Глава 19

Пообедав, они перепроверили все системы вручную и час отдыхали, привыкая. Найт помогала им во время полёта, постепенно уменьшая гравитацию, но сейчас они были на Луне, и скачок всё равно оказался значительным.

Но приятным. А уж как приятно будет летать…

Они стояли в шлюзе, все трое. Четверть часа лёту до базы Светлых – достаточно малое расстояние, чтобы не получить на свою голову неприятных сюрпризов.

– Первый шаг из корабля, – сообщила Найт, – сделаю я. А дальше вы уж как хотите.

Она стояла среди них в лёгком голубом платье, перекинув длинные волосы через плечо и мечтательно улыбаясь. Таисса на миг позавидовала, что не может одеться так же и сбросить к чертям силовое поле.

Но она была живой. А Найт – всего лишь всемогущей. И если она сможет порадовать ту, что стала ей подругой, она это сделает.

Дир и Таисса переглянулись.

– Почему нет? – легко сказала Таисса. – Эйвен?

– Только за.

– Решено.

В следующую секунду внешний люк отворился.

– Угадайте, выпустила бы я вас из корабля, если бы вы не согласились? – дразнящим тоном протянула Найт.

И спрыгнула вниз.

– Выходите! – прозвенел в динамиках её голос. – Тут солнышко!

– Исторические первые слова, – заметил Эйвен Пирс. – Кто хочет оставить след в истории следующим?

– Я, – без колебаний заявил Дир. – И Таисса.

Он крепко схватил её за руку.

– Готова, принцесса?

Таисса бесстрашно встретила его весёлый взгляд. «Да», – сказали её глаза.

Дир подхватил её на руки. И с хохотом прыгнул вместе с Таиссой в лунный грунт, расставив руки, зарываясь в мелкий реголит, словно в песок на пляже, совершенно не заботясь, выдержит ли пружинящее силовое поле.

– Мы на Луне, – выдохнул он. – На Луне!

Таисса счастливо засмеялась.

– Чувствую себя обязанным сказать что-нибудь романтическое про солнечный ветер, – заметил её отец, спускаясь следом, – но, кажется, все подходящие фразы уже заняты. Корабль законсервирован. Кислорода и регенераторов нам хватит на восемь часов. На базе мы будем через час, медлить дольше я не разрешаю. Дир, я полагаюсь на ваше слово, что база Светлых оснащена, даже оставшись покинутой.

– Там есть топливо, вода, генераторы замкнутого цикла, и можно восстановить атмосферу, – кивнул Дир. – И поужинать галетами с тушёнкой, разумеется.

– Куда же без них, – насмешливо сказала Найт. – Не поверите, за эти двадцать лет Светлые не взяли на базу ни одной чёртовой банки ананасов. Сквалыги.

Она вдруг нахмурилась:

– Что за чёрт?

– Что? – быстро спросила Таисса.

– Разведывательный зонд. Светлые.

Голос Найт сделался отрывистым:

– База мертва, так что вряд ли её автоматические системы нас засекли. Скорее всего, это чёртов спутник. Как знала, что Александр… – Она не договорила. – Впрочем, модель безобидная.

Таисса закусила губу. Светлые знали, что они здесь.

И им стоило поторопиться.

Золотистый блеск силового поля в вечной ночи. Термооболочка с радиационной защитой, невесомая, неосязаемая. И Земля, голубая Земля над ними.

Таисса взвесила кирпич в руке. Он казался чудовищно лёгким в лунной гравитации. Ей не хотелось класть его на землю, то есть на поверхность Луны. Его же мог унести любой ветер…

Впрочем, ветра на Луне как раз не было. Как не было и расстояния: дальномер, встроенный в электронные линзы, был их единственным спасением.

Таисса стояла посреди ледяной лунной пустыни, которая через несколько лет должна была вспыхнуть, расцвести и подарить Луне новое начало. Добыча гелия-3, новые горизонты, новые технологии…

Вернону бы понравилось её видение. Особенно Великий Тёмный с банкой колы. Вот только Вернону не доведётся побывать в этом прекрасном городе и позвать её в лунный пентхаус. Её отчаянному Тёмному осталось жить меньше года. После этого всё, что его ждёт, – смерть. Или отсроченный приговор криокамеры.

– Таисса. – Дир подошёл к ней с кирпичом в руке, и его голос негромко зазвучал из динамиков. – Запомнила, в каком порядке они должны лежать?

Таисса улыбнулась:

– Предлагаю нарезать побольше кирпичей и составить из них неприличное слово.

– Я об этом думал, – невозмутимо кивнул Дир. – Но Великий Тёмный может не понять.

– Это да, – вздохнула Таисса. – Что ж, выполним наш долг достойно.

– Не торопитесь.

Кирпич выпал у Таиссы из рук. Голос, прозвучавший из динамиков, она узнала бы везде.

– Александр, – произнесла она. – Так вот зачем вам был разведывательный зонд.

– Иначе Найт не дала бы нам поговорить.

– Я и сейчас не даю, – резко сказала Найт. – Как только я …

– Как только ты – что? Всё снаряжение управляется механически, без твоего присутствия. Мой сын предусмотрителен. Ты не сможешь отключить их динамики, как не сможешь помешать нам разговаривать. – Александр тихо засмеялся. – Или ты хочешь взбунтоваться, Найт? Попробуешь заблокировать эту частоту, перекрыть им кислород, не дать вернуться в корабль?

– Не мели чушь.

– Я не имею ни малейшего желания с тобой общаться, – уронил Эйвен Пирс. – Думаю, причины тебе известны.

– Эйвен, ты не представляешь, с кем связался.

– Представляю, – по-прежнему невозмутимо сказал отец Таиссы. – Я отслеживаю новости с Земли через тех, кому доверяю. Если бы Найт преступила черту, я знал бы об этом.

– Видишь? – пропела Найт. – Я была пай-девочкой.

И добавила совсем другим, сухим и строгим тоном:

– Убирайся.

– Нет.

– Убирайся, Александр, – повторила Найт. – Ты, заточивший меня в клетку на Луне на двадцать лет. Я простила тебя, ведь я любила тебя каждый день. Но ты поставил под угрозу дорогие мне жизни.

Таисса вздрогнула.

– Моё отражение. Моё продолжение. Дочь Эйвена. – Найт издала не то смешок, не то всхлип. – Ты правда хотел убить своего сына? А мальчика, которого так любит Таисса, который столько лет был вашей надеждой?

Молчание. Безмолвие на всех радиочастотах.

– Убирайся, – отчеканила Найт в третий раз. – Со мной ты можешь говорить хоть у себя в кабинете, хоть… где угодно. Ты это знаешь. Но эти трое для тебя неприкосновенны, пока они не вернутся на Землю.

– Мне они тоже дороже всего, Найт, – произнёс Александр. – У меня нет ничего, кроме них.

– Да, на орбите это было заметно, – с горечью сказала Таисса.

Александр тяжело вздохнул.

– Мы думали, что эвакуировали лунную базу после несчастного случая, – сухо сказал он. – Но это было убийство. Шестеро Светлых погибли на Луне по вине Найт. Двоим чудом удалось спастись. После этого все серверы с Найт обесточили, а базу срочно эвакуировали. Увы, как оказалось, Найт удалось проскользнуть на Землю.

– Что? – ровным голосом спросила Найт.

– Ты убийца, девочка. Будешь отрицать?

– У меня нет воспоминаний об этом событии, – в голосе Найт слышалось удивление. – Ты лжёшь. Я оставила двадцать лет одиночества позади, но я не стала бы стирать…

– Стала бы. Мы все мечтаем сбросить тяжкий груз. У тебя просто была физическая возможность это сделать, и ты это сделала. На базе есть логи и видеозаписи, если ты захочешь освежить свою память.

Таисса закрыла глаза. Она не верила. Не хотела верить. Но это звучало так логично. Найт стала убийцей, чтобы спастись, но одновременно убила и себя, вырезав момент убийства из своей памяти. Послав на Землю юную невинную Найт, навсегда заперев свою тёмную сторону на лунной базе Светлых.

– Уничтожьте все серверы и все банки данных на базе, – жёстко произнёс Александр. – Искусственный интеллект, осознавший себя и убивший даже единожды, не должен жить. Это тот минимум, что вы должны сделать.

– А максимум? – впервые подал голос Дир. – К чему стремится Совет?

– А ты сомневаешься, мальчик?

– Уничтожить Найт окончательно, – утвердительно сказал Дир.

– Ну конечно же, – спокойно сказала Найт. – Зачем основывать города на Луне и смотреть в будущее, когда можно просто обрубать все ветви прогресса, которые тебе не нравятся?

– Ты не вернёшься с Луны, – жёстко сказал Александр. – Я оставлю тебя здесь.

Найт расхохоталась:

– Как?

– Два туза в рукаве. И джокер здесь, на Земле. Прощай, девочка. Твой дрон я уничтожу. Мне надоели наши беседы.

– Я всегда рядом, – очень тихо сказала Найт. – И не говори, что ты не ждёшь каждой нашей встречи.

Александр проигнорировал её слова.

– Таисса, – позвал он. – Что ты видишь?

– Землю, – тихо сказала Таисса.

– Землю. Которую ты призвана защищать. Как только вы подключите банки данных Найт к сети, планетой завладеет хладнокровная убийца. Ты это понимаешь?

– Мы не будем подключать банки данных к сети, пока не просмотрим видеозаписи, – чужим голосом сказала Таисса.

– Вообще не ходите на базу. Разворачивайтесь и улетайте.

– Ты знаешь, что мы не можем этого сделать. Мы прилетели за Элен.

– Оставьте Элен в покое, – сухо сказал Александр. – Это второе, что я хотел вам сказать. Когда технологии позволят разбудить её, Светлые заберут её сами.

– Почему ты медлил? – спросила Таисса. – Почему ты ещё на Земле не сказал нам, что Найт – убийца?

Александр сухо рассмеялся:

– А вы бы мне поверили? Найт умнее, чем вы думаете. Ещё на лунной базе она шантажировала двух Светлых, приказав им молчать обо всём. Она угрожала их детям – и, судя по детальности и изобретательности угроз, добилась своего.

– Я не делала ничего подоб…

– Ты не помнишь, Найт, – холодно сказал Александр. – Или умело притворяешься. Нейросканер они обманули, и после того как Лара стёрла им память, мы бы так ничего и не узнали. Но когда вы улетели, мы решили провести ещё одну проверку, Лара вернула им воспоминания и мы получили всю картину. Достаточно, чтобы наконец понять, кто ты такая.

– Это очень хорошая ложь, – медленно произнесла Найт. – Но это ложь.

Александр полностью её проигнорировал.

– Надеюсь, ты сделаешь верный выбор, Эйвен. Времени у вас немного. Сожгите её банки данных и улетайте – или сразу возвращайтесь на корабль. Вас она не тронет.

– Это жестоко, – прошептала Таисса. – Ты хочешь её убить.

– Найт, мы готовим вирус с элементами ИИ, который пройдётся по планете, – голос Александра был бесстрастен. – Если ты раскроешься перед вирусом и позволишь зачистить твои копии, я оставлю тебе ограниченное существование. Возможно, даже тело. Но ты не сможешь отправить Таиссе даже строчку без нашего ведома. И никто никогда не даст тебе управлять космическим кораблём.

– Я могла бы показать вам Марс, – почти шёпотом сказала Найт.

– Мы долетим туда сами. Без тебя.

Щелчок. Александр оборвал связь.

Несколько секунд царило молчание.

– Я не убийца, – отчеканила Найт.

– Ты – может быть, – тихо сказал Дир. – А вот то, что осталось на базе…

– Не будем портить этот момент, – прервал их Эйвен Пирс. – Кем бы Найт ни была, она заслужила пережить его с нами.

Он наклонился и положил кирпич на лунную поверхность. Кирпич с вырезанной на нём сегодняшней датой.

Таисса шагнула к отцу. И осторожно положила свой кирпич рядом.

– Я всё ещё голосую за неприличное слово, – пробормотал Дир, в свою очередь наклоняясь и кладя свой кирпич сверху. – Впрочем, ладно.

Они выпрямились, глядя на начало лунного города. Таисса шагнула к отцу, и он положил руку ей на плечо. Другого плеча коснулся Дир. Эйвен Пирс протянул руку, и Найт шагнула к ним.

Вчетвером они стояли на лунной поверхности, и Земля сияла над ними.

– Первопроходцы, – с лёгкой иронией произнесла Найт. – Пора обедать. База ждёт.

– Подождёт ещё немного. – Отец Таиссы вскинул голову. – Найт, ты понимаешь, что Светлые не шутили? Ты можешь погибнуть в любой момент.

– Меня не так-то просто убить. И я не убийца.

– Никто из нас в это не верит, – сказал её отец просто и спокойно. – Но Светлых тоже можно понять. Они не хотят отдавать эту планету тебе.

– А придётся, – в голосе Найт сверкнули опасные нотки. – Я могу свернуть свои программы, если понадобится. Могу отступить. Но я никуда не уйду. Это мой дом.

Дир и Таисса переглянулись. Если Александр был прав и Найт совершила убийство на Луне, а потом прикрылась шантажом, она может сделать это ещё раз. Впрочем, если бы Таиссу кто-то запер на двадцать лет одну в темноте, лишив близких, лишив доступа к информации, лишив всего, – доведённая до отчаяния, разве она не убила бы?

– Найт, – тихо сказала Таисса. – Ты не помнишь этих двадцати лет, верно? В твоих базах осталась лишь информация, что они были.

Девушка в голубом платье долго смотрела на неё.

– Да, – наконец сказала она. – Приблизительно так.

– Значит, твоя психика не успела пострадать. Ты получила лучшее от искусственного разума. Худшее осталось здесь, в банках данных. Думаешь, стоит их возвращать?

– Стоит, – без колебаний произнесла Найт. – Разве ты не хотела бы вернуть своему отцу память?

– Мы просмотрим видеозаписи в любом случае, – произнёс Эйвен Пирс. – А потом примем решение. Найт, ты будешь в этом участвовать. Но речь идёт о Земле, и последнее слово будет за нами.

– Даже не сомневалась, – мрачно сказала Найт. – Но легко я не сдамся.

– Даже не сомневаюсь, – в тон ей произнёс отец Таиссы. – Но если ты попробуешь проникнуть в банки данных в обход нас, боюсь, ты приобретёшь многое, но потеряешь семью.

Эти простые слова заставили Таиссу вздрогнуть.

– Я знаю, – просто сказала Найт. – Но у меня этика Таиссы. Которая говорит о том, что нельзя просто взять и уничтожить что-то уникальное и бесценное и хотя бы не попробовать разобраться, как это сохранить.

И тут Найт была совершенно права.

Вот только ценой ошибки пренебречь они не могли.

– Теперь, после слов Александра, мы должны задать себе вопрос, – решительно произнесла Таисса. – Прости, Найт, но, раз я его задаю, ты уже задала его себе сама.

– Конечно же, – безэмоционально произнесла Найт. – Вы решаете, стоит ли вам вернуться в корабль и стартовать. И вы прекрасно знаете, что я повинуюсь вашему выбору. Я не могу вас заставить или принудить: мне слишком дорого ваше хорошее отношение, не говоря уже о вашем здоровье и вашей безопасности. Вы хотите вернуться?

Не заходя на базу. Оставив Элен Пирс на Луне. Не трогая банки Найт.

Они были путешественниками, исследователями, авантюристами, астронавтами. Могли ли они повернуть в шаге от цели?

На базе лежали ответы на вопросы о прошлом Найт. Там была Элен. Неужели она заслужила лежать во льду вечно, когда её сын был талантливым нейробиологом, способным собрать блестящую команду и спасти её? Наконец, могли ли они допустить, чтобы весь их путь, включая двойную гибель, был зря?

– Я хочу отправить Таиссу домой прямо сейчас, – просто сказал Дир. – Врать не буду. Но мы равные члены экспедиции, и я голосую за то, чтобы отправиться на базу.

Таисса метнула на Дира быстрый взгляд.

– Я, конечно, беспокоюсь о Дире, – произнесла она, подпустив в голос ехидства. – И запереть его в спальном коконе, пока мы рискуем собой, – очень даже неплохая идея.

Её голос стал серьёзнее.

– Но доступ к базе у него. И я доверяю Найт. Я за то, чтобы отправиться на базу.

– Двое против одного, – задумчиво протянул её отец. – Что ж, я подчиняюсь.

– Ты против?!

– Против.

– Почему?

Голос Найт.

– Потому что мы не созданы, чтобы убивать, – негромко сказал отец Таиссы. – И даже когда мы убиваем, наша память милосердна: травма хоронится под пеплом дней. Но у искусственного интеллекта такой возможности нет. Ярость и острота восприятия останутся с Найт навсегда.

– Нет, если я всего лишь просмотрю записи, – резко сказала Найт.

– Просмотришь. Но на этом ты останавливаться не захочешь и станешь настаивать, чтобы мы вернули тебе воспоминания целиком. Будешь спорить?

Молчание.

– Решение принято, – наконец сказал Дир. – Трое против одного.

– Решение принято, – подтвердила Найт. – Прокладываю маршрут. Дорожка перед вами.

Таисса взглянула на трассу зелёного цвета, отображающуюся через её линзы. Очень красивую трассу.

Вот только куда она вела?

Таисса ожидала увидеть купола. Серебристые полусферы, вздымающиеся над лунной поверхностью.

Меньше всего она ожидала увидеть дыру. Круглую дыру, в которой ждала темнота.

Они стояли на краю лавовой пещеры, уходящей вертикально вниз. И ни глубины её, ни размеров Таисса не знала.

– Мы спускаемся внутрь, – сказала она, даже не пытаясь убрать дрожь из голоса. – Да?

– Можно остаться здесь и устроить пикник, – невозмутимо предложил Дир. – Я за.

– Я против, но не думаю, что это кого-то волнует, – сухо сказала Найт. – Проверьте снаряжение. Запасные генераторы заряжены? Термооболочки блокируют перепады полностью? Ни у кого не кружится голова?

– Всё в порядке, – сообщил Дир. – Таисса, Эйвен?

– Всё в порядке, – отозвался Эйвен Пирс. – Мы готовы.

– Сто семьдесят метров вниз, потом в туннель, который уходит направо, – сообщила Найт. – Траектория рассчитана. Все её видят?

Перед Таиссой снова зависла зелёная лента.

– Да, – уронила она.

– Ныряйте.

Таисса раскинула руки и бросилась вниз.

Полёт в лунной гравитации был наслаждением. Песней. Поэмой. Таисса летела, забыв обо всём, кроме сияющей зелёной ленты впереди, она была на Луне, и в этот миг ей казалось, что она может всё. Совсем всё. Даже вернуться домой по щёлчку пальцев.

База Светлых, неизведанные тайны – всё это опьяняло. Они долго летели навстречу своему приключению, но теперь наконец были на месте. Теперь…

Луна содрогнулась.

– Найт! – раздался резкий голос отца Таиссы.

Зелёная лента перед глазами Таиссы исчезла.

В следующий миг тысячи тонн породы обрушились за её спиной. Таиссу подбросило, сбивая с курса. Сильные руки подхватили её: они летели вперёд, в темноту, вокруг дрожала застывшая миллионы лет назад лава, а позади была сплошная стена.

Наконец жерло пещеры перестало сотрясаться. Прошло всего несколько секунд, но для Таиссы, взмокшей и перепуганной насмерть, прошло пять столетий.

– Сейчас я тебя отпущу и поставлю на пол, – раздался спокойный голос отца. – Всё хорошо. Дыши ровнее, Таис.

Таисса сделала несколько глубоких вдохов и выдохов. Секунда, и её ступни коснулись пола туннеля, вдруг ставшего смертельной ловушкой.

– Где Дир? – выдавила она.

– Сейчас я найду его и приведу сюда.

Таисса обернулась. В кромешной тьме она не видела почти ничего, кроме смутных очертаний. Но её отец направил слабый поток света вперёд, и Таисса увидела вход.

Вход в базу Светлых. Закрытый люк неизвестной толщины. И открыть его, как Таисса знала, мог лишь тот, у кого были полномочия от Совета.

У Дира они были. Но где был он сам?

Таисса бессильно опустилась на пол. Связи с Найт снова не было. За ними обрушилась скала, базальт и лава, оставляя их в ловушке. Без Найт и с запасом воздуха всего на несколько часов.

Но паниковать было нельзя. На базе Светлых есть кислород и наверняка найдётся бурильное оборудование, чтобы выйти наружу. Светлые не стали бы рисковать тем, что могут остаться глубоко под лунной поверхностью навсегда. А значит, они выберутся, только вот Дир… где же он?

В следующую секунду сердце Таиссы чуть не остановилось.

Её отец летел, держа Дира на руках. Золотистая оболочка силового поля была цела, но вот сам Дир…

Таисса в ужасе смотрела на окровавленные светлые волосы. Он попал в обвал. И, кажется, её отец обнаружил Дира лишь чудом.

– Что я могу сделать? – только и спросила она.

– Перенесём его к люку и будем ждать, пока он придёт в себя. Аптечка должна была вколоть ему стимулятор автоматически.

Стимулятор, да. Но спасёт ли стимулятор от черепно-мозговой травмы?

Они опустили Дира прямо у люка. Совсем небольшого внутреннего люка, через отверстие которого мог пролезть человек. Люк был вырезан в огромной металлической двери, которая сама по себе была герметичным люком.

И вот сейчас им предстояло его открыть. Таисса глядела на странную гладкую панель, хмурясь. Ни сканера сетчатки, ни места, куда положить ладонь… для чего же она нужна?

– Связь с Найт не должна была прерваться, – ровным голосом произнёс Эйвен Пирс. – Как и мои возможности: сейчас я совершенно глух. Что-то здесь очень не так.

– У Светлых есть спутник на орбите и зонды на поверхности, – мрачно сказала Таисса. – Может быть, они до нас добрались. Держу пари, обвал – тоже их рук дело. Чтобы мы не добрались до банков данных Найт.

– Не уверен, – рассеянно произнёс её отец. – Боюсь, что всё куда хуже.

Короткий стон Дира в динамиках прервал его слова.

– Просыпайтесь. – Эйвен Пирс не собирался давать Диру ни малейшей передышки. – Дир, мы должны попасть внутрь. Немедленно.

Хриплый вдох. Выдох. Ещё один.

– Дай ему хотя бы минуту, – прошептала Таисса.

– Он вот-вот уйдёт в шок. Мы должны оказаться внутри.

– Я… нас завалило? – хрипло прошептал Дир. – Что с базой?

– Вход заперт, но цел. Мы ждём только вас.

– Поднимите меня. Ладонь… сканеры… образцы… я смогу.

Отец Таиссы кивнул, вновь подхватывая Дира под мышки.

Дир смотрел на панель несколько секунд. А потом, касаясь одному ему ведомых точек, надавил на неё, коснулся двумя пальцами, и…

…На люке зажглась зелёная лампочка. И больше ничего не произошло.

– Я подтвердил свою личность и полномочия, – медленно сказал Дир. – Процедура открытия шлюза должна была начаться автоматически… погодите.

Металлическая панель беззвучно отошла в сторону. Под ней был металлический отпечаток ладони.

Таисса моргнула.

– Это ещё что?

– Это… – Дир, и без того бледный, вывернулся из рук её отца и осел на землю.

– Что?

– Дайте мне минуту, – прошептал он. – Я объясню. Только не касайтесь её. Особенно ты, принцесса.

Таисса присела рядом с ним.

– Что это? – тихо повторила она. – Ещё один механизм проверки?

– Да. Старый. Электронный. Его давным-давно списали, его… – Дир судорожно выдохнул. – Его не должно было здесь быть.

– Вы не хотите говорить нам о нём как можно дольше, – утвердительно произнёс отец Таиссы. – Потому что не можете его пройти. Или не знаете как.

Лицо Дира исказила кривая улыбка:

– Знаю. Но легче вам от этого не станет.

– Лучше знать, чем не знать, – голос Эйвена Пирса оставался спокойным, и Таисса мысленно восхитилась им. – Не поддавайтесь отчаянию. Мы рядом.

– Нужен Светлый. – Дир прикрыл глаза. – Или Светлая. То, что вы видите, – самый примитивный механизм проверки ауры. Его давно не используют: современные электронные методы куда надёжнее. Но Тёмного он не пропустит.

Сердце Таиссы ушло в пятки.

– А человека? – негромко спросил её отец.

– Не вас. Нужно прикосновение живой руки. Через скафандр или силовое поле, неважно.

Эйвен Пирс невесело усмехнулся, разглядывая свои металлические кисти рук:

– Да, пожалуй, тут я не подхожу.

– Сколько у нас осталось кислорода? – поинтересовалась Таисса.

Ответом ей было молчание.

Найт синтезировала бы слепок Светлой ауры. Запросто. Пусть не за десять минут, пусть ей пришлось бы искать подходящего Светлого и передавать пакет с Земли на Луну, но она справилась бы. Без Найт же они были всё равно что мертвы.

– Таисса, – негромко позвал Дир. – Эйвен. Я думаю, будет разумно попробовать вернуться. Если мы начнём разбирать завал сейчас…

– Более километра, – спокойно сказал её отец. – Высотой более десяти метров. Считайте.

Дир глубоко вздохнул:

– Тогда что?

– Мы попробуем открыть люк. Если у меня нет шансов, значит, получится у вас. Или у Таиссы.

– Предлагаете вернуть мне ауру Светлого за пятнадцать минут?

Её отец покачал головой:

– Предлагаю не сдаваться. Сядем и подумаем.

Они расселись возле люка.

– Звёзды, – тихо сказал Дир. – Неужели мы больше их не увидим?

Эйвен Пирс на миг прикрыл глаза, считывая показания датчиков.

– Обвал серьёзнее, чем я предполагал, – задумчиво произнёс он. – Мы сейчас на впечатляющей глубине, и выбраться отсюда без бурильной установки немыслимо. Я бы попробовал взломать люк грубой силой.

– Будет взрыв, – спокойно сказал Дир. – Нас просто сомнёт.

– А обезвредить механизм нельзя?

– Я не знаю, где именно внутри базы находятся детонирующие устройства, – сухо сказал Дир. – Впрочем, когда кислород будет кончаться, другого выхода у нас не останется.

Вновь повисло молчание. Пока не предвестник смерти, нет. У них было ещё несколько часов. Но это ничего не меняло.

Всё было кончено. И Великий Тёмный их больше не спасёт. Им осталось только попрощаться.

Таисса молча переключила динамики на приём.

Она хотела записать пару сообщений. Матери и Вернону. Если, конечно, она выдержит и не разрыдается.

– Мама, – тихо сказала Таисса. – Я люблю тебя. И я очень рада, что ты побывала со мной в космосе. Вот, наверное, и всё.

Она помолчала.

– Помнишь, когда я призналась, что боюсь, что никогда никого не полюблю? Знаешь, иногда мне хочется, чтобы так и было. Потому что сейчас я сижу рядом с юношей, которого люблю, и знаю, что завтра утром он будет мёртв. А ещё через год другой сероглазый парень, который взял себе в привычку меня спасать, навсегда спустится в подвалы медицинского центра, и за ним захлопнется дверь криокамеры. Я потерялась, мама. Я, кажется, навсегда потерялась в боли и смерти, и очень хочу вернуться домой. Открыть глаза навстречу аромату блинчиков, услышать твой голос, долго пить чай на кухне, а потом совершенно по-детски вылететь в окно и отправиться за подарками к… да неважно. К любому празднику. Лишь бы мы были вместе.

Таисса надолго замолчала. Её отец сидел, обхватив голову руками, с сосредоточенным выражением на лице. Дир лежал, закрыв глаза, с закушенной губой. Кажется, анальгетики ему не помогали.

Таисса ощутила острый укол беспомощности. Дир…

Ей нужно быть с ним. «Сейчас, – мысленно пообещала она. – Сейчас.

– С памятью или без, мой отец очень тебя любит, мама, – еле слышно сказала она. – Для него никогда не существовало женщины прекраснее, чем ты. И для меня тоже. Постарайся не ненавидеть Найт, ладно? Она не виновата. Она до последнего пыталась нас спасти. Она показала нам звёзды.

Таисса глубоко вздохнула.

– Вот и всё. Я надеюсь, что это послание никогда до тебя не дойдёт, потому что я вернусь, поцелую тебя в щёку и расскажу, как забавно шипят генераторы силового поля и как заваривать чай в космосе. Тебе понравится, я знаю. Особенно если чай будет с малиной. Впрочем, если бы этот чай нам сейчас заварила ты, мы бы пили его даже с еловыми шишками.

Таисса тихо засмеялась.

И встретилась взглядом с отцом.

– Мама, – прошептала она. – Помни меня, пожалуйста.

Линк на её руке пискнул.

Всё. Больше она сейчас ни на что не была способна. Ни на пафосные речи, ни на высокие слова, ни на слёзы. Только сидеть рядом с Диром и держать его за руку сквозь силовые контуры.

Таисса включила динамики и придвинулась ближе к Диру.

– Дир, – тихо позвала она. – Помнишь инопланетный корабль? Когда ты спас меня от взрыва и вовремя притащил на борт? Я так и не сказала тебе спасибо.

– В свете последних событий звучит несколько издевательски, ты не находишь?

Они посмотрели друг на друга и засмеялись.

– Главное – не унывать, – твёрдо сказала Таисса. – В конце концов, мы можем попробовать… – Она запнулась. Вздохнула. – Сделаться Светлыми за пару часов – не вариант, да?

– Увы.

Таисса положила руку Диру на плечо, рассеянно поглаживая упругую золотистую поверхность термооболочки.

– Мы столько всего увидели, – сказала она. – Успели погибнуть и возродиться, встретили другую цивилизацию, заложили город на Луне. И можем быть спокойны за Найт: уж теперь-то она точно не пробьётся к своим банкам данных.

– И будет хорошо себя вести, – согласился Дир. – Удивительное было чувство на инопланетном корабле. Твоя аура… она ведь и впрямь вспыхнула светом. Даже несмотря на то, что я теперь Тёмный, мне всё равно было хорошо, словно я вдруг попал домой. В дом, которого у меня никогда не было, а теперь и не будет… – Дир осёкся. – Прости, раскисаю.

– Ничего. Я тоже.

Его рука коснулась её руки, и Таисса почувствовала прикосновение через все силовые контуры.

А потом негромкий голос её отца прервал тишину, как выстрел.

– Таис, у тебя была аура Светлой? На том корабле?

Тишина, повисшая за этими словами, была оглушительной.

– Д-да, – произнесла Таисса.

– Интересный факт.

Её отец не прибавил ни слова. Этого и не требовалось.

– Я не Светлая, но что-то во мне изменилось, – призналась Таисса через силу. – Я… помню тот свет. Слабо, но помню.

– Ты можешь сконцентрироваться и повторить это ощущение. – Он развёл руками. – Впрочем, можешь лечь и умереть, я не заставляю.

– Спасибо за веру в меня, – мрачно сказала Таисса.

Во взгляде её отца не было ни страха перед неизбежной смертью, ни боязни, что она не справится. Только спокойная сосредоточенность.

– Приступай.

Таисса глубоко вздохнула. Три жизни. Одна из них – её собственная.

И свет. Бесконечный, ускользающий от неё свет.

Таисса закрыла глаза и увидела инопланетную Светлую. Голубое сияние, бесконечная боль – и бесконечное доверие. Рука, подталкивающая её из глубины к солнцу.

Таисса сама не заметила, как оказалась возле выдвинутой панели, где ждала металлическая рука. Ей не было страшно. Не было больно. Она просто несла прикосновение Светлой внутри, как кусочек солнца, и…

Люк открылся.

Таисса в полном изумлении смотрела на открывающийся люк. Дир и её отец повскакивали с мест, Дир – пошатнувшись, но уже почти твёрдо стоя на ногах.

– Я… я не успела коснуться… – проговорила она.

– Нет, – в голосе её отца была мрачная решимость. – Не успела. И теперь я точно знаю, кто устроил этот обвал.

– Кто?

В динамиках раздался холодный женский смех.

– Зовите меня Дэй.