Глава 22

Камчатка, шахты близ анклава Драссиан

Свет тактических фонарей скользит по влажным стенам, покрытым чёрной плесенью. С потолка медленно падают капли, разбиваясь о металл глухими, монотонными ударами. Запах пороха, крови и сырости витает в воздухе, смешиваясь с гарью после короткого боя на подступах. Потери минимальны, гораздо меньше, чем ожидал Микаэль, но напряжение не спадает, — напротив, оно только усиливается.

Через несколько минут группа офицеров останавливается перед массивными стальными дверями с потёртыми предупредительными знаками. За ними находится резервный командный пост управления ракетным вооружением. Оказавшись внутри, бойцы мгновенно занимают рабочие места, активируя терминалы и подключая оборудование.

— Командир, объект под нашим контролем, — докладывает капитан Рейнольдс, снимая шлем и устало проводя рукой по мокрым от пота волосам.

— Техники работают над взломом пускового комплекса. Сопротивление противника минимальное, похоже на отвлекающий манёвр.

— Выставить дополнительные огневые точки, удвоить наблюдение, — немедленно отдаёт распоряжения Фостер, беглым взглядом осматривая небольшое помещение и решительным шагом приближаясь к столу. — Возможно, Аристей перебросил основные силы на другое направление, — после секундной заминки добавляет он и переводит взгляд на техника: — Какова текущая ситуация с пуском?

— Зафиксирован отложенный старт следующей партии ракет, — отчитывается тот, не отрывая взгляда от монитора. — Цель: Полигон. Пытаюсь перехватить управление и отменить запуск.

Микаэль ощущает, как в горле застревает комок. Удар по Полигону будет катастрофой. Еще одной катастрофой в веренице уже случившихся… Черт.

— Сделать всё возможное, лейтенант, — голос Фостера звучит твёрдо и решительно. — Блокировать доступ противника к системе управления пуском ракет любой ценой.

— Связь с отрядом Дерби оборвалась, — нервно сообщает офицер связи. — Последний эфир — подполковник Белова, она сообщила, что их окружили.

— Эрик справится, — уверенно произносит Фостер, убеждая скорее себя, чем окружающих. — Мы бывали и не в таких передрягах, и, как видишь, живее всех живых. Дерби тупым монстрам не по зубам.

Связист прикладывает руку к наушнику:

— Командир, срочное сообщение из Астерлиона.

— Дайте связь, — немедленно реагирует Микаэль.

— Командир Фостер, это офицер Вейнс, ответственный за оборону, — звучит напряжённый голос. — Часовые зафиксировали крупное скопление падальщиков. Я лично вижу их с наблюдательной башни. Белый вождь не отвечает на вызовы. Прошу разрешения на открытие огня на поражение и эвакуацию гражданских.

Микаэль не медлит:

— Огонь на поражение разрешаю. Гражданских немедленно в укрытия!

Фостер с облегчением выдыхает, на мгновение поверив, что ситуация под контролем. Однако в следующий миг сердце его резко сжимается: на фоне эфира отчетливо звучит голос Илланы. Спокойный и твёрдый, с привычной для неё командной ноткой, от которой у Микаэля холодеет спина.

«Твою ж мать, какого черта ей не сидится с детьми, как другим женщинам анклавов? — проносится у него тревожная мысль. — Эрик головы всем поотрывает, если с ее рыжей шевелюры упадёт хотя бы волос».

Микаэль резко поворачивается к связисту:

— Почему жена главнокомандующего не в Бастионе? Сейчас же эвакуировать!

Не успевая получить ответ, он уже слышит её голос:

— Я не брошу своих людей! Приказы мне отдаёт только Эрик Дерби.

— Пока твой муж недоступен, приказы отдаю я! — резко отрубает Фостер, чувствуя нарастающие раздражение и тревогу. — Ила, немедленно в укрытие!

— Пока Эрик сражается в логове врага, городом управляю я, — резко парирует Иллана, давая понять, что не отступится.

— Ты отвечаешь за социальную сферу, а не за военные операции! — голос Фостера гремит, он с трудом сдерживает бушующие эмоции. — Ила, детям нужна мать, а не очередной герой, павший в бою! Эрик никогда бы не позволил…

— Мой муж никогда не относился ко мне, как к беспомощному ребёнку, — перебивает Иллана, и в её голосе звучит ледяная решимость. — Он всегда верил в меня, и я не подведу его сейчас.

— Ила… — пытается возразить Микаэль, чувствуя, как тревога всё глубже впивается в его сердце.

— Все под контролем, Фостер. Астерлион надежно укреплен. Его стены выдержат натиск шайки жалких убийц, — уверенно заявляет Иллана.

Затянувшийся спор резко прерывается внезапным залпом выстрелов. Голос Илланы тонет в шуме и хаосе боя. Долгие мгновения лишь треск помех и хаотичные выкрики бойцов доносятся до Микаэля, усугубляя его тревогу и усиливая ощущение надвигающейся беды.

— Ты это видишь? — срывающимся голосом произносит Иллана кому-то рядом, её дыхание сбито, в интонации отчётливо слышен неприкрытый страх.

— Что происходит, Ила? — почти срываясь на крик, требует ответа Микаэль, пальцы его с силой впиваются в край стола.

— Шершни… Их тысячи, Фостер… Они идут прямо на нас. Нам не устоять, если их цель не падальщики, а город! — Иллана с трудом контролирует голос, в её словах слышатся обреченность и непривычное для нее бессилие. — Микаэль, нам нужна помощь!

Фостер застывает на мгновение, стремительно перебирая в голове вероятные сценарии. Прежде шершни никогда напрямую не атаковали города. Аристей направлял их исключительно на разрозненные группы падальщиков, подступающие к стенам анклавов. Возможно, и сейчас цель мутантов — именно они, но в свете последних событий рассчитывать на подобный расклад слишком рискованно. Остается единственный разумный вариант — запросить срочное подкрепление из Севрина, расположенного в трёхстах километрах от Астерлиона. Но это несколько часов пути…

— Вейнс, немедленно, связаться с Севрином! Запросить экстренную поддержку! — резко командует Микаэль, голос его звучит жёстко и уверенно, хотя в глубине души он понимает, насколько малы шансы успеть вовремя.

— Мы столько не продержимся, командир, — мрачно отзывается офицер. — Шершни слишком близко.

— Докладывайте обстановку детально! — требует Фостер.

— Мутанты прорвали позиции падальщиков. Те бегут в панике, шершни разрывают их на части, не останавливаясь и не снижая скорости, — чеканит офицер. — Они движутся прямо к стенам города.

— Открывайте огонь! Удерживайте периметр!

Непрекращающийся шквал выстрелов и грохот от взрывов полностью заглушают эфир. В этом паническом гуле едва различим шёпот Илланы, проникающий прямо в душу:

— Он должен победить, Мика… Я знаю, что он победит… Передай ему, что я люблю его… бесконечно… — её голос затухает, оставляя горькое «прощай» повиснуть в пустоте.

Микаэль недвижим, словно парализованный ледяным осознанием непоправимого. В ушах пульсирует тишина после прерванного эфира связи, и он ясно понимает: теперь остаётся лишь надеяться на чудо.

— Командир? — осторожный голос капитана Рейнольдса выводит его из оцепенения. — Что дальше?

Фостер судорожно втягивает воздух, сердце бьётся оглушительно громко, отдаваясь звенящим эхом в ушах. Он тяжело сглатывает, усилием воли возвращая себе самообладание:

— Продолжать держать позиции. Усилить наблюдение и немедленно сообщать обо всех изменениях обстановки.

— Так точно, — отвечает Рейнольдс, начиная отдавать команды, но его прерывает сообщение офицера наблюдательного поста по внутренней связи:

— Командир, срочный доклад! Множественные группы мутантов обнаружены на западном направлении, расстояние менее двух километров и быстро сокращается!

— Подразделениям немедленно занять рубежи на западе и организовать резервные позиции! — отдаёт распоряжения Микаэль, стараясь скрыть тревогу и сохранить уверенность в голосе. — Сдерживать их столько, сколько получится!

В эфире раздаются резкие команды. Солдаты занимают оборону, оружие приводится в боевую готовность. Напряжение вокруг нарастает. Техники сосредоточенно продолжают работать с управляющим терминалом, быстро вводя команды и анализируя поток данных на экранах. На их лицах застыло напряжение: все понимают, что теперь счет идет на секунды.

Внезапно пронзительный сигнал тревоги оглушает техническое помещение, заливая все вокруг красным светом. Взгляды офицеров и бойцов прикованы к центральному дисплею, на котором мигает предупреждение, сопровождаемое механическим голосом системы:

— Внимание! Запущен обратный отсчёт: шестьдесят минут до активации арсенала. Пятьдесят девять минут пятьдесят девять секунд… пятьдесят восемь… пятьдесят семь…