что я выдаю себя за другого парня, встречаясь с ней. — Давайте резать торт, — перевел тему. — Мама, ты сама пекла?

— А как же! Твоя сестра помогала. Правда не совсем удачно! Если бы ты пришел домой не под утро, видел бы, как Лера сожгла один бисквит!

— Мама! — виновница тут же надулась. — Я же не специально! И я все переделала!

— Не специально, — передразнила мать. — Меньше в телефоне зависать нужно! Леш, давай зажигать свечи. Сначала пусть Саша загадает желание.

— Маш, ему уже не пять, — хохотнул отец. — Он домой заявляется, чтобы либо поесть, либо поспать. И то не всегда!

— Нет-нет, я загадаю, мам… — Я сел напротив большого красивого торта, усыпанного свечками.

— Вот и здорово! — улыбнулась мама, хлопнув в ладоши.

Дождавшись, когда отец зажжет каждую свечку, я набрал полную грудь воздуха и закрыл глаза. Мне было пофиг, как это выглядело со стороны — здоровый парень, ростом в сто восемьдесят шесть сантиметров, сжимает кулаки и впервые за много лет искренне надеется, что его желание сбудется. И нет, я думаю вовсе не о ралли в Европе. Не о золотом кубке первого гонщика, и вообще не о профессиональном спорте. Сейчас это все не важно. Ведь теперь есть та, которая гораздо важнее. Вероника. Девушка, которая искренне мной дорожит и желает мне счастья… Путь она снова обретет возможность видеть мир своими светлыми красивыми глазами. Пусть пустота в них сменится добротой, жизненными силами и заинтересованностью в завтрашнем дне…

Я задул свечи. Старался, чтобы каждый огонек затух с первого раза, и лыбился, как последний балбес, глядя на свою победу.

Мы просидели за столом недолго. Через полчаса папа засобирался по срочным делам, и мы потихоньку начали расползаться. Мама собирала посуду, ворча при этом, что ее муж снова погряз в своем бизнесе, и даже лишней минуты родному сыну уделить не может.

— Тебе не угодишь, Машенька, — ворковал отец, целуя ее в щеку. — То я недостаточно много зарабатываю, и вынуждаю тебя съехать из коттеджа, то ты начинаешь дуться, когда я хватаюсь за возможность много заработать.

— Ой, все! — мама закатила глаза. — Иди, Леш! Не будем спорить.

— Считай, мне уже нет. Приду как всегда в семь. — Папа поспешил на выход и напоследок добавил: — С днем рождения, сын!

* * *

Уже семь вечера. У меня все готово для уединенного празднования, осталось самое сложное — украсть принцессу из заточения. Надеюсь, все пройдет гладко. План прост — Веронику выводят за час до завершения вечерней прогулки и пропадает до обеда завтрашнего дня. Дежурный врач в курсе, и получил приятную «благодарность» в карман. Он даже заставил меня накатать расписку на всякий пожарный случай, но я был уверен, что все пройдет хорошо. Сам когда-то сбегал из больницы на выходные, и знаю, что не один этим грешен.

Когда двери лифта разъехались, и из кабинки вышла Ника в сопровождении пухленькой санитарки. Женщина окинула меня внимательным взглядом маленьких, как бусинки, черных глаз и проквакала:

— А вот и жених! Весь истомился в ожидании, бедняга, — она подтолкнула Веронику вплотную ко мне, и добавила снисходительно: — Забирай принцессу. И не забудь вернуть в соответствии с режимом.

— Конечно, — отсалютовал ей, и поспешил забыть о ее присутствии.

Все мое внимание заняла Вероника. Ее щечки возбужденно горели, губы подрагивали в улыбке, а глаза как обычно были закрыты повязкой. На Нике легкое желтое платье с расклешенной юбкой, черный пояс на талии. Моя девочка подготовилась к нашему вечеру и выглядела так, что я глаз отвести не мог.

— Привет, — произнес я, и провел ладонью по ее гладким волосам.

— Привет, — взволнованно откликнулась она. — С днем рождения!

— Спасибо, — довольно промурлыкал я, вспоминая ее утреннее поздравление. — Идем?

— Идем, — кивнула Ника, сжимая мою руку. — Скажешь, наконец, куда мы?

— Потерпи хотя бы до машины, — усмехнулся я.

— У меня такое ощущение, что день рождения сегодня у меня!

— А когда у тебя день рождения?

— Четырнадцатого ноября.

— Пригласишь?

— Я не люблю отмечать свой день рождения, — уклончиво ответила она.

— Это еще почему?

— В общежитии не разгуляешься, есть риск выселения, а больше мне некуда пригласить друзей.

— Хм, придется брать ситуацию в свои руки! — протянул я многообещающе.

Пусть до ноября еще далеко, но я уверен, что мы отметим день рождения Ники вместе, и не раз. Мы дошли до машины и я открыл пассажирскую дверь.

— Прошу, — объявил с улыбкой, помогая ей забраться.

— Алекс?! — услышал удивленный возглас позади и холод прошиб тело. — Алекс, привет!

Напряженно выпрямился, наблюдая за тем, как Ника оборачивается на голос Лены. Я быстро захлопнул дверь, отсекая ее от посторонних глаз, и оглянулся.

Звиздец нагрянул незаметно. Поджарова, за каким-то лешим очутившаяся в ненужное время в ненужном месте, шла прямиком ко мне. Я быстро отошел от машины и кивнул ей.

— Привет, — кивнул напряженно, загораживая машину собой.

Но не тут то было, любопытные глазки моей сокурсницы так и целились прострелить мне грудь, чтобы увидеть спрятанное. Бесит!

— Лен, я спешу, извини, — попытался ее спровадить, но красотка и с места не сдвинулась, лишь шею вытянула в попытках подглядеть.

— А ты с кем? — прозвучало довольно требовательно.

— С девушкой, — ответил просто.

— Познакомишь? — зеленые глазки возмущенно прищурились.

— В другой раз, — отрезал я. — Ты как здесь оказалась?

— Пришла навестить родственницу.

Врет. Загороднев, засранец, сболтнул ей где я обитаю все свободное время, не иначе!

— Ясно, — сухо кивнул я. — Пусть выздоравливает. Пока.

— Подожди, Саш, — она вцепилась в мое предплечье. — С днем рождения!

Лена поднялась на носочки и потянулась к моим губам. Я резко отстранился, не давая ей себя коснуться. Что, блять, за цирк?!

— Не разгоняйся, — предупредил я, нахмурившись.

— Почему? — она улыбнулась, подмигивая. — Это было бы забавно. Твоя девушка все равно с завязанными глазами и ничего не увидит…

— Ничего забавного, Лен, — пресек я недобро. — Иди куда шла. Договорились?

Улыбка слетела с ее губ, а между бровей залегла хмурая складка.

— Ух ты! Илья не соврал — ты и правда по слепой девице сохнешь.

Злость обожгла грудную клетку. А Загороднев с какого хрена разговорился?!

— Кажется, я не обязан держать перед тобой отчет, — ответил холодно, одергивая руку. — Где и с кем я провожу время — только мое дело.

Я обошел однокурсницу и сел в машину.