Глава 11

– Мир тесен, Юра, – доложив о состоянии Стешки, усмехается в трубку Миша Басаргин. Мой старый друг. Еще со школы. Не разлей вода была троица. Я, Саня Климов, Мишка.

Саня ушел… Грохнул его кто-то, когда шел к электричке. В спину из «Сайги» выстрелил. Сука… В глаза посмотреть побоялся. Да Саня любого бы заломал. Водным поло занимался. Здоровый был чувак. Я ему машину дарил. Отказался. Говорил: «Тогда не буду чувствовать себя равным. Прости,, братан». А у меня сердце от дурного предчувствия ныло… Вот и словил он пулю между лопаток.

Миха говорил, Саня не мучился, сразу к праотцам…

– Что такое? – спрашиваю осторожно. – Ты о чем?

– Да, Лида эта… Сиделка. Я ее видел…

– Да ясное дело, – бурчу хмуро. – Но как думаешь, зачтется на том свете нам с Яшей? Девчонку высвободили. Если она еще Стешку на ноги поднимет, я ей точно помогу дочку отжать у бывшего. А то, ишь, хорек выискался. Берега попутал…

– А что с ним? – интересуется лениво Миха и, даже не выслушав ответа, предлагает. – Выходи уже. К Сане съездим…

– Юра, выходи! – ржу в голос. – Помнишь, как звали друг друга?

– Ну, еще бы, – хмыкает в ответ Басаргин. – Никогда не думал, что будет крыть ностальгия по детству.

– Да ну? Не верится что-то. Выйду, съездим, конечно, – соглашаюсь и тут же спрашиваю о наболевшем. – Ты мне скажи, Стеху мою можно еще спасти? Или уже все? Лида что-то паникует…

– Хорошая девочка. Молодец, что помог, – коротко роняет Миха. Лениво тянет слова, будто раздумывает, и, прокашлявшись, выдает. – Я, конечно, не психиатр, но думаю, еще шанс есть. Неплохой шанс, Юра. Нужны только надлежащий уход, контроль психиатров и других специалистов. Плюс строгая сиделка. Со своей задачей Лида справится. Цельная она. Но давай я к Стефании спецов направлю.

– Не-е, только уход нужен и контроль. Забодали меня ваши светила. Только бабло качают, – вздыхаю я. Отбросив трубку на кровать, нарезаю круги по камере и все думаю о новой сиделке дочери.

Стеха ей нервы помотает. В мать пошла. Пока своего не добьется, истерить будет. А Лида девочка правильная. Спуску не даст, но сама дергаться будет. Тяжело ей одной придется. Но другого выхода у нее все равно не было.

– Ты девчонке хоть какую-то зарплату назначь, – перезваниваю брату. – Ну, мало ли что там ей понадобится. Иногда женщине стремно попросить. Тем более Стеха у нас не подарок для обслуги…

– Ты выйдешь, прижмешь ее…

– Кого? Сиделку? – не сразу понимаю, о чем речь.

– Палишься, Юра. Ох, палишься, – откровенно глумится Яша.

– Да пошел ты… – огрызаюсь я. – Стеха меня боится, уважает. Ты же знаешь… Но втихаря будет все по-своему делать. А вмешаюсь – затаится, зараза… Пусть лучше Лида сама.

– А ты? – не унимается брат. Вцепился как клещ, гад.

– Ты меня сначала вытащи отсюда, а потом спрашивай, – бросаю раздраженно. Но по-любому я в Мокшанку не собираюсь. У меня и так дел за гланды. – Что по Оргтеху? – интересуюсь мрачно. Сдается мне, это оттуда мне подстава прилетела. И охранник бешеный застрелил Кита, Степу Титовцева, и ОМОН ворвался минута в минуту. Должно быть, в кустах ждали.

– Стараюсь, Юр, – вздыхает тяжело брат. – По Оргтеху все пучком. К собранию акционеров готовимся. У бывшего зама по производству я акции выкупил. Еще осталась первая жена генерального, и пятьдесят три процента наши. Подумай, кого директором поставим…

– Сначала выкупи, – отмахиваюсь недовольно. Настроение портится. Но не из-за Оргтеха, и не из-за Стешки. Если сейчас Лида не справится, я дочку куда-нибудь в закрытую клинику определю. Потом спасибо скажет.

«Лида. Вот почему меня кроет. Красивая она. Так бы и любовался», – вспоминаю худенькую девчонку, утирающую слезы. Сейчас бы утешить ее. Приласкать.

И мысленно уже расстегиваю пуговички на скромном серо-голубом платье.

«Нет! Она не для меня!» – мотаю головой. Пишу эсэмэску кое-кому и прошу прислать шлюху. Чистенькую блондинку. Описываю, какая должна быть. Перечитываю. Матерюсь в сердцах.

Ну, какого лешего я двойника Лиды вызвал? Удаляю сообщение и заказываю себе яркую брюнетку. Роксану. Она иногда забегает ко мне.

Но когда в дверях камеры появляется длинноногая девица в короткой кожаной юбке и в ботфортах, мрачно киваю на кровать.

– Котик, привет, – мурлычет Роксана. Подходит почти вплотную. Ведет ноготками по моей груди. Заглядывает в лицо. Складывает губы уточкой. Безобразной такой. Измазанной красной помадой, и улыбается лукаво.

– Пошалим, Юрочка?

А меня передергивает. От сладкого запаха духов, от цепочек, ручейками спускающихся в глубину декольте, от жвачки, которую, улыбаясь, жует Роксана.

– Давай сегодня по быстрому, Рокс, – улыбаюсь мрачно. И глаза шлюхи расширяются от ужаса. Всего на один миг. Знаю. Я бываю невыносим. Но сейчас и церемониться не желаю. Надо просто снять напряжение. Физиологическая потребность, не больше.

– Ротиком поработай, – сажусь на стул, спускаю треники вместе с боксерами. – Давай, – киваю на маленькую подушку, которая лежит в изножье кровати. Я на нее ногу больную кладу, когда ноет, сука…

– Кто-то рассердил моего мальчика, – воркует Роксана, мгновенно собравшись. – Я сейчас тебя вылечу, – становится она на колени. Расстегивает металлическую молнию на кожаном лифоне. Виляет всем телом, заставляя сиськи двигаться в такт. Потягивается, показывая себя во всей красе. И, наконец, приступает к делу.

Закрываю глаза и моментально оказываюсь в своей спальне в Мокшанке. Сижу, развалившись в кресле, а передо мной на коленях Лида. Стоит только увидеть ее образ, как меня торкает. Пробирает до мозга костей. Хорошо-то как…

Безотчетно опускаю руку на голову. И дергаюсь от неожиданности. Вместо мягких как шелк Лидиных волос натыкаюсь на жесткую гриву Роксаны.

Твою ж мать! Чуть не ору в голос. Это ж надо было так отлететь. Даже забыл, где и с кем нахожусь. А я редко теряю контроль. Похоже, сильно мне Лида запала…

«И что теперь делать?» – размышляю, наблюдая, как поднимается на ноги Роксана. Приводит себя в порядок.

– Спасибо. Ты просто лучшая, – киваю напоследок. – Мне башню полностью снесло…

– Повторим? – заискивающе улыбается мне шлюха.

– Обязательно, – соглашаюсь с легкостью. И прекрасно знаю, что больше никогда не выпишу ни саму Роксану, ни ее товарок.

Лиду хочу. Пока только видеть и слышать. Может, со временем и рассеется морок. Но навряд ли. Слишком манкая девочка. Я же пока ее своей не сделаю, не успокоюсь.

– Яша, – перезваниваю брату. – Я что-то сильно беспокоюсь о Стешке. Миха говорит, сейчас главное – строгий режим и уход. Пусть Лида каждый вечер докладывает мне о состоянии дочери, – вещаю на умных щах.

Даже от Яшки шифруюсь, хотя мы с ним спина к спине долгие годы против всех боремся. Тоха еще мелкий. Посвящаем в свои дела, учим, даем дозированную информацию. А вот от Яши у меня до последнего секретов не было…

– Хмм… Да. Дам указания, – вздыхает брат. – Айфон, сейчас заеду, куплю. И симку. Когда Лиде на связь выходить? Время обозначь…

– Я сам наберу, – рычу хрипло.

И мало понимаю, что со мной происходит.