Глава 14

Лезвие вошло в рыхлое тело лобосты, как нож в колоб масла. Речная ведьма взвыла и выгнулась дугой, запрокинув уродливую голову, а серая плоть её превратилась в месиво гниющей тины. Яр пнул останки сапогом, и зловонный сгусток плюхнулся в воду, словно коровья лепёха. Течение унесло лобосту в туманную даль.

− Молодец, наймит. − Глава торгового каравана − дородный лысеющий бородач, облачённый в красно-золотой кафтан и соболью накидку − вышел из укрытия и хлопнул Яромира по плечу. − Дело своё знаешь.

Ледорез стёр с клинка чёрную кровь.

− Не впервой.

− Не шибко ты учтив, − хмыкнул купец.

− Хочешь учтивости, зови холуев. − Яр сунул меч в ножны и, цепанув нанимателя плечом, прошагал к носу драккара [1].

Ладья неспешно скользила по водам Закатной. Туман клубился над рекой, сползая с заросших рогозой крутых берегов. Широкий парус тосковал по ветру, а жёлтое солнце на нём скорей нагоняло тоску, чем вселяло надежду: седмица минула, как седая пелена затянула небо непроницаемым пологом. В такую погоду нечисть особенно лезла на рожон. В первую ночь ладью атаковали лырги, на третий день пришлось сразиться с рыбоголовыми ластошлёпами, а позавчера из речной пучины вынырнула лохматая лупоглазая шишига-ревунья. Яр снёс ей голову. А теперь лобоста − здоровущая и чрезвычайно уродливая серокожая великанша с отвислой грудью и длинными ручищами − кинулась, едва почуяв человечину. Прикончить её оказалось непросто: вой тварины оглушал, а взгляд внушал такой страх, что кормчий чуть не сиганул за борт. Если бы один из купцов не подхватил кормило, ладья разбилась бы в щепы, налетев на острые прибрежные камни.

− Думаешь, Горыня добрался до Гильдии? − спросил Марий, когда они остались наедине. От влаги чёрные волосы призрака завились тугими кольцами.

Яромир кивнул, созерцая, как мутно-зелёные волны расходятся под килем. Конечно, добрался. Владивой дал слово, что проводит парня до Пустоши, а уж там и баран не заблудится.

Главное, чтобы добравшись, удержал язык за зубами…

− Удержит, − уверенно заявил Полумесяц. − Не сомневайся. Пятый молод и наивен, но гнили и подлости в нём нет.

− В нём, может, и нет… − тихо проговорил Яромир, устремляя взгляд туда, куда несла свои воды Закатная.

Слишком хорошо он знал, как Мастер умеет выспрашивать…

Марий пожал плечами.

− Если Горыня проболтается, узнаешь первым, − покойник криво улыбнулся. − Тебя прикончат раньше, чем спустишься по сходням: Гильдия беспощадна к предателям, сам знаешь.

Яр облокотился о перила и тяжело вздохнул. Да уж…

Минуты текли медленно, как смола по стволу.

− Думал, что будет, когда раздобудешь ключи? − Полумесяц встал рядом и опёрся о борт, покрытый толстым слоем воска.

− Думал, − глухо отозвался Ледорез.

− И что надумал?

− Моё дело.

Марий покачал головой, тряхнув тёмными кудрями.

− Опять выпустил колючки. Экий дикобраз! Завязывай с этим: я тебя насквозь вижу, забыл?

− И что видишь? − Яр повернулся и уставился прямо на друга.

− Хозяйка получит свободу и вернётся туда, откуда пришла, − шёпотом изрёк призрак, − а ты…

Он осёкся.

− Договаривай, − хрипло потребовал Яр.

− Будешь страдать, − закончил Полумесяц. Он глянул цепко, выжидательно. Вперился глазами в самую душу. Так, что стало не по себе.

Врать не имело смысла.

− Буду, − честно изрёк Яромир. − Но она будет счастлива. Это важнее.

Он посмотрел другу в глаза, и Марий кивнул. Коротко, но с таким пониманием, что слова не потребовались.

На душе стало легче.

− Как думаешь, здесь щуки водятся? − с завидной беззаботностью выпалил призрак и опасно перегнулся через перила. − Из них бы вышло преотличное заливное!

Яр криво улыбнулся. Вот же стервец…

Причал шумел. Холопы с грузами сновали туда-сюда по деревянным настилам: катили бочки, тащили тюки да ящики. Счетоводы сверяли списки, купцы громогласно спорили с угрюмыми мытниками [2], сходни скрипели, серебро звенело, и гвалт стоял такой, что уши закладывало.

− Бахамуту бы понравилось, − многозначительно изрёк Полумесяц, и Ледорез сморщился.

Да уж. Прямо торгашеский рай!

Чтоб не платить рыночную мзду, барыги начали сбывать добро прямиком в доках, и тесная речная пристань взорвалась криками.

− Гвоздика! Гвоздика! Ароматная гвоздика! Полстакана за золотник!

− Шелка! Тамук-тарханские шелка! Лёгкие! Тоньше паутины!

− Северный мёд!

− Воск!

− Пенька!

− Икра белорыбья!

− Мамонтовы шкуры!

− Бивни! Кому бивни! Свежие бивни!

− Морожо-о-о-овый жи-и-и-ир!

− Пошли отсюда. − Яромир, набычившись, попёр через толпу. Марий зашагал следом, то и дело прилипая взглядом к диковинкам на лотках. Один раз даже сунул нос в сундук с пряностями, после чего громко чихнул.

− Румяна и белила!

− Сталь! Гномья сталь, какую носят наймиты!

Ничего себе!

Яр даже полюбопытствовал. Подхватил один клинок. Крутанул и тут же хмыкнул: кроме солнечных ликов, ничего общего у нарядных поделок с гномьей сталью не имелось.

− Бери-бери, добрый молодец! − подначивал хапуга. − Не пожалеешь! Морёный дуб рассечёт, как щепку!

Ледорез фыркнул, и торгаш расстроился: очень уж манил его толстый кошель, висящий у Яра на поясе.

− Не хочешь стали, возьми мех. Ты глянь, какой бобёр! Великолепный бобёр! Лучшего бобра на всём свете не сыскать!

Бобёр Яра тоже не прельстил. Он двинул дальше, но охочие до золота сквалыжники уже разглядели в нём жертву и наперебой галдели:

− Купи сапоги!

− Купи ножны!

− Сбрую и узду!

− Купи саблю тамук-тарханскую!

− Не хочешь саблю, бубликов купи. Или хоть пряников!

− Не жмудись, купи уже пряников, − с самым серьёзным видом посоветовал Марий. − И сосалку петушком. Две.

− Иди в… − начал Ледорез и осёкся. Откуда ни возьмись выскочил малец лет шести и, ухватив его за край плаща, бесцеремонно куда-то поволок.

− Милостивый государь! − верещал он. − Купи коня!

− Не нужен мне конь. − Яр вырвал плащ из рук пацанёнка.

− А кобыла?

Яромир аж вздрогнул. Мелкий пройдоха широко улыбнулся, подмигнул глазом с вертикальным зрачком и нырнул в толпу.

Твою ж ковригу!

Пришлось рвануть следом.

Ледорез работал локтями, пробираясь сквозь сутолоку, а впереди мелькала узкая спина мальчишки. Петляя по докам, как мышь по амбару, пацан знатно притопил и, в конце концов, вообще пропал из виду.

Погань!

− Сюда! − окликнул Марий. − Он свернул в тупик!

Яр нырнул туда, куда указал Полумесяц, на ходу обнажая кинжал, и… замер, как вкопанный. В безлюдном заулке стояла и стригла ушами… Каурая! Лоснящаяся, осёдланная, в полной сбруе, с заплетённой в косы и украшенной цветами да лентами гривой… При его приближении лошадь вскинула голову и фыркнула. Где, мол, тебя носило?

Ну и ну!

Ледорез спрятал оружие и ласково погладил животину по носу. Хмыкнул, качнув головой.

Ясно, чьи проделки.

Вот же…

− Сколько, оказывается, пользы от жены-колдуньи! − усмехнулся Марий. − С такой не пропадёшь.

Яромир криво улыбнулся и, сунув ногу в стремя, взгромоздился в седло.

Да, не пропадёшь…

Искать пацанёнка не стал − понятное дело, малец не человек даже, − двинул сразу к ближайшей корчме: срочно требовалось отметить воссоединение с кобылой парой порций тушеных потрохов и полугранцем хлебного кваса. Да и поспать часок-другой не помешало бы.

− И помыться, − ввинтил Полумесяц, вышагивая рядом.

"И побриться", − подумал Яр, потерев заросший колючей щетиной подбородок.

Единственная на всю округу корчма, в которой имелись свободные комнаты, звалась "Сытый кот", и здоровенный чёрно-белый котяра, самозабвенно вылизывающийся на крыльце, отлично гармонировал с вывеской. Яр спешился, небрежно бросил поводья расторопному конюшонку и отворил тяжёлую дверь. Колокольчик на балке приветливо звякнул.

Царивший внутри полумрак вполне можно было назвать уютным: очаг пылал, с кухни тянуло жареным мясом и выпечкой, пиво пенилось в огромных кружках, на стенах висели гирлянды чеснока и пучки ароматных сухоцветов. Да, здесь было бы вполне уютно, если б не одно "но"…

Вместо постояльцев в общей зале теснились ратники в серо-синих плащах и нарамниках с филинами. Вооружённые до зубов, они окружили Ледореза плотным кольцом. Трое встали позади, отрезая пути к отступлению, четверо по левую руку и столько же по правую. Остальные − где-то с полдюжины − выступили вперёд. Все, как по команде, обнажили мечи.

Нехорошо…

Яромир прищурился, но к ножнам даже не потянулся. Он впился взглядом в человека, сидящего за центральным столом.

Статный мужчина в тяжёлом соболином плаще и расшитой золотом карминовой тунике смотрел без злобы, но с интересом. Золотисто-русая борода его кучерявилась, а волнистые волосы ниспадали на плечи тугими завитками. Породистые черты − прямой нос, решительный подбородок, высокий чистый лоб и широкие скулы − удивляли правильностью. Тёмно-синие глаза смеялись. Красивый. Ладный. Без единого изъяна…

Яр мгновенно сообразил, кто перед ним. Марий тоже всё понял.

− Это он, − шепнул призрак. Уточнять, кто именно, не потребовалось.

Хотеней, разъети его гоблины!

Рука сжалась в кулак.

− Ну, здравствуй, Ледорез-наёмник, − лучезарно улыбнулся Пресветлый князь Перелесья. − Приспело время зазнакомиться.

1. Драккар − боевая или торговая ладья.

2. Мытник − сборщик податей (в том числе, торговых пошлин).