Глава 18

В себя я пришла так же резко, как и потеряла сознание. Не было снов или каких-то тревожащих видений, лишь темнота, которая в одночасье ушла, оставив после себя некое удивление.

Открывать глаза я, правда, не спешила — было откровенно страшно. Так же рывком, как ко мне вернулось сознание, вернулись и воспоминания о случившемся. И я точно знала, что де Мризье с деканом хорошего мне не желают. Только вот зачем я им понадобилась, и что за чушь они несли насчет Ключа?

Судя по ощущениям, связана я не была, да и лежала на чем-то мягком и удобном, а не на полу в какой-нибудь камере. Что вообще происходит, я понять не могла.

Характерное позвякивание ложечки о чашку отвлекло от размышлений и пробудило любопытство.

— Открывай уже глаза, Варвара. Я знаю, что ты очнулась, — послышался голос магистра, и я не стала и дальше играть в притворство. Смысл?

Села и огляделась. 

Я находилась в довольно уютной гостиной, отделанной в светлых тонах. Рядом за небольшим столиком помешивала сахар в фарфоровой чашке моя преподавательница и в упор разглядывала меня. Я же сидела на бежевом диванчике, обивка которого, как и стул де Мризье, были расшиты мелкими цветочками. Мило и совершенно не по-злодейски. Я-то, пока лежала, нафантазировала себе чуть ли не казематы черных властителей, а тут… 

— Хочешь чаю? — спросила меня она. 

— Вы правда сейчас хотите напоить меня чаем? — скептически вздернула я бровь.

— Почему нет? Нам предстоит долгий разговор, и чашка чая пришлась бы очень кстати.

— А вы уверены, что я хочу слушать то, что вы собрались мне рассказать? — в душе поднималась волна негодования.

А еще я собиралась снять запирающий браслет и, воспользовавшись даром ходока, убраться отсюда куда подальше.

Магистр рассмеялась:

— О да, моя маленькая ученица! Я уверена, что тебе будет интересно узнать о своем предназначении и о том, чем перед смертью одарил тебя твой отец.

— Отец? — пальцы, которые уже поддели замочек браслета, застыли, и руки помимо воли опустились.

Магистр отпила глоток из чашки и зажмурилась от удовольствия.

— Присаживайся, в этом доме заваривают замечательный чай.

Чай меня сейчас интересовал меньше всего, но к столу я все же подсела. Наблюдать, как она смакует напиток, было почти физически невыносимо. Хотелось подскочить и трясти шею этой интриганки, пока она не выложит все, что знает. Но я, сцепив пальцы в замок, стоически терпела. 

— Что ж, я начну свой рассказа с событий почти двадцатилетней давности. — Магистр, наконец, поставила чашку на стол. — Именно тогда Александр Миргородский, теперешний ректор академии Примы, наткнулся на сведения о Ключе. Исследования в этом направлении велись и раньше, но на этот раз информация походила на правду. Он собрал научную группу энтузиастов, которых как и его захватила идея найти Ключ и попасть в… — она выдержала театральную паузу, — …забытую параллельность.

— Забытую параллельность? — вырвалось у меня. — Но ведь там находится Великий артефакт…

— Именно! — удовлетворенно улыбнулась магистр — Неужели вы уже проходили это на занятиях? Тогда объяснить будет проще.

— Не понимаю. Зачем ему понадобился этот артефакт?

Ректор и правда не производил впечатления существа, алчущего всемирного господства.

— О! Эти ученые! Когда их умами завладевает идея, они ее просто осуществляют. Поиск истины — вот их стезя. А куда эта истина и их изыскания приведут, они думают в последнюю очередь. Таким, кстати, был и твой отец.

— Вы знали моего отца?

— Конечно, — пожала она плечами. — Мы ведь все тогда были энтузиастами, которые совершенно случайно попали в группу Миргородского. Прекрасное было время, — она устремила мечтательный взгляд куда-то внутрь себя. — Н-да… Но самое главное — нам удалось найти этот Ключ! Ты даже представить себе не можешь нашего ликования! Наша группа насчитывала всего шесть человек, но мы сделали то, что не удавалось тысячелетиями лучшим умам параллельностей! Мы нашли этот клятый Ключ! — глаза ее в этот момент так горели, что не поверить в сказанное было просто невозможно.

— Так почему вы не попали в Забытую параллельность и сейчас непонятно с чего называете Ключом меня? — казалось, сам собой вырвался вопрос.

Губы де Мризье скривились в неприятной усмешке.

— Потому, моя нетерпеливая Варвара, что мы тогда так и не поняли, по какому принципу работает этот ключ. — Она снова взяла в руки ложечку и нервно стукнула ею о край чашки. — Столько изысканий, опытов и догадок — и все зря! Чего мы только ни делали с этим маленьким медным ключиком! — поджав губы, зло произнесла женщина. — Если бы не магия, которой он фонил так, что в магическом зрении резало глаза, мы бы решили, что нашли какую-то пустышку.

— А это точно была не пустышка? — решила я все-таки уточнить.

— Точно! — неожиданно резко и зло бросила она и на несколько секунд прикрыла глаза, успокаиваясь. — Это так же точно, как и то, что каким-то образом этот ключ заполучила ты и смогла его активировать.

— Я? Активировать? Но мне тогда и четырех не было! — опешила я от такого заявления.

— Не было, — согласно кивнула женщина. — Но именно после твоего прихода ключ исчез, а Марк так и не смог сказать по этому поводу ничего вразумительного. Поначалу мы и правда решили, что он его куда-то спрятал, и думали так много лет… — Она окинула меня оценивающим взглядом прищуренных глаз. — Знаешь, если бы твоя мать не скрылась с тобой в неизвестном направлении, мы бы догадались о том, что Ключ — это ты, гораздо раньше, но… Знаешь, наверное, это судьба, что ты пришла учиться в академию, где нашлись те, кто сумел опознать, кто ты есть на самом деле. А жалкие потуги твоей матери спрятать тебя под другой фамилией смотрятся смешно. Уж кого-кого, а дочь Марка я бы узнала под любым именем, как и Ли.

— Ли?

— Ли Шо — твой декан. К слову, стыдно не знать главу собственного факультета.

Я не стала уточнять, что с этим главой ни разу не пересекалась, а потому эта информация была мне не нужна. Меня сейчас волновали другие, гораздо более важные мысли, озвучивать вслух которые было боязно, но крайне важно.

— Все равно я не понимаю, почему вы решили, что я Ключ к забытой параллельности. Это даже звучит дико!

Де Мризье посмотрела на меня долгим тяжелым взглядом.

— Ты правда думаешь, что своим прикосновением сломала артефакт, который более ста лет находится в академии и ни разу не показал сбоев или неточностей?

— Ну… 

Я вспомнила одно из последних ярких событий, связанных с обычным прикосновением, когда взорвалась мамина лаборатория. Это был не первый раз, когда я вот так случайно влипала в истории, а потому у меня даже мысли не возникло, что всем нам сказали неправду. 

— …Поверила. Мало ли что может случиться с такой древностью.

— Чушь! — резко бросила она. — Этот артефакт абсолютно исправен, и его реакция на тебя говорит лишь о том, что ты можешь ходить в столько параллельностей, во сколько захочешь! А вернее, ты можешь посетить их все, а это возможно лишь при условии, что ты — Ключ. Есть еще множество косвенных признаков, о которых со временем узнал Орден, и все они сочетаются в тебе.

— Орден? 

Про признаки мне слушать было неинтересно — одержимые какой-нибудь дикой идеей найдут любые нужные им признаки в ком угодно, но вот услышать о целой организации, которая в тебе заинтересована — это уже по-настоящему страшно.

Как, оказывается, скучно я жила! Варилась в своем маленьком мирке и не подозревала, что вокруг меня крутится столько тайн, а меня ищет целый Орден, чтобы я… что? Провела их в забытую параллельность? Для чего? Тут, как наяву, вспомнился профессор Пожидайкина, который сетовал, что людям нельзя давать в руки столь мощный артефакт, потому что они в первую очередь думают о разрушении. А что будет, если этот Божественный Артефакт попадет в руки фанатиков из Ордена? Даже представить страшно, что тогда начнется! Конечно, я никакой не ключ, но даже подумать о том, что судьбы всех ныне живущих существ — и моей в том числе — могут зависеть от них, вызывало протест.

Тем временем де Мризье отпила немного чая, видимо, решая, что мне можно рассказать:

— Орден существует очень давно. Даже я не могу сказать точно сколько. Но его задача состоит в одном: найти Великий Божественный Артефакт. Мы с Ли Шо попали в него случайно. Вернее, это Орден наткнулся на изыскания магистра Миргородского и вышел с нами на связь. По стечению обстоятельств, это произошло как раз перед тем, как Ключ пропал. Вернее, им стала ты. И все эти годы мы изучали обрывочные сведения о Ключе, способах попасть в забытую параллельность и… искали. — Ее глаза заблестели каким-то лихорадочным блеском. — Кто бы мог подумать, что Ключом может стать одна маленькая никчемная девочка…

— Да никем я не стала! — не выдержав, всплеснула я руками.

— Стала, Варвара, стала. И теперь сама должна в это поверить! Поверить, принять и провести нас к артефакту.

— Поверить? Принять? — я смотрела на магистра, как на умалишенную.

— Именно, — усмехнулась она, а глаза ее блестели все ярче. — Думаешь, почему я сижу и распинаюсь тут перед тобой, рассказывая все это?

— Но я не Ключ! Да я даже не чувствую за собой никаких таких суперспособностей!

— Не нужно нервничать, Варвара. Выпей лучше чаю, — и лично налила мне в кружку ароматный напиток.

От таких откровений, да и после столь резкой потери сознания, мне и правда сильно хотелось пить. И я поняла это только сейчас, когда тонкая струйка чая полилась мне в кружку. Магистр пила тот же самый напиток, и я решила, что ничего страшного не случится.

Чай и правда оказался вкусным, и я сходу выпила половину чашки.

— Вкусно? — поинтересовалась у меня де Мризья и, дождавшись, когда я подниму на нее взгляд, резко бросила: — Вспомни! Вспомни, что случилось в последний день, когда ты видела своего отца! 

Я отшатнулась от ставшего вдруг хищным и даже чуть сумасшедшим лица женщины, но поняла, что омут памяти затягивает меня вглубь себя, заставляя вспоминать. 

Неужели в чае было что-то психотропное? Эта мысль мелькнула на краю сознания, когда в воспоминаниях уже всплывал тот день, который разделил мою жизнь на до и после.

— Марк, ты уверен, что Варя тебе не помешает?

Мама стояла рядом с папой и поправляла ему шарф, который тот небрежно накинул на шею. 

— Уверен, — улыбнулся он и поцеловал руки жены. — Там сегодня все равно никого не будет. К тому же запланированный на сегодня опыт не продлится долго. Варя не успеет заскучать. Ты же знаешь, что она будет проситься со мной, пока не поймет, что там совсем не так интересно, как ей кажется. А когда в следующий раз представится случай ее взять — не знаю. 

— Ну хорошо, — улыбнулась мама и потянулась за поцелуем.

— Отдохни сегодня, — он поймал ее губы.

А я дернула папу за руку. Сколько можно целоваться?! Нужно уже идти! Я столько выпрашивала этот поход, а они тут стоят и стоят!

Вот зря папа говорил, что у него на работе неинтересно! Я столько непонятных штук даже у мамы в лаборатории не видела, да и не пускает она меня туда почти.

— Папочка, а что это такое? — ткнула я пальцем в первое, что показалось интересным.

— Это преобразователь, солнышко. Его трогать нельзя. 

— Ммм… — глубокомысленно оглядела я большую стекляшку изогнутой формы и прошла дальше. — А это что такое? — ткнула в длинную трубку, которая загибалась кольцами.

— Что? — отец обернулся, доставая из небольшого высокого шкафчика белый халат. — Это отводной шланг. Его тоже трогать нельзя. И-и-и… вот это тоже не трогай. Солнышко, тут все приготовлено для опыта. Давай я его быстренько проведу, а потом устрою тебе небольшую экскурсию. Посиди на стульчике пять минуточек. Поверь, это быстро!

Я насупилась и недовольно кивнула. Он вывел меня из комнаты с интересными штучками и оставил наблюдать за ним из-за стекла.

Смотреть на папу, который что-то там делает и записывает магическим пером в тетрадку, поначалу было даже увлекательно, но потом стало скучно. Сидеть на стуле стало маятно и неинтересно. Пять минут — это, наверное, такое взрослое «быстро», которое у детей «очень долго». Я вздохнула, но продолжила сидеть на стуле. 

Наконец, отец что-то опять записал и азартно бросился из лаборатории. Пробежал мимо меня в другую комнату и исчез.

Так нечестно! Я тут жду-жду, а он убегает! 

Я спрыгнула со стула и решила сама себе устроить — как там папа сказал? — экс-кур-си-ю. И начать я решила с той комнаты за стеклом, откуда только что выбежал папа. Там ведь столько всего интересного! А те штучки, которые он не разрешал трогать, я не буду трогать. Честно-честно!

Я вошла, завороженно рассматривая все то, что так и манило прикоснуться и потрогать. К сожалению, все это богатство стояло на столе, и приходилось сильно задирать голову, чтобы рассмотреть. Я попыталась подтянуться на руках, но из этой затеи ничего не вышло. Оглянулась и увидела стул, который с противным скрежетом дотолкала до стола, быстренько на него залезла и с горящими глазами стала разглядывать открывшееся великолепие.

Все вокруг было таким необычным и интересным, что я даже удивилась, когда увидела на подставке прямо в середине конструкции самый обычный ключик. У нас похожий запирает старый буфет в кухне.

Я потянулась к нему — пришлось даже встать на цыпочки — и взяла его в руку. 

Действительно, ключик маленький и красивенький. Я вспомнила, что видела похожий в витрине шоколадного магазина. Только тот был побольше и совсем черный. Его держал в руках улыбающийся шоколадный карапуз, а перед ним высился игрушечный шоколадный домик. От витрины меня тогда отодрали с трудом, но я запомнила место и теперь во время прогулок всегда старалась ходить именно через этот магазин. Пару раз мы с мамой даже покупали там фигурный шоколад. Правда, мне доставалось совсем чуть-чуть, но было очень вкусно!

А может, этот ключик, как у карапуза? И его можно съесть?

Недолго думая, я сунула его за щеку. Ключик и правда оказался очень вкусным. Я ощутила на языке вкус ирисок, которые принес нам дед и которые я потихоньку таскала из вазочки на столе. А еще по языку и нёбу, лопаясь и немного пощипывая, пробежали какие-то пузырьки, и я рассмеялась.

— Варя? Что ты тут делаешь? — раздался совсем рядом обеспокоенный голос отца. Он бегло меня осмотрел и взял на руки. — Я же просил тебя немного подождать, — с укором посмотрел он.

— Я и ждала. Долго ждала! — ответила я чистую правду. — А ключик был вкусный! У тебя еще есть? Но маме мы не расскажем, что я сладкое ела, хорошо? А то вечером она не разрешит мне взять еще одну конфетку из вазочки.

— Ключик? Какой ключик? — взгляд отца заметался по подставке, с которой я этот ключик и взяла. — Ты… ты его съела? — растерянно посмотрел он на меня, и я, видя подвох, опасливо кивнула. — Но как?! Открой рот! Немедленно! — он тут же поставил меня на стул и сжал пальцами мою челюсть, заставляя раскрыть рот. — Ты его проглотила?

— Нет! — захныкала я, не ожидая от папы такой бурной реакции, и даже испугалась, когда он попытался залезть пальцами мне в рот.

— Прости, солнышко, — он прикрыл глаза, стараясь унять сбившееся дыхание, — но мне нужно понять, что произошло. Расскажи с самого начала, как случилось, что ты съела Ключ?

Папа меня обо всем подробно расспрашивал, особенно о том, как я себя чувствую, и нервно мерил комнату шагами. Потом притащил целый чемодан всяких медицинских штук, которые то прикладывал ко мне, то совал мне в рот и нос. Даже кровь взял большим страшным шприцем с иглой. Я поплакала немного, но папа сказал, что так нужно и что я самая смелая. Наконец я от всего этого так устала, что замолчала и насупилась, не желая больше говорить и об-сле-до-вать-ся. 

Наконец, он взял меня на руки, сел на стул и, взяв мои ладошки в свои, заглянул в глаза:

— Солнышко, ты хочешь, чтобы у нас с тобой появилась тайна о волшебном ключике? Такая тайная тайна, о которой никто и никогда не будет знать? 

— А мама? — заинтересовалась я возможностью иметь с папой свою тайную тайну. 

— Ей мы тоже расскажем. Вернее, я расскажу. Но больше никто не должен узнать о том, что ты съела ключик. Слышишь, никто и никогда! Это будет наша самая тайная тайна навсегда!

— Навсегда?! — впечатлилась я. — Хорошо, — и улыбнулась, радуясь, что папа наконец закрыл медицинский чемоданчик. 

— Ты никому не должна говорить, что съела Ключ. Ты вообще должна забыть, что заходила в эту комнату и что-то здесь видела. 

— Но я же помню.

— Конечно, помнишь, но ведь на то она и тайная тайна, чтобы сделать вид, что ты обо всем забыла.

Тот день я и правда забыла. Полностью. Будто его и не было…

***

Я вынырнула из воспоминаний, будто из-под водной толщи, и вдохнула воздух, которого почему-то перестало хватать. 

Я видела папу! Видела так, будто только вчера с ним встречалась! Сердце защемило от застарелой боли, которую я умело скрывала ото всех и в первую очередь — от мамы, которой мои расспросы об отце давались очень нелегко.

На глаза навернулись слезы. Я так погрузилась в себя, что не сразу заметила, с каким алчным любопытством меня рассматривает де Мризье.

— Я знала! — расхохоталась она вдруг. — Ты все вспомнила! — и внезапно вцепилась пальцами в край круглого стола и наклонилась ко мне. — Как? Ну же! Скажи мне! Как ты это сделала?! Как активировала Ключ?!

«Это будет наша тайная тайна навсегда», — прозвучал вдруг папин голос в голове. 

Но я, какой бы наивной и доверчивой ни была, и без этого понимала, что таких людей, как де Мризье, вести к Божественному Артефакту ни в коем случае нельзя. Хотя мне все равно не верилось, что я на это вообще способна. Да и жили ведь мы столько тысячелетий без знания о его местоположения и дальше проживем.

— Ничего я не вспомнила. Просто увидела отца, — соврала я.

— Чушь! Я видела! Видела, что ты вспомнила! — она резко вскочила со стула, и тот упал.

— Да! Вспомнила! Вспомнила своего отца! — уже не пытаясь скрыть боль в глазах, прокричала я.

Магистр явно засомневалась, но, видимо, такой поворот событий ее никак не устраивал. А потому она уперлась:

— Не верю! Я видела по твоим глазам, что ты все вспомнила! Теперь тебе не отвертеться! А будешь упрямиться, сыворотка правды у меня уже готова!

Этого я допустить не могла. Нужно отсюда делать ноги. Причем как можно быстрее. Но… мне нужно было задать последний и самый тяжелый вопрос, ответ на который я обязана получить, чего бы мне это ни стоило:

— Это вы убили моего отца? — я встала из-за стола.

— Что?

Вопрос явно сбил ее воинственный настрой.

— Это вы убили Марка Ходоковского, моего отца? — пристально глядя ей в глаза, повторила я вопрос.

— Н-нет, — нахмурилась она.

— Но знаете, кто это сделал, — я кожей ощутила, что права. 

— Это вышло случайно… — женщина задумалась. 

Видимо, демонстративное попивание чая из того же чайника не прошло даром и для нее, и теперь при прямом вопросе ее тоже откинуло в прошлое. Прошлое, в котором она еще не была фанатичной, готовой на все ради достижения своих целей гадиной. 

— …Никто не хотел его убивать, — все еще не до конца придя в себя после увиденных воспоминаний, немного неуверенно проговорила она. — Но Марк оказался слишком упрям и категоричен. К тому же применил какое-то странное заклинание, благодаря которому чуть не сбежал. Орден вынужден был его остановить…

— И остановил… — побелевшими губами произнесла я, осознав, что отец погиб из-за меня! 

Не проглоти я этот чертов Ключ, он все еще был бы жив! 

Осознание опустилось на плечи бетонной плитой, и меня повело в сторону. Наверное, я была на грани самого настоящего обморока. Пришлось даже ухватиться за стол, чтобы не упасть.

— Варвара, не повторяй ошибок своего отца, — вторгся в сознание вкрадчивый голос де Мризье. — Не стоит ссориться с Орденом. Просто сделай то, что от тебя требуется.

— Ошибок? 

То есть эти уроды убили моего папу, а сейчас я должна через это переступить и сделать все, что они потребуют?! 

Возмущение и злость разлились по всему телу удушливой волной. Никогда в жизни я не испытывала столь яркой и всепоглощающей ненависти. 

— Никогда, — прошипела я. — Слышите, никогда я не пойду на поводу у людей, которые убили моего отца! 

На кончиках пальцев затанцевал огонь, казалось, даже волосы на голове начали шевелиться будто объятые пламенем. Внутри запекло, требуя выплеснуть из себя эти боль, гнев и возмущение. 

И я выплеснула в стоявшую напротив женщину все, что уже начало разрывать меня изнутри.

Огромный огненный шар ударился в выставленный ею щит. Щит был хорош и почти не пропустил испепеляющее пламя, которое лишь опалило волосы на ее лице, оставив без бровей и ресниц. Но сила удара была такова, что отбросила женщину к стене. Она сильно ударилась всем телом и застонала, сползая на пол. 

Это немного отрезвило и охладило мой пыл. Все же стать убийцей никогда не входило в мои планы, а сейчас я как никогда была к этому близка.

— Надо же! Какая сила, какой темперамент! — раздался от двери насмешливый голос.

Я повернула голову и увидела стоявшего там Ли Шо, который прижимал к себе Кэсси и держал у ее горла кинжал.