Глава 18

Организм, несомненно, требовал отдыха. Диана решила последовать совету кухарки и пораньше лечь спать. А что, она имеет право! Хотя бы выспаться.

Часы на острове отсутствовали, а Диана всё забывала спросить, есть ли они вообще в этом мире. По ощущениям было около девяти вечера, когда она сообщила Лурдес, что идёт отдыхать.

– Завтра тяжёлый день, мне нужно выспаться, – заявила Диана в ответ на удивлённый взгляд хозяйки.

Госпожа Пьес, похоже, решила, что заполучила в управляющие биоробота, который способен функционировать круглосуточно. Благо кормёжка сейчас стала намного лучше. Аньес под её руководством готовила земные блюда. Даже борщ у неё получился почти как дома.

Диана помылась в корыте и, едва добравшись до подушки, просто вырубилась. Она думала, что проспит целые сутки, но организм привык работать по-новому. И, как обычно, перед рассветом глаза открылись сами собой. Спать как назло больше не хотелось.

Подумав немного, Диана решила, что сейчас не самое худшее время, чтобы отправиться в бордель. Они ж там работают ночью. А значит, сейчас сонные, почти не соображающие. Иди и бери их тёпленькими.

Она надела темно-коричневое, полностью закрытое платье. Ещё и косынку на волосы повязала, чтобы уж точно за одну из работниц Дома Утех не приняли.

Аньес в кухне только начинала растапливать печь, когда управляющая показалась в дверях. Поздоровавшись, Диана сама налила себе молока, отрезала краюху хлеба и быстро позавтракала.

– Ты куда? – спросила кухарка, зевая.

– Схожу в Дом Утех, – ответила Диана, ополаскивая кружку под рукомойником. – Скоро вернусь.

– Как в Дом Утех? – заскочившая в кухню Тришка удивлённо раскрыла рот и, не глядя, осела на скамью. – Ты что, решила нас бросить?

– Почему бросить? – не сразу поняла Диана, а потом улыбнулась. – Нет, я не затем туда иду.

– А зачем? – глаза Тришки загорелись любопытством.

– На вон, свиньям отнеси, – Аньес сунула в руки служанке деревянную бадью с помоями.

Трина сразу сникла и вышла из кухни.

– Ты особо-то не распространяйся, куда собралась, – ворчливо посоветовала повариха. – Дом Утех – такое место… с запашком. Потом будут носы воротить. Сколько ни мойся, а не отмоешься.

– Так я же туда не работать иду, – возмутилась Диана местной косности. – А чтобы узнать, кто и почему нашу часть товара крадёт.

– В этом уже никто разбираться не будет, прилепят тебе клеймо, потом замуж никто не возьмёт, – Аньес была настроена решительно, как будто хотела отговорить управляющую от опрометчивого шага.

– Не собираюсь я замуж! – возмутилась Диана и чуть тише добавила: – Да и вообще, у меня уже муж есть. Или был… Хватит с меня…

– Смотри, девка, не зарекайся, – предупредила Аньес и, отвернувшись к печи, поворошила кочергой поленья, чтобы быстрее схватились.

Диана про себя плюнула и решила не обращать внимания на эти дурацкие предубеждения. А ещё запретила себе анализировать, почему при слове “замуж” перед внутренним взором предстал капитан ди Лабард, а вовсе не Игорь.

– Да пошли они все подальше, – девушка пнула носком туфли валявшийся в пыли камешек и двинулась в сторону моря.

Дом Утех стоял метрах в двадцати от берега, рядом с пирсом, в то время как “Титаник” находился почти в центре острова. Диана остановилась в отдалении и осмотрела веселое здание.

Выгодное расположение, фонари на фасаде, которые всё ещё не потушили, ярко раскрашенные стены, искусная резьба на деревянном фронтоне. Там даже балкончики были!

И всего в двух шагах от причала, где швартуются судна. Что называется – с корабля на бал.

Диана отметила про себя, чем заведение Аруты приманивает гостей. Конечно, на таком небольшом острове, где все друг с другом давно знакомы, ни для кого не секрет, что это за место. Но внешне Дом Утех привлекал внимание.

Если бы Диана не знала, что это бордель, наверняка зашла бы. Она любила яркие краски. И в одежде, и в жизни.

Надо и “Титанику” сделать привлекающую внимание вывеску.

Вспомнился один из законов маркетинга. Папа сказал, что его единственной дочери нужно самое лучшее образование, и никаких купленных сессий не будет. Поэтому Диане пришлось учиться. “Маркетинг – не битва продуктов, а битва восприятий”, – голос старого профессора до сих пор звучал в ушах.

И надо добиться, чтобы таверна Пьесов воспринималась островитянами, как более привлекательное и престижное место, чем Дом Утех. И внешне, и изнутри. И по остальным показателям тоже.

Бордель представлял собой симпатичный двухэтажный особняк с розовыми стенами, белыми углами, синими ставнями и красной черепицей. На фоне бескрайнего серо-голубого моря и полосатого маяка на самом мысу это смотрелось… изящно.

Крыльца здесь не было. Дверь сразу вела на выложенную плиткой площадку.

– Умно, – пробормотала про себя Диана. – По ступенькам не каждый клиент подняться сможет. Особенно, если он сначала выпил для храбрости.

А храбрость и у самой Дианы начала куда-то улетучиваться, стоило остановиться перед синей, в цвет ставен, дверью.

– Я же не тварь дрожащая, я имею право сюда войти! У меня серьёзное дело, и плевать, кто и что обо мне подумает! – настроив таким образом себя на позитивный лад, Диана подняла руку и, выдохнув, постучала.

Но стоило коснуться двери, как та раскрылась сама. Изнутри пахнуло терпким ароматом благовоний, дорогим алкоголем и табаком.

Немного поколебавшись, Диана скользнула в приоткрытую дверь и остановилась. Ее окружал полумрак. Когда глаза немного привыкли к слабому освещению, Диана поняла, что стоит посреди просторной гостиной.

Пол здесь был застлан толстыми узорчатыми коврами, на стенах – картины в тяжелых рамах, на потолке – позолоченная лепнина. И везде стоят широкие оттоманки, козетки, кресла, между которыми примостились чайные столики. Вырезанные из малахита, инкрустированные черепаховым гребнем и янтарем столешницы крепились на изящных опорах из темного дерева и великолепно контрастировали с полосатой золотисто-голубой обивкой мягкой мебели.

На столах Диана увидела серебряные подсвечники с оплывшими и погасшими свечами. В курильницах еще вился ароматный дымок, а высокие окна были плотно закрыты гардинами из красного бархата с золотой бахромой.

Вычурная обстановка напоминала восточный сераль. Или будуар раскрепощенной кокетки. В общем, “дорого-богато”, как сказала бы сама Диана в прошлой жизни.

А сейчас она только сморщила нос от этой кричащей роскоши.

Но добили ее картины. Они были большие, метра два в высоту и метр в поперечнике. И на них изображались переплетенные в страсти голые тела. Причем с такой анатомической точностью, что это было уже не искусство, а самая натуральная порнография. Только маслом.

Девушка с минуту шокировано разглядывала полотна. Затем в голове возникла странная мысль: интересно, а Джерард сюда ходил? Хотя нет, у него же невеста…

И тот, и другой вариант был неприятен. В душе образовался саднящий комок.

Диана заставила себя забыть о Джерарде. Они и виделись-то всего пару раз! Тот поцелуй ничего не значит. И вообще, он приказал ей найти себе мужа, а данное им время уже истекает и…

Ох, Лурдес ведь предупредила, что корабли возвращаются из рейда! Вернется и капитан. Но может он пошутил насчет замужества?

Диана припомнила его ледяные глаза в тот момент, когда он говорил это, и вздохнула: вряд ли шутил.

Хотя, она может остаться в трактире, работать на Пьесов и тогда не придется выходить замуж, чтобы угодить этому самодуру, возомнившему себя особой королевских кровей.

А что, неплохая идея! Да, сложно, да, тяжело. Но она почти втянулась. Осталось только найти общий язык с Кираной – и жизнь удалась!

Пока Диана размышляла, слева от нее колыхнулась портьера, закрывающая арочный вход.

За спину девушки бесшумно скользнула тень. Миг – и крепкие руки обхватили Диану. Широкие ладони нагло сжали ее грудь, носа коснулась вонь перегара, и незнакомый мужской голос прохрипел прямо на ухо:

– Ух какая красотка! Ты новенькая? Будешь монашку изображать?

Сработал рефлекс. Диана резко откинула голову, почувствовала удар, и тут же песней для слуха пробился вопль нападавшего:

– Дрянь! Ты мне нос разбила!

Руки с ее груди моментально исчезли.

Не оглядываясь, Диана бросилась прочь. Останавливаться и разглядывать, что же там сзади, совсем не хотелось.

Вылетела пулей через резную дверь, оказалась в еще одной комнате – на этот раз, судя по обстановке, это был карточный зал. Затем еще одна комната и еще, пока не выдохлась от быстрого бега. Остановившись, привалилась спиной к двери, чтобы отдышаться. И вслушалась в звуки.

Похоже, дом еще спал. А тот неизвестный мужчина либо передумал ее преследовать, либо потерял.

Успокоив дыхание, Диана огляделась.

***

Ее занесло в чью-то спальню. По крайней мере об этом говорила кровать размера кинг-сайз, занимавшая три четверти пространства. Среди подушек и одеял Диана увидела три обнаженных тела и резко подалась назад.

Две пухлые белокожие красотки в рыжих париках и кружевных подвязках, вместо белья, лежали, прижавшись с двух сторон к бородатому мужчине, чью грудь покрывала густая черная поросль. Мужчина обнимал их могучими руками и храпел так, что качался бархатный балдахин. Рядом на столике стояли остатки ночного пиршества: полупустая бутылка вина, опрокинутые стаканы, недоеденный ужин.

На цыпочках, стараясь не разбудить эту компанию, Диана скользнула обратно, в небольшую прихожую, из которой вело много дверей. Несложно было догадаться, что за каждой из них скрывается спальня.

А где же та дверь, через которую она попала сюда?

Диана не могла вспомнить – они все были одинаковыми! Неужели ей придется ходить и заглядывать в каждую, пока не наткнется на того сумасшедшего, который напал на нее, или не встретит кого-то похуже?

В ответ на ее мысли, одна из дверей тихо скрипнула, и в прихожую кто-то вышел. Девушка дернулась в сторону, но тут же облегченно выдохнула: это оказалась всего лишь невысокая пухленькая женщина. Ее взлохмаченные волосы, выглядывающие из-под сбившегося набок чепца, темными прядями обрамляли отёкшее лицо. На ночную сорочку незнакомка надела полупрозрачный пеньюар с кружевами, который сполз с одного плеча, а пояс и вовсе волочился по полу. Складывалось впечатление, что женщина только что выбралась из постели и не до конца проснулась.

– Извините, – позвала Диана.

Женщина проигнорировала её и прошла мимо.

– Извините! – позвала Диана громче, но с тем же эффектом.

Пришлось догонять полуодетую даму (или полураздетую?). Незнакомка двигалась довольно быстро для той, что шла с почти закрытыми глазами.

– Наверное, хорошо знает местность, – пробормотала девушка. И позвала погромче: – Женщина!

Та продолжила путь, как будто Дианы вообще здесь не было. Через несколько секунд они оказались в кухне. Женщина взяла с плиты чайник и начала пить прямо из носика большими жадными глотками.

– Ничего себе сушняк! – восхитилась Диана негромко.

Но незнакомка вздрогнула и выронила чайник, который с грохотом покатился по полу, разбрызгивая воду. А женщина посмотрела на Диану ошалелым взглядом, после чего заверещала.

– Тихо-тихо! – Диана выставила перед собой ладони в знак своих добрых намерений, хотя больше всего хотелось закрыть уши.

Визг женщины оборвался так же резко, как и начался. Она прижала ладонь себе под сердце и, тяжело дыша, произнесла с раздражением:

– Ну ты меня и напугала! Чего подкрадываешься? Надо было позвать!

– Я звала, – Диана начала оправдываться и разозлилась. Чего эта полуголая дамочка тут раскомандовалась? – А вы вообще кто такая? Ходите тут в неглиже как у себя дома.

Женщина посмотрела на девушку с интересом. Как будто незнание её личности уже само по себе было в диковинку. А потом запахнула кружевной пеньюар и представилась:

– А это и есть мой дом. Я – мадам Арута, хозяйка Дома Утех.

– Отлично, – обрадовалась Диана, едва не потирая ладони от предвкушения. – Вы-то мне и нужны.

– Зачем? – удивилась дама, окидывая ее изучающим взглядом. – И вообще, кто ты такая? Судя по этим обноскам – Пьесовская девка. Ко мне решила податься? И правильно сделала! У этих жмотов ты много не заработаешь. У меня правда сейчас комплект, но хорошенькие куколки всегда нужны. Может, и найду тебе местечко. Раздевайся…

Опешившая уже в начале этой тирады Диана вдруг сообразила, что именно предлагает ей Арута.

– Да как вы… – но, начав говорить, поняла, что для этой женщины обращение на “вы” – показатель низкого статуса, поэтому сменила подход: – Я управляющая “Титаника”, почтенного и популярного заведения, не чета твоему борделю.

– У меня не бордель… – обиделась Арута, но любопытство победило, и она спросила: – А что такое титаник?

– Так называется ресторан господина Пьеса, которого ты, – Диана вздернула нос, указывая на Аруту, – обкрадываешь!

– Обкрадываю? – брюнетка фыркнула. – У тебя есть доказательства?

– Да, я знаю, что Дому Утех достается больше продуктов! Это несправедливо!

– Милочка, я же не сама их беру, – мурлыкнула женщина, будто большая кошка. – Мне их привозят. И кто я такая, чтобы отказываться, м-м?

Диана на миг онемела от такой наглости. Хозяйка борделя смотрела на нее, не скрывая насмешки.

– Не знаю, как ты это делаешь, но обязательно выясню! – пригрозила девушка. – Если нужно, до самого верха дойду, но найду на тебя управу!

Мадам Арута зевнула:

– Ага, уже боюсь.

Затем резко сменила тон на холодный и жесткий:

– Давай-ка, дорогуша, чеши отсюда, раз не собираешься остаться и работать на меня. А угрожать мне не надо, не доросла еще. У меня связи в замке получше, чем у твоих Пьесов, так им и передай. А если у Лурдес ко мне личная неприязнь, то пусть сама и приходит, а не присылает таких вот правильных дурочек!

С этими словами Арута просто вытолкала ее из кухни и захлопнула дверь.

Сжав кулаки, Диана уставилась на преграду.

Стучать? Поднять шум на весь особняк? А что это даст?

Но уходить просто так не хотелось, гнев требовал выхода. Поэтому она от души пнула тяжелую дверь и только тогда направилась прочь.

Раскрасневшаяся от злости, она шагала по коридору. Уже не смотрела по сторонам, не замечала помпезную обстановку. Ноги сами вынесли ее в карточный зал, затем в гостиную с картинами, а дальше – на крыльцо.

Но стоило Диане там появиться, как раздался тихий свист. Не успела девушка сделать и шагу, как из предрассветного сумрака вынырнули несколько крупных мужских фигур и окружили ее.

– Вот она! – закричал один из незнакомцев гнусавым голосом. – Ну все, сейчас ты поплатишься, стерлядь!

Он прижимал к лицу окровавленную тряпку, и девушка поняла, что это тот самый тип, который облапал ее в гостиной.

Остальные пятеро, ухмыляясь, сжимали круг.

Взгляд девушки заметался. Сердце сжалось и тихо рухнуло вниз. Нет, с шестью мужиками ей точно не справиться. Нужно бежать!

Небритые, с почерневшими зубами и помятыми лицами, мужчины явно пришли сюда поразвлечься. От них разило перегаром, а лицо одного из них показалось Диане знакомым.

Может, он приходил в трактир? Впрочем, туда много кто приходил, всех не упомнишь.

Она подалась назад, в дом, и поняла что путь отрезан. Кто-то схватил ее сзади за плечи и несильно толкнул. Этого толчка оказалось достаточно, чтобы ее шатнуло вперед.

Пытаясь сохранить равновесие, Диана сделала несколько мелких быстрых шагов – и попала в объятия еще одного негодяя.

Чужие грязные руки ущипнули ее за грудь.

Девушка вскрикнула.

И снова толчок. На этот раз сопровождаемый грубым гоготом.

Они толкали ее, как мячик, передавая друг другу. Изловчившись, Диана умудрилась пнуть одного, наступить на ногу другому и даже влепить пощечину третьему. А потом ее просто скрутили.

Кто-то схватил сзади и спеленал так, что руки девушки оказались прижатыми к ее телу. Она задергалась, шипя и ругаясь.

– Ну что, теперь ты не такая дерзкая, а куколка? – произнес хмырь с разбитым носом. – А ну покажи, что ты там прячешь?

Подойдя к жертве, он ухмыльнулся щербатым ртом. А затем схватил ее платье за ворот и дернул девушку на себя.