Глава 31. Красавица

На часах пробило девять.

Даже с учетом инициации, я чувствовала себя выжатой досуха тряпочкой. Инстинкты требовали сна и покоя. И если я хочу попасть в постель хотя бы до рассвета, пора брать ситуацию в свои руки.

Резко отложив ложку, подняла прямой взгляд на Дареша, развалившегося в моем, между прочим, кресле и с интересом наблюдающего за мной.

— Рада приветствовать вас в своем Гнезде, вейры. Могу ли я узнать, что привело вас в мои земли?

Мой голос упал в тишину, как камень в спокойную воду озера. Вейры вздрогнули. Девица, наконец, оторвала темный блестящий взгляд от тарелки и уставилась на меня. Ух, какая. И в самом деле сказочная красота.

— Верно ли, что… первый генерал мертв? — спросила она, не отводя глаз.

Хотя сидели мы на разных концах, слышала я ее прекрасно. Вот что значит, драконий слух, драконье зрение и драконье вообще все. Одни плюсы.

И голос у девицы был красивый. Бархатный такой, с приятной хрипотцой. Никакого писка и кривляния. Давно заметила, что драконы склонны к драматизации и обожают привлекать внимание, блистать и всячески выделываться. Как я понимала, это часть брачной программы у драконов. А то не дай бог, такую девушку и пропустят, так что надо визжать погромче, платье надевать поярче.

Но эта конкретная драконица определенно была нормальной. Невольно смерила ее глазами, размышляя о природе собственной неприязни. Отличная красивая баба, самый адекватный экземпляр в округе, и совершенно непонятно, чем она мне не понравилась. Рядом с той же кривлякой Лети или прямой, как рельса, Бирхац, в ней было всего в меру, не считая, конечно, внешней привлекательности. Тут уж местный боженька отсыпал ей не скупясь, прямо-таки на семерых.

Вейры тем временем тоже навострили уши в ожидании моего ответа.

— Верно, — ответила коротко.

Над столом пронесся тихий единый вздох.

— Где его тело?

Девица сжала ложку с такой силой, что та погнулась. Фамильное золото, между прочим.

— Распрямите ложку обратно, — сказала строго. — Я слышу, как бабуля в гробу перевернулась. Это ее любимые ложки.

Хотела бы я сказать, что у девушки глаза на лоб полезли, но нет. Глаза распахнулись, наполнились темнотой, заблестели от неполитых слез, но совершенно точно никуда не полезли.

Говорю же, идеальная девица.

— Прошу вас, мы… мы помолвлены и должны были пожениться сразу после… Скоро должны были пожениться. Простите за недостойные эмоции.

Девица распрямила ложку обратно, а я словно покрылась льдом изнутри. Только отточенная годами привычка держать лицо, остановила поднявшийся в теле огненный вихрь. В одну секунду мое сердце сгорело в угли.

У Аша была целая невеста. Он вовсе не жил добропорядочным депрессующим драконом после смерти Истинной, а как все нормальные люди собирался создать семью и завести парочку драконят.

И если бы я не опоила его Забвением, он давно бы выбирал шторы для детской и ссорился с красавицей из-за того, что трое генералов пялят на нее очи. Не пялят только Дареш и Лиоль, и то, только потому что я собственными глазами наблюдаю этот феномен.

— Ты говорила, его тело забрали ифриты? Расскажи обо всем случившемся.

Дареш вопреки всякому этикету облокотился на стол, уперевшись подбородком в сомкнутые руки. Его мутный взгляд бродил в районе моего декольте, которое кстати, было весьма скромным и закрытым вуалью. Впрочем, изредка он поднимался к моим глазам, видимо, из вежливости.

Мне были безразличны и Дареш, и вейры, и красавица, и даже канцлер. В ушах отдавалось собственное дыхание, сердце горело огнем. Я вдруг с немым изумлением обнаружила, что если ничего не предприму, просто позорно разревусь.

На такой случай у меня было верное средство. Зарывшись рукой поглубже в кружева, я с силой ущипнула себя за руку. Едва не взвыла от ощущений, но хоть плакать перехотелось, даже наоборот, накатила здоровая злость.

На какие лишения иду! Из-за какого-то там полуженатого генерала. Не-е-ет, так дело не пойдет.

Обвела раздраженным взглядом собравшихся:

— Да. Я пыталась помочь ему, но что я могла сделать против доброй сотни ифритов?

Повинуясь расспросам, выдала вейрам отредактированную версию событий, упирая на собственный ужас. В наиболее эпичных моментах прижимала руки к груди и обшаривала взглядом темные углы. Не дай бог Аш наблюдает мое выступление.

— Коли генерал мертв, моя власть полностью легитимна, я доказал право в поединках,— буркнул Дареш, когда я закончила свое выступление. — У кого-то есть возражения?

На лицах вейров лежал задумчивый сумрак. Они не были согласны с властью Дареша, но и оспаривать ее не спешили. Даже красавица хоть и смотрела волком, но помалкивала.

Первым молчание нарушил вейр Гроде:

— При всем моем уважении, у вас нет печати, вейр Бельх. А без императорской печати вы не император.

После минутной паузы в зале поднялся спор, в котором исторические выдержки соседствовали с божественными чудесами и мифами. Красавица, наконец, красиво заплакала, Лиоль совершенно потемнел лицом, но в спор так и не вступил. Гроде, нагадив Дарешу, тонко улыбался, наблюдая спровоцированный им бедлам.

Я даже зауважала его немного. Совсем капельку. Он, похоже, был из оппонентов Дареша, а значит, чисто теоретически находился на стороне падших Варх-Винзо. В моей голове, наконец, начала выстраиваться версия, которая хоть как-то объясняла произошедшее за последние дни.

Теоретически Дареш должен был доказать легитимность своего правления силой, пройдя поединки с наиболее сильными драконами Вальтарты. Такой вот варварский способ самоутверждения для крылатых. Он победил императора и трех из генералов и у него оставался последний поединок — с первым генералом.

— Могу я задать пару уточняющих вопросов? — с видом смиренной монашки подняла взгляд на вейров.

Судя по некоторой растерянности спорящих драконов, меня позвали в мою же собственную столовую для допроса, а не чтобы разговоры разговаривать. Впрочем, вейр Гроде тут же охотно повернулся ко мне, хотя в желтоватых глазах промелькнули презрение и холодок. Я нравилась ему не больше Дареша.

— Вы прибыли в Леяш для поединка с первым генералом?

— Не вашего ума дело, зачем мы прибыли, — откровенно грубо отрезал один из достопочтенных вейров.

Я его запомнила. Вейр Тальф, отец Милоша. Или, как модно было говорить на светских тусовках, биологический отец. Если он так и с Милошем себя вел, то я полностью поддерживаю своего друга в желании покинуть любимую семью налегке и как можно быстрее.

— Да, — перебил его вейр Гроде. — мы прибыли в Леяш для последнего поединка, как того требует древний договор с богами. Любой из одобренных богами драконов, будучи не согласен с властью действующего императора, может вызвать на поединок его и любого из его приближенных драконов, пожелавшего защитить императорскую власть.

— Согласно месячным данным, первый генерал находился в ваших землях.

— А это преступление против Империи, — с неприятной усмешкой напомнил Дареш, — Ты же знаешь, что…

Я только брови успела приподнять удивлено, когда Лиоль, к моему еще большему изумлению ухватил Дареша за плечо:

— Она не знает! Я же говорил!

Драконы коротко переглянулись и замолчали на несколько секунд. Я тоже промолчала.

Интересно, что же такого знают все присутствующие кроме меня?! Скорее всего, благодаря зелью, это я знаю Аша лучше других и даже лучше невесты, которой обычно демонстрируют только лучшие качества.

Заговорила только почувствовав, что вейры сейчас снова начнут спорить и под шумок повесят на меня всю криминальную статистику последних лет. Нетушки, соскочить с темы я им не дам.

Мне все еще очень нужна информация.

— Чем слабая вейра вроде меня может удержать сильнейшего дракона Вальтарты? Вейр Варх-Винзо находился на моих землях по доброй воле.

— Вот как, — Гроде задумчиво улыбнулся, хотя глаза оставались холодными. — И по какой же причине он оставался в землях проклятых Леяш.

С такой же акульей улыбкой в ответ философски пожала плечами:

— Откуда мне знать, вейр Гроде? Я не смею требовать объяснений у первого генерала.

Судя по вытянувшемуся в тонкую линию рту, вейр Гроде надеялся меня подловить на неосторожном слове. Потрясающая наивность.

Взъерошенные, распаленные ссорой вейры поворачивались ко мне один за другим, словно обнаружив под своим носом новую добычу. Слишком слабую, чтобы удрать от возбужденного охотой драконьего клина.

Я и сама это чувствовала. Ядовитая обида, боль, подавленная злость — почему со мной можно было поступить так?! — разливались под кожей.

Аш сделал меня уязвимой. Слабой. Жалкой. Той самой пастушкой, поблекшей на фоне счастливой соперницы.

Вот только сдаваться не собиралась.

Каким-то немыслимым усилием воли я выставила Аша из собственной головы, сосредоточившись на ситуации. И с удивлением поняла, что пока собирала себя в кулак, вейры пересели или просто встали из-за стола и подобрались ко мне ближе. В желтых драконьих глазах мужской интерес причудливо сочетался с агрессией и наслаждением от грядущей схватки.

— Когда вы встретили его… первого генерала?

— Что он сказал? Он говорил о причине, по которой решил посетить Леяш?

— Какие отношения вас связывали?

— Это он дозволил вам владеть Гнездом?

Меня обстреливали вопросами, даже не понимая, что многие из них противоречит друг другу, а многие звучат, как утверждение.

В интеллектуальной гонке победил вопрос «кто порвал вам платье?»

Да все понемногу мне его порвали. И ифриты, и генерал, и я сама, и даже Милош, случайно наступивший на оборванный подол.

Неспешно, обдумывая каждое слово, отвечала на вопросы, игнорируя попытки вывести меня на эмоции или сбить меня с толку. Выбирала один вопрос из вороха бесконечной вербальной бомбардировки и отключалась от воплей. Например, обстоятельно рассказала, кто порвал мне платье — ифриты! И кто ранил первого генерала ядом Арахны — тоже ифриты.

Я твердо решила, что буду валить на ифритов все неприятности в радиусе ста километров.

Спустя час драконы выглядели разочарованными и выдохшимися. Слабаки.

После очередного вопроса, я встала, нарочито медленно расправив платье и обвела высокомерным взглядом присутствующих.

— На сегодня все, — объявила холодно. — Я устала и желаю вейрам доброго заката.

— Но… — попытался возразить один из дракониров, но Дареш медленно поднял руку, и тот осекся.

— Иди, жена. Сегодня я не навещу тебя, учитывая воистину плохой день для всех нас, но завтра жди меня.

Сил отреагировать на абсурдное заявление у меня уже не было.

На заплетающихся от усталости и нервного напряжения ногах я сделала идеальный реверанс, который успела натренировать под руководством собственного стража. Слова Дареша радости мне тоже не добавили. Моих сил хватило только на каменную маску, силой воли удерживаемую на лице.

Четко печатая шаг, вышла из залы с идеальной прямой спиной. Взгляд Дареша смотрел мне ровно в затылок, как лазерный прицел. Я чуяла его так отчетливо, словно у меня на затылки завелись еще два дополнительных глаза.

До собственных покоев дошла едва ли не вслепую. Здесь в темноте коридоров, когда уснули и слуги, и драконы, когда больше не было нужды держать самоконтроль, хотелось свернуться улиткой и заползти под одеяло. Накрыться с головой. Дать себе время пережить последствия собственного неосторожного поступка.

Дав Ашу зелье, я не думала, что под угрозой находится жизнь его брата, императорской династии, жизни его друзей, соратников, подчиненных, судьба и сердце его прелестной невесты. Да что там. Его собственная жизнь.

Мне нужно немного одиночества и сна, чтобы прочистить голову и принимать твердые и ясные решения, лишенные эмоций. Горечи. Боли. Красочных иллюзий, в которых Аш стоит рядом с этой волшебной драконицей и ласково обнимает за плечи.

Меня сопровождали две горничные, но я коротким взмахом руки отправила их спать. И едва они ушли, из тени выступила знакомая фигура, которую я даже не сразу опознала.

Кухарка. Старуха Шише, пекущая волшебные пироги.

— Гостей разместили, изъяли часть привезенных припасов для приготовления еды, — отличалась она коротко. — Драконы убили и пожертвовали двух оленей, медведя, с десяток зайцев. Вейр Алх, взяв отряд, встал на границу с ифритами.

— Что с Милошем?

— Он еще занимается гостями. Гнездо приняло не всех. Многим приходится на ходу менять покои.

— Как Рене? — о Рене спросила уже не так уверенно, мне не было известно, как много знает Шише о произошедшем.

Но та послушно кивнула и отчиталась:

— Девочка незначительно ранена, но вейр Тальф залечил порез и уложил ее в лекарском флигеле до выздоровления. А вот вейра Фирре…

Шише замешкалась, но я наклонила голову, поощряя говорить ее дальше.

— Вейру заперли тюрьме, в подавляющей камере, поэтому можно не переживать, что она что-то сделает с собой или сможет выбраться сама.

— Кто знает о произошедшем с Фирре и Рене?

— Наместник Гирп, вейры Тальф и Левеш, да мы с вами. Рене теперь тоже знает, но она пока без сознания, и никому ничего не скажет.

— Хорошо, — задумчиво кивнула, отпуская кухарку.

Уже коснувшись ручки двери заставила себя соединиться разумом со стражем Гнезда, выпытывая нужную мне информацию и отдавая необходимые распоряжения.

«Тщательно следить, кто и куда ходит по территории, отслеживать магические ритуалы, артефакты и вмешательства в жизнь обитателей, при попытке навредить, обезвреживать и пеленать магией до моего прибытия. Еще… Слушать разговоры. Если прослушать разговоры вейров не получится из-за заглушающих артефактов, слушай болтовню слуг и девиц. Те обычно всегда все знают о своих мужчинах и хозяевах».

«Восточная граница с ифритами отрезана магической завесой, — тут же отчиталась змеюшка. — часть привезенных вещей магически запечатана. Покои вашего супруга, защищены артефактами и брачной вязью, ведь он связан магическими узами с Леяш».

Я устало помассировала виски.

Плохо. Контроль над Гнездом уплывал из моих рук, и я пока ничего не могла поделать.

Мне просто нужны несколько часов хорошего сна и ясный ум, но я заставила себя остановиться и выспросить у стража еще несколько по-настоящему важных вещей.