Глава 9
Воскресенье…
Просто. Тупой. День.
Мощный стук в дверь заставил дёрнуться.
Приснилось?
Рик распахнул глаза и тут же поёжился. Сквозь открытую форточку в комнату пробрался шум дождя и сквозняк, а одеяло упало с дивана еще под утро. Рик помнил этот момент, но поднимать поленился. Он вытянул руку, наощупь нашёл мягкий ком на полу и потянул на себя. Оставив голыми голени и пятки, закрутился в него и повернулся на другой бок. Ткнулся носом в диванную спинку.
Спать. Во сне все неудачи кажутся несущественными.
Но тяжёлый стук повторился.
Рик открыл глаза и уставился в потрёпанную диванную обивку. Сон схлынул, уступая место раздражению. Кому и за каким хреном он понадобился? Он не спал полночи – не мог уснуть. То слишком много думал, то лежал без единой мысли в башке и отключился только часа в четыре утра. Он даже не смог заставить себя пойти на любимую освободившуюся кровать. Кровать вызывала воспоминания о том, как он всю неделю пытался выгнать Киру, и каким образом она всё-таки уехала.
И вот.
Очередная серия ударов дала в мозг. Рик резко развернулся и, всё так же удерживая на себе одеяло, уселся на диване. Рядом на полу зазвенел мобильник. Поперек экрана высветился контакт «Колин». Ч-ч-чёрт! Мог бы и раньше догадаться позвонить, идиот. Рик поморщился. Медленно поднялся и, двинувшись к выходу, по дуге обошел стопку керамогранитных плиток. На совести этих плиток кровь женщины и разрушенная личная жизнь мужчины и другой женщины. Такой вот дебильный треугольник.
Телефон за спиной продолжал звонить. Рик быстро вышел из гостиной, оказался у входной двери и, не глядя в глазок, щёлкнул замком, рванув за ручку. С той стороны, прижимая к уху мобильник, стоял осунувшийся Колин. Под глазами появились круги, тонкие губы вытянулись в одну линию, а на обычно гладком лице проступила щетина. Наверное, ночка в больнице выдалась так себе.
Рик сделал шаг назад, пропуская его внутрь.
– Привет, – прохрипел он, даже не попытался убрать остатки сна из голоса. Колин как-то заторможенно опустил руку с телефоном.
– Ты еще спал? Прости, надо было заранее договориться… – муж сестры осторожно заглянул в квартиру. – Я пришёл за вещами.
Капитан Очевидность.
– Конечно, заходи. Ты один? – Рик коротко кивнул и на всякий случай сделал еще шаг назад. И чего он топчется?
– Кира в машине. Решила не бегать под дождём, тем более в таком состоянии, – Колин всё-таки переступил порог и осторожно прикрыл дверь.
Цепко осмотревшись, остановился, явно не зная, куда себя деть. Сестра вышла за интеллигента. Программист в тонких очках, в отглаженной рубашке, с приглаженными волосами. Полная противоположность её медведеподобному братцу. Рик мотнул головой в сторону спальни и развернулся, чтобы уйти.
– Чемоданы там, – бросил он, делая шаг к кухне. – Кира их вроде бы даже не разбирала: вытягивала одежду, надевала и снова складывала. Но ты проверь.
– Знаю, она сказала. А телефон? – послышалось за спиной.
О да. Телефон. Точнее то, что от него осталось.
– Ему крышка, – Рик обернулся через плечо.
Колин хмыкнул.
– Знаю, – на его тонких губах заиграло что-то вроде улыбки. Похоже, его эта ситуация радует. – Мы сейчас поедем за новым, нужна только симка.
– Я всё собрал, лежит здесь, на подоконнике, – Рик отвернулся и скрылся в дверном проёме.
Шаги Колина растворились в спальне. Придерживая на груди одеяло, Рик включил чайник, подобрал со сковороды недоеденный стручок фасоли и забросил в рот. Привалившись спиной к холодильнику, хмуро уставился на остатки мобильника Киры.
Симка блеснула на свету. Та самая, на поиски которой вчера ушло полчаса. Бесполезно потраченные полчаса. Во время поиска Рик еще надеялся, что вставит симку в свой телефон и дозвонится до Америки. Ползал по полу, заглядывал во все щели и проклинал женскую горячность.
Чёрный список, мать его. Еще ни разу Рик не оказывался в чьём-то чёрном списке. Даже у бывшей, хотя их отношения закончились совсем не на дружеской ноте и с кучей претензий с её стороны. Зато девчонка, знакомство с которой продлилось неделю, хорошо владеет навыком выбрасывать людей из жизни за малейший проступок. Ладно, проступок оказался достаточно крупным. Крупнее её собственного побега со свидания. Он заслужил подзатыльника… Но никак не пинка под зад.
Рик поморщился и помассировал веки.
Вчера симка нашлась, но про ПИН-код он не думал ровно до момента, пока на экране не высветилась строка ввода. Идиотский ПИН. Вечно Кира перестраховывается. Примерно в тот момент стало ясно, что всё тлен и пришло время сдаться – хотя бы поспать и восстановить работу мозга… Ну не звонить же среди ночи в больницу Кире? И теперь с этим снова надо что-то делать.
Чайник закипел и отключился. Рик встрепенулся, сорвал с сушилки пустую чашку и всыпал заварку. Со стороны спальни послышались шаги, но он не обернулся.
Шустрый Колин. Быстро справился.
– Ты был прав, она развесила только пару костюмов, – прозвучало за спиной.
Рик залил заварку кипятком и посмотрел через плечо. Муж сестры стоял в проёме двери, держа в руках два больших чемодана. Каникулы закончились.
– Как она там? – Рик потянулся за сахарницей.
Колин хмуро сдвинул брови.
– В раздрае. Боится подходить к зеркалам.
– Пф-ф-ф…
– Ты же знаешь Киру.
О да. Это точно. Рик подхватил чашку и понёс к столу.
– Так вы помирились? – опустив её на столешницу, он поправил на себе одеяло и плюхнулся на стул.
Колин опустил на пол чемоданы.
– Ага, – он двинулся к подоконнику. – Ещё, конечно, многое нужно обсудить, но мы будем пытаться.
Рик машинально кивнул. Вот и замечательно. Давно пора.
– Надеюсь, в этот раз ты её не разочаруешь, – пробормотал он.
– Я попытаюсь, – Колин сгрёб с подоконника две половинки мобильника. – Мы оба попытаемся, – он спрятал в карман сим-карту.
Какой тонкий намёк. Рик сильнее, чем нужно, сжал пальцами чайную ложечку и застучал ею по стенкам чашки. Но лезть в чужую личную жизнь не стоит, если об этом не просят. Раз Кира возвращается домой, значит, у них там и правда наметился прогресс.
Колин тем временем остановился посреди кухни, цепко осмотрелся, будто выискивая что-то, и похлопал себя по карманам джинсов.
– Ладно, я побежал, – его серьезный взгляд остановился на Рике. – Звони, если найдёшь еще какие-то вещи Киры.
Ну нет, присвоит себе, как же. Он ведь так любит на досуге мерить женские шмотки!
– Ага, – Рик приложился к чашке и сделал осторожный глоток.
И муж сестры, схватившись за чемоданы, потащил их к выходу. Ну всё. Последнее напоминание об этой неделе сейчас скроется за дверью, и всё вернётся к тому, как было. Одиночество, разгромленная квартира, холостяцкая жизнь. Никакой женщины за стенкой, никакой женщины в мобильнике…
Рик встрепенулся. Перед глазами будто пронеслась вспышка.
Мобильник!
– Колин! – толкнув столешницу, Рик вскочил со стула и бросился к двери. Чай расплескался бурой лужей. Да и плевать.
Колин остановился на полпути к выходу.
– Что?
– Дашь позвонить? – Рик постарался убрать из голоса лихорадочные нотки. – У меня какие-то проблемы со связью.
Сердце загромыхало от внезапного рывка и отбилось в ушах. Боже, как не выглядеть припадочным? Однако Колин даже не изменился в лице.
– Да, конечно, – он сунул руку в карман куртки, достал телефон и без лишних слов протянул Рику.
И почему раньше не пришло в голову? Рик схватил мобильник и по памяти настучал на экране цифры. Да, после вчерашнего вечера он запомнил этот номер. Понадобилось всего-то сделать хренову тучу бесполезных звонков. Он прижал мобильник к уху и сильнее сцепил концы одеяла. Нервно переступил с одной босой ноги на другую. В динамике долго шло соединение и…
Механический голос сообщил, что абонент недоступен.
Да ладно!
– Мать твою! – Рик лихорадочно сбросил вызов и возобновил его.
Колин дёрнул уголком губ, но ничего не сказал. В динамике установилась тишина, пошло соединение, секунда, две… абонент недоступен. Да она издевается! Рик плотно сжал губы, повторил звонок и уставился под ноги в ожидании. Глаза застелила пелена, пульс в ушах перекрыл посторонние звуки.
Она не могла просто отключить всё на хрен. Не могла!
– Слушай, Эрик, – сквозь пелену прорвался голос Колина. – Там Кира в машине…
Рик вскинул голову.
– Ей бы прилечь… – муж сестры смотрел на него уже с явным беспокойством.
И не за него, Рика. Да, ведь есть еще Кира. И ей действительно лучше уложить разбитую голову на подушку. А вызов снова закончился ничем. В душе вспыхнул огонёк раздражения. Маленький. Но тут же начал расти…
– Держи, – Рик решительно заблокировал экран и вернул мобильник. – Спасибо.
– Да не за что, – Колин пожал плечами и забрал телефон.
Он снова подхватил чемоданы, локтем открыл дверь и с трудом вывалился на лестничную клетку. Рик хмуро посмотрел ему вслед. Раздражение глубоко внутри смешалось с разочарованием и потерей. Этот огненный коктейль стал медленно гореть и подниматься всё выше. А что он, собственно, потерял? Последнюю возможность дозвониться? Что за глупость. Ничего ведь не было, а значит, и терять нечего.
– Ну, пока, – Колин кивнул на прощание и толкнул дверь.
Та плавно закрылась. Только сейчас Рик сдвинулся с места и щелкнул замком.
В воображении всплыло теперь уже знакомое лицо. Пусть и только часть его, не скрытая подушкой. Огромные карие глаза, веснушки, красные губы. Бант на тёмных волосах… Да нет, всё-таки чувство потери ни с чем не спутать.
Но чёрт возьми, какого всё-таки хрена? За что?
Рик двинулся к гостиной, пнул валяющуюся под ногами малярную кисть, и та со стуком врезалась в стену. Остановившись на пороге, нашёл взглядом на полу свой мобильник, бездумно уставился на него, и вся неделя пронеслась перед глазами. На зубах будто хрустнуло стекло. Ведь Америка тоже его бросила совсем недавно, причём очень похожим образом, но он дал ей шанс. Так какого чёрта происходит? Какого черта его самого оставили без шанса?! Полночи пытаться дозвониться, ползать в поисках симки, звонить ещё и ещё и утыкаться в глухую стену! А ведь они ещё даже не пара, мать её!
И, очевидно, парой теперь не станут.
Рик сбросил с плеч одеяло, швырнул на диван и подобрал с пола штаны. Всё те же, вчерашние. Да и хрен с ними. Он рванулся к стене, наклонился, подцепил снизу обои и дёрнул вверх. Половина полосы оторвалась и осталась в руке. Прекрасно.
Нет так нет. Пора заняться собой и своими делами. Биться в запертую дверь бесполезно. Точнее, это даже не дверь, это ворота крепости со рвом, и Рик находится по другую его сторону. Обида затопила солнечное сплетение, он подобрал с пола шпатель и с силой поддел полосу обоев в месте отрыва. Та поддалась, он зацепил её пальцами и сорвал ещё кусок. Не полегчало. Но треск бумаги пощекотал нервы и принёс кратковременное чувство удовлетворения.
Ремонт – это прекрасно. Можно выместить всю обиду, злость и вернуть себе чувство гордости, и не бросаться при этом на окружающих.