Глава 22

Домик ле Блесса, как и его мастерская, находились на восточном берегу острова, в то время как пирс был на южном, а деревня рыбаков – на северном. Идти туда пришлось около часа, но за это время Диана узнала много интересного о своем новом знакомом. Например, то, что Ормонд ле Блесс никогда не был женат.

С невеселой усмешкой он рассказал, что в молодые годы влюбился в одну женщину. Она была старше, да еще и вдова. Он долгое время ухаживал за ней, и она принимала эти ухаживания, не отталкивая, но и ничего не обещая взамен. А потом вышла замуж за другого мужчину.

“Прости, Ормонд, – сказала она ему, – но мало того, что ты недостаточно богат для меня, так еще и постоянно отсутствуешь. Мне нужен муж, а не призрак мужа, которого я буду по полгода ждать на берегу и не знать, жив ли он”.

Ему оставалось лишь принять выбор своей любимой и молча исчезнуть из ее жизни.

– И что же, больше не нашлось ни одной женщины, на которой вы хотели бы жениться? – недоверчиво воскликнула Диана.

– Может они и были, – он печально улыбнулся, – но я их не встретил, потому что все время был в море. А на военных кораблях, сами знаете, женщин нет. Или в вашей стране не так?

– В моей стране по-разному, – выкрутилась девушка. – Получается, вы всю жизнь служили на флоте?

– Да, я двадцать пять лет был капитаном королевского флагмана.

– А сколько же вам сейчас? Ой, простите за бестактный вопрос!

– Ничего, мой возраст не такая уж тайна. Недавно исполнилось сорок семь. Совсем старик.

Диана недоверчиво покосилась на спутника.

– Вы только не обижайтесь, – начала она и прикусила язык.

– Говорите, раз начали…

– Ну, – попаданка замялась, – я думала, вы старше. Такой седой… В моем мире… то есть, в моей стране сорок семь это вовсе не старость.

– Да? – он посмотрел на нее с интересом. – Обычно так говорят маги. У них срок жизни в два, а то и в три раза больше среднего, все зависит от уровня магии.

– Нет, у нас магов нет, – рассмеялась Диана. – Просто люди живут в комфорте и заботятся о своем здоровье.

– Все? – удивился ле Блесс.

– Не все, – признала Диана. – Но в целом условия получше, чем здесь.

Она дернула плечиком, вспомнив нищету, поразившую ее в рыбацкой деревне.

– Почти пришли, – Ормонд указал на ряд домов, спускающихся к берегу.

Диана сразу заметила резкий контраст с тем, что видела утром на северном берегу. Здесь домики были построены из светлого камня, с большими окнами, в которых поблескивало стекло. Аккуратные низенькие заборы отделяли дома друг от друга, а во дворах виднелись клумбы и заросли винограда.

– Эту часть города построили еще триста лет назад. Они такие же старые, как и замок, – пояснил мужчина, заметив, с каким любопытством его спутница оглядывается вокруг.

– И так хорошо сохранились?

– На самом деле не очень, – признался он. – В те времена на острове был дух-Хранитель. Его магия защищала постройки от разрушения. Но то ли магия духа ослабла, то ли он вообще выдумка – сейчас жители сами заботятся о сохранности своих жилищ.

– А рыбацкая деревня?

– О, – Ормонд помрачнел, – когда людей на острове стало больше, чем домов, пришлось строить новые. Леса здесь, как видите, почти нет. Строительный камень своими силами никак не добыть. Пришлось использовать то, что море выбросило на берег.

– Остатки разбитых кораблей? – догадалась Диана.

– Да. Не самый лучший материал, но по крайней мере у этих несчастных есть крыша над головой.

Девушка ненадолго задумалась.

Они успели пройти вдоль улицы и спуститься к крайнему дому, стоящему чуть на отшибе, когда она все же решилась спросить:

– Скажите, почему люди там так бедно живут? Неужели местным властям все равно? Я сегодня ходила туда… Это ужасно. Они ловят рыбу для своего пропитания, но не могут ее продать или обменять на что-то другое. И все же, когда я подложила им работать за еду, они отказались!

– В этом нет ничего удивительного, – Ормонд толкнул калитку, пропуская Диану вперед. – Рыбаки, которых вы видели, были простыми вилланами до того, как попали сюда. Возделывали землю, платили дань своему сеньору и не задумывались о чем-то большем. Война с Даргасом заставила их бежать с насиженных мест.

– Так почему же здесь они не стали возделывать землю? – изумилась Диана. – Острову явно не хватает своих полей! Столько земли пропадает зря! Почему никто не выращивает злаки, фрукты и овощи?

– Зачем? – Ормонд посмотрел на нее с искренним недоумением. – На острове хватает еды и без этого.

– Хватает еды?!

Диана остановилась и убрала руку, которой все это время держалась за локоть ле Блесса. Она была охвачена таким возмущением, что даже не обратила внимание, где стоит.

– Ну, да. Его высочество всегда приходит из рейдов с богатой добычей. Всем жителям острова выдают щедрые пайки, а интендант следит, чтобы никто не был обделен.

– Да неужели! – Диана уперла руки в бока. – Какой благородный интендант! Как там его зовут? Кажется, граф ди Лер?

Ормонд кивнул. На его лице возникло настороженное выражение. Уж слишком странно вела себя девушка.

– Так вот что я вам скажу про вашего интенданта, – продолжила она резким тоном. – Он настоящий жулик и вор!

– Это серьезное обвинение, – нахмурился Ормонд. – Вы поймали графа на воровстве?

– Еще не поймала, но близка к этому, – кивнула Диана.

Мужчина окинул ее испытывающим взглядом.

– Вы должны понимать, что голословные обвинения не приводят ни к чему хорошему, – голос ле Блесса прозвучал холодно.

– Ладно, раз вы настаиваете…

Она закусила губу, собираясь с мыслями, а затем на одном дыхании выпалила:

– Я знаю, что часть добычи сразу забирают в замок, оттуда интендант раздает пайки населению. А остальное делят поровну между собой трактир Пьесов и Дом Утех. Точнее, должны делить! Но с некоторых пор трактир получает лишь крохи, а основная часть идет Дому Утех. Как вы это объясните?

– Хм… тем, что в Доме Утех больше посетителей?

– А вы не думали, что их там больше вовсе не потому, что у мадам Аруты лучше готовят или лучше обслуживают, а потому что ей достается лучшее вино и самые свежие продукты?

– Допустим…

– Но и это не все! – Диана пошла в разнос. Теперь она мерила шагами небольшой дворик. Деревянные подошвы ее сабо весело постукивали по каменным плитам, между которыми пробивалась трава. – Эти люди в деревне! Они явно недоедают. Почему никто не организует их и не заставит заняться земледелием? Здесь же полно земли!

Она обвела руками вокруг себя и продолжила с внезапным воодушевлением:

– Посмотрите! Вы сами сказали, что леса почти нет. Потому что тут везде были поля! Их до сих пор видно, пусть даже они заросли сорняками.

– И как вы себе это представляете? – озадаченный Ормонд потер подбородок. – У нас нет лошадей, которых можно впрячь в плуг, нет зерна для посева, нет…

– Ой, вот только не надо мне говорить, чего у вас нет! – вспылила девушка. – Ацтеки не знали ни лошадей, ни колеса, но при этом умудрялись прокормить империю с населением в несколько миллионов!..

Она резко замолкла, увидев, как расширились глаза ле Блесса.

– Ацтеки? – повторил он незнакомое слово. – Первый раз слышу такое название. Это ваша страна?

– Нет, – смутилась Диана. – Но это не важно. Я просто хочу сказать, что любую проблему можно решить, было бы желание. Близится осень, это хорошее время, чтобы посеять озимые. Это даже я знаю, хотя в жизни ничего не сажала!

Он с уважением посмотрел на нее:

– У вас было свое имение?

– Нет, просто я в школе училась, – буркнула девушка. – А у нас принято развивать детей всесторонне! В общем, я собираюсь поймать этого графа и высказать ему в лицо все, что о нем думаю. А если не поможет, то пойду к вашему принцу. В конце концов, дерьмовый он правитель, если не видит, что творится у него под носом!

– Не стоит так отзываться о его высочестве, – на лицо бывшего капитана набежала тень. – Когда он вернется, я лично доложу ему о ваших подозрениях.

– Думаете, это поможет? – фыркнула Диана. – По-моему, ваш принц занят исключительно своими проблемами. Ему плевать на людей.

– Но вы же собрались идти к нему? – ле Блесс слегка улыбнулся.

Стоящая перед ним девушка напоминала сердитого, нахохлившегося воробья.

– Да! Исключительно, чтобы высказать все, что думаю по поводу его правления!

– Не уверен, что вас к нему пустят. В замок вообще мало кого пускают. Но обещаю, что при первой же возможности лично поговорю с его высочеством. Если окажется, что ди Лер виноват – он будет наказан.

– Спасибо, – выдохнула Диана с некоторым сомнением.

Но это было лучшее, что она могла услышать от ле Блесса. Самой ей ничего не изменить. Он прав: ее даже в замок не пустят. А он действительно может помочь, по крайней мере, встретиться с ди Лабардом и все ему рассказать.

– Ну, теперь займемся вашим заказом, – улыбнулся Ормонд и указал на небольшое строение. – Это моя мастерская.

Мастерская снаружи выглядела как обычный сарай из крепко сбитых досок. Впрочем, внутри тоже всё оказалось просто, даже аскетично. Стены были завешены инструментами. В углу стояли доски разной длины и ширины. Простой деревянный стол, на котором крепился какой-то инструмент, усеян опилками. Табуретка была одна, и ле Блесс услужливо предложил её даме.

Диана села, поправив платье, и вежливо произнесла:

– У вас тут очень симпатично.

Ормонд хмыкнул, но не стал спорить с женщиной. Он вообще редко возражал, не перебивал и умел не только слушать, но и услышать сказанное. Идеальный мужчина! Эх, если бы ему лет на десять поменьше…

Ле Блесс достал из ящика стола несколько листов бумаги, грифель, разложил на столешнице, предварительно смахнув с неё опилки, и предложил:

– Может, вы нарисуете вывеску, какой хотите её видеть?

Диана немного смутилась.

– Я не слишком хорошо рисую.

А потом подумала: ну и что? Даже если она изобразит какую-нибудь загогулину, это ведь не ей потом переносить на дерево и вырезать. Главное, объяснить мастеру, что ей хочется здесь увидеть.

Поэтому Диана быстро начертила прямоугольник, который изображал границы вывески, и начала пояснять.

– Вот тут я вижу корабль, – девушка концом грифеля, пачкающего не только бумагу, но и пальцы, попыталась вывести нечто напоминающее бриг с парусами, коль уж у них здесь ещё не изобрели пароходы.

Получалось не очень, но ле Блесс по-джентельменски молчал. Диана то и дело поглядывала на него, отслеживая реакцию. Но губы мужчины ни разу не дрогнули в улыбке.

Убедившись, что над ней не смеются, девушка продолжила свою изобразительную деятельность.

– Пусть первая буква будет такая… извилистая, – она подобрала слово для закруглений, которые часто встречались на деревянных вывесках старых европейских городков.

Впрочем, изображённое ею мало напоминало то, что Диана видела. Но это уже проблема ле Блесса – нарисовать, как надо. И всё же она пояснила, смущаясь и откладывая грифель:

– У меня несколько криво получается…

– У вас получается замечательно, – Ормонд взял её испачканную руку и поднёс к губам.

Поцелуй был таким мимолетным, что Диана не успела ни удивиться, ни возмутиться, ни одернуть руку. А в следующий миг Ормонд сам ее отпустил и взялся за грифель.

Он начертил ещё один прямоугольник и начал рисовать. Девушка следила за ним, широко распахнув глаза. Ей всегда нравилось наблюдать за отточенными движениями профессионалов своего дела, причём даже не важно было, что именно за дело.

Работа в руках ле Блесса спорилась. Парусник приобрёл очертания и почти наполовину выбился за пределы рамки, как будто ему не терпелось скорее покинуть вывеску и отправиться в настоящее плавание. Первая буква наезжала на корму, а остальные стояли за ней рядком. Завитки, тянувшиеся по низу названия, были похожи на волны.

– Не знаю, совпадает ли ваше видение с моим, но я представляю это примерно так, – закончив, ле Блесс подвинул к ней рисунок.

– Я бы не смогла придумать ничего лучше, – выдохнула Диана, рассматривая получившийся макет. – Ваш “Титаник” прекрасен.

– Это вы меня вдохновили, – глубоким тоном произнёс Ормонд и, слегка смущаясь, добавил: – Госпожа Диана, вы позволите нарисовать ваш портрет?

– Портрет? – она задумалась. Вот только портретов ей и не хватало. – Не знаю, получится ли найти на это время с моим графиком…

Ле Блесс извинился за назойливость и больше не настаивал. А Диане внезапно захотелось, чтобы её портрет увидели некоторые венценосные знакомые Ормонда…

– Я передумала, господин ле Блесс, и с удовольствием буду вам позировать. Конечно, в свободное от работы время, – решилась она.

Ормонд просиял, будто девушка сделала ему ценный подарок.

Всё же удивительный мужчина, решила Диана. Как жаль, что кроме тёплых, почти дочерних чувств, он в ней ничего не вызывает.

***

Время в мастерской бежало незаметно. Когда ле Блесс провожал девушку обратно в трактир, окончательно стемнело. Хорошо, что у него был фонарь, чтобы осветить путь. Иначе Диана обязательно поскользнулась на влажной от росы тропинке.

В этой части острова стояла оглушительная тишина. Только стрекот сверчков да шелест волн нарушали её.

– Как же у вас здесь хорошо, – вдохнула полной грудью Диана.

Она понимала, почему ле Блесс решил поселиться тут, на отшибе. Диана и сама бы не отказалась иногда побыть в тишине. В трактире её никогда не было. Даже ночью то пели петухи, то доносились с улицы пьяные голоса.

– Буду рад поделиться с вами своим уединением, – без слов понял её Ормонд.

Он проводил девушку до крыльца трактира. Посмотрел, как она открыла дверь заднего хода и прошла внутрь, а затем развернулся и двинулся домой. Настроение впервые за долгое время было замечательным. Он даже принялся что-то насвистывать себе под нос.

Диана захлопнула за собой дверь и сделала пару шагов в полной темноте. Уже протянула руку к крюку, на котором всегда оставляли фонарь. Но тут на неё опустилась какая-то пыльная тряпка, забила нос, спеленала руки. А следом на голову обрушился первый удар.