Глава 24. Рада

Дорога казалась нескончаемой. Город. Город. Город. Всегда думала, что он не такой уж и большой. А сегодня казался безграничным. После — оживленная трасса, и, наверное, еще минут через сорок, а, может, и через час, съезд на грунтовую дорогу.

Все это время Немиров держал меня на руках, словно ребенка или ценный приз. Если бы я была бы чуть романтичней, то сказала — сокровище.

Только вот мне не хотелось быть сокровищем для чудовища. Это страшно.

Наконец я заметила дома. Их можно было назвать однотипными, но скорее выполненными в едином стиле, как и полагалось в дорогих поселках.

Рядом с некоторыми были припаркованы автомобили, ухоженные лужайки, на некоторых участках плодовые деревья. Но что точно их объединяло — это какая-то стерильность. Как на фото в журнале. А в стерильности могут жить только тронутые.

Я скосила взгляд на Немирова.

— Что? — спросил он.

Я отрицательно покрутила головой, не представляя, что мне спрашивать. Это я должна говорить: “Что?!”.

— К тебе? — уточнил мужчина за рулем.

— Да. Я попросил сестру немного привести в порядок дом.

— Понял.

Автомобиль проехал вдоль улицы, свернул, еще раз свернул. Наконец он остановился. И в этот момент я не понимала собственной радости. Впереди ведь полная неизвестность.

— Прошу, — водитель открыл дверь.

Немиров с легкостью вышел со мной на руках. Дверь в одноэтажный дом была открыта.

— Па-а-ам, па-а-ам, парам пам-пам, пам,паба-пам, паба-пам, — запел дружок моего похитителя.

— Заткнись, — рыкнул Немиров.

— Что? Я хотел создать торжественную атмосферу, — возмутился он. — Как пожелаете, — первым вошел в дом. — М-м-м, чистота и уют. Чистота и уют.

Какой-то бред. Температурный сон. Я не могла поверить, что все это происходит по-настоящему. Я не сплю, не брежу. Реальность. Я чувствую, как грохочет мое сердце. Чувствую липкий страх внутри. Как холодеют руки и ноги. Как подрагивает Немиров. Не бывает таких ярких и подробных снов.

— Это наш дом.

От волнения язык прилип к небу, и вместо хоть какой-либо реакции, я повернула голову на мужчину. Чуть позже я точно пожалею, что не кричала, не брыкалась, не истерила, привлекая внимание.

— Я понимаю больше, чем ты думаешь, — сказал Немиров с твердостью. — Но у нас есть время. Все, что я прошу сейчас — это просто дать шанс. Позволить показать тебе, кто мы есть.

— А если я не хочу этого знать?..

— Боги не дали выбор.

Серьезно?! Боги?! — внутри все кричало. Удобно. Нет, ну действительно же удобно. Украл колбасу — мне нечего есть — боги не оставили мне выбора. Да все в жизни можно списать на влияние богов. Каждый шаг. Самый дерьмовый и отбитый.

— О-о-о, вы быстро, — вместе с нами в гостиную вбежала брюнетка. Та самая, из гостиницы. Невероятной красоты и избыточного позитива. — Я почти все подготовила. Осталось по мелочи. Но это уже сами.

Диана, мозг вытолкнул ее имя на поверхность самых жутких мыслей и фантазий.

— Спасибо, — поблагодарил Немиров, сгружая меня в кресло. — Что по продуктам?

— Доставка будет к обеду. Я принесла яйца, овощи, хлеб. С голода не умрете, — брюнетка продолжала перекладывать вещи, стряхивая невидимую моему глазу пыль влажной салфеткой. — Добро пожаловать, Рада, — обратилась ко мне, наконец остановившись. От ее мельтешения и множества информации закружилась голова. — Хорошего вам дня. М, — она протянула салфетку Немирову. — Вещи из номера привезу вечером. Пока.

И тишина. Не абсолютная. С улицы доносились звуки привычной жизни. И они казались так далеко, а не в нескольких метрах. Ведь достаточно сделать десять-пятнадцать шагов, чтобы участвовать во всем происходящем. Но мне не позволят этого сделать.

— Это наш дом, — монстр повторил информацию, которую я уже усвоила.

Мне нужно было ответить? Согласиться… или что? Что?! Как я должна реагировать?

— Последние несколько лет я бывал тут раз или два в неделю. Прогуляться. Дать волю зверю. А все остальное время проводил в городе. Так что нам двоим придется привыкать к новому распорядку.

— Мне нужно тебя пожалеть? — спросила я зло.

— Сомневаюсь, что именно этого ты хочешь.

— А что же я хочу? — спросила я, дрожа от мучительного напряжения. Все мышцы превратились в камень, с одной лишь разницей, камень не чувствует физическую боль, а я едва не стонала.

— Уйти, — предположил он.

— Сбежать, — поправила я. — Уйти ты мне вряд ли дашь.

— Не дам, — согласился он, закрывая входную дверь.

— Стой, стой, стой. Дай я выскочу, пока вы не начали разборки, — откуда-то из глубины дома появился тот второй громила, что был за рулем. — Я огурчик у вас взял, — потряс в воздухе откушенным овощем. — Я на связи, — свободной рукой он похлопал по карману брюк. — Чао, детки.

Как же меня злило это поведение, эта неуместная легкость, с которой они относились ко всему происходящему. Я не могла понять, как можно шутить и смеяться, когда ты лишаешь другого человека свободы. Это говорило о норме, о стандартности действий. Кто-то вяжет крючком, а кто-то привозит в жуткий уединенный поселок понравившегося человека. Вот так просто. Не спросив желания.

— Задавай вопросы. Любые, — добавил он немного помолчав.

— Вы убиваете людей?

— Не больше чем сами люди.

— То-есть убиваете?..

— То-есть бывают случаи, когда ситуация вынуждает.

— Например?

— Когда, человек несет опасность для кого-то из стаи.

— Угу, — произнесла я скорее по инерции, чем с пониманием. — И что является опасностью?

— Опасность, Рада. Что ты понимаешь под опасностью

— Похищение?

Немиров отрицательно покачал головой.

— Все будет хорошо, — сказал он.

— Конечно, — подтвердила я. — Только для кого?

— Не те вопросы, Р-р-рада. Не те.

— Так ты не отвечаешь на те, — передразнила я.

— Хорошо, — Немиров присел перед моим креслом, прямо на пол, подвернув ноги под себя. — Оборотни убивают людей в крайних случаях. В самых крайних. Когда человек несет прямую угрозы. У него оружие, к примеру, и он намерен им воспользоваться. Когда конфиденциальность нашей расы под угрозой. Когда, — продолжал он перечислять, — есть вероятность, что причинят паре или потомству оборотня вред. По законам мира нелюдей пара неприкосновенна.

— Почему? — спросила я, не понимая собственного интереса. Было множество других, более правильных вопросов для нормального человека, я же пустилась в ненужные рассуждения.

Передо мной был оборотень. Оборотень. Я повторяла и повторяла про себя. О-бо-ро-тень. Смесь человека и волка. Мифическое существо. Создание из легенд и сказок, романтизированное в современном кинематографе и книгах. Но… если вспомнить о том, что многое демонизировалось от неведенья…

Так, стоп! Я остановила поток мыслей.

— Потому что не так часто нелюди могут встретить пару.

— Почему? Вокруг столько людей? Миллиарды.

— Ну, — Немиров почесал подбородок, — любой из нас может строить отношения с человеком, но у такого союза не может быть продолжения. Детей.

— М-м-м. М-м-м, — протянула я вновь, когда пришло осознание сказанного. — А у тебя и меня, — мне пришлось указать пальцем, желая быть понятой, — могут быть дети?

— Верно.

— Такие как ты?

— Верно, — повторил он. — Доминирующая раса. У оборотня и человека родится оборотень. У вампира и человека — вампир. У демона и человека — демон, — перечислял он словно ребенок таблицу умножения на уроке. — У вампира и демона — вампир или демон. У демона и оборотня…

— Стоп! — выкрикнула я. — Стоп! — я выставила перед собой ладони, желая, чтобы он замолчал. — Мне нехорошо, — сказала я прямо. — Мне не хорошо.

Он послушно замолчал, набрав в легкие побольше воздуха и почти беззвучно выдохнул.

— Воды?

— Нет.

Я бы с удовольствием хряпнула водочки. Только не стала признаваться в желании… оборотню. Он готов был принять любые мои слова за положительную реакцию.

— Хочешь есть?

— Нет, — ответила я, в противовес словам урча животом.

— Я приготовлю, — Немиров уперся ладонью в пол, помогая себе встать.

— Покажи мне другого себя, — попросила я, заставляя монстра замереть.

— Сейчас?

— Да, сейчас.

— Ты уверенна?

— Я уверенна, — подтвердила раздраженно. — Я хочу увидеть все своими глазами.

— А до этого не увидела? — поинтересовался Немиров, неторопливо поднимаясь на ноги.

— Я не знаю, что я видела.

Он встал.

Навис надо мной.

Я старательно отгоняла страх, что набирал обороты, разгоняя кровь по венам.

— Смотри, Р-р-рада, внимательно, — зарокотал нечеловеческим голосом. — Моя пр-р-риода…

Моя просьба — была глупостью. Я это поняла, когда по мужскому телу пошла дрожь. Мелкая-мелкая, словно мерцала картинка старого телевизора.

— Не нужно!

— Нет. Р-р-рада, смотр-р-ри, — он протянул раскрытые ладони. Очень символично, если считать каким недоверием был наполнен его взгляд.

Однозначно в этой ситуации было одно. Ни я, ни Немиров не были готовы. Вряд ли мужчина, посветивший свою жизнь ночному клубу, планировал счастливую семейную жизнь с детьми и всем вытекающими радостями.

— Смотр-р-ри, — прорычал требовательно.

Его ладони удлинялись на глазах, человеческие ногти трансформировались и вытягивались в звериные когти. Длинные и невероятно крепкие на вид. На пальцах проступила темная шерсть и стала подниматься от кисти к локтю.

— Та-а-ак мы сражаемся, — он мотнул головой, дернул плечами. — Та-а-ак, — хрип на выдохе вырвался их звериной пасти, полной крупных, острых зубов.

— Ты жуткий, — призналась я, не видя смысла скрывать очевидное.

Получеловек полуволк. Ну что может быть в подобном смешении привлекательного?

— Зна-а-аю.

— А так, — Немиров вернул человеческий облик, — мы передвигаемся, охотимся, прогуливаемся. Такими, нас сделала Богиня.

Мгновение и вместо человека — волк. Хищник. В привычном мне облике и понимании. Голова, хвост, лапы. Крупный. Очень крупный.

— Так ты прив… — с моих губ чуть не сорвалось слово “привлекательней”. — Привычней. Да. Привычней.

Он тряхнул задними лапами сбрасывая с них штаны. Сделал шаг мне навстречу и остановился, когда я отпрянула.

— На этом стоит закончить наше знакомство, — не просто попросила — потребовала.

— Согласен.

Я даже не успела понять, когда зверь стал человеком.

Немиров поднял с пола штаны.

— В доме одна спальня. Она твоя.

Он не стеснялся своей наготы, как и я. Передо мной были проблемы куда хуже, чем мужской член на уровне лица.

— Допустим.

— Ты здесь не пленница. Ты здесь хозяйка.