Глава 27

Эдвард танцевал великолепно. Он уверенно вел меня в вальсе, и мое сердце неожиданно успокоилось. Прикосновения его рук, его глаза, ищущие мой взгляд, его губы оказавшиеся так близко, и танец, соединявший нас... В тот миг я поняла, что нашла свое место в этой жизни. И оно было рядом с ним. С Эдвардом Дэшнером, и никто другой мне не нужен.

И все же была упрямой и не передумала сдаваться быстро. Поэтому, едва танец закончился и Эдвард, предложив мне свою руку, отвел меня в сторону, наверняка намереваясь поговорить, я принялась смотреть по сторонам, надеясь, что кто-то заметит мой взор. Пока танцевала,успела отметить, что на меня смотрели и другие молодые лорды. Что и говорить, это льстило моему неискушенному самолюбию. Сомнений не было - меня пригласят снова, желательно, чтобы именно сейчас, дабы Эдвард не успел отвлечь меня своим разговором и понял, что мир не сошелся клином на нем одном.

Сами небесе услышали меня. Стоило нам остановиться у колонной, как за спиной появились Атертон и его тетушка. И вид у Моэма был весьма решительный.

- Эдвард, ты позволишь? – маг поклонился. Его взор устремился ко мне.

Дэшнер посмотрел на меня и буркнул, явно надеясь, что я сделаю за него выбор. Я же и не думала отказываться, когда Моэм протянул мне руку, приглашая на следующий танец, который, хвала небесам, оказался все тем же модным вальсом.

- Позволите вас пригласить, леди Уитни? Вы сегодня самая прелестная дебютантка в этом зале, – прозвучал комплимент и поблагодарив мужчину я приняла его руку, даже не посмотрев на Эдварда, чтобы увидеть его реакцию. Увы, Атертон не тот человек, кто заставит моего опекуна ревновать. И все же…

- С удовольствием, милорд, – ответила с радостью и взявшись за руки мы с Моэмом шагнули вперед, чтобы присоединиться к танцующим.

Танцевал Атертон не хуже Эдварда. Моэм вел меня уверенно, смотрел в глаза и улыбался вполне искренне.

- Вы же не станете долго терзать Эдварда за его глупости? – спросил он неожиданно.

- Вы решили, будто я хочу его проучить? – я улыбнулась слишком догадливому джентльмену.

- Порой я вижу людей насквозь, даже самых лживых и хитрых. А уж вы, леди Уитни, простите меня заранее за откровенность, не умеете ни лгать, ни притворяться, что значительно облегчило задачу, – Атертон улыбнулся и мы сделали круг по залу, вальсируя рядом с другими парами.

- Я знаю, как Эдвард относится к вам, - Атертон немного наклонился ко мне. – Просто он такой человек. Не умеет выразить свои чувства.

- Тогда пусть учиться, – я была непреклонна. А когда музыка стихла и танец закончился, приняла руку Атертона, позволив ему проводить меня назад к Эдварду, когда произошло нечто, привлекшее мое внимание. Какой-то человек из толпы придворных, сделал едва уловимый жест, на который Моэм отреагировал почти моментально. Нет. Он лишь кивнул незнакомцу, но шаг его из вальяжного стал более напряженным и быстрым. Так что к колонне, возле которой нас поджидали Сьюзан и Дэшнер, мы подошли достаточно быстро. Моэм поспешил сразу откланяться, поблагодив меня за танец.

- Надеюсь, вы не откажете мне, если я приглашу вас на еще один тур вальса? – спросил маг и бросил взгляд на друга. Но Эдвард оставался бесстрастен.

- С огромным удовольствием, лорд Атертон, – ответила я.

- Сейчас прошу меня простить, – Моэм снова взглянул на Эдварда. На этот раз совсем иначе. Создалось ощущение, что между ними происходило нечто важное, о чем знали только они.

- Дела, – добавил маг и откланялся.

- У тебя так всегда, – засуетилась недовольно миссис Мейсон и шутливо, но явно разочарованно, шлепнула племянника по плечу веером. – Когда вокруг столько очаровательных юных леди, ты сбегаешь по важному королевскому делу!

Племянник ничего не ответил. Еще раз поклонившись, он пошел прочь и скоро исчез в толпе. Проводив его взглядом, я успела заметить, что прежде мужчина, привлекший внимание Атертона после нашего танца, догнал Моэма, так что в толпе придворных они исчезли вместе.

Взгляд опекуна опустился на мое лицо. Ему не терпелось поговорить, но мне снова повезло, так как за моей спиной возник некто, и взгляд Эдвард потемнел.

- Госпожа, я прошу прощения!

Я обернулась, заметилв, что миссис Мейсон откровенно веселится. Рядом с нами стояли распорядитель бала и неизвестный мне молодой и весьма привлекательный мужчина.

- Дамы, - распорядитель, одетый в цвета королевского дворца, вежливо поклонился. - Позвольте представить вам лорда Адама Ливингстоуна, леди Уитни. Он изъявил желание познакомиться с вами.

Я посмотрела на распорядителя, который, следуя правилам поведения в благородном обществе, знакомил меня с мужчиной.

Незнакомец изящно поклонился и улыбнулся.

- Леди Шерон Уитни со своим опекуном, лордом Эдвардом Дэшнером и компаньонкой, миссис Мейсон, – продолжил распорядитель.

Присев в книксене, я взглянула на сэра Адама и приветливо кивнула, давая понять, что знакомство мне приятно.

Поблагодарив распорядителя, лорд Ливингстоун снова ослепительно улыбнулся. Он был хорош собой - яркий блондин сс голубыми глазами, и явно моложе Эдварда.

- Я не мог не заметить самую ослепительную леди в этом зале, – произнес мужчина приятным голосом. – Вы блистательно вальсировали, миледи!

При этом милорды поприветствовали друг друга кивком головы. Я посмотрела на Эдварда, понимая, что он начинает злиться.

Или ревновать?

- Могу ли я пригласить вас, леди Уитни, на следующий танец? – спросил Ливингстоун. – Я буду самым счастливым человеком в этом зале, если вы согласитесь!

Я и не думала отказываться.

- С удовольствием, сэр, – ответила, принимая его приглашение и чувствуя волну недовольства, идущую от опекуна. А вот Сьюзан улыбалась так широко, что я опасалась, как бы женщина не рассмеялась в голос, повторив поведение своего племянника.

- Вы же не против, лорд Дэшнер? – опомнившись, спросил позволения у моего опекуна сэр Адам.

- Леди уже сделала свой выбор, – бросил зло Эдвард, а я приняла протянутую мне руку Ливингстоуна и мы вместе направились в центр зала.

***

- Лорд Атертон!

Моэм остановился у стены, взглянув на говорившего. Один из его людей, маг и младший следователь, дабы не привлекать ненужное внимание гостей, наклонился вперед и с улыбкой, наигранной, как и поза, добавил:

- Они вошли во дворец. Через черный ход.

- Что с охраной на этом периметре? – спокойно уточнил Моэм.

- Охранника оглушили магией. Боюсь, бедняга пролежит до утра в отключке, - последовал ответ.

- Отлично, – кивнул на слова своего человека Атертон. – Пока прошу не трогать эту парочку. Но следите за ними и в случае чего, дайте мне знать.

- Его величество будут весьма недовольны, если узнают, что во дворец незаконно проникли эти двое, – заметил младший следователь.

- Я пока не собираюсь ставить его величество в известность, - ответил Атертон. – Так как лично нашему светлому королю ничего не угрожает.

- Но… - начал было следователь, только Моэм резко вскинул руку, останавливая своего подчиненного.

- Наш король узнает обо всем, что произошло в стенах дворца, когда все закончится. Вы можете не переживать. Ответственность я беру на себя.

- Конечно, милорд, – поклонился спешно мужчина. – Тогда, позвольте мне приступить к исполнению своих обязанностей дальше?

- И непременно держите меня в курсе дела. Я хочу знать даже такие мелочи, как перемещение наших незваных гостей.

Сказав это, Моэм Атертон, главный следователь королевского величества, развернулся на каблуках и прошел назад в бальный зал, чтобы сказать пару слов своему другу. И предупредить его о том, что грядет нечто необычное.

- Я думал, они окажутся умнее, - вздохнул маг. Но делать нечего. Появилась проблема и он ее решит. Возможно, именно сегодня все и завершится.

***

 После лорда Ливингстоуна меня пригласил граф Броуди, а затем младший сын лорда Росса, и еще несколько молодых человек, лица которых я вряд ли завтра смогу вспомнить. Но одно было важным: все они, приглашая меня, невольно помогали игнорировать Эдварда, который, как я видела, начал закипать при появлении очередного мужчины, желавшего быть представленным юной леди Уитни.

 Глядя на его пылающий взор, причем Дэшнер уже и не пытался скрыть недовольство, я искренне ликовала, надеясь, что смогу разбудить в опекуне ревность. Мне очень хотелось увидеть его истинное отношение ко мне. И именно ревность была самым подходящим способом расшевелить мужчину.

Миссис Мейсон, не танцевавшая ни единого танца, продолжала стоять рядом с Эдвардом, отпуская колкие реплики по поводу моей популярности среди молодых людей. Я видела, что ее слова возымели действие, вот только Дэшнер, желавший пригласить меня хотя бы на один танец, пока терпел фиаско и я уплывала под руку с очередным появившимся поклонником.

Вернувшийся Моэм ненадолго отвлек Дэшнера от любования мной, танцующей в паре с высоким, приятной наружности, лордом Фаулстером, лет тридцати от роду. Милорд был обходителен и держал меня в своих руках, будто драгоценный сосуд. А я, увы, думала только о опекуне и его ревности, пока сдерживаемой силой духа Эдварда.

«Уже скоро ты сорвешься!» - предположила я, когда в очередной раз взглянула на мужчин, разглядев их там, у колонны. К моему удивлению, Сьюзан вдруг исчезла. Видимо, увидела знакомых и, устав от моего постоянного отсутствия, отправилась прочь, чтобы развлечься.

Но вот танец подошел к концу, и партнер вернул меня Дэшнеру.

- Леди Уитни, – Моэм расплылся в улыбке. – Рад видеть, что вы не скучаете.

Я пожала плечами, отвечая молчаливо, что, мол, да. Веселюсь, как могу. Ведь это мой первый бал!

- Вы помните, что обещали мне тур вальса? – белозубо улыбнулся Атертон. А я вдруг заметила, что несмотря на улыбку, веселье почти исчезло из его глаз. Да и Эдвард казался серьезнее, чем обычно. 

- Конечно, – кивнула я. Следующим танцем как раз должен был быть вальс, и я знала, что не смогу отказать Моэму, хотя уже заметила, как образовавшаяся компания из моих почитателей (как же быстро молодые люди нашли общий язык и общую тему) постепенно перемещается ближе. Стоило ожидать еще одного приглашения. Поэтому, решив перечеркнуть всяческие попытки мужчин, я протянула руку Атертону, но он удивил меня, когда произнес:

- Благодарю, но я вынужден отдать право на этот танец своему другу. Иначе, боюсь, наша дружба окажется под ударом из-за ваших милых глаз.

«Вот как!» - только и подумала я, понимая, что Моэм уступает право танцевать со мной другу, чтобы примерить нас. 

- Не смею отказать, – смилостивилась я.

Эдвард поклонился и протянул мне руку.

- Почту за честь, – произнес он глухим голосом, а затем посмотрел на Атертона.

- Помнишь, что я тебе сказал? – Моэм говорил какими-то загадками.

- Еще бы, – поддержал странный диалог опекун, а затем, прежде чем я успела удивиться и начать задавать ненужные вопросы, повел меня к центру зала. Я заметила, как следом потянулись взгляды милордов, не успевших пригласить меня, но тут же отвернулась, понимая, что теперь Эдвард не выпустит меня из своих рук.

Зазвучали первые звуки вальса. Дэшнер повел меня в танце, кружась рядом с другими парами. Тут же был и его величество, который, по всей видимости, тоже отдавал предпочтение новомодному танцу. Монарх не спешил выделиться из общей массы придворных, словно в попытке хоть ненадолго, но снять напряжение ответственности за судьбу целого королевства.

 Но Эдвард заставил меня забыть о монархе, так как сильнее сжал мою руку.

- И что это вы вытворяете, позвольте спросить? – зло проговорил он. На красивом лице мужчины пролегли тени недовольства.

- Что вы имеете в виду? – я сделала наивные глаза.

- Танцуете с кем попало, вот что! – рявкнул опекун и его хватка стала почти стальной - боли не причиняла, но вырваться не было возможности. Да и, признаться, желания.

- Вы называете "кем попало" очень даже приятных молодых джентльменов, – я и не думала бояться. Вот просто была уверена, что как бы Эдвард на меня ни злился, он никогда меня не обидит. Поэтому я смотрела на Дэшнера спокойным взором, понимая, что его яростная речь продиктована ревностью. Как раз то, чего я так добивалась! Разрушить стену равнодушия. Пусть откроется, ведь мне так нужно знать его истинные чувства!

- Я говорю то, что думаю, – резко ответил Дэшнер и так закружил меня, что голова пошла кругом. Только почему-то хотелось смеяться, а не злиться.

- Смеешься надо мной? – прорычал Эдвард. – Заставляешь нервничать?

- Почему бы и нет? Я вот подумала, - я закусила губу и, повинуясь движению наших тел, танцевала, уверенная, что Эдвард не даст мне сбиться с шага, - что вокруг так много интересных молодых мужчин. Этот бал просто открыл мне глаза! Я еще не видела мир, не знаю всего, что таиться в нем прекрасного. Когда-то считая Гордона Фрейзера единственным мужчиной, достойным моей руки, ошибалась. А теперь…

- Хочешь получить право выбора? – Эдвард смотрел на меня потемневшим взглядом. – Отказываешься от своего слова? – он как-то незаметно начал уводить меня в сторону, смещаясь прочь от центра зала.

- Ну не злитесь, милорд, – проворковала я.

- Даже не вздумай смотреть на кого-то кроме меня, слышишь! – он продолжал уводить меня в сторону, а затем убрал руку с моей талии и, взяв за руку, повел прочь из зала.

На нас смотрели, но Эдвард и не остановился. Кажется, его мало волновало, что о нас подумают все эти люди, собравшиеся на балу. Меня подобное беспокоило еще меньше, так как я следовала за тем, кого любила. Шла и знала, что не увижу от него зла. Уже ускользая из зала, заметила миссис Мейсон. Она следила за нами, стоя в отдалении рядом с каким-то мужчиной, мне неизвестным. 

 Мы покинули зал, но Эдвард продолжал вести меня за собой куда-то вперед. Было заметно, что во дворце он не впервые - шел уверенно, будто знал дорогу и бывал здесь не единожды. Лишь когда шум праздничного бала немного стих, я позволила себе потянуть руку назад, останавливая опекуна.

- Зачем мы пришли сюда? – спросила, требуя объяснений.

- Какого дьявола вы устроили там в зале? – глаза, темные, как сама ночь, впились в мое лицо.

- Но я ничего такого не делала, – пожала плечами, радуясь его ревности. Почему-то именно сейчас это было мне приятно. Сама не знаю, зачем, но продолжала дразнить тигра, дергая за хвост. – Если вы о танцах с милыми молодыми лордами, то мне было приятно их общество. Не одному же вам радоваться жизни в компании леди Одли? – ага! Пусть прочувствует на собственной шкуре, как это приятно, видеть любимого в компании другого, или другой, как было в моем случае.

- Издеваешься? – он шагнул ко мне, глядя в глаза.

«Совсем немного!» - я зачем-то отступила под натиском разъяренного ревнивца.

- Думаешь, мне приятно видеть, как на тебя смотрят все эти мужчины? – спросил он. – Завтра они начнут присылать в твой дом открытки и цветы, а также приглашения на прогулку…

- Догадываюсь, – кивнула я, и мы снова, почти синхронно, шагнули: он ко мне, я – прочь. Эдварду подобные «танцы» совсем не пришлись по душе. Он прищурил глаза, потянулся ко мне и я попала в плен его рук, а затем и объятий.

- Добегалась, – шепнули мне в лицо, твердые губы мужчины накрыли мой рот, сминая его властным поцелуем, в котором отчетливо смешались страсть, желание обладать и безумная ревность. И в то же время, ощущалась нежность, которую опекун испытывал ко мне.

- Простишь меня? - с трудом оторвавшись от моих губ, спросил Эдвард.

- Нет, – выдохнула горячо, и опекун снова поцеловал меня, лаская мои губы совсем не так, как полагалось благородному джентльмену.

- Простишь? – он позволил мне сделать вдох. – Я был идиотом! Мне стоило сразу все тебе рассказать! Особенно после того, как я понял, что ты нужна мне, что я… - он медлил. – Что я люблю тебя.

- Нет! – вырвалось у меня, и Эдвард снова впился в мой рот. Кажется, он решил, что это лучший способ заставить меня передумать.

Прикосновение губ Дэшнера лишало меня воли, но я сделала над собой усилие и попыталась оттолкнуть мужчину, положив ладони на широкие плечи. Да куда там! Проще, наверное, было сдвинуть гору, чем разъединить наши тела и сердца, забившиеся в унисон.

- Я люблю тебя, люблю, как безумный! – еще один мой вдох и его последовавшее за ним, признание. – Даже на этом балу, понимая, что ты просто издеваешься надо мной, не позволяя даже коснуться себя, отдаваясь во власть этих юнцов с их нелепыми танцами, я ревновал и был готов сорваться и натворить глупостей. Прости меня и прими мои чувства, как и меня самого!

 Я зажмурилась, чувствуя, как волны удовольствия растекаются по телу. Вот то, что я так хотела услышать от этого упрямца! Он все же любит меня!

- Как я рада, что вы помирились, – звук аплодисментов послужил тем толчком, заставившим Эдварда отпустить меня и повернуть лицо на голос той, кто посмела помешать нашему единению.

 Сьюзан стояла и, широко улыбаясь, смотрела на нас. Это она только что аплодировала и сейчас ее руки остались в том же положении параллельно груди, словно моя компаньонка намеревалась продолжить хлопать.

- Миссис Мейсон? – я вспомнила, как женщина наблюдала за нашим уходом и догадалась, что Сьюзан, видимо, переживая из-за меня, поспешила следом, чтобы удостовериться, все ли в порядке. А теперь миссис Мейсон не удержалась от эмоций, захвативших ее от лицезрения нашего примирения.

- Вот и славно, – проговорила она. – Как же я рада, – компаньонка перевела взор с моего лица на лицо Эдварда. На мгновение мне показалось, будто какая-то тень мелькнула там, за портьерой, что отделяла один из залов от коридора. Сьюзан подошла ко мне и взяла за руку. Я успела подумать о том, какими удивительно горячими показались мне ее ладони, словно у женщины жар, а затем все пошло не так.

- Шерон! – произнес опекун, явно желая узнать мой ответ.

- Ну не торопите же девушку, лорд Дэшнер, – попеняла ему тетушка Атертона. – Ей нужно подумать. 

- К черту размышления! Я хочу услышать ее ответ!

- Мне кажется, вам необходимо вернуться в зал, - предложила Сьюзан. - Я полагаю, некоторые джентльмены уже расстроены вашим отсутствием, Шерон, – она повернулась к моему опекуну. – Право же, дорогой сэр, не надо так давить на юную леди. Пусть она получит хотя бы один день свободы и блеснёт до конца, как самый дорогой бриллиант этого вечера, – и уже обращаясь ко мне добавила, - пойдемте, милая! Это ваш день. Завтра, возможно, все изменится. Вы скажете "да" лорду Дэшнеру, а пока наслаждаетесь мгновениями свободы.

- Шерон! – крикнул мне вслед Эдвард. Отчего-то разозлившись на подругу, я поняла, что она испортила своим появлением, весьма, кстати, нетактичным, наше примирение. Я понимала, что не хочу уходить, но миссис Мейсон упрямо тянула меня за собой. Да что с ней не так?

 Едва мы вошли в зал, как подруга тут же проводила меня к столику, где стояли прохладительные напитки, и взяв один из них, протянула со словами:

- Вам следует немного освежиться, дорогая, - ее взгляд странным образом обвалакивал меня.

Я приняла бокал и сделала глоток. Женщина последовала моему примеру, а затем вдруг поставила свой обратно на столик и сказала:

- Мне немного нужно привести себя в порядок. Я отойду на минуту, – и уже проникновенно, глядя в глаза, добавила, - вы же подождете меня здесь, милая?

Я кивнула и продолжила пить. Странное состояние не отпускало. Казалось, что мир вокруг замедлился. И даже пары танцевали какой-то затянутый танец, или это просто в моем бокале оказалось слишком крепкий напиток, ударивший в голову.

- Вот вы где, леди Уитни! А я все ищу вас и Эдварда.

Не знаю, как Атертону удалось разглядеть меня в толпе, но он оказался рядом. Словно только меня одну и высматривал среди разряженной публики зала.

- А где Эдвард? – спросил королевский советник.

Я подняла на него взгляд и тут заметила мелькнувшее платье Сьюзан и совсем неподалеку от него точно такое же. Мне определенно точно не показалось! Одинаковых платьев просто не могло быть в зале, где дамы тщательно проверяют свои туалеты, прежде чем предстать в них перед королем. Каждое платье шилось на заказ, и я это знала точно, как то, что утром встает солнце, а вечером садиться за горизонт.

 Миссис Мейсон сказала, что пойдет в дамскую комнату! Так что же произошло? Кто-то ее отвлек на разговор, или просто она в этом зале была не одна?

 Я тщательно пыталась вырвать из ярких пятен дамских нарядов мелькнувшее мгновение назад, и понимала, что не вижу его. Перед глазами запрыгали картинки прошлого. Не такие давние, и очень яркие: званый ужин в Дэшнер-холле, сестры Галбрейт, на деле оказавшиеся совсем не дамами-затворницами! И тут Атертон наклонился ко мне, хищно раздувая ноздри…

- От вас просто разит темной магией, Шерон, – быстро сказал он, сверкнув глазами.

Ноги стали ватными. Холодея от ужаса, я взглянула на Атертона и секунду спустя вцепилась в лацканы его пиджака, проговорив:

- Там…

- Что? – спросил он, но понял все еще до того, как я закончила фразу. Моэм рванул с места и, весьма невежливо расталкивая недогадливых господ локтями, побежал прочь из зала. Туда, откуда минуту назад появилась я.

«Миссис Мейсон совсем не Сьюзан, - подумалось мне с отчаянием. Догадка озарила меня: - Это ведь она! Селия Фрейзер!» - но как? Глаза ее были совсем не зелеными! Холодея от ужаса, я последовала за Атертоном, отчаянно надеясь, что маг не опоздал.