Глава 13

Огонёк пульсировал. Он медленно плыл по воздуху, разгоняя тьму яркими искрами, и манил за собой. Там, где пролетал сполох, проявлялись вырезанные в стенах символы − знаки Последних: они вспыхивали и гасли, открываясь взору на краткий миг.

− Пошли. − Ничтоже сумняшеся, Яромир последовал за подарком супружницы, как за путеводной звездой.

Горыня засопел, набычился, но спорить не стал. Сунул меч в ножны и побрёл следом. Заартачился только, когда огонёк влетел в разинутую пасть поверженного Вийпуна.

− А если ловушка? − Пятый замер у самого зёва.

Яр выразительно глянул на младшего и без тени сомнения шагнул вперёд.

Под сапогом хрустнуло. Мерзкий запах ударил в нос, и свет путеводной искры озарил гниющее нутро великана.

Кости… Человеческие кости. Целые горы костей. Пробитые черепа пялились пустыми глазницами. Торчащие рёбра напоминали клети. Оторванные, покрытые ошмётками полуразложившейся кожи, длани сжимали ржавые мечи. Повсюду валялись заплесневелые треснутые щиты, сломанные копья, звенья кольчуг и бармиц.

Ледорез брёл среди останков, осторожно переставляя ноги. Кто они, все эти люди? Кем были? Случайными жертвами или просителями, как Хасанайоно из Виивиной байки? И, если так, дал ли Вийпун им то, чего они жаждали, или сожрал без долгих прелюдий и пустопорожних посулов.

Кто знает…

− Смотри! − громко шепнул Горыня, резко нагнулся и выпрямился. В руке парня слабым отсветом блеснула сталь. − Кинжал… Совсем как новый.

− Мародерствуешь? − с нарочитой строгостью вопросил Яромир.

Пятый растерялся. Заморгал. Покраснел. Даже рот приоткрыл, намереваясь, видимо, оправдаться. Да так и не смог выдавить ни слова.

Яр выхватил у него опасный трофей.

Короткое, похожее на зуб крокозавра лезвие удивления не вызвало. А вот рукоять…

− Мамонтов бивень, − безошибочно определил Марий.

− Лютоморцы мамонтов чтут… − пробормотал Ледорез, задумчиво разглядывая клинок. Горыня удивлённо посмотрел на него, но догадался промолчать.

− Смотри, там руны. − Полумесяц прищурился. − Видишь?

Путеводный сполох замер прямо над их головами, и Яромир разглядел истёршийся знак: косой крест с поперечной перекладиной.

Символ неотвратимого рока…

Яр провёл по знаку большим пальцем. Нахмурился. Жители Стылых равнин не стали бы чертить такое на своём оружии − не их божество. А вот Ущербные…

Хасанайоно пошёл к великану и сгинул там. Сожрал его Вийпун…

Вот ведь.

Недолго думая, Ледорез сунул кинжал за пояс.

− Ты что, хочешь его забрать? − Горыня уставился на него так, будто морда узорами покрылась.

Отвечать Яромир не счёл нужным. Развернулся и двинулся следом за колдовским огоньком.

− Но… нельзя же! − Пятый нагнал его и схватил за локоть. − Это ж грех великий, у мертвяков брать! Если Мастер узнает…

Ледорез скрежетнул зубами.

− Побежишь рассказывать сразу, как выберемся?

− Я? − парень явно растерялся. Зарделся. Замялся. Глаза отвёл. − Нет, но… Ну…

− Коли хочешь − беги. Твоё дело. Мешать не стану. Поведаешь про кинжал, а заодно и про меня с Хозяйкой. Тебя ведь за тем и приставили. Так?

Пятый понурил голову.

Яр фыркнул, вырвал руку и вознамерился продолжить путь, но Горыня не дал: остановил взглядом и словом.

− Погоди! − парень смотрел так, будто хотел заглянуть в самую душу. − Хозяйка… Она… Околдовала тебя?

− Нет.

Надежда в телячьих глазах поугасла, но не до конца.

− Опоила?

− Нет.

Горыня нахмурился.

− Силой заставила?

Ледорез ответил взглядом.

− А что же тогда? − не унимался Пятый. − Как так вышло, что ты стал ей мужем?

Яромир посмотрел на него. Вздохнул. Развернулся и зашагал вперёд, оставив парня стоять истуканом.

− Ответь! − крикнул Горыня в спину. − Скажи правду, коли не трус!

Яр переглянулся с Марием и беззвучно выругался. Вот же…

− Люблю я её, ясно? − буркнул, не оборачиваясь.

Пятый не сказал ничего. С большой задержкой, он всё же тронулся следом: под тяжёлой поступью захрустели ссохшиеся кости.

Погружённые в угрюмое молчание и каждый в свои раздумья, они брели по каменному жёлобу целую вечность, пока чародейский сполох не вывел их к небольшому, похожему на барсучью нору, лазу.

− Давай первым, − буркнул Ледорез, отстёгивая ремень. − Застрянешь − подсоблю.

Горыня как-то странно посмотрел на него. Расставаться с ножнами парень явно не торопился.

Яр хмыкнул.

− Хотел бы убить, сто раз уже убил бы, − сказал он. − Так что, расслабься, выдохни и лезь в нору. Да пошевеливайся.

Однако Пятый не двинулся с места.

− Почему ты меня спас? − выдал он. − Зачем пришел к Ущербным? Ты же мог меня бросить.

− Мог, − спокойно проговорил Яромир, глядя Горыне в глаза. − Но не бросил.

Пятый открыл рот и тут же закрыл. Помрачнел. Ледорез мысленно матюгнулся.

− Лезь уже! − рявкнул он. − Пещеры осточертели.

***

После двух суток, проведённых глубоко под землей, болотный дух казался слаще летнего бриза. Узкий лаз длиной в версту отобрал все силы, и всё, о чём теперь мечталось − надышаться всласть. Даже хлынувший дождь не мешал.

Яромир лежал на топкой, заросшей мхом земле, подставив лицо холодным струям. Горыня распластался рядом. Грудь Пятого мерно вздымалась и опадала.

− Выбрались… − прохрипел он.

− Выбрались, − буркнул Яр. Вставать не хотелось, и он закрыл глаза, смакуя мгновения покоя.

− И… что теперь? − спросил Горыня, помолчав с минуту.

Ледорез вздохнул. Поднялся. Оправился и опоясался ножнами.

− Известно, что, − сказал, затягивая ремень. − Ты помчишься в Гильдию, докладываться Мастеру. − Не убивать же тебя, в самом деле. − Ну а я…

− Не помчусь, − перебил Горыня, сел и взъерошил влажные рыжеватые вихры пятернёй.

Яр переглянулся с сидящим на камне Полумесяцем и посмотрел на младшего.

− Не помчусь, − твёрдо повторил Пятый. − Ничего не скажу Мастеру о тебе и… о Хозяйке твоей. Клянусь Небесами. Клянусь всем, что мне дорого.

− Серьёзно заявление! − Марий внимательно посмотрел на парня. − И, похоже, не врёт.

− Если это плата за моё молчание, не утруждайся. − Яромир вытащил из кармана точило и, разместившись на валуне, занялся мечом: после схватки с гранитным чудищем сталь требовала особого ухода. − Я не из болтливых − о твоих приключениях с Ущербными никто не узнает. Никогда.

Пятый покраснел до корней волос. Вскочил.

− Не в том дело! − выпалил и тут же сбился с мысли. − Ну… то есть… В том. Но не только!

− А в чём же тогда? − Яр с интересом посмотрел на него.

− В том… − начал Горыня. − В том, что… Да какая разница, в чём? Решил я так, понятно?

− Решил так решил, − пожал плечами Ледорез и вернулся к своему занятию. − Твой выбор.

− Мой, − согласился парень и мрачно добавил: − Но знай, коли встретимся снова − пеняй на себя: всяк, кто с Хозяйкой знается − враг всему людскому. А людей защищать надобно. На то и Гильдия. Потому биться с тобой буду. Не на жизнь, а насмерть.

− Учту, − сказал Яромир со всей серьёзностью.

− А парень-то с характером, − проговорил Марий. − Сила, видать, не только в руках имеется. Знатный воин вырастет! Толковый. Если, конечно, не сгниет изнутри, за золото продавшись. Веришь ему?

− Верю.

− Что? − вскинулся Горыня.

− Ничего. − Ледорез отправил меч в ножны, и сунул точило в карман. − Покамест у нас перемирие, доведу тебя до Владивоя. Заночуешь там. Оклемаешься. А уж потом в Гильдию повернёшь.

− А ты?

− Двину на север, к Хрустальной косе, − без затей ответил Яр. Он лгал. Добраться до Закатной он задумал через перевалы. В разы опаснее, но гораздо короче. Однако сообщать кому-либо о своих замыслах не торопился. Ни к чему это. Особенно теперь. После всего…

Горыня понимающе кивнул.

− Ты уж береги себя, Ледорез.

Яр невесело усмехнулся.

− Чтобы тебе было, с кем сразиться насмерть?

Пятый шутки не оценил.

− Ты мне нравился всегда, − простодушно изрёк парень. − Не обижал никогда. С ножами управляться учил. На охоту брал. И на рыбалку зимой… Я всегда хотел стать таким, как ты, понимаешь? Смелым. Сильным. А ты… − голос его дрогнул. − Выходит, ты всю силу растерял, когда в Хозяйку проклятую втрескался. Ради неё Гильдию предал. И всех товарищей. Слабым стал…

Яромир скривил губы, опустил глаза и качнул головой.

− Любовь − не слабость, − сказал тихо, но твёрдо.

− А что же?

− Не знаю, − честно признался Яр. Будь он Марием, нашёл бы слова. Наверняка нашёл бы. Красивые. Правильные. Убедительные. Но он не был Марием. И говорить красиво не умел.

Однако изощрённые словеса не потребовались.

− Ты ещё можешь всё исправить. − Горыня поймал его взгляд. Карие глаза горели надеждой.

− Могу, − кивнул Ледорез. − Но не буду.

Пятый затих. Облизнул потрескавшиеся губы и прошептал:

− Скажи, оно того стоит?

Мгновение обернулось вечностью. Яр задумался так крепко, что, казалось, само время замерло. За долю секунды вспомнилось всё − от первой встречи в Рубежном лесу до последнего поцелуя в пещере.

Ледорез грустно улыбнулся.

− Да, − заявил с несокрушимой уверенностью. − Оно того стоит.