Глава 19. Я выбираю тебя

Кристина не рассталась с Егором на следующий день. Родители Кузнецова положили его в больницу, опасаясь, что у него может быть сотрясение. Перестраховались перед экзаменами, потому что в случае серьезной травмы головы, он бы не смог их сдать. Таким образом, Егор пропустил в школе и последний звонок.

Его выписали в первых числах июня. Я не знаю, общалась ли Кристина с ним по телефону. Мне Егор не звонил, я ему тоже. Но сразу после выписки он пришел к нам. Занятия в школе уже закончились, поэтому по будням мы с Кристиной были дома вдвоём. После того случая в ее день рождения мы с Кристиной стали общаться чуть больше, но все же продолжали соблюдать дистанцию. Я целыми днями готовился к ЕГЭ в своей комнате, а Кристина — в своей. Хотя ей эти экзамены уже ни к чему, она поступила, куда хотела, но все равно Морозова была намерена сдать ЕГЭ хорошо. А если точнее — лучше всех в нашей школе.

Я зубрил новые слова по английскому, когда услышал звонок в дверь. Немного удивился и вышел из своей комнаты, чтобы спуститься и открыть, хоть я никого и не ждал, но столкнулся в коридоре второго этажа с Кристиной.

— Это Егор, — смущенно сказала мне она.

Я сразу напрягся.

— Мне нужно с ним поговорить, Максим. Я скажу ему о том, что мы расстаёмся.

— Я не хочу оставлять тебя с ним наедине.

— Все будет хорошо, не переживай.

— Нет. Ты с ним вдвоём больше не останешься, — я был категоричен.

— Максим, я поговорю с ним у нас в гостиной. Это будет быстро. Через 10 минут ты уже услышишь мои шаги по лестнице, — она попыталась мне улыбнуться.

Секунду я на нее пристально смотрю. Я не хочу, чтобы Кристина оставалась с Егором вдвоём не только потому, что он может причинить ей вред. Сейчас он трезв, чувствует себя виноватым и совершенно точно не будет распускать руки. Я не хочу, чтобы в принципе он был возле нее. Слишком долго я наблюдал их вместе. Больше не могу. Это выше моих сил.

— Я останусь стоять тут, и если я услышу от него что-то, что мне не понравится, то сразу спущусь. — Я сказал это тоном, не допускающим споров со мной.

— Хорошо.

В этот момент звонок в дверь повторился, и Кристина пошла вниз.

Я приблизился к балкону второго этажа у ступенек, но не стал на него облокачиваться, чтобы меня нельзя было увидеть сверху.

Девушка открыла дверь, и Егор начал с порога:

— Малыш, я очень плохо помню, что произошло! Я, видимо, перебрал на твоём дне рождения...

Кристина не дала ему договорить.

— А я прекрасно помню, что произошло, Егор. Ты пытался меня изнасиловать.

— Чтоооо? Не может быть такого! Я...

— Егор, ты схватил меня за руку и повёл с танцпола куда-то вниз по лестнице. Я спрашивала тебя, куда мы идём, но ты не отвечал. А после ты завёл меня в комнату, закрыл дверь на замок, повалил меня на кровать и силой пытался сорвать с меня платье. Я вырывалась и кричала, но тебе было все равно. Ты пытался меня изнасиловать, — эти слова Кристина зло выплюнула, — мне чудом удалось спастись.

— Малыш, — Егор протянул ноющим голосом, — прости меня, пожалуйста! Я не ведал, что творил. Ты была такая красивая, и я так тебя хотел! Что мне сделать, чтобы ты меня простила?

— Ничего. Уходи. И забудь обо мне. Мы больше не вместе.

На несколько секунд внизу воцарилось молчание. Затем Егор все-таки прервал его. Он будто говорил не своим голосом.

— В смысле «больше не вместе»?

— В прямом. Мы расстаёмся.

Снова тишина. Мне казалось, я слышу, как в голове Егора двигаются шестеренки.

— Малыш, — он начал тихим голосом, — зачем ты все рушишь? Я ведь люблю тебя...

— А я тебя нет, Егор. И никогда не любила. Ты ведь знал это всегда. Я уезжаю через три месяца, мы все равно расстанемся.

— Но мы же можем попробовать отношения на расстоянии! Или я попробую перевестись в Америку через год в какой-нибудь вуз поближе к Гарварду. Мы еще можем что-нибудь придумать!

— Я не хочу. Уходи, Егор. Все кончено между нами.

— Нет! — Его голос прозвучал очень резко и категорично.

Я стою на втором этаже, еле сдерживая себя от того, чтобы не сорваться к ним вниз. Мне кажется, что я чувствую, как Егор приближается к Кристине.

— Да, Егор. Уходи.

Я все-таки выглянул с балкона. Кузнецов действительно подошёл к Кристине вплотную и сейчас нависает над ней.

— Кристина, я не отпущу тебя.

— Я не спрашиваю у тебя разрешения, а ставлю перед фактом. Мы расстались. Все. Больше не о чем говорить. Уходи.

Он молчит, все так же стоя к ней вплотную. Я вижу, что его плечи напряжены, и он тяжело дышит.

— Это все ведь просто повод, да, Кристин? Ты нашла удобную причину, чтобы расстаться со мной: якобы я пытался тебя изнасиловать. Но на самом деле ведь дело в другом?

Морозова молчит. Не дождавшись от нее ответа, Кузнецов продолжает.

— Скажи, у тебя кто-то появился?

Она не отвечает. Егор все так же близок к ней, и я уже еле сдерживаю себя, чтобы не сорваться вниз и не оттащить его от нее на несколько метров.

— Это Максим?

Я замер. Неужели все это время Кузнецов догадывался...?

— Егор, я ничего не обязана тебе объяснять. Просто уходи уже.

Но он будто не слышит ее, продолжает настаивать.

— У тебя есть к нему чувства?

Кристина шумно вздохнула.

— Да. — И ее голос, как сталь. А у меня от того, что я слышу такое признание, поплыла почва под ногами. После новогодней ночи, естественно, я понимал, что небезразличен Кристине. Но услышать это прямо от нее — сродни прыжку с парашютом. Адреналин подскочил, дыхание сбилось и лишь ее «да» пульсирует в висках.

— Почему он, Кристин? Что он такого для тебя сделал, чего не делал я?

— Дело не в том, кто что сделал или не сделал, Егор. Максиму и не нужно ничего делать. Ему достаточно просто быть.

— Но почему? — Кузнецов выкрикнул вопрос и отвернулся от Кристины в сторону, схватившись за голову. — Почему он?

— У меня нет ответа на этот вопрос. Просто потому, что он это он. И я больше не хочу обманывать тебя, Егор. Я слишком хорошо к тебе отношусь, чтобы продолжать врать в лицо и делать вид, что счастлива с тобой. Прости меня за мою нелюбовь. Я бы очень хотела любить тебя, потому что ты достоин этого, как никто другой. Но я не могу приказать себе.

Кузнецов продолжает стоять в стороне, схватившись за виски. Надрывно дышит. Наконец, он говорит.

— Хорошо, Кристина. Если ты этого хочешь, я тебя оставлю. Но помни, что Максим никогда не примет тебя такой, какая ты есть. А ты никогда для него не изменишься. Вы обречены! А я принимаю тебя, и не собираюсь менять.

Теперь пришла очередь Кристины тяжело вздыхать.

— Я знаю это. И все же, прощай, Егор. Если для тебя это важно: то я не держу зла за то, что произошло на мой день рождения. Я знаю, что умышленно ты бы никогда меня не обидел. Ты действительно самый прекрасный человек из всех, кого я знаю. Но, увы, я так и не смогла полюбить тебя...

Кузнецов не дал договорить Кристине, перебив ее на полуслове.

— Ты так и не смогла полюбить меня, а потом появился он, да?

Морозова помолчала пару секунд и ответила.

— Да.

Егор истерично засмеялся.

— Вот так я в один день потерял любимую девушку и лучшего друга.

— Я просила тебя не сближаться с ним.

— И сблизилась с ним сама, да?

— Между нами ничего нет, если что. Мы не вместе. Мы даже почти не разговариваем.

— Но это не мешает тебе бросать меня из-за него!

— Да, не мешает. Потому что я просто больше не хочу тебя обманывать и давать тебе ложную надежду. Ты не заслуживаешь того, чтобы с тобой так обращались. Я говорю тебе все честно, как есть, потому что действительно уважаю и ценю тебя как человека.

Егор направился к двери. Схватившись за ручку, он обернулся и посмотрел Морозовой в лицо.

— У вас с ним нет будущего. Он никогда не уступит тебе, а ты никогда не уступишь ему. Однажды ты это поймёшь.

Егор громко хлопнул дверью, и Кристина медленно направилась на второй этаж. А я так и стою у балкона не в силах сдвинуться с точки.

Поднявшись наверх, Кристина замерла при виде меня. Мы стоим напротив друг друга и не знаем, что сказать. Да и что тут скажешь? Она только что вслух заявила о чувствах ко мне, а независимый судья ей сказал, что будущее между нами невозможно.

Не дождавшись от меня никаких слов, она молча направилась в свою комнату. Когда девушка уже дошла до двери, я все же решился и окликнул ее.

— Кристина, подожди.

Она замерла, но осталась стоять ко мне спиной. Я тихо подошёл к ней сзади и обвил руками. Крепко прижав к себе, уперся головой в ее висок.

— У меня тоже есть к тебе чувства. — Отчего-то шепчу, хотя в доме мы одни.

— А твоя девушка об этом знает? — В ее голосе слышится сарказм и обида.

Я шумно вздыхаю, мысленно чертыхаясь на тот факт, что до сих пор не поставил финальную точку с Олей.

— Я расстанусь с ней. Обещаю.

— Ну вот когда расстанешься, тогда и поговорим.

Кристина сбросила с себя мои руки и скрылась в комнате.

Я вернулся к себе и еще долго рассуждал над словами Егора о том, что у нас с Кристиной нет будущего.

Я люблю ее. И я безумно хочу быть с ней. Но как может сложиться наша жизнь? Она будет в Америке, я в России. Между нами океан и 10 часов на самолёте. Разница во времени 7 часов летом и 8 часов зимой.

Я не имею права требовать от Кристины отказаться от своей мечты и остаться в России. Но и от своей цели я отступаться тоже не хочу. Через два года я планирую поехать учиться в Женеву. Поработать пару лет юристом в швейцарском банке, а потом основать в России собственную юридическую компанию международного уровня. Сопровождать финансовые сделки не только банков, но и различных организаций из других секторов.

Но даже если мы с Кристиной сможем преодолеть это расстояние, то как мы будем с ней жить в будущем? Если захотим стать отдельной семьей. Она будет управлять компанией отца и возвращаться домой около полуночи, часто ездить в командировки на строительные объекты. Мне тоже придется много пропадать на работе. И также ездить по всему миру, если будут зарубежные клиенты. А я бы очень хотел, чтобы у моей компании такие были.

Беспомощно опускаю веки и без сил валюсь на кровать.

Неужели мы с Кристиной действительно обречены?

За экзаменами время пролетает очень быстро. Не успел сдать один, как уже надо готовиться ко второму. Мне для поступления были нужны русский и английский языки, а также обществознание. Алгебру сдавал, потому что это обязательный предмет, но при поступлении он у меня учитываться не будет. Все предметы, кроме английского, я сдал на 100 баллов. По инглишу получил 90.

Мои баллы оказались лучшим результатом в школе. Кристина русский и английский сдала на 100, а вот алгебру на 85. Четвёртый предмет по выбору она не брала. Ей ни к чему, ведь в российские вузы она подавать документы не будет.

С Олей я нормально не виделся с последнего звонка. Мы встречались с ней на ЕГЭ, но там было не до разговоров. По вечерам мы уже тоже не созванивались и не списывались. При встрече она лишь холодно здоровалась со мной. Я понимаю, что с ней нужно нормально поговорить, но все никак не получается. То времени нет, то возможности. Но Оля не заслуживает того, чтобы с ней расставались, просто перестав однажды звонить.

С Егором я тоже не общался. Он мне не звонил и не писал. Я ему тоже. Когда мы встречались на экзаменах, он лишь грустно смотрел на Кристину. Меня он не замечал. Тем лучше. Я и сам больше не горел желанием с ним общаться.

Все-таки, выбирая между другом и девушкой, я выбираю девушку.

Неожиданно скоро настал и день нашего выпускного. Еще ровно год назад я и подумать не мог, что моя жизнь так круто перевернётся, и я окончу школу в Москве. Хотя в конце прошлого июня мама мне уже активно промывала мозг тем, что я должен переехать в Москву, но я ее не слушал.

Торжественная часть в школе начинается в 18:00. В 16:30 мы должны выехать из дома. Я, Кристина, мама и отчим едем на одной машине. Впервые за все то время, что я тут живу. Костюм для выпускного я купил заранее. Классический чёрный с белой рубашкой, которая, кстати, с запонками.

И вот я стою в своей комнате и просто тупо смотрю на все запонки, которые у меня есть. Их не так много, всего пять пар. У меня только две подходящие для них рубашки, но я их не носил. Слишком официально для школы, в которой принята свободная форма.

Мои глаза то и дело косятся в сторону запонок, которые мне на Новый год подарила Кристина. Я их так ни разу и не надел. Собственно, как и она мой браслет. Не удивлюсь, если Морозова его выкинула сразу же, как только я вышел из ее комнаты.

Беру в руки Кристинину коробочку, открываю крышку и смотрю на две маленькие серебряные застежки с гравировками «Hero». И все-таки это слово что-то переворачивает в моем мозгу. Даже не то, чтобы переворачивает, а возникает какое-то странное ощущение. На языке крутится, а вспомнить не могу.

Интересно, почему Кристина так меня называет? Не один раз ведь уже. Хмыкаю про себя. Тоже мне нашла героя, который уже полгода выносит мозг себе и ей. Всегда хотел быть с одной, а встречаться стал с другой. Думал, что дружба важнее девушки, а в итоге понял, что ни черта.

Из размышлений меня вырвал стук в дверь.

— Войдите.

Это мама.

— Сынок, скоро уже выезжать. Поторапливайся.

— Да, я сейчас.

Больше не раздумывая, я вдел в рубашку Кристинины запонки. Затянул темно-синий галстук, надел пиджак, завязал шнурки на туфлях и вышел из комнаты. Ровно в этот же самый момент в коридоре появилась Кристина.

При виде друг друга мы замерли. Не знаю, от чего резко остановилась Кристина, но я прирос к полу от ее вида. На девушке длинное прямое платье холодного голубого цвета, которое так идет к ее прекрасным синим глазам. Но голубой — это его нижний цвет. Сверху голубую ткань покрывает прозрачная, полностью расшитая пайетками.

Красной помады на ее губах сегодня нет. Они покрыты едва заметным розовым тоном. Глаза подведены стрелками и светлыми тенями. Скулы слегка выделяются бронзовым оттенком. В руках у нее бежевый клатч, а на ногах такие же бежевые туфли на каблуках.

— Ты очень красивая, — говорю отчего-то хриплым голосом.

Кристина слегка разводит губы в улыбке:

— Спасибо, Максим. Мне очень приятно слышать это от тебя.

Я не контролирую себя дальше. Просто подхожу к ней и обнимаю.

— Кристина, — мычу ей в шею, — прости меня за все. Я такой дурак. Все это время переживал о чувствах других людей, полностью наплевав на наши с тобой. Сегодня я все исправлю. Обещаю.

— Максим, мы уже опаздываем. Отпусти меня, пожалуйста. — Она так и не обняла меня в ответ. Нехотя я размыкаю объятия, и Кристина тут же торопится спуститься вниз.

В машине отчим садится на переднее сиденье, а мама, я и Кристина назад. Я сижу посередине, Морозова справа от меня. Аккуратно где-то в складках ее платья я нащупываю ладонь Кристины и спешу взять в свою. Она пытается вырвать руку, но я не выпускаю.

Хватит. Достаточно. Больше я не отпущу Кристину. Пускай обижается на меня сколько хочет за эти полгода. У меня вся жизнь впереди на то, чтобы искупить перед ней вину. И начать я намерен прямо сейчас.

В итоге девушка сдалась и оставила свою ладонь в моей. Я аккуратно повернул к ней голову и посмотрел прямо в глаза, но Кристина поспешила отвести взгляд к окну.

До ее отъезда ровно 60 дней. Я посчитал. И каждый из них я намерен провести с Кристиной от А до Я. Обратный отсчёт пошёл. И меня больше никто и ничто не остановят.

Торжественная часть в школе, кажется, длится бесконечно. Директор толкает длинную речь, потом выступают классные руководители, затем нам устраивают небольшой концерт десятиклассники. Наконец-то доходит очередь до вручения аттестатов и медалей. Золотых медалистов на всю параллель 8 человек, включая меня и Морозову.

Мама и отчим невероятно гордятся мною и Кристиной. Родительница то и дело фотографирует нас на свой телефон, а я уже просто мечтаю поскорее отсюда уйти и остаться с Кристиной наедине.

Мы сидим в актовом зале вчетвером: я, Кристина, мама и Игорь Петрович. Егор со своей семьей, а Оля со своей. Они оба то и дело бросают взгляды в наш с Кристиной адрес. Но я даже не хочу смотреть на них. Я хочу смотреть только на Кристину.

— А теперь, по уже сложившейся традиции, жюри школы объявляют короля и королеву бала, — счастливо протянула в микрофон директор, а я только обреченно вздохнул. Они, по всей видимости, не спешат заканчивать этот балаган. — В расчёт берётся не только успеваемость в школе, но и внеклассная деятельность. В этом году королем и королевой становятся, — директриса выждала драматическую паузу, как будто это может быть кому-то интересно, — Максим Самойлов и Кристина Морозова из 11 «В».

Я не сразу понял, что произнесли наши имена. Только когда в нашу сторону обернулся весь актовый зал. Мы с Кристиной испуганно переглянулись.

— Ну же, Максим, Кристина, поднимайтесь на сцену, — в нетерпении позвала директор. Кажется, мы с Морозовой действительно застыли на своих стульях.

Словно на автомате я встал со своего места, следом за мной поднялась Кристина. Мимо глазеющих на нас учеников и их родителей мы прошли к сцене и поднялись на нее. Я бросил взгляд в зал. Мама и Игорь Петрович гордо улыбались, Егор уничтожал меня взглядом, Оля уткнулась в телефон.

Директор повесила нам с Кристиной через плечо ленты с надписями «Король» и «Королева» бала. Еще раз нас обняла, двинула какую-то речь в нашу честь и завершила фразой:

— А теперь танец короля и королевы сегодняшнего вечера!

И диджей врубил на всю катушку старый хит всех школьных выпускных — «Медлячок» рэпера Басты.

Мы с Кристиной одновременно повернулись друг к другу. В ее глазах читались испуг и смущение. В моих, наверное, то же самое, но я все же возымел над собой контроль и двинулся к девушке. Я взял ее руку в свою, другую положил на талию. Кристина вторую свою ладонь опустила мне на плечо.

И в этот момент я заметил на ее запястье мой браслет с шармом. Внутри разлилось приятное тепло. Все-таки не выбросила. И надо же как, не сговариваясь, мы сегодня надели подарки друг друга.

Мы задвигались по кругу в такт музыке, соблюдая между друг другом дистанцию. Постепенно стеснение начало отходить на второй план и меня просто стал раздирать смех. Кристину, видимо, тоже, потому что я заметил, как она едва сдерживает уголки губ, чтобы не прыснуть.

Я придвинул Кристину чуть ближе к себе и склонился над ее ухом:

— Мне кажется, наши родители сейчас гордятся нами даже больше, чем когда ты поступила в Гарвард, а я сдал ЕГЭ лучше всех.

Она все-таки засмеялась.

— Твоя мама снимает нас на видео.

— Это чтобы потом показывать нашим детям.

И мы снова вместе прыснули.

Мои слова прозвучали немного двусмысленно, но мне все равно. Тем более что я действительно рассматриваю Кристину в таком смысле. И мне абсолютно без разницы, что про нас думает Егор. Если мы с Кристиной захотим, мы справимся со всеми трудностями.

На припеве я отпустил талию Кристины, и она два раза перекрутилась. Потом я запрокинула девушку немного назад. Резким движением я вернул Морозову в вертикальное положение, и наши лица оказались слишком близко к друг другу. Мы снова засмеялись и на мгновение Кристина положила голову мне на плечо, но быстро опомнилась и слегка отстранилась.

Когда песня закончилась под аплодисменты зала мы направились к своим местам. Я крепко держал ее ладонь в своей, когда вел со сцены. И мне было все равно, что каждый, включая наших родителей, это видит.

После еще нескольких напутственных речей от учителей торжественная часть наконец-то заканчивается. Мы едем в ресторан на Садовом кольце возле Старого Арбата. У входа в него отчим и мама еще раз нас обнимают, говорят поздравления и уезжают домой.

Когда мы входим в ресторан, половина учеников уже на месте. Там мы с Кристиной занимаем места рядом друг с другом и расходимся, чтобы пообщаться с ребятами. Кристина разговаривает со своими подругами из волейбольной команды, которые учатся в параллельных классах. Затем идет к Вике. Я стою с Серегой и Аленой. Боковым зрением замечаю, что Оля общается с братом и его компанией. Егор уселся на самое дальнее место и уже открыл алкоголь. По договоренности родителей и учителей на столах будет только вино и шампанское. Но Егор не был бы Егором, если бы не притащил виски с собой.

Где-то еще через полчаса появляется ведущий, который призывает всех сесть на свои места. Со мной и Кристиной сидят Вика, Алена и Сережа. Никто из них не комментирует расствание Морозовой с Кузнецовым. Как и наши с ней неожиданно потеплевшие отношения. Ведь ребята весь год наблюдали, как мы с Кристиной игнорировали друг друга.

Ведущий несет какую-то пургу. Наверное, веселую, раз все смеются, но мне неинтересно его слушать. Я, как и в новогоднюю ночь, мечтаю остаться вдвоем с Кристиной. Но перед этим мне нужно сделать два важных дела.

Через пару часов застолья и конкурсов ведущий дает нам отдохнуть. Я вижу, как Оля выходит из рестрана на улицу. Я тут же встаю со своего места и иду за ней. Кристина резко ко мне оборачивается, но не задает вопросов.

— Я быстро, — бросаю ей и направляюсь к выходу.

Я чувствую, как Морозова провожает меня взглядом, и это дает мне еще больше сил на осуществление задуманного.

Оля отошла немного в сторону от ресторана и устало привалилась к стене здания. Я уверен, что она слышит мои шаги и даже, может быть, заметила меня боковым зрением, но не повернулась в мою сторону.

— Оль, — я начал аккуратно, встав рядом с ней, — нам надо поговорить.

Она все-таки обернулась ко мне. Расплылась в широкой улыбке и сказала очень ровным голосом.

— Да не надо нам ни о чем говорить, Максим. Я все понимаю. Иди к своей Морозовой. Я всегда знала, что между вами не все просто.

Меня обрадовало ее адекватное поведение. Все-таки в моей памяти было еще слишком свежо расставание с Аней Репревой, которое обернулось ее истерикой. Но все же просто так сразу после этих слов развернуться и уйти мне показалось грубым. Да и неправильным по отношению к Оле. Она заслуживает объяснений. И извинений.

— Прости, что так вышло. Я в какой-то момент очень сильно запутался. И мне правда жаль, что все так обернулось. Ты прекрасная девушка...

Она не дала мне договрить. Перебила на полуслове, закатив глаза.

— Но дело не во мне, а в тебе. Я заслуживаю лучшего и еще обязательно кого-нибудь встречу. Ты это хотел мне сказать? Самойлов, банально, как в американских фильмах.

Я грустно улыбнулся и на секунду мне стало очень стыдно. Я ведь действительно собирался так сказать.

— Короче, Максим, — она продолжила серьезным тоном. — Я не имею к тебе претензий. С моста прыгать не буду, вены себе резать тоже. Так что тебе не о чем переживать.

Я облегченно выдохнул. Конечно, я не думал, что Оля пойдет топиться или схватится за нож, но все же переживал, что она может заплакать. Все-таки сегодня наш выпускной. А я поступаю, как сволочь, бросая ее в такой день.

— Спасибо за понимание, Оль.

— Не за что.

Она снова мне улыбнулась, и я ушел. В метрах двадцати от входа в ресторан я заметил Егора. Он курил и задумчиво смотрел в небо. Я сразу же направился к нему.

— Мы с тобой так и не поговорили.

Кузнецов нехотя повернул голову в мою сторону.

— Мне не о чем с тобой говорить.

— А мне есть о чем. Просто я хочу, чтобы ты знал: я до последнего пытался убить в себе любые чувства к Кристине именно из-за тебя, потому что считал тебя своим другом. Я ненавидел себя за то, что влюбился в нее. Считал, что не имею права поступать так с тобой. Даже с Олей стал встречаться, чтобы выкинуть из головы Кристину. Но не получилось. Егор, я правда не могу больше сопротивляться своим чувствам к ней. Особенно зная, что они взаимны.

Он хмыкнул. Бросил бычок под ноги и задумчиво стал топтать его туфлей.

— Что ты хочешь услышать от меня, Макс? Я считал тебя своим другом. Даже лучшим другом. И такого ножа в спину я никак от тебя не ожидал.

Я тяжело вздохнул.

— Я сам от себя не ожидал. Раньше я не оказывался в ситуации, когда меня начинало тянуть к девушке друга. И когда это произошло, я действительно сопротивлялся, как мог. Считал, что друг важнее, чем девушка. Но от себя не убежишь и себя не обманешь. Я надеюсь, что когда-нибудь ты меня все-таки простишь. Не сейчас, но, может быть, потом.

Кузнецов пожал плечами.

— Посмотрим, как жизнь повернется.

Я ничего ему не ответил и вернулся в ресторан. Оля уже сидела на своем месте, следом за мной зашел и Егор. Ведущего все еще не было. Диджей крутил какой-то популярный трек, на танцполе дергались человек десять. Словно робот я направился прямо к Кристине. Она в этот момент разговаривала с парнем из параллельного класса. Я его знаю, неоднократно ловил его хищные взгляды на Кристине. А слух о том, что Морозова и Кузнецов расстались распространился по школе со скоростью света. И этот придурок уже тут как тут. Но больше я не намерен не то, чтобы делить с кем-то Кристину, но даже и смотреть, как с ней кто-то флиртует.

Я резко подхожу к девушке и нагло обрываю их разговор.

— Пойдем.

Она недоуменно смотрит на меня.

— Куда?

— Куда захотим. Я расстался с Олей и поговорил с Егором.

Кристина молчит в замешательстве. Парень, с которым она разговаривала, зло блеснул в мою сторону глазами, но все же отошел от нас подальше. Правильно. Иначе бы я отправил его в другой конец ресторана силой.

— Максим, но это же наш выпускной. А как же планы встретить рассвет?

— Встретим его вместе.

Она молчит в нерешительности. Я вижу, как в ее глазах идет борьба: сопротивление разума и сердца, желания и долга. Но я не намерен давать ей выбор. Не теперь, когда у нас осталось так мало времени.

— Кристина, пойдем отсюда. Только ты и я. Вдвоем. Мы оба слишком долго хотели этого, чтобы сейчас терять время.

Еще мгновение она пристально на меня смотрит и, наконец, кивает головой. Я беру ее руку в свою и уверенно веду к выходу. Проходя мимо нашего стола, хватаю новую бутылку шампанского. Я знаю, что нас сейчас провожают взглядами все наши друзья. Я знаю, что нам в спину смотрят Егор и Оля. Но мне все равно.

Я выбираю Кристину.