Глава 18

— Говорят, ты снова застрял с девчонкой в кладовке. Два раза — это уже не похоже на совпадение, — веселился Шпик, входя утром в кабинет начальника.

— Спасибо, что напомнил, закажи новую дверь, — ссутулившись в кресле, пробормотал Итан, стараясь не выдавать своего скверного настроения.

— Может достаточно снова поменять замок?

Итан покачал головой:

— Не достаточно, — он сделал глоток обжигающей жидкости из прозрачного стакана и поморщился. — Ручка сломалась, пришлось выбить дверь. Она в щепки.

— Утренний кофе? — грустно усмехнулся Шпик, кивнув в сторону полупустой бутылки на столе шефа. — Что случилось, дружище? С каких пор ты пьёшь по утрам?

— Если учесть, что я толком не спал, то у меня ещё ночь. А ночью пить не возбраняется, — отмахнулся Ит от допроса друга. — Малявка пришла на работу? У меня к ней разговор, — безнадежно спросил он, зная, что сегодня у неё нет занятий, а значит она либо уже в ресторане, либо не придет вовсе.

— Нет, — коротко кивнул Шпик, доливая себе в стакан содержимое бутылки.

Итан сжал челюсти и тяжело вздохнул:

— Так и знал…

— Конечно, знал, у неё же выходной сегодня. И кажется завтра тоже. Ты же сам подписывал ее график, — Гарольд не собирался задавать лишних вопросов, однако окинул друга придирчивым взглядом. — Вид у тебя прескверный, я тебе скажу.

— Спасибо, — равнодушно бросил Итан.

— Ты ещё помнишь, что через пару дней идёшь на награждение? Я тут почитал на досуге, вроде какая-то престижная премия, серьезное мероприятие, между прочим. Смокинг, все дела. Тебе не помешала бы пара, — очевидно к чему-то подводил друга Гарольд.

— Это ты так тонко намекаешь, чтобы я взял тебя на вечеринку, — засмеялся Итан.

Шпик улыбнулся в ответ:

— Ты же знаешь, подобные мероприятия не про меня. Мне не очень идёт вечернее платье, — он медлил, — Думаю, малявке оно бы больше подошло, — сушеф подмигнул другу, когда тот вскинул на него удивленный взгляд.

— Что ты там себе надумал? — Итан нервно поднялся на ноги, и отправился к пустой бутылке.

— Очевидно же, что вас тянет друг к другу, — не удержавшись, выпалил Шпик, — Я только не могу понять, почему ты сопротивляешься этому? Из-за того, что она младше? Так этим сейчас никого не удивишь. Может из-за Сарры? Так я тебе уже не первый год говорю, чтобы ты развёлся, наконец. Свои обязательства перед ней ты выполнил. Чего ты ждёшь?

— Она не хочет. И я не могу придумать рычагов давления, чтобы убедить ее.

— Так вот в чем дело, — кивнул грузный мужчина, усаживаясь в кресло шефа, — Почему раньше не рассказал?

— Меня это не сильно обременяло. Хотя время от времени я напоминал ей о необходимости официального завершения наших отношений.

— А теперь появилась малявка и шестеренки в голове зашевелились, — сделал свои выводы Шпик.

Итан на мгновение задумался:

— Нет, — наконец ответил он, — нет-нет. Мое семейное положение мало что меняет в данном случае. Это лишь капля в море препятствий.

— Какие препятствия, Итан? Ты хочешь женщину, значит, ты берёшь ее, не обращая внимания ни на какие препятствия, — высказал свою немудрёную позицию сушеф.

— Гар, это мудрейшие слова. Жаль только, что ты мало знаешь об этой стороне моей жизни. Что, если препятствия это люди, которые заменили тебе семью? Ты бы перешагнул через них, ради своих чувств? И заставил бы любимую последовать твоему примеру, и плюнуть на мнение родных?

— Судя по всему, вопрос действительно не из простых, — задумался Гарольд.

— Зайдём с другой стороны: ты бы отдал мне свою сестру? Или дочь? С которой мы росли как, — он переборол ком в горле, — как брат и сестра. Тем более, зная, что я женат.

— Отдал бы, Итан. Я знаю тебя, как хорошего человека и выдающегося мастера. Если ты рос с малявкой и заботился о ней, то это лишь в плюс, а никак не в минус, — быстро сложил все факты в голове Шпик, — да и о твоём браке я достаточно осведомлён, чтобы не считать это помехой.

— К сожалению, это ты так в теории думаешь, на практике все совершенно иначе.

— В конце концов, сколько я могу повторять: тебе надо жениться, — засмеялся друг.

— Я же уже женат.

— Это не считается. «Жениться» это не штамп в паспорте. Это разделить свою жизнь с кем-то и стать единым целым. Просыпаться и засыпать вместе. Готовить ей завтрак, пока она спит. Подглядывать друг за другом в душе. Узнавать за ужином, как прошёл ее день. Обнимать, пока она моет посуду. Обоссаться от счастья, когда она покажет тебе долгожданный тест с двумя полосками. Понимаешь? Как там: «и в горе, и в радости». Один стол, один кров. А тебе даже на мероприятие не с кем сходить.

— Ой, чем это пахнет? — скривился Ит. — Слишком много ванили, — он попытался скрыть свою тоску за шуткой. — А ты оказывается романтик, Шпик.

— Я услышала слово «мероприятие», — в дверях показалась Сарра. — Я уже осведомлена, что тебе выпала честь получить очередную награду. Кто, как не жена, должна сопровождать тебя на подобного рода торжество.

— Помнится, мы договаривались держать в тайне наши отношения, — строго напомнил Итан.

— Молчу-молчу. Но тебе в любом случае не помешает партнерша. Я приеду в ресторан, за пару часов до мероприятия, — определила Сарра, не дожидаясь приглашения.

— Знаешь ещё, друг, — Шпик продолжил, будто и не заметил появления женщины, — вот бывает, спорят, кто должен быть ведущим в паре: муж или жена. Мое мнение: при таком взгляде на брак вас всегда остаётся двое, вроде как особняком стоите друг от друга. Либо же кто-то должен сломать себя, в угоду другому. В настоящей любящей семье, один плюс один никогда не ровняется двум. Единое целое, значит один. Когда появляются дети, вы с ними становитесь один в квадрате, потому что каждый человек, это единица, которая потенциально готова обрести свою вторую единицу и снова стать с ней единым целым. И так бесконечно.

— Образование программиста даёт о себе знать? — усмехнулся было Итан.

— О, так вы уже напились с утра, — возмутилась Сарра, — чушь какую-то несёте.

Но Итан понимающе кивнул другу. И тот отправился исполнять свои обязанности.

— Ты позаботился о Саймоне?

— А должен был? — пожал плечами Итан, — Помнится, ты лишь попросила взять его на работу. Он вроде большой мальчик, чтобы я о нем пёкся.

— Он рассказал мне, что ты принял на кухню некую девушку. Бонни кажется?

— Так вот зачем ты пристроила ко мне мальца? Он твой шпион, — мужчина враждебно смотрел на незваную гостью, — Сарра, мне действительно надоели эти игры. В очередной раз прошу, давай разведемся.

— Я уже говорила, Итан, — женщина вальяжно прошлась по кабинету, — В мои планы пока не входит прослыть разведёнкой. Поэтому мы будем продолжать играть в семью, пока мне этого хочется.

— Ты же знаешь, что я просто могу подписать бумаги, и у тебя не останется выбора, — предупредил Итан, рассчитывая разобраться миром.

— В таком случае готовься отдать половину своей империи и получить взамен фееричный скандал в прессе, — равнодушно бросила Сарра.

— А ведь когда-то я думал, что тебе можно доверять. Мы ведь договаривались…

— Тогда ты не знал, что добьёшься такого успеха, — она пожала плечами, — И я не знала.

BlackKnight: Как ты?

BlondeFairy: Скверно.

BlackKnight: Что случилось? Опять заболела?

BlondeFairy: Нет.

BlackKnight: Не томи, фея. Что с тобой?

BlondeFairy: Шеф предложил стать его любовницей.

BlackKnight: Да?

— Боже, она когда-нибудь начнёт понимать меня? Какая ещё любовница, глупенькая? Разве я мог ранить тебя ещё больше? Как же мне теперь объяснить все, если ты меня избегаешь?

BlondeFairy: Оказалось он женат, и…

BlackKnight: И?

BlondeFairy: Не знаю.

Итан затаил дыхание, видя, что Бонни набирает новое сообщение.

BlondeFairy: Он чертов собственник! Я ему не нужна. Но и отпустить он меня не может. Ревнует меня, тогда как сам женат!

— Я ревную? Неужели это настолько очевидно?

BlondeFairy: Я просто не понимаю, какого лешего ему нужно от меня? Если он хочет, чтобы я исчезла, почему бы так и не сказать?

BlackKnight: Раз не говорит, значит, не хочет. Почему бы тебе просто не спросить у него?

BlondeFairy: И что я должна сказать? Прямо в лоб? «Итан, чего ты хочешь?»

— Тебя, — невольно прошептал мужчина и сжал кулаки.

BlondeFairy: Хотя порой мне кажется, что я и сама знаю.

Итан заметно напрягся.

BlackKnight: Поделишься?

Девушка затягивала с ответом и он не находил себе места в ожидании.

BlondeFairy: Меня.

BlackKnight: Ты боишься его?

BlondeFairy: Что? Нет. С чего бы вдруг? Я скорее боюсь себя, когда он рядом.

BlackKnight: Боишься своей ненависти.

BlondeFairy: Нет. Ты не понял. Когда он рядом, ненависть будто испаряется. Я боюсь того, что рядом с ним мне тепло и комфортно. Мое тело и разум не принадлежат мне в его присутствии. Я хочу ненавидеть его, но не могу. Так ведь не должно быть? Это не правильно.

— Правильно, если…

BlackKnight: Ты любишь его?

В ожидании ответа от Бонни, Итан так сильно сжал в руке мышку, что та захрустела. Девушка снова медлила и Итан нетерпеливо обновлял страницу, в надежде, что это интернет завис. Он боялся ее ответа. Любого ее ответа.

BlondeFairy: А разве мне можно?

— Колючка, эм… Бонни, — Арон снова возник передо мной. Даже намёк на мои отношения с преподавателем не помог мне от него отвязаться, — мы сегодня опять хотели посидеть где-нибудь. Пойдёшь? — с сомнением спросил парень.

— Помнится, вам рекомендовали приложить усилия к обучению, — задумчиво протянула я и, заметив, что Итан вошёл в кухню, вдруг неестественно мило засмеялась. — А куда хотите сходить? Кто будет? Может лучше вдвоём? — я облокотилась на стол, придвигаясь к Арону, и наигранно захлопала глазами.

— Эээ, — кажется, у прилипалы случился сбой системы, пауза затягивалась, — я… эээ… — он бросил испуганный взгляд в сторону приближающегося за моей спиной преподавателя.

Чертов эгоист! Хоть лопни от своей ревности! Не имеешь права! Иди к своей жене…

Я накрыла ладонью руку Арона, в точности повторяя то, как парень уже однажды подкатывал ко мне. У него такие тонкие пальцы, будто девчоночьи.

— Я тут решила, что все-таки не прочь узнать тебя немного поближе, — подмигнула и вздрогнула.

Итан звонко опустил сотейник на плиту:

— Мисс Мэтьюз, — я вроде не собиралась бояться его, но это ощущение, будто за моей спиной разъярённый дикий зверь, снова заставило мое тело дрожать.

Приняв максимально равнодушный вид, я обернулась:

— Мистер Вилкинс? — его взгляд, вяло скользил вверх по моему телу. Казалось, он даже не пытался перебороть этот огонь в глазах.

Я затаила дыхание, когда он хищно ухмыльнулся. Готова спорить, если бы мы были наедине, эта ухмылка могла оказаться весьма многообещающей. Тело будто обдало кипятком. Он ведь не станет…

Итан стал медленно приближаться. Черт, да он похоже пьян?

Неподходящее время я выбрала, чтобы позлить его.

Он потянулся к моему запястью и, ещё до того, как успел коснуться, влажная рука прилипалы выскользнула из-под моей ладони.

— Извините, — пробормотал Арон и поспешил ретироваться на своё место.

— Итан, — прошептала я, будучи совершенно неуверенной, в его намерениях, — что ты…

Мне вдруг вспомнилось, как мы расстались в прошлый раз и, новая горячая волна прокатилась по телу. Тот поцелуй. Сейчас мне казалось, будто мои мысли написаны на лице. Только бы никто не заметил. Он женат. Я не имею права таять от одного его взгляда.

Я остановилась в прошлый раз, могу держать себя в руках и сейчас. Наверное.

Мне казалось, он отлично понял меня в тот день. Смотрел с такой болью, а затем в ярости выбил эту чёртову дверь.

Но что же сейчас?

— Малявка, — хрипло протянул он, взяв мою руку в свою и изучающе разглядывая ее, — я же просил не травмироваться. А раз уж обожглась, надо было сходить в больницу, — мягко отчитывал он. — Занятие отменяется, — вдруг сказал он громко.

Ответом ему послужили радостные комментарии моих одногруппников.

Вот же бездельники! Им лишь бы не учиться.

Что-то мне подсказывает, что нам нельзя сейчас оставаться вдвоём. Я дернулась, делая вид, что не поняла, что отмена занятия не касается моей персоны.

— Малышка Мэтьюз, — он удержал меня за руку, — Вас я попросил бы остаться. У меня важная встреча. И мне нужен водитель. У тебя ведь есть права? — пока я тщетно пыталась собрать смысл его слов в информативную кучу, Итан прижал меня к столу.

Я в страхе обернулась, но видимо группа поспешила удалиться с занятия до того, как преподаватель передумал его отменять. Кухня опустела.

Вот черт…

— Я… не очень хорошо вожу машину, — наконец нашлась я, что ответить.

Итан снова оскалился:

— Я научу, — этот его взгляд просто сводит с ума.

Я уперлась руками в его грудь, когда он оказался слишком близко.

— Я ведь могу отстранить тебя от занятий, — пробормотал он, обдавая меня запахом алкоголя.

— За то, что я отталкиваю своего женатого преподавателя?

Итан беззаботно захихикал и уткнулся носом в мою макушку:

— Глупая. Мне казалось, ты единственный человек, понимающий меня с полуслова. Ведь тебе известно обо мне больше, чем кому бы то ни было. Даже Бэн столько не знает, — его рука как-то нетерпеливо поглаживала мою щеку. — Так что же случилось, с моей Бон-Бон? Почему ты вдруг перестала меня понимать?

— Что сейчас я могла неправильно понять?

— Я могу отстранить тебя из-за травмы. И за ненадлежащий внешний вид.

— Что с моим видом?

— Если бы ты работала у моего отца, то давно бы уже получила знатную взбучку, за переиначивание уставного дресс-кода на свой лад, — лениво ответил он.

— Брюки, закрытая обувь, фартук вместо кителя на занятиях, колпак я просто ещё не успела… — начала было я.

Рука Итана скользнула вниз по шее, к груди:

— Слишком открыто, — пробормотал он охрипшим голосом, запуская пальцы под бретельки где-то на уровне ключиц и продолжая свое движение дальше по упругой возвышенности. — Ты разлагаешь дисциплину в группе, привлекая к своей персоне слишком много внимания. И отвлекаешь маэстро от работы, — добравшись почти до соска его пальцы, наконец, изменили траекторию движения, заставляя меня как-то разочарованно выдохнуть.

— Я… я…

Теперь его рука двинулась дальше. Нырнув под фартук, он коснулся моего бедра, и я невольно охнула, не ожидая от него такого напора.

— Слишком тесно, — сильные пальцы впились в ягодицы, — это небезопасно. Понимаешь? — прошептал он, явно говоря не об опасностях кухни.

Я лишь кивнула в ответ, не в силах даже ровно дышать, ведь мои тело и разум сейчас вели ожесточённую схватку.

— Теперь, когда я тебя обезвредил, поговорим. Первое: у меня к тебе деловое предложение. Как ты смотришь на то, чтобы отказаться от идеи становиться поваром?

Вот оно что! Он, наконец, набрался смелости избавиться от меня. Или же женушка помогла принять решение?

Так даже лучше.

Я думала о том, что пора уйти. Но мне просто не хватало сил отказаться от него самой.

Больно защемило в груди.

— Я понял, — усмехнулся Итан, когда я дернулась в его руках чтобы уйти, — проблема во мне. Ты перестала понимать меня, потому что я неправильно преподношу информацию. Сейчас забудь, все, что ты там себе нафантазировала. Я начал с этого вопроса, лишь потому, что хотел узнать насколько для тебя важно стать поваром. Надеюсь для тебя ценнее все же быть художником?

Ещё не понимая, к чему он клонит, я кивнула.

— Тогда предлагаю тебе стать моим штатным художником. Это то, что я хотел сказать.

Что? Это как?

— Я передумал делать шоу-китчен. Если честно и не собирался. Это уже не ново, и никого не удивишь открытой кухней. И все ломал голову, чем бы занять эту площадь в зале. А тут я увидел, как классно ты стала рисовать наши шифры, и я подумал, что тебе бы понравилась моя идея. Ты могла бы расписывать посуду в зале ресторана. Прибыль тебе, лавры за фишку ресторана пополам. Если все получится, тебе придётся искать и обучать художников в остальные рестораны и следить за ними. Я тут вдруг понял, в чем твоя проблема, как повара. Художница должна рисовать. Вот и все, — он выжидающе смотрел мне в глаза. — Ну, как тебе идея?

Я понимала, что он ждёт ответа, но вот понять смысл его предложения оказалось намного сложнее.

— Что? — только и смогла выдавить я.

— Ладно, дам тебе время обдумать, а сейчас нам нужно позаботиться о рабочем инструменте, — он осторожно потянул меня, и принялся развязывать фартук.

Уже через пару минут я, все еще в растерянности, следовала за Итаном на парковку.

Он усадил меня на водительское сиденье:

— Очень некстати сегодня я приехал на механике, — потёр лоб. — Ладно, думаю, справишься. Педали знаешь? Сцепление, тормоз, газ. С остальным по ходу разберёмся, — он закрыл дверь машины и отправился занять пассажирское место рядом со мной.

Что происходит? Разве он не собирался только что попрощаться со мной навсегда? Удалить меня в очередной раз из своей жизни. Судя по всему, он пьян. Должно быть, это сыграло немаловажную роль в его неожиданном предложении.

— Бон, — одернул меня Итан, — если ты не начнёшь шевелиться, то мы так и не сможем никуда поехать. Выжми сцепление.12727c

Я стала послушно выполнять все его указания, и эти наставления что-то шелохнули в моих воспоминаниях:

«Задержи дыхание, когда будешь готова…» — эта фраза из далекого прошлого вызвала мучительную истому внизу живота.

— Не спеши, — пробормотал он, и положил свою горячую ладонь на мое колено, — тише-тише, — спокойно направлял он, — отпусти газ. На следующем перекрёстке направо.

— Куда мы едем?

— В больницу.

— Тебе плохо? — я вдруг повернулась, оценивая его состояние, — что-то болит?

— На дорогу смотри, — лениво усмехнулся он, — да. У меня болит твоя рука.

— Что? — я глянула на свою руку на руле, и наконец, поняла, почему он так внимательно изучал ее на кухне: волдыри от ожога выглядели весьма устрашающе.

— Сколько раз я должен повторять: руки бесценный инструмент, как для повара, так и для художника.

Я въехала на парковку частного медицинского центра.

— Думаю, в этом нет необходимости. Это только выглядит плохо, а на деле…

— Бон, не заставляй меня тащить тебя к доктору как маленькую, — пресёк мое сопротивление Итан. — Сейчас сходим к врачу, и поедешь домой, подумать над моим предложением. Завтра жду тебя с ответом.

— У меня сегодня рабочий день.

— Покуда я твой босс, это мне решать. И я решил, что сегодня у тебя выходной. Я не пускаю на свою кухню травмированных работников.

— Итан, — сама не знаю, что я собираюсь ему сказать, но так вдруг захотелось назвать его по имени.

Такой родной. Такой заботливый.

Почему вечно отталкиваешь меня?

Ах да, чуть снова не забылась.

Женат.

Как приговор в моей голове.

Будто наши отношения без этого казались легкими.

Я уже знала что выберу. Ведь у меня просто больше нет сил, оставаться рядом и держаться на расстоянии одновременно.