Глава 12 Накипело

Ветер бил в лицо, непослушные пряди, вырвавшиеся из-под капюшона, хлестали по щекам и губам, оставляя горящие огнем следы. Холодный воздух продувал одежду насквозь, унося тепло. Ладони закоченели, а пальцы даже не могли разжаться и отпустить костяной нарост на спине животного. Первый полет на виверне обернулся кошмаром.

— Потерпи еще чуть-чуть. Костюмы из шкуры были бы в самый раз и защитили бы тела от переохлаждения, но у нас не было времени искать их, — прокричал мне на ухо Рафаэль.

В ушах стоял лишь гул и свист, но я расслышала блондина, что сидел за моей спиной. В тот момент я его ненавидела, жгучей и всепоглощающей ненавистью! Была даже мысль попытаться скинуть темного, но я вовремя себя остановила. Во мне говорила злоба, сиюминутный порыв, о котором я буду жалеть всю жизнь. Поэтому я просто глубоко вздохнула и… закашлялась, наглотавшись холодных порывов ветра.

Официально заявляю, я ненавижу перелеты на вивернах! Ноги моей больше не будет на спине этого животного!

Летели мы не так долго, как казалось. Всего двадцать минут, но по ощущениям не меньше двух часов! От хребта летающей ящерицы меня буквально отдирали. Точнее, отогревали. Лео, Ниэль и даже Дисэль, которые вынуждены были лететь втроем на одной виверне, дружно дышали мне на ладони, опасаясь применять ко мне магию или обычный огонь. Один только Рафаэль не помогал, он будто вообще не считал себя виноватым в моем положении. Даже наоборот, продолжал злиться на меня. Это еще больше взбесило, и когда меня все-таки сняли с недовольной ящерицы, я первым делом обрушила удар своих маленьких и закоченевших ладоней на спину блондина. Естественно, он еле ощутил мой кулак возмездия, но он все же заставил его обернуться.

— Ты! Как ты мог против моей воли усадить меня на животное, которое еще и взлетело?! Мое мнение что, совсем не важно для тебя? Да зачем ты мне нужен, если все время действуешь по-своему? — ярилась я, отталкивая от себя мужчину горящими от недавнего обморожения кулаками.

— Я расторгаю наш договор! Нет, я расторгаю оба!

Непредсказуемость и напористость Рафаэля всегда радовали меня, и я считала, что мне это будет только на руку в моей миссии. Однако я ошиблась, существо такой мощи, как темный, не стоит держать при себе. Рано или поздно он должен был взбрыкнуть. Зная, на что способен Раф, я продолжала тянуть его за собой. От его способностей у меня кровь стыла в жилах, но я была почти уверена, что против моих желаний он не пойдет. Пошел.

— Отлично. Второй договор расторгнут по обоюдному согласию, — жестко ответил темный.

Его тату на предплечье засветилось желтым, как и мое. Было больно, но вполне терпимо. Когда я посмотрела на свою метку, то там проступило настоящее человеческое лицо с яркими золотыми глазами. Это был не Раф, но кто-то очень на него похожий. Изображенный мужчина был лысым, но что-то подсказывало, ненадолго.

Странное тату. Должно было, наоборот, вернуться к черепу, а оно обрело плоть, пусть и только нарисованную.

— А вот первый никак не разорвать, Чарли, — со злой издевкой прошептал Раф. — Ты забыла, что я умру, если брошу тебя. То же самое будет и с тобой, если решишь расторгнуть изначальный договор.

— Да чтоб тебя! ― Я припомнила подобный разговор в начале наших взаимоотношений.

— Чтоб меня?! — выкрикнул темный, нависая надо мной грозным изваянием. — Это чтоб тебя, безмозглая девчонка! Я предупреждал тебя о командире! Какого черта ты пошла к нему? И идиоту ясно, что он начал завязывать себя на тебе!

— О чем ты вообще говоришь? Я не давала этому ящеру повода! Он получил категоричный отказ!

— Однако ты все равно к нему ходила на ужин! Каждый день, — зло прошипел темный, обхватывая мою шею одной рукой.

Стало поистине страшно, но что-то глубоко внутри твердило, что он не сделает мне больно. Не делал раньше, так стоило ли сомневаться?

— Хотела показать, что у тебя есть варианты? Я и без демонстрации об этом знаю! ― Ох, как же выбесили блондина мои визиты к другому мужчине. Даже немного приятно было от этого знания.

— Тогда не ставь мне палки в колеса. Я должна выйти замуж за принца. Точка! Не пытайся переубедить меня.

Отповедь ему не понравилась. Блондин оскалился, как животное, и продемонстрировал отросшие клыки и безумную жажду в глазах. Нет, не крови. Чего-то гораздо страшнее. Того, из-за чего на самом деле давным-давно началась война, и почему его расу так боялись.

— Или что, есть предложение получше? Ты женишься на мне? — насмешливо пропела в самое лицо темному, отрывая его руку от своей шеи, что было нелегко. Он тут же вернул ее обратно.

Я играла с огнем, самым опасным в мире, но и прогнуться не могла. Все было против нас, как и куча недомолвок и тайн между нами. Стоило признать, что масла в огонь подлили и последние события.

— Никогда! Слышишь? Я никогда на тебе не женюсь, — он прорычал это с такой ненавистью, что я даже отступила.

Сейчас передо мной стоял не балагур Раф, а некто страшный и крайне опасный. Все происходило в точности, как в моем сне. Те же слова, то же выражение лица, только не хватало длинных волос и короны с желтым камнем. По телу прошел озноб, и разум накрыл ужас. Необъяснимый и вымораживающий.

— Выходи за принца, снимай свой венец безбрачия и освободи меня от этой кабалы, — хрипло проговорил Рафаэль, прикрыв глаза.

Так он знал! Все это время он знал!

— Удивлена? — усмешка. Она резала по живому. — Да только из-за этого проклятья я и согласился на договор. С тобой моей свободе ничто не угрожало.

Вы видели когда-нибудь, как вытаскивают всю мякоть из тыквы, чтобы сделать из нее фонарик на праздник? Обращали внимание, с каким звуком отрываются куски губчатых внутренностей? Какой безобразной становится внутри овощ, когда его опустошат окончательно? Я чувствовала себя именно так в тот момент. Я слышала рвущиеся волокна доверия и привязанности, будто из меня вырывали эту нежную мякоть. Тянули, надрезали и выковыривали словами, оставляя уродливую пустоту внутри. В тыкве хотя бы зажигают свечку, и она приносит радость. Во мне царила полная темнота.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌— Ты свободен. Можешь больше не помогать мне, — выдохнула, не понимая, откуда пришла эта страшная пустота.

— Смешно. Ты же знаешь, что я умру, если…

— Я не сказала «уходи». Просто делай что хочешь. Главное, не лезь больше в мои дела, Рафаэль.

Такое странное болезненное спокойствие накрыло меня. Я больше не хотела говорить или слушать.

— Я не этого добивался! Ты настолько упряма, что даже не можешь признать свои ошибки? Своими регулярными встречами и флиртом ты заставила уважаемого дракона увидеть в тебе пару. Как только это происходит, запускается необратимый процесс привязки. Он как раз начался, когда я остановил его. Энкин не лгал, если бы ты его после этого бросила, он просто обратился бы в дракона и бросился камнем в пропасть. Все еще считаешь себя жертвой?!

Нет, я так не считала. Об этой стороне драконов мне не было известно, тому виной ограниченная информация об этой расе в книгах. Получается, я чуть не сотворила необратимое? Если бы нить впилась глубже, ничто бы ее уже не оторвало от меня. Только смерть Энкина. Командир отличный мужчина, и такой участи я ему не желала. Так получается, Раф спас меня от чувства глубочайшей вины и бремени на всю жизнь?

— Ты мог сказать мне. ― И это так. Не будь недопонимания, возможно удалось бы избежать этого болезненного выяснения отношений.

— Я предупреждал, ― спокойно ответил темный. Однако это была только видимость, внутри он горел.

— Ты ни слова не сказал о привязке у драконов! — выкрикнула от злости на себя и весь этот чертов мир.

— А ты бы послушала? Нет. Тебе важно было помучить меня. Заставить ревновать. Вот только зачем? — Его глаза сощурились, он снова подошел слишком близко.

Я не могла признаться, что это сон так сильно повлиял на меня, и я хотела как можно меньше времени находиться рядом с темным. Все так обернулось, что я действительно начала искать такой вариант, где в итоге я смогу остаться с Рафаэлем. Попробовать снова быть с любимым и довериться. План со спасением наследника из тюрьмы был как нельзя кстати. За вызволение из плена я могла попросить дракона жениться на мне и тут же развестись. Важным было лишь то, хотел ли Рафаэль того же? Видимо, нет.

— Отойди. — Никакой реакции не последовало. — Отойди!

Я была так уязвлена, что вложила все свое желание в это требование, и со второго раза оно сработало. Рафаэля отшвырнуло от меня аж на пять шагов невиданной силой, и я могу поклясться, что в этот момент метка на моей руке сверкнула золотом. Блондин по-прежнему стоял, но на его лице поступило нервное выражение. Кажется, темный чего-то боялся.

— Ну все, ребята. Закончили разговоры по душам. — Ниэль встал между нами, закрывая меня от горящих золотом глаз. — Сейчас идем отдыхать.

Я не стала продолжать ссору, а просто уткнулась лицом в теплую грудь эльфа. Он подоспел вовремя. Не известно до чего мы бы договорились в таком состоянии. Необходима была передышка. Виверны, на которых мы прилетели, взмыли вверх сразу, как только их освободили от ноши. Они вернулись на заставу, так что до ближайшего поселения нам пришлось идти пешком. Хорошо, что недолго. Горячая еда и крепкое вино сделали свое дело, и я быстро уснула. Хорошо хоть до комнаты сама дошла. Ниэль даже не успел перевязать мне пальцы, как я уплыла в мир грез. Подозреваю, доделывал свою работу он уже на бессознательном теле.

В гостинице этот раз, как и в прошлые, я поселилась с эльфами, а Раф вынужден был остаться с Лео. В компании странного Садако и помешанного на внешности бывшего декана академии мне было гораздо спокойнее, чем в обществе взвинченного темного. Где-то глубоко внутри голос шептал, что мы оба наговорили лишнего, и поступки всегда важнее слов, но кто слушает свою разумную часть, когда обижен? Никто. Мы просто лелеем обиду и становимся от этого еще несчастнее. Однако все проходит, и уныние тоже. Прошло и у меня. А вот серьезного разговора нам было не избежать. Слишком много вопросов осталось без ответа.

Как он порвал нить? Откуда знает о венце безбрачия и условии для его снятия? Зачем спасал меня столько раз? И главный, почему он так ненавидит саму мысль о браке, что готов задушить каждую, кто посягнет на его свободу?