Глава 8. Желанная гостья

Я вскричал, недослушав, что бормотала Луна: "О, где вы, кроншнепа крик и чибиса зов? Мне ваша весёлая нежная речь так нужна, Пути нет конца, я тяжкую ношу несу..." Нет, не от ветра увяли листья в лесу - От снов моих, От снов моих, Которые я рассказал...

"Увядание листьев" Хелависа

Открыв глаза, Тали поняла, что находится в незнакомой комнате с высокими потолками, откуда свисали гирлянды хрустальных светильников, похожие на замерзшие ягоды дикого винограда. Пол устилали мягкие коричневые шкуры, а теплые на ощупь стены были обшиты незнакомым деревом.

— Кто здесь? - слабым голосом позвала Тали. - Чей это дом?

На круглом металлическом столике возле зеркала стояли цветы. Их темно-зеленые стебли несли мелкие листочки, полураскрывшиеся белые бутоны источали сладковатый терпкий аромат.

Но едва Тали коснулась бархатистого лепестка, как он тотчас съежился и упал на пол, рассыпавшись в прах. Шорох позади заставил ее резко обернуться. Одна за другой в комнату вошли три девушки. Похожи между собой, словно сестры – одинаково тонкие, бледные, с покорно опущенными глазами.

Тали кинулась к ним, чтобы расспросить о хозяевах, но девушки-тени молча взяли ее за руки и повели за собой. Повинуясь их знакам, Тали перешла в помещение для омовений.

Здесь пол был выложен мраморной плиткой, а из горлышка каменного кувшина, впечатанного в стену, лилась теплая вода. Ласково воркуя, ручеек спускался в маленький бассейн, наполненный до краев. Не произнеся ни слова, служанки помогли Тали снять одежду, распустили ее волосы и подвели к источнику.

Комната наполнялась розоватым паром, откуда-то сверху зазвучала грустная мелодия. Тали с наслаждением окунулась в теплую воду, подчинилась заботе странных прислужниц. Ее длинные волосы вымыли настоем трав, кожу напитали душистым маслом. Потом одна из девушек принесла тонкие легкие одежды и ларец с украшениями.

— Я не стану надевать кольца и цепи. Мне это не нужно. Возьмите себе, если хотите. Лучше отведите меня к хозяину.

Но все восклицания и вопросы были встречены бесстрастными поклонами. Предложив подарки, девушки отошли к стенам и замерли, превратившись в статуи. Тали коснулась их гладких рук и отпрянула в страхе.

"Какое печальное место! Надо искать выход, надо бежать..."

Дверь перед ней бесшумно открылась, и пройдя через широкий длинный коридор, Тали оказалась в других богато обставленных покоях. Сначала в глаза ей бросился растопленный камин, где вместо наколотых дров пылала половина сосны вместе с корнями.

Кейлас сидел на широкой белой шкуре у камина и даже не повернул голову на звук легких шагов.

Казалось, задумавшись, он даже не слышал, что к нему вошли. Немного поколебавшись, Тали просто решила сесть рядом. Какое-то время они смотрели на пламя, жадно лижущее добычу, слушали жалобный треск коры, следили за желтыми каплями смолы, стекающими по обугленным ранам древесной плоти.

Кейлас первым завел беседу:

— У тебя так много вопросов, что не знаешь с чего начать?

Тали вздрогнула и повернулась к нему, а потом в смятении отвела глаза и тихо ответила:

— Все это похоже на сон. Три дня назад ты хотел убить меня, а сейчас относишься так, словно я - желанная гостья. Ты назвал свое имя, но не сказал кто ты – человек, обладающий древним знанием или дух, способный принимать разное обличье. Откуда ты знаешь мою мать и зачем я здесь?

Выслушав ее с серьезным видом, Кейлас вдруг улыбнулся, вытягиваясь во весь рост на белой шкуре.

— Я - тот, чье имя не смеют произносить вслух даже мои слуги. Я вершитель их судеб, я их повелитель. Они еще называют меня Господином и молятся мне наравне с Рогоносным. Им ведь все равно перед кем трепетать, так уж они устроены - вечно всего боятся. Как только не надоест!

Внезапная догадка заставила Тали отшатнуться:

— Так, ты и есть Повелитель скрещенных дорог - хозяин Сумрачной долины?

Глядя на ее растерянное лицо, Кейлас грустно рассмеялся. Он снова сел рядом с Тали и, наклонив голову к плечу, открыто любовался смятением.

— А каким ты ожидала увидеть здешнего Господина? Жутким чудовищем вроде Рогоносного или Харне?

— Уже не важно! Раз теперь я здесь, ты снимешь проклятье со Светлого мира? - порывисто воскликнула Тали.

— О да, несомненно! Как пожелает моя госпожа.

Кейлас церемонно кивнул, но глаза по-прежнему смеялись, вызывая в ней необъяснимый трепет.

— Почему ты назвал меня так? Мой отец простой кузнец и мать…

Голос Тали дрогнул:

— … мать тоже была простой женщиной. Милой и доброй. Но ты приговорил ее к смерти. Ты...

— Возможно, тебе уготована другая участь. Да, мне кажется, я готов на это пойти. Кто мне запретит?

Казалось, он разговаривал сам с собой. Слуги внесли подносы с кушаниями, но она едва прикоснулась к еде. Нет, не таким представлялся ей повелитель Сумрачной долины. Демон должен быть безжалостным существом – порождением Зла. Внушать лишь ужас и отвращение.

Но разве эти чувства испытывала Тали, находясь рядом с Кейласом? Она напрасно искала в себе хоть какие-то следы ненависти - вспоминала все самое жуткое, что слышала о Господине, о его желании захватить Трон, о мосте из человеческих душ.

Разве сидевший перед ней мужчина мог быть безжалостно жесток и расчетлив? Кейлас спас ее, тогда – в доме Слуги. Может, лишь затем, чтобы использовать дальше в своих коварных замыслах. Ему доверять нельзя.

"Быть может, он нарочно хочет меня обольстить, чтобы я согласилась отдать свою душу добровольно. Он - демон, он порождение Мрака. Его человеческий облик обманчив".

Ровный, слегка хрипловатый голос Кейласа прервал раздумья Тали.

— Хочешь знать, где мы находимся? Так вот, - это мой замок между небом и землей, на границе миров. И хотя он древнее Ледяной горы и Змеиных пещер, простоит еще не одну тысячу лет. Да… эти стены создавались не смертными. Я надеюсь, тебе здесь понравится, ведь ты видела многие его чудес.

— Говоришь так, будто я должна остаться здесь надолго? Зачем? - устало спросила Тали. - Не лучше ли решить наш спор сразу.

— Я ждал тебя много лет. Сначала был разгневан бегством Избранной, потом стало казаться, что лишь она может придать цепи прочность. Я измучился ожиданием и почти потерял надежду. И вдруг появилась ты. Теперь не хочу спешить.

Кейлас поднес к губам ее руку, и Тали ощутила вдруг незнакомое прежде волнение, в груди стало нестерпимо горячо от затрепетавшего сердца. Отчего же именно теперь, разве есть время для подобных чувств.

— У тебя маленькая рука – смотри, как легко умещается в моей.

В его голосе послышалась нежность. Досадуя на свое смущение, она осторожно освободила пальцы из крепкой ладони и отвернулась к огню. Тогда Кейлас поднялся и подошел к занавешенному окну.

— Я не помню, где и когда родился. Порой мне кажется, что я жил всегда. Мой отец владел Сумрачной долиной испокон веков, и эта власть перешла ко мне по наследству пару столетий назад. Свою мать я никогда не знал, но вопрошал о ней Беральдов – Стражей Седьмого Дома. Мне сказали, что она была смертной. Пусть так – время давно засыпало песками ее имя.

— И ты всегда жил здесь?

— О, нет, дитя! Когда – то моим домом были развалины Пчелиного царства, потом я учился в Змеиных пещерах. Ты не сможешь себе представить, но я побывал в каждой из четырех Сторожевых Башен. Я беседовал с Хранителями Стихий. Мне открылись все тайны маленького мира, стали известны законы земли за далеким северным ветром. Я очень много видел и много знаю, Тали. Я могу тебе рассказать, хочешь?

— Зачем? - прошептала она.

И вдруг догадалась.

— Тебе одиноко среди заколдованных стен? Ты намерен со мной поиграть перед тем, как лишишь жизни?

— Еще пару дней назад ты была храбрее. Готовилась отдать себя без остатка, - с холодной усмешкой заметил Кейлас.

— Что ж, если такова цена спасения моего мира - я готова тебя развлекать. Говори!

— Звучит, словно повеление, - одобрил Кейлас.

В темных глазах плясали лукавые искорки.

У Тали перехватило дыхание. Мужчина перед ней был опасен. И очень красив.

"О, лишь бы голос мой не сорвался, лишь бы не дрогули губы..."

— Ты назвал меня госпожой. И сказал, что я могу тебя не бояться. Ты сдержишь слово? Или у него есть свой срок?

— Срок есть у всего живого, ты же согласна.

— И ты не вечен, Кейлас? - тихо проговорила она, стараясь не отводить взгляда от его переменчивых глаз.

— Мы все вечны, девочка, только меняем форму.

— Расскажи...

— Ты просишь или приказываешь?

— Как тебе угодно. Я попытаюсь понять.

Прикрыв глаза, полулежа на теплой шкуре, слушала она его удивительные рассказы. Незнакомые имена рисовали в ее живом воображении причудливые картины, с лихорадочной быстротой сменявшие друг друга. Тали будто наяву видела спокойное море, словно из зеленого стекла, и полную белую луну над водой.

Тали слышала биение могучих крыльев царственного Орла – Владыки Небесного свода. И вот опаляющий удар молнии рассекает раскаленный воздух, вот Солнечный шар прячется за темные тучи. Сухие листья один за другим слетают с дерева Жизни.

Стонет земля и дрожит, словно в родовых муках и, наконец, с грохотом раскрывает свои недра, выплескивая раскаленную лаву. Беспокойно спалось Тали этой ночью в замке Кейласа, но будут ли добрее к ней дни?

Порой ей казалось, что она все еще спит и эти дни только странные сны, неспешно идущие один за другим. Тали и впрямь быстро привыкла к новому жилищу, привыкла к заботе слуг, цепенеющих к вечеру и оживающих к ее пробуждению, к изысканным кушаньям и роскошной обстановке.

Она читала старинные книги, открывая для себя удивительные истории, бродила по саду из высоких деревьев с мелкой, темно-зеленой листвой. Еще стала рисовать и вышивать, перенесенные на ткань свои собственные рисунки. Кейлас приходил к ней почти ежедневно, и Тали едва сдерживала радость, увидев его снова.

Но когда его не было рядом, он существовал в ее мыслях. Тали до сих пор не могла разобраться в своих чувствах к этому человеку ли демону – не разгадала тайну его происхождения. И тогда решила просто понять его, оставшись в замке на положении дорогой гостьи.

Но что же хотел от нее сам Кейлас? Какова ее роль в его игре? Она смутно понимала, что нужна ему. Не придется ли делать чудовищный выбор?

Пока ее никто не торопил.