Глава 2.4 · Чернила

Я просыпаюсь не от крика петуха и не от грубого толчка Тихона, а от назойливой вибрации iPhone, который выпал из моего кармана. Спросонья мне чудится запах лошадиного пота и соломы. Я лежу на полу, уткнувшись лицом в стопку страниц родственных связей Шуйских. Мне что, теперь вообще не спать? Раз уж я здесь, то квартира сама за себя не заплатит, а это значит, настало время заняться поисками работы.

«Подойти к двери и нажать „F“», — ехидно вспоминаю совет Лёхи. Что ж, единственная доступная мне теперь «дверь» — это hh.ru и сайты фриланса. Я небрежно стряхиваю слой пыли со старого ноутбука и сажусь строчить резюме. «Опытный менеджер проектов, специалист по кросс-функциональной оптимизации…» Чёрт, меня сейчас вырвет. Я стираю это и пишу правду, как умею:

«Переводчик со старославянского, специалист по документам XV–XVII вв. Консультант по историческим вопросам. Готов к удалённой работе». Не забываю кинуть резюме на фриланс-биржу. Расписывать не вижу смысла, помечаю коротко: «Переведу берестяные грамоты, разберу вязь, разрядный приказ. Цена договорная».

Ответ мелькает конвертиком на экране от единственного человека, чей никнейм заставляет меня фыркнуть и закатить глаза: «Аркадий_Тамплиер_Новгородский».

«Ваши навыки представляют определённый интерес, — гласит сообщение. — Готов предложить разовую работу с перспективой долгосрочного сотрудничества. Место встречи — моя оперативная квартира. Координаты пришлю. p.s. Просьба не афишировать свой визит».

Мы встречаемся у знакомого подъезда типовой девятиэтажки на окраине. Аркадий, в своём неизменном свитере с оленями (на улице +28), нервно озирается. То, что он меня «знает», не уберегает его от паранойи.

— Никто не следил? — спрашивает он вместо приветствия.

— Если не считать кота из третьего подъезда, то нет, — отвечаю я.

— Коты — идеальные агенты ФСБ, — мрачно констатирует Аркадий, разочарованно качая головой. — Шерсть маскирует антенны. Ладно, пойдёмте.

Его «оперативная квартира» — трёхкомнатная хрущёвка, заваленная книгами, стопками бумаг и странными приборами. В углу стоит самодельный сканер, собранный из старого плоттера и лампы от советского проектора. Возле окна на штативе красуется та самая УФ-лампа, на которую я, видимо, и скинулся.

— Знакомьтесь, мои «детища», — с гордостью представляет Аркадий, поглаживая сканер. — Это — Мстислав. Защемил мне палец четыре раза, пока я его собирал. А это, — он указывает на УФ-лампу, — Ярославна. Моя новая гордость и помощница.

Пахнет старой бумагой, паяльной кислотой и вынужденным одиночеством.

— Что ж, Фёдор, приступим. Вот ваш полигон, — он указывает на стол, где лежит стопка качественных сканов с какими-то хозяйственными описями. — Нужно перевести всё, что связано с вотчинными землями князей Телепнёвых-Оболенских. Особое внимание — на имена слуг, размеры оброка, упоминания о «девицах». Плачу по пятьсот рублей за лист.

Он подкидывает мне тему, которая меня интересует, чтобы платить гроши, наверное, очередная проверка от невротика. Я погружаюсь в работу. Читать вязь для меня проще, чем слушать Альбину Ивановну. Буквы оживают, складываясь в историю чьей-то жизни. «А на том дворе крестьянин Игнатко, пашни за ним нет, а платит он боярину мёду стоялого три пуда…» Скучная, рутинная запись выцветшими чернилами.

Аркадий тем временем устраивается за другим столом перед веб-камерой. Он надевает футболку с принтом «Рюрики были инопланетянами» и нажимает кнопку записи.

— Приветствую, искатели истины! — начинает он с неестественным пафосом, показывая в камеру два сложенных пальца на манер ружья. — Аркадий Новгородский на связи! Сегодня мы разоблачим главную ложь учебников истории! Вы думаете, опричники — это просто царские охранники? Ан нет! Это — прототип первого в мире спецназа, обученного тибетскими монахами для поиска гиперборейского артефакта, «Голубой ленты времени»! Да-да, вы не ослышались!

Я давлюсь чаем. Моя рука непроизвольно тянется к карману, где лежит та самая лента. «Гадёныш решил приплести и меня», — закрываю лицо рукой.

— … И именно поэтому, — вещает Аркадий, — все упоминания об этом артефакте стёрты из летописей Романовыми! Но нам удалось найти косвенные свидетельства! — Он листает какую-то книгу, показывая в камеру абсолютно обычные заглавные буквы. — Смотрите, здесь, в узоре заставки, зашифровано созвездие Ориона! Совпадение? Не думаю!

Мне хочется провалиться под землю от стыда. Его YouTube-канал «Хроноразведка» с десятью тысячами подписчиков приносит Аркадию, помимо унижения, денег куда больше, чем мои переводы. Большинство его подписчиков — тролли и заходят к моему новому другу исключительно для стёба. Но есть и несколько настолько же пришибленных, которые серьёзно обсуждают рептилоидов на престолах.

Через неделю наш симбиоз приобретает новые формы. Помимо переводов, я против своей воли становлюсь соавтором его видеошедевров.

— Фёдор, взгляни-ка!

— Аркадий тычет пальцем в строку из описи, которую я только что перевёл. — «Да на том же дворе сундук дубовый, обитый железом, а в нём ленты шёлковые цветные…» Видишь? «Ленты»! Это же отличная тема для нового выпуска.

— Аркадий, это опись приданого какой-то боярышни. Там ещё платья перечислены и оловянные ложки, — пытаюсь остановить парня.

— Идеальная конспирация! — восклицает он. — Прячут артефакт среди бытовухи! Молодец, Фёдор, твои подсказки выстреливают!

В другой раз я, пытаясь найти хоть что-то о Сорокиных, натыкаюсь на запись о «беглом холопе Федьке, а по прозвищу Чудило». Вот так прелесть.

— Что нашёл? Что-то важное? — немедленно подскакивает Аркадий.

— Нет, так, ерунда, — отмахиваюсь, прикрывая лист рукой.

— Ага, значит, точно что-то очень важное! — глаза Аркадия загораются азартом. — Не скрывай! Это для общего дела!

Чтобы отвлечь его, я показываю ему совершенно случайную запись о том, как некий монах жалуется на «огни в небеси» над монастырём.

— Бинго! — вопит Аркадий. — НЛО в XVI веке! Я же говорил! Запускаем новый вирусный ролик!

Так и живём. Я перебираю тексты, из которых Аркадий составляет сценарий для своего канала на потеху людям. Я искренне завидую выдержке парня, на комментарии о «дурке» он не обращает внимания, пролистывая их в поисках сообщений от «своих». На деньги от рекламы на канале, случайных подработок, кто чем может, мы худо-бедно независимо существуем.

Однажды вечером, разбирая пачку документов из архива какого-то мелкого монастыря, я нахожу копию челобитной, адресованной самому Ивану Грозному. Жалуется игумен монастыря на соседнего помещика, который оттягал у них мельницу. И в числе свидетелей «бесчинств» стоит подпись дьяка, его фамилия: «Сорокин Григорий Никитич». Брат Татьяны.

Я безостановочно ворошу другие документы. Аркадий, видя мой азарт, тут же включает кнопку «шиза»:

— Что? Нашёл след «Ленты»?

— Нет, Аркадий, — честно отвечаю я. — Я нашёл след очень важного для меня человека.

Я рассказываю чудаку вымышленную историю о семейной тайне, о предке, затерянном в веках. Аркадий слушает, кивает, и я вижу, что он искренне очарован моей выдумкой. Кажется, это станет новым сюжетом.

— Поиск утраченной родни… — шепчет он. — Это благородно. Гораздо благороднее, чем поиск артефактов. Ладно, Фёдор, подключу все свои ресурсы, найдём твоего Сорокина. — Аркадий отдаёт мне честь от ковбойской шляпы, которую он нацепил сегодня. Впрочем, я уже привык.

В тот вечер мы работаем как одержимые. Я перевожу, Аркадий роется в своих базах данных и связях. И мы находим следующую челобитную, уже от самого Григория Сорокина. Он просит разрешения перейти на службу к другому боярину, «ибо род его оскудел и пресёкся, а сестра его Татьяна…»

Дальше текст добротно залит чернилами, словно назло скрывая свидетельства жизни Татьяны, всё, что касается её судьбы.

— Видишь? — торжествующе шепчет Аркадий. — Цензура! Её имя вычеркнули из истории! За этим стоят рептилоиды.

Я молча смотрю на чёрное пятно на пожелтевшей бумаге. Что же с ней случилось? И виновник всему, вероятно, страшнее, чем все инопланетяне и гиперборейцы Арадия. У меня есть имя — Григорий Сорокин. И это единственная ниточка, которая может привести меня к Татьяне. Но, кажется, кто-то уверенно подчищает боярские следы.