Глава 12

Большой круглый зал с мозаичным сводом и мраморным полом, в центре которого была выложена пентаграмма с возвышением в середине, встретил нас гулким эхом шагов преподавателя, который успел уйти вперед. 

Наша небольшая группа столпилась у входа и не решалась идти дальше.

— Ну что же вы? Идите за мной, — оглянулся и поманил нас препод, и нам ничего не оставалось, как пройти следом.

Наконец, мы достигли пентаграммы, представлявшей собой многолучевую звезду.

— Занимайте каждый по лучу. Всем должно хватить.

Он проследил, чтобы мы встали более-менее симметрично, и прошел к возвышению в середине.

— А что будет дальше? — прошептала я на ухо Кэсси.

Однако эхо подхватило мои слова и, несмотря на их нечеткость, вампир услышал.

— Как что? Каждый из вас попадет в подпространство, где сможет почувствовать предназначенный ему предмет и, взяв его, вернуться сюда. Готовы?

Я готова точно не была, но все уже заняли лучи, а преподаватель снова неизвестно откуда извлек сферу с клубящимся нечто внутри и установил ее в центре пентаграммы. После чего положил на нее руки, прикрыл глаза и что-то прошептал одними губами.

Шар засветился ярким бело-голубым светом, и этот свет, словно стекая с него, как по желобкам направился по линиям пентаграммы. И уже через несколько секунд она вся сияла. Это сияние с каждым мгновением становилось все ярче и нестерпимей. Вот уже и рассмотреть стоявших неподалеку друзей стало невозможно, пришлось зажмуриться, а когда я поняла, что свет пропал, и открыла глаза, увидела, что стою в какой-то… кладовке. 

Я так удивилась такой кардинальной смене обстановки, что даже икнула.

Кладовка явно была старой, когда я сделал шаг, под ногой заскрипели половицы. Удивляло меня и то, что в ней оказалось довольно светло, по крайней мере приглушенного света хватало, чтобы рассмотреть, что стоит на полках, которые протянулись вдоль ее стен. А еще, обернувшись, я поняла, что двери в ней нет! Вспомнила, что нас всех отправила в подпространство, и немного успокоила вмиг застучавшее дробью сердце. Но отсутствие двери все же нагнало жути — я никогда не любила замкнутые пространства.

«Итак, что у нас тут есть…» — решила я все же сосредоточиться на задании.

А было столько всего, что я даже растерялась. И как тут можно выбрать что-то одно?

Я подошла к ближайшей полке и протянула руку к статуэтке мага.

«А вдруг, если я ее возьму, она автоматически станет моим ключом? И стану я, как дура, ходить с ней наперевес и тыкать в пространство, чтобы проделать в нем ход». 

Представила себе эту картину и захихикала, но руку убрала за спину. Тот ходок с вилкой вряд ли хотел себе именно такой ключ, хапнул вот так сдуру первое, что попалось, и попал… ага, на всю жизнь. 

Эх, мне бы хоть чуть-чуть больше информации о ритуале! А то запустил этот кровосос нас сюда без инструкций, и делай что хочешь! Да даже по элементарной технике безопасности он должен был все еще раз подробно объяснить! Путь даже и в сто сорок первый раз! А тут встали в круг, посветились в магическом свете и все пропали. Вот и вся церемония выбора! А это, между прочим, на всю жизнь! 

Но он сказал, что мы должны почувствовать свой предмет. Значит, нужно почувствовать.  

Я прошла вдоль стеллажей и нахмурилась. Что из предложенного ассортимента мне подойдет? Трость? Ручка? Старое веретено? Перо? А может, кружка, которую невозможно поставить ровно из-за того, что у нее конусообразное дно?

С тростью, как у деда, я себя не представляла. Ага, еду я такая на скейте, с Мотей на плече, и тростью помахиваю. 

Я прыснула смехом. 

Ручка, конечно, вариант неплохой: и маленькая, и удобная, и в карман ее без проблем засунуть можно, вот только… я еще та Маша-растеряша. Оставлю где-нибудь уникальный артефакт, похожий на сотни других ручек, и что тогда?

Посмотрела на старую куклу без глаза, которая сидела на одной из полок, и содрогнулась, представив себя в ее постоянной компании.

Может, и правда, вилка неплохой вариант? Я пока прохаживалась, уже несколько штук видела.

Всякие статуэтки и непонятности вроде металлических загогулин и странных черепков я отмела сразу. 

Вот почему здесь нет самых обычных тривиальных волшебных палочек, а? Только реально существующие вещи, которые можно увидеть в самых разных параллельностях. Это мне Шурка сказал — уже надоело именовать его Шурайшасом. 

Устав от топтания по комнате, я уселась посередине на пол и прикрыла глаза в надежде почувствовать свой предмет — все равно ведь до тех пор, пока не определюсь, отсюда не выберусь.

Вот теперь сижу… чувствую… очень сильно чувствую… что хочу в туалет. Нет, ну это уже ни в какие ворота не лезет! 

Я подскочила и снова начала ходить вдоль стеллажей, заглядывая и на верхние, и на нижние полки, даже под них заглянула, обнаружив в самом углу только какие-то старые полусапожки. А может, мне показалось? И это что-то другое? Я опустилась на корточки, пытаясь разглядеть предмет, но сумрачный свет не давал этого толком сделать, а потом руку словно что-то потянуло вперед, и я, к собственному изумлению, взяла их и вытащила. Поднесла к глазам, рассматривая. И правда — старые драные полусапожки на небольшом конусообразном каблучке. Такие наверняка были модными во времена моей прабабушки. И чего я их только ухватила? Решила же, что ничего здесь руками трогать не буду.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Хотела уже пристроить их на какой-нибудь полке, как пространство начало резко меняться, и я оказалась стоящей в пентаграмме, которую покинула, кажется, несколько часов назад.

— Ну наконец-то! — услышала я голос преподавателя и, все еще не веря, что свой ключ я уже выбрала, перевела ошалелый взгляд на него. — Что там у вас? — вампир уставился на зажатые в моей руке старые полусапожки, и его брови поползли вверх. — Эм… А вы уверены, что они… — замялся он.

А я мысленно продолжила варианты:

«Не рассыплются в прах, когда я их попытаюсь надеть? Выживут хотя бы пару дней эксплуатации? Подойдут по размеру?» — и это я даже не заикаюсь о стиле, моде или даже просто удобстве! 

Сама еще раз посмотрела на свой выбор и ответила: 

— Не уверена… 

«А ведь утро так хорошо начиналось!» — пронеслось в голове, и я быстро оглянулась, не увидел ли кто еще моего позора.

— А где все? Ушли уже?

— Ну да, — рассеянно ответил вампир, — вы последняя. Скорее всего, все уже давно в классе ждут начала другого урока. Кстати, вам тоже не помешало бы поспешить — скоро прозвенит звонок.

Я быстренько затолкала обувь в рюкзачок, который носила с собой на занятия, и пошла на выход, соображая, как бы так заныкать эти сапоги, чтобы их никто и никогда не нашел… 

Может, мне разрешат в качестве исключения пройти процедуру Выбора еще раз? 

***

На теорию стихийной магии я успела в самый последний момент, и невысокий пухлый маг захлопнул дверь прямо за моей спиной.

На этот раз на уроке присутствовал целый поток. И прежде, чем пристроиться на свободное место рядом с каким-то блондином, я даже успела увидеть зеленые в колечках уши Чихуака где-то в середине аудитории, но прорываться туда не стала — преподаватель и так смотрел на меня слишком пристально.

— Дорогие адепты! — наконец как-то слишком радостно поприветствовал он нас, и я чуть не подскочила на месте от неожиданности.

Отвлеклась буквально на минуточку — копалась в своем рюкзачке, пытаясь достать писчие принадлежности, не вынимая мешавших мне сапог — а тут такой поток счастья от препода!

Сидевший рядом блондин с длинными распущенными волосами недовольно на меня косился и кривил губы. И что ему не так? Я тоже скосила на него глаза и тут заметила торчащие у него из-под волос уши и зависла — эльф!

Я конечно успела насмотреться на Кэсси и ее ушки, правда, так и не решилась попросить их потрогать, но рассмотреть их мужской аналог хотелось не меньше. Интересно ведь, есть ли какие-то отличия. Они же не люди, а эльфы! Вдруг ушки у мужчин лопушистее или острее? 

Присмотрелась.

Ухо дернулось.

Хм… Так сразу и не поймешь…

Ухо снова нервно дернулось.

А вот у Кэсси уши так не делали. Может, у эльфов-мужчин уши подвижнее?

— Адептка! — раздалось прямо над ухом, и на этот раз я от испуга подскочила. — Неужели вас так впечатлил сидящий рядом адепт, что вы даже не услышали моего вопроса?

— А?

— Я спрашиваю, почему вы не отвечаете на мои вопросы?

— Понимаете… — я покосилась на ухмылявшегося эльфа — неужели он возомнил, что я с первого взгляда потеряла от него голову? — Меня с некоторых пор волнует вопрос эльфийской физиологии… — облекла я свои мысли в слова.

Дядечка закашлялся и, чуть смутившись, произнес:

— Вряд ли она чем-то отличается от человеческой. Позже…

— Но как же? У нас же нет таких ушей! Конечно, она отличается! — не согласилась я.

— Ушей? — брови преподавателя поползли вверх.

— Ну да, — стушевалась я, начиная понимать, что мы с преподавателем друг друга не совсем понимаем.

Да и присутствующих в аудитории адептов внезапно всех разом одолел приступ смеха. С чего это вдруг? Я прокрутила в голове диалог с преподом и залилась краской — эльфийская физиология меня, блин, заинтересовала. Позорище!

— Эм, — пришел, наконец, в себя профессор, — думаю, детали эльфийской… анатомии, - он сделал ударение на последнем слове, указывая, что физиология, вообще то, тут ни при чем, - вы сможете обсудить на расоведении, а пока прошу вас сосредоточиться на моем предмете.

Я покраснела до корней волос и до конца урока старалась внимать словам преподавателя со всем тщанием и даже не смотреть на соседа. А когда прозвенел звонок, тут же начала собирать вещи, чтобы переместиться к друзьям, которых давно уже заприметила на другой стороне аудитории.

— Куда же ты так торопишься, ведьмочка? — окликнул меня сосед, когда я уже готова была встать и уйти. 

И вот откуда все они знают, что я ведьма? На лбу у меня написано, что ли?

— А тебе какое дело? — подозревая неладное, буркнула я.

— Ну как же? Тебе же так понравились мои уши! — иронично и громко, привлекая всеобщее внимание, ответил он. — Можем даже договориться, при каких условиях я разрешу тебе изучить мою… физиологию, — и гаденько так улыбнулся…

Вот же хмырь ушастый! Решил-таки докопаться!

Я встала, соображая, что бы такое ответить, а то вокруг уже начали раздаваться неприятный смешки, но словно из-под земли вынырнул Чихуак и приобнял меня за плечи:

— Ой, да спрячь ты уже свои невразумительные лопушки, — махнул он рукой на эльфа. — Ириска просто постеснялась сказать, что они ее не впечатлили. Вот когда она впервые увидела мои уши, так сразу и сказала: «Обалдеть! Никогда ничего подобного не видела»! И с такими горящими восторгом глазами, что других слов и не нужно было! Так что спрячь свою… физиологию и не позорься, — снова вальяжно махнул он рукой и, оскалившись, подтолкнул меня в сторону ребят.

— Не знал, что ведьмы нынче такие неразборчивые и путаются с кем попало, — процедил сквозь зубы мой бывший сосед. 

Подошедшая в это время Кэссиндриэль, взяла меня под руку и весело громко сказала: 

— И правда, хорошо, что ты вовремя решила пересесть.

Попытки эльфа что-то ответить на это замечание потонули в дружном хохоте внимательно следивших за развернувшимся цирком адептов, и ему ничего не оставалось, как уткнуться в свою тетрадь. 

— Спасибо ребят, я что-то растерялась…

— Ой, да ладно тебе! Будет знать, как к нашей Ириске клеиться, — хмыкнул Чихуак. — Ты лучше расскажи, как прошел твой Выбор.

— Так он и не клеился… — будто не услышала я последнего вопроса. 

Показывать кому бы то ни было свой позорный ключ я точно не собиралась. Это ведь даже не вилка, а какие-то старые драные полусапожки!

— Ой, да все знают, что эти эльфы совершенно не умеют ухаживать! — тут же повелся гоблин.

— То есть как не умеют?! — возмутилась Кэссиндриэль.

Продолжения их перепалки заняло все оставшееся время перемены. И мне даже удавалось сдерживать любопытство друзей во время обеда, но… Меня все время грызла мысль: как я буду выкручиваться на сегодняшней последней паре по практике похождений? Ведь первое, о чем там попросят — показать свой ключ…