Глава 33. Ревность
Вдруг на каток врывается орава молодых парней. Лет по двадцать - двадцать пять. Раскрасневшиеся, без шапок и нараспашку - явно навеселе.
Хохочут, обгоняя друг друга, и заставляют меня снизить скорость. Мало ли что. Врежутся ещё…
Осторожно объезжаю их и вдруг чувствую, как кто-то срывает с моей головы шапку.
-Ииии эх! - Разворачивается и едет передо мной спиной вперед один из парней. - Привет, красотка! Чего скучаешь?
-Я не скучаю, - протягиваю руку, - верните шапку, пожалуйста. Это глупая шутка.
-Ну перестань, чего ты, - появляется справа второй парень. - Ты другу моему понравилась очень. Говорит, что жениться хочет.
-Я не одна! - Отвечаю, уже повышая голос. - И мне холодно.
Набрасываю капюшон. Останавливаюсь.
Парни тоже тормозят, тесня меня к бортику.
-Номер телефона, - улыбается первый парень. - И шапка твоя.
-Вы не понимаете, - уже нервничаю. - Я действительно с мужчиной. У вас будут проблемы. Верните шапку!
-Братан, ты видел тут мужчину?
-Не было здесь никого!
-Верните шапку!
-Один поцелуй, - наглеет парень. - И я отвалю. У меня вообще сегодня день рождения!
-Поздравляю вас, - отвечаю напряженно, но все ещё с уважением, - но услышите меня, пожалуйста, я не хочу знакомиться и уж тем более целоваться! Я вас вижу в первый раз!
-А ты закрой глаза, - прикрывает свои ладонями парень, - хоп! Вот так! Открываешь и уже видишь по второй раз.
И может быть, в другой ситуации я даже оценила бы их борзый подкат и пьяное чувство юмора, но только не сейчас!
-Пожалуйста, - пытаюсь достучаться, - черт с этой шапкой! Мне пора домой!
-Только поцелуй…
Парень становится все ближе. Он не противный. Просто пьяный и, наверное, действительно не привык к отказам. По внешности все при нем!
-Нет! - Выставляю я вперед ладони и прибегаю к последнему аргументу. - Я беременна. Поймите, пожалуйста!
Парни тормозят. Растеряно переглядываются, но отступить уже не успевают. Как подкошенные, с одного режущего удара они падают навзничь.
Разъяренный Михаил нависает над ними.
-Девушка же сказала, что занята!
-Эй, слышь, пердун старый, - спешат на помощь своим остальные придурки. - Охуел?
-Пожалуйста, не надо! - Кричу я.
Но кулаки уже летят. Закрываю глаза.
Слышу мат и глухие удары.
Только на звук свистка я отрываю ладони от лица. На льду повсюду кровь…
-Извиняйтесь! - Швыряет по парам ко мне в ноги пацанов Михаил. - Чтобы я слышал, блять!
-Поостите, пожалуйста… мы шутили, - лепечут парни кровавыми ртами. Отдают шапку…
Я перевожу взгляд полный ужаса на Михаила. У него только царапина на скуле и руки сбиты. Больше ничего!
-Нашел с кем драться! - Не выдерживаю. - Они же дети! Дети ещё!
-Этот ребенок, - встряхивает Михаил Фёдорович того парня, что забрал у меня шапку. - Этот «ребенок» хотел в твой рот засунуть язык! И ещё, думаю кое-что…
-Это не повод его убивать!
-Он живой! - Жестко дёргает его за волосы Михаил. - Тепленький ещё!
-Всем оставаться на местах! - Бежит к нам старичок из проката. - Я вызвал полицию! И документы ваши только им отдам!
Чувствуя, что при старике Михаил ничего больше сказать мне не посмеет, уезжаю в вагончик для переобувания.
Пока снимаю коньки, пальцы трясутся.
Нет, на счет полиции я даже сейчас не переживаю. Мне страшно за ребят. Нескольких зубов они сегодня точно не досчитаются… Главное, чтобы не перелом челюсти и не сотрясения.
Дальше все происходит, как по нотам. Михаил отстегивает наряду деньги, те приезжают и уже прям с порога обращается к Михаилу Фёдоровичу по имени и отчеству. Похитителей моей шапки увозит скорая, предварительно они, конечно, подписывают бумаги, что подрались сами.
Сдаём коньки. Старик демонстративно швыряет в лицо Михаилу визитку. Среди мальчишек был его внук.
Мне жаль… А ещё я теперь знаю фамилию своего мучителя. Бурый… Ему очень идет.
Тихо бреду рядом с ним, не понимая, как переварить новую ситуацию. Откуда вообще в Михаиле родилась такая жестокость?!
А ещё мне надуло ухо…
Вдруг перед самой клиникой Михаил Фёдорович резко тормозит и больно дёргает меня на себя, разворачивая лицом.
-Ай! - Взвизгиваю. Сердце заходится от адреналина.
Ещё рывок и жестко фиксируя мою голову за волосы на макушке, которые попадают в огромный кулак вместе с шапкой, Михаил впивается в мой рот поцелуем.
Меня тут же обваривает воспоминаниями о том, какой была наша близость в камере. Где этот мужчина мог со мной делать все и брал по максимуму, заставляя то стыдиться своих ощущений, то взлетать вместе с ним от ярчайших оргазмов. Тася, нет! Это какая-то нездоровая история! Кажется, даже диагноз!
-Никогда не смей повышать на меня голос при посторонних! - С рычанием отрывается от губ Михаил. - А то…
-А то что? - Спрашиваю с вызовом.
-Ты, блять, с огнем играешь, Таисия! - Взрывается Бурый. - Может, тебе ещё и тот малолетний придурок понравился? Может, надо было ему тебя отдать?
-Я не вещь, чтобы меня отдавать!
-Не вещь, - соглашается Михаил Фёдорович. - Но ты моя… Это ясно?!
-Ясно! - Рявкаю с обидой.
И только общая ответственность перед собакой и ребенком держит нас сейчас, чтобы не разлететься, как двум бильярдным шарам в стороны.
Для меня поведение Михаила ещё более неприемлемо, чем глупые подкаты мальчишек на льду.
-А если я вдруг кого-то полюблю? - Спрашиваю Михаила, когда мы, погрузившись в машину, тормозим на выезде со светофореэом. - Если появится хороший человек…
-Пожалей человека, - резко переключает передачу Бармалей и срывает машину с места. - Я не обещаю, что его смерть будет быстрой…
-Надеюсь, вы не всерьез!
-Ты видишь! - Хмыкает. - Смеюсь. Кароче, Тася, мужик тебе больше не положен.
-А вам женщины?
-А это не твое дело!