Глава 5

Темнота.

Таисса лежала в темноте и отчаянно ждала, чтобы за ней кто-нибудь пришёл. Дир. Светлые. Найт. Кто угодно.

Они прибыли, она чувствовала это. Сухогруз больше не качало на волнах, и через переборки больше не доносились голоса.

Царила неуютная напряжённая тишина.

И в этой тишине Таисса наконец решила, что с неё хватит.

Дир предусмотрительно оставил её вещи в запакованной сумке в углу трюма. Таиссе понадобилось полминуты, чтобы одеться и, поколебавшись, нацепить на запястье новый линк. В конце концов, вряд ли Найт анализирует все линки мира одновременно, чтобы распознать её голос.

Кем была Найт? К чему она получила доступ? К искусственному интеллекту? Но тот был запрещён после Чикагского инцидента, о котором Тёмные предпочитали не вспоминать, а Светлые немедленно запретили все разработки, связанные с искусственным разумом, который прошёл порог осознания себя.

Тёмная королева. Тёмная, потому что Светлой Найт точно не была. Иначе не сделала бы из Дира то, что сделала.

Но пора было идти.

Таисса оглядела свою одежду. Строгий брючный костюм, туфли на невысоком каблуке, тёплое пальто, которое почти не помялось.

На улицах Нью-Йорка она не будет выделяться. И прямо сейчас ей было очень нужно раствориться в городе, пока её не нашли здесь.

Здание «Бионикс» располагалась в двух кварталах от Центрального парка. Таисса долго сидела на скамейке, глядя на пруд и не обращая внимания на замёрзшие ноги.

Она сама не была уверена, почему пришла именно сюда, так близко к Вернону. Но ей больше некуда было идти, правда?

Дир не встретил её. Он уничтожил свой линк, и она не знала, как с ним связаться. Коды Александра или других членов Совета Таисса, напротив, знала очень хорошо. Но связываться с ними не хотела уже она.

Оставался тот, с кем она хотела связаться больше всех на свете. А ещё больше – шагнуть к нему и просто обнять. Тот, кто её больше не помнил, – но это было неважно.

Таисса больше не колебалась, набирая код отца.

Тишина. Глухая тишина.

Она ждала минуту. Две. Потом набрала код снова.

Ничего.

Её отец отрезал свой код от сети в целях безопасности. Потому что никто не знал, на что была способна Найт. Тем более что Таисса пыталась связаться с Эйвеном Пирсом с незнакомого линка.

Дьявол.

Неужели её отец считал, что связь на всей планете – на всей! – была скомпрометирована окончательно? И боялся, что электроника была им теперь неподвластна?

Если уж этого опасался даже Эйвен Пирс…

Таисса закусила губу.

Огонёк на её линке погас.

Ей больше не к кому было идти. О, разумеется, штаб Светлых в Нью-Йорке принял бы её с радостью. Вот только у неё не было ни малейшего желания туда отправляться.

Ей осталось только…

Только…

Она не зря пришла к зданию «Бионикс». Правда?

Нет. Только не он. Слишком грустно, слишком страшно, слишком тоскливо…

Только не Вернон Лютер.

Но другого выхода у неё и правда не было.

Таисса грустно улыбнулась, вспоминая письма, которыми она и Л. обменивались когда-то. Разве она когда-нибудь их забудет?

Она тяжело вздохнула. Ей не хотелось напоминать о себе Вернону, как бы она ни желала его увидеть. Таисса навсегда останется для него той, кто уничтожил Источник, последнюю и единственную надежду Тёмных взять реванш. Источник, который сделал невесту Вернона, Хлою Кинни, Тёмной.

Невесту, помолвку с которой он никогда не объявил бы. Вернон бросил бы «Бионикс», отказался бы от чего угодно, если бы у него был Источник – и она, Таисса.

Но, разрушив Источник, она разрушила всё.

Остался лишь холодный презрительный взгляд серых глаз – и темнота. А потом фотографии с помолвки, которые Таисса предпочла не видеть.

Но не было смысла сожалеть. И медлить не было смысла тоже.

Тем более что у неё был козырь. Линк, который Таисса отдала Вернону. Бывший линк Лары, взломанный специалистами её отца. Про этот линк Найт не знала и не могла знать, что он уцелел. Знали только Вернон и Таисса.

И если Таисса свяжется с ним по этому номеру, Найт узнает это очень не сразу. Возможно, не узнает вообще.

Таисса без колебаний набрала код.

«Привет, Л.»

И откинулась на спинку скамейки, ожидая ответа.

Таисса не считала, сколько прошло времени. Может быть, даже полчаса.

А потом линк пискнул, и её сердце вдруг рухнуло, а потом взлетело в открытый космос.

«С каких это пор ты больше не пленница Светлых, Пирс?»

Он мог позвонить ей. Связаться с ней голосом, голограммой, как угодно. Но Вернон выбрал старый добрый текст, как Л. когда-то.

«Я всё расскажу, – написала она. – Только… можно мне сначала просто поговорить с тобой? Пять минут. Как будто ничего не произошло, как будто мы – по-прежнему мы. Мне сейчас это очень нужно, Л. Очень».

«Хм. А потом я стану злым и крайне обиженным на тебя Верноном Лютером? У меня разовьётся шизофрения, Пирс. Хочешь, чтобы единственный парень, который может тебе помочь, заработал раздвоение личности?»

«Откуда ты знаешь, что ты единственный, кто может мне помочь?»

«Иначе ты бы не обратилась ко мне».

Таисса прикусила губу. Конечно же, он был прав.

И даже отсюда в его словах чувствовался холод.

«Тебе тоже одиноко, Л.? Как и мне?»

«Вот это совершенно не твоё дело. Вздох. Ладно. Иногда бывает. И? Я счастливый жених и успешный глава корпорации с неисчерпаемыми запасами виски: какое, к дьяволу, одиночество? Я и сейчас едва урвал десять минут между совещаниями».

«Урвёшь больше? Я в Нью-Йорке».

В этот раз пауза была долгой.

«Я смотрю, тебе действительно некуда идти».

«Да».

«Всё так плохо, малышка? И нет, при встрече я тебя так не назову».

Таисса слабо улыбнулась.

«Мне очень нужна помощь, – написала она. – И ещё больше мне нужен друг».

Ещё одно короткое молчание.

«Нет. Нет, я так не могу. Притворяться твоей волшебной палочкой, необыкновенным Л., который простит тебе всё на свете – нет».

Таисса вздрогнула. Конечно же, этого следовало ожидать. Но ей было больно всё равно.

«Но я помогу тебе, конечно, – появились на экране сухие слова. – Тебе нужна защита от Светлых, верно?»

«И не только от Светлых, – дрогнувшими пальцами написала Таисса. – От любой электроники. Никто не должен меня увидеть. Никто. Ни одна камера».

«Хорошо. На парковке торгового центра через дорогу, нижний ярус, Д-29, через двадцать минут. Будь там, Пирс».

Короткий писк. Связь прервалась.

К месту Д-29 Таисса подошла ровно через двадцать минут.

Парковочное место было пусто. Пуста была почти вся парковка.

И ни следа Вернона.

Чёрт. Внезапное осознание пронзило её, словно удар молнии. Кто мог помешать Вернону решить, что здесь ловушка, и прислать сюда службу безопасности?

Но парковка была пуста. Никого не было рядом.

Никого? Или за ней следили через мониторы, готовясь пустить усыпляющий газ?

– Пирс.

Таисса резко обернулась.

Похудевший, с тёмными кругами под глазами, Вернон сидел на капоте чёрного спорткара, совершенно не заботясь о том, что под ним прогибается металл. Таисса не удивилась бы, если бы он разбил стекло и бросил на сиденье пачку купюр в качестве компенсации.

– Привет, Вернон, – тихо сказала Таисса.

Он пожал плечами:

– Приветы ты могла передать и через сеть. Рассказывай.

Таисса вытянула руки, демонстрируя пустые запястья, ни на одном из которых не было линка.

– На тебе есть электроника? – спросила она.

Вернон покачал головой, приподнимая рукав рубашки.

– Знаешь, кто такая Найт?

Глаза Вернона сузились.

– В общих чертах. Девочка-гений, за которой стоят очень серьёзные профи. Слова «нельзя» для них не существует, и мне это очень не нравится. Можешь к этому что-то добавить?

– Я разговаривала с Найт лицом к лицу, – уронила Таисса. – Она взломала мой дрон, переместила мою проекцию к себе, и у нас с ней состоялся очень интересный разговор.

Лицо Вернона не изменилось.

– Перескажи. Кратко.

Таисса невесело улыбнулась, вспоминая тёмную пыль, летящую в лицо Дира. Собственный голос, произносящий чужие слова. И Найт, точную копию самой Таиссы.

«Он иногда поёт ей перед сном, ты знаешь?»

– Хорошо, – произнесла Таисса, глядя в глаза Вернону. – Я всё тебе расскажу.

Когда она закончила рассказывать – сухо, точно, беспощадно, не упустив ни единой мелочи, от беременности Алисы до слов, которые Найт сказала Диру, притворившись Таиссой, – воцарилось молчание.

Минута. Другая.

Наконец Вернон поднял голову и похлопал по капоту рядом с собой.

– Устраивайся, Пирс. Мы тут надолго.

Таисса помедлила. В самом деле, почему нет?

Она обошла машину и легко села с другой стороны. Бедро Вернона коснулось её ноги, и прежде чем она успела опомниться, он небрежно откинулся на спину и потянул её за плечо, вынуждая Таиссу лечь на ветровое стекло вслед за ним. Словно двое друзей, которые прилегли отдохнуть с бутылочкой пива.

– Не хватает только твоей невесты, – заметила Таисса.

– У неё много… дел.

Голос Вернона оставался спокойным, но Таисса вдруг вспомнила сцену в Храме. Из его будущего, где Вернон и Хлоя были женаты.

«Это не твоя дочь».

Хлоя изменяла Вернону в будущем. Но в настоящем… она обожала его, верно?

До того как Источник коснулся её, и она стала Тёмной по-настоящему. Воспитанная и взращенная среди корпоративных акул, Хлоя прекрасно знала, что сделки заключаются и в постели тоже. И вряд ли брак даже с самым обаятельным из Тёмных мог её остановить.

Вернон повернул голову к ней, и Таиссу вдруг ударило, как близко находились их лица. Его Тёмная аура… она была горькой, но почему-то совершенно не чужой. Может быть, потому что Таисса в эту секунду испытывала такую же горечь?

– Как судьба вообще забросила тебя сюда? – негромко спросил Вернон. – Тебя утащил твой Светлый в Храме. Я думал, что больше тебя не увижу.

– Мне уйти? – резко спросила Таисса. – Или ты отошлёшь меня куда-нибудь в безопасный бункер?

– Может быть. Я ещё не решил.

У Таиссы внезапно защипало в глазах. Если её прогонит ещё и Вернон…

– Мой Светлый больше не мой Светлый, если ты помнишь, – уронила она. – Он – мой Тёмный. Если, конечно, слово «мой» ещё применимо. И Найт настроила его против меня.

– Ты упомянула и это, – сухо сказал Вернон. – Словно мне может быть интересно, сколько маленьких Дирчиков родится к следующей осени.

– Ни одного.

– Да хоть десять. – Вернон фыркнул. – Ты уже доказала в Храме, что это лишь вопрос времени.

Таисса вдруг вспомнила. Великий Тёмный. Её видение.

– У тебя сохранился осколок Источника, – сказала она. – Целый.

– И?

– Великий Тёмный сказал мне об этом. На случай, если я захочу стать Тёмной.

Вернон тяжело вздохнул:

– Хочешь коснуться Источника и стать второй Хлоей? Правда хочешь?

Они лежали рядом на ветровом стекле, но их с тем же успехом могла разделять глухая стена.

– Нанораствор в моей крови нестабилен, – тихо сказала Таисса. – И в крови Дира тоже. Я боюсь.

– Думаешь, прыжки туда-сюда тебе помогут? Тёмная, Светлая, снова Тёмная – не боишься сойти с ума?

Таисса не ответила. Вернон открыл рот, потом закрыл его, потом махнул рукой.

– У нас есть кое-какие разработки, стабилизирующие наносоставы в крови, – мрачно сказал он. – Эйвен привёз нам образцы твоих замороженных тканей и сосудов когда-то, и ребята в экспериментальном отделении долго над ними работали. Но я не генетик и не медик и имею очень смутное представление о том, насколько их работа вообще близка к завершению. Я узнаю, но шансы того, что нейтрализатор сработает именно на твоём нанорастворе, не так велики.

– Спасибо, Л., – тихо сказала Таисса.

– Больше нет никакого Л., – коротко произнёс Вернон. – И думаю, навсегда. Не стоит пытаться его воскресить, Пирс. Не выйдет.

Таисса выпрямилась и села на капот, обхватив колени.

– Так ты не выдашь меня Светлым? – спросила она, не оборачиваясь. – Они будут подозревать, что я здесь. И смогут очень здорово на тебя надавить.

Вернон зло рассмеялся:

– К чему мелочиться? Может, мне сразу отдать тебя Найт? Или предложить моей невесте взять тебя прогуляться по магазинам? Спроси чего-нибудь поглупее, Пирс.

Вернон не отдаст её никому, несмотря на всю свою браваду. Что бы ни произошло, Таисса по-прежнему была ему важна.

Вот только он собирался жениться на другой.

– Ты правда поёшь своей невесте? – тихо спросила Таисса, вспомнив слова Найт.

– Пирс, ты ума лишилась? Я не умею петь. А если бы умел, я…

Вернон оборвал себя. Резко вскочил с капота, не предлагая ей руку.

– Я отправляюсь домой, – хмуро сказал он. – Ты едешь со мной? Или тебе предоставить отдельную виллу?

Зная Вернона, он мог предложить ей хоть три. На выбор.

Желательно на берегу другого океана.

– Если ты живёшь со своей невестой… – нерешительно начала Таисса.

– Чёрт тебя подери, Пирс! – Вернон повысил голос. – Мне нужно повторить тебе два раза и медленно? У меня своя жизнь, у Хлои своя. Это политический брак, и да, я собираюсь с ней спать, если тебя это интересует. Хочешь знать, какого цвета бельё на ней сейчас надето, и кто его снимает? Я понятия не имею. Всё? Вопросы кончились?

– Да.

– Уверена, что не знаешь, где твой Дир сейчас?

– Нет. Не знаю.

– Нет, – повторил Вернон. – Ты изменилась, ты это знаешь? Когда-то первым, что ты сказала бы мне при этой встрече, было имя моей матери.

– Вернон…

– Я ждал этого. Но ты молчишь до сих пор.

В лицо Таиссы бросилась краска.

– Вернон, они не узнали её имени. Твой отец отказался отвечать, и его едва стабилизировали, чтобы отправить обратно в криокамеру.

Вернон помолчал.

– Н-да, проблема, – сказал он, и в его голосе появилась тень прежнего ехидства. – Зачем, спрашивается, мне давать приют беглой Светлой, если я не увижу от неё ничего, кроме неприятностей?

Он хмыкнул.

– Твой куратор мечтал использовать тебя при переговорах с Найт. Но я не торгую женщинами, малышка: воспитание не позволяет. Вот захватить чужую корпорацию после завтрака – хоть десять раз. Кстати, хорошо, что я себе это напомнил: пропускаю уже третью деловую встречу подряд.

– Из-за меня?

– А из-за кого ещё? Впрочем, я дал знать, что до полуночи меня ни для кого не будет. – Вернон устало посмотрел на Таиссу. – Не злоупотребляй этим.

– Я удовлетворюсь ужином и душем, – коротко сказала она. – И помогу всем, чем могу помочь. Против Найт.

– Ну вот и умница.

Вернон обошёл автомобиль и хлопнул дверцей.

– Залезай.

– Так это твой…

– Да хоть твой, если хочешь, – пожал плечами Вернон. – Всё равно моя охрана твердит мне как минимум трижды в сутки, что мне вообще небезопасно выходить из здания. Собственно, в здании я и живу. Только бронестекло в апартаментах поставили помощнее, а на крышах дежурят специальные люди с тяжёлым вооружением на случай, если какой-нибудь вертолётчик решит устроить учебную стрельбу по моим окнам в неурочное время и потревожит мой сон. Видишь, как меня любят?

– Да уж, – пробормотала Таисса.

– Но твоё лицо не должно светиться на камерах. Здесь, на парковке, изображение уже час как закольцовано, но выезжать ты всё равно будешь на заднем сиденье с затемнёнными стёклами, даже если ехать всего три минуты. Конечно, возможности Найт сверхъестественны, но не настолько уж сверхъестественны, чтобы тебя засечь.

Вернон вдруг прищурился, глядя на неё.

– Или… – медленно сказал он. – Пирс, за тобой не было хвоста?

– Нет.

– Уверена? Точно-точно-точно уверена? Готова поставить на это сверкающий меч, которым ты разбила все наши надежды?

Таисса вздрогнула.

Она совершенно забыла про меч. Древний артефакт, почти столь же древний, как и Источник. Обычный клинок, но сочащийся необыкновенным светом.

– Он…

– Был у меня, – резко произнёс Вернон. – Когда Светлый захотел забрать тебя, я не стал ему мешать, да и не смог бы: мы рисковали погибнуть, вход вот-вот мог закрыться. Но меч… – Он усмехнулся. – Меч я ему забрать не дал. Хотя едва смог его вытащить: пришлось обмотать его тряпками. Впрочем, как мы выбирались из Антарктиды – это вообще отдельная история.

– Расскажешь?

– Нет.

– Но ты вынес меч из Храма, – тихо сказала Таисса. – Древняя сила на него больше не действует: он бесполезен.

– О нет, малышка. – На лице Вернона появилась медленная холодная улыбка. – Был бы он бесполезен, разве мне удалось бы его продать?

Сердце Таиссы стукнуло.

– Продать?

– Ну да, – пожал плечами Вернон. – Я выставил его на аукцион. Не догадываешься зачем?

– Деньги у тебя есть, – медленно произнесла Таисса. – Они тебе не нужны.

Его губы сложились в горькую улыбку.

– Верно, Пирс. Договаривай.

– Тебе нужно что-то ещё. Что-то, что за деньги не купишь. И меч служит твоей ставкой.

Он наклонил голову.

– Почти правильно.

– Почему «почти»?

– Потому что ты опять не думаешь головой, Пирс, – раздражённо произнёс Вернон Лютер. – Что в целом мире может мне пригодиться?

…Наёмник, убегающий с серой сферой, дающей тридцать лет жизни, и вторая сфера, раскалывающаяся на куски на её глазах…

– Сфера, – прошептала Таисса. – Сфера из Храма, которую украл Харон.

– Наконец-то ты начала соображать.

Вернон умирал. Сделав себе рискованную инъекцию, чтобы сбежать от Светлых, он укоротил срок своей жизни до года. Возможно, до полутора. А может быть, ему осталось лишь несколько месяцев.

Единственным шансом продлить ему жизнь была сфера.

Таисса сделала бы всё, чтобы Вернон получил её. Но…

Она вдруг поняла, что меч тоже был ей нужен. Древний меч, хранящий воплощённый свет внутри. Если сила Источника сделала Дира Тёмным, сила меча могла сделать его Светлым. Шанс был невелик, но Таисса должна была попробовать.

И Таисса решилась.

– Ты надеешься получить сферу на этом аукционе, – сказала она. – Я могу помочь.

В ответ она услышала только горький смешок.

– Как, Пирс? Устроишь стриптиз, постукивая аукционным молотком?

Таисса набрала воздуха в грудь. И выдохнула:

– Если ты выставишь меня на торги вместо меча, Найт поможет тебе. Она сделает всё, чтобы получить меня.

Несколько секунд Вернон глядел на неё, не шевелясь и не моргая.

– Светлая, – наконец произнёс он, качая головой. – Сумасшедшая Светлая.

– Верни меч, – тихо сказала Таисса. – Мы вновь сделаем Дира Светлым и продлим тебе жизнь. Клянусь. Только не надо отдавать меч из Храма в чужие руки.

Вернон вздохнул и почти насильно усадил её в машину. Уселся на водительское сиденье.

– Ты глупая, безрассудная дурочка, – произнёс он тоном, в котором не было ни малейшего намёка на оскорбление, только неожиданная мягкость. – Меч уже не у меня, и обратно мне его так просто не отдадут: распорядитель аукциона такие вещи не решает. Сейчас я отвезу тебя домой, вымою в душе с мочалкой, гнусно надругаюсь, накормлю ужином – в любом порядке, и мы поговорим об этом ещё. Но не сейчас.

Он тронулся с места.

– Никто не будет надо мной надругиваться, – пробормотала Таисса, сворачиваясь калачиком на заднем сиденье. Она только сейчас ощутила, как устала. От путешествия, от неизвестности, от всего. – И меньше всего ты.

– И меньше всего я, – согласился Вернон. – С тобой трудно не почувствовать себя джентльменом. Ты такой ребёнок.

– Твоя ровесница. Мне тоже восемнадцать.

– И я очень хотел бы отметить с тобой свой девятнадцатый день рождения среди обнажённых мулаток и ледяного мохито. Поэтому забудь о мысли выставиться на аукционе, Пирс. И забудь вообще обо всём, что не согласую я.

– Если ты так уж хочешь поговорить со мной, как глава корпорации со своей подчинённой, я тоже могу приказывать строгим голосом, – устало сказала Таисса. – Как насчёт того, что весь твой пакет акций может провалиться к чертям, когда мой отец заявит на него свои права? Я отдала тебе его только в управление, если ты помнишь.

– Ну приехали. Теперь мы будем делить контрольный пакет за ужином. Поздравляю, Пирс, теперь ты официально испортила мне аппетит.

Вернон вырулил с парковки и теперь поднимался по туннелю. Навстречу шла беседующая пара. Странно: куда проще было бы воспользоваться лифтом…

Но они прошли мимо, и у Таиссы отлегло от сердца.

– С тобой произошло что-нибудь ещё, достойное моего внимания? – поинтересовался Вернон. – Твою Светлую ауру я тщательно стараюсь игнорировать, так что не будем о ней. Свадьба, развод, учёная степень?

– Уж точно не последнее, – вздохнула Таисса.

– Я тоже не очень-то могу похвастаться званием доктора наук, – хмыкнул Вернон. – Хотя где-то у меня валялся диплом по бизнес-администрированию и что-то там об управлении собственностью… Короче говоря, феодал бы из меня вышел неплохой. Курсы по праву первой брачной ночи, уверен, я бы окончил с отличием.

– С тебя станется, – мрачно пробормотала Таисса.

– Знал, что ты оценишь.

Они выехали с парковки. Окно рядом с Верноном было закрыто, и Таисса потянулась было приоткрыть своё. Она умирала от духоты.

– Пирс, не смей… – начал Вернон.

И тут его обдало осколками.

Правое переднее стекло разлетелось брызгами по всему салону, и внутрь влетел термодетонатор.

И взорвался.

Таисса не успела испугаться. В один момент она лежала на заднем сиденье спокойно и расслабленно, а в следующий…

…Огненная вспышка…

…Тень перед глазами…

…Золотистое мерцание силового поля…

Таисса замерла в шоке. Силовые поля не бывают портативными. Это же невозможно, никто не может просто включить генератор силового поля вокруг себя…

– Тише, детка, – услышала она голос Вернона. – Вот и умница, ты в сознании. Сколько пальцев я показываю?

– Ни одного, – пробормотала Таисса. Перед глазами всё ещё светились круги.

– Уже хорошо.

Таисса слабо ощутила, как Вернон провёл руками по её телу, ища раны. Но она, кажется, и впрямь была невредима.

– Как? – прошептала она.

– Чудо, – рассеянно произнёс Вернон. – Разработки нашей экспериментальной лаборатории. Безумно дорогая и пока ещё совершенно не массовая штука. Мне пришлось дать столько клятв, что я не буду выпендриваться и нести её в народ, пока не придёт время…

– Это портативное силовое поле?!

– Оно. Предназначено для меня, разумеется. Но не мог же я дать этой дряни тебя ранить.

– И ты обволок этим полем термодетонатор.

– Взорвав тем самым генератор поля к чертям, – кивнул Вернон. – Хана моей экспериментальной модели. Но мы оба целы, а это дороже.

– Спасибо, – тихо произнесла Таисса.

– Чушь. Скажешь, не сделала бы для меня то же самое? Да ты бы сравняла с землёй пару городов, если, конечно, там не играли бы маленькие симпатичные детишки.

– Вот сейчас ты городишь чушь.

– Горожу, – легко согласился Вернон. – Переволновался. А теперь пристегнись. Мы едем домой.

– На этой колымаге?

– Она цела, если соизволишь заметить. А вот если мы задержимся здесь…

Вернон не договорил, но Таисса поняла. Медики, журналисты, зеваки – и её пребывание рядом с Верноном перестанет быть тайной.

– Ты видел, кто кинул термодетонатор? – слабо спросила она.

– Ты совсем наивный ребёнок. Нет, конечно. Он исчез на сверхскорости, а я спасал наши жизни. – Вернон внимательно изучал осколки. – Хм, похоже, это тоже экспериментальный образец. Не прикасайся к осколкам, Пирс: они покрыты чем-то. Как интересно. Убить этой игрушкой Тёмного или Светлого невозможно. Похоже, кто-то сделал эту штучку с расчётом, что нас совершенно точно не убьёт, но практически наверняка оглушит, и тот, кто забросил её внутрь, этого ждал. Мы бы выжили и даже не особо пострадали, но валялись бы тут без сознания ещё примерно полчаса, и похитить нас было бы элементарно. Даже меня.

– Найт, – произнесла Таисса.

– Кто же ещё. Осталось понять, кто ей был нужен, ты или я. Впрочем, уверен, она не даст нам долго терзаться в догадках.

Найт хотела её похитить. С какой целью, Таисса не знала.

Но была уверена, что это ей не понравится.

– Кстати, – вспомнила Таисса. – Где мой линк?

– Который ты отдала мне в Храме? У пары умелых специалистов по информационной безопасности, – рассеянно отозвался Вернон. – Протоколы Светлых – очень интересная штука, так что грех ими не поделиться. К тому же моему линку не помешала бы дополнительная защита от красавицы Найт.

– Но ты мне его вернёшь?

– Рано или поздно. Но не сегодня.

Вернон выехал с парковки на полной скорости. Развернулся, и уже через минуту они въезжали под землю снова.

У Таиссы кружилась голова, словно ей вкололи анестезию. Заплетался язык. Ей нужно было лечь, выспаться. Отдохнуть. Закрыть глаза.

«… Один раз ты получила анестезию…»

«Светлые с тобой кое-что сделали».

Что Светлые могли с ней сделать? Зная, что они смогут держать её в коконе, сколько захотят?

Только одна мысль приходила на ум.

– Вернон, – позвала Таисса. – Помнишь, я сказала, что Светлые что-то сделали со мной, по словам Найт? Когда я была в коконе?

– Тест на беременность я тебе найду, – бросил Вернон. – Или ты хочешь сразу проверить, нет ли у тебя марсельской лихорадки? Вряд ли они вкалывали тебе вирусы, но комплексное обследование мы тоже можем провести, если хочешь.

Таисса открыла рот. И закрыла его.

– Ты же именно это хотела попросить?

– Да, – только и выдавила Таисса. – Спасибо.

– И что мне предлагается сказать? «Пожалуйста, пользуйся»? – Вернон хмыкнул. – Обещаю найти и с пристрастием наказать всех причастных, если диагноз подтвердится. Но не думаю, что Светлые настолько идиоты, малышка. Они лишены мозгов, но немного в другой области.

Он задумчиво рассмеялся.

– А ты что про них думаешь? Ты теперь имеешь право послать их ко всем чертям.

– Там мой отец, – тихо проронила Таисса. – Он со Светлыми.

Вернон притормозил, загоняя автомобиль на парковочное место.

– Да, это печально. Но это его выбор, Пирс. Его жизнь. Боюсь, он сейчас тебе никто. Всё, чего ты сможешь от него добиться – имитации. И даже это будет лучше, чем мой отец, поверь мне.

Он остановил двигатель и закрыл глаза.

– Чертовски длинный день, – пробормотал он. – Если ещё в конце него и окажется, что я стал дядей, я кого-нибудь убью. Желательно вообще всех.

– Дядей?

– Ну не бросать же тебя с ребёнком от этого светловолосого красавчика. Дядя Лютер приходит на помощь, все дела. Всегда мечтал стать крёстным отцом большого семейства.

– Мне бы вполне хватило двоих детей когда-нибудь, – тихо сказала Таисса. – Или троих.

– От трёх разных отцов? Блондина, брюнета и рыжего? Чур, от меня будет девочка.

Таисса не выдержала и рассмеялась.

– Скоро мы будем дома, – негромко проговорил Вернон. – Только не заходи в мой кабинет, ладно? Серьёзно.

– Почему?

– Потому.

Таисса открыла рот, но он уже вышел, хлопнув дверью машины.

Она вздохнула и последовала за ним.