Глава 15

Я стояла на узком крылечке приюта и, прикрыв веки, наслаждалась ласковым солнышком. Вдруг благодатную тишину разорвал утробный душераздирающий рёв, от которого будто дрогнула сама земля. Сердце моё сжалось в тревоге, а взор устремился к стоявшему плотной стеной лесу. Я летела между деревьями, задевая хрупкие тонкие ветви, хлеставшие по лицу. С них тут же осыпались капли подтаявшего снега и падали под ноги. Скорость была просто невероятная! Перед глазами мелькали стволы, кусты, размазываясь и сливаясь в одно неясное пятно. Вдруг куда-то исчез свет и стало страшно темно. И в этой непроглядной тьме, возникшая из ниоткуда яркая вспышка на мгновение меня ослепила. Я резко остановилась, замерев над поляной. Что-то не так. Мир подёрнулся рябью, в итоге заиграв красками, в свете которых я увидела трёх охотников. Они с разных сторон осторожно приближались к огромному тёмному холму. Приглядевшись, безмолвно ахнула: то был не холм, а косматая бурая медведица. Откуда-то я точно знала, что это самка. Она тяжело и хрипло дышала, выпуская из гигантских чёрных ноздрей клубы пара. – Великолепный образец, – восхищённо молвил один из охотников. Второй заходил с другой стороны. Над собой он занёс длинное копьё, целясь животному в пульсирующую шею. – Осторожнее! Шкуру не задень! В голову, давай, в голову! – А-а-а-а-а-а! Медведица, чувствуя скорую гибель, протяжно заревела. Моё сердце затопила такая тоска, что стало больно дышать. Острие копья с противным чавкающим звуком вошло в тело хищницы,  пронзив его насквозь. Некогда девственно-чистый снег мигом окрасился в алый цвет. Зверь издал свой последний, смертельный хрип и, повернув голову в мою сторону, рухнул на стылую землю, конвульсивно дёрнувшись несколько раз. Зрачки потускнели, жизнь покинула могучее тело навсегда. Охотники с пьяным хохотом победно обошли по кругу свою добычу. Один из них достал нож и склонился над медведицей. Я зажмурилась и отвернулась. Не хочу это видеть… Боль, что жгла душу, с каждым мгновением становилась всё сильнее, ввинчиваясь штопором в моё естество, стремясь прорваться насквозь. Мир вокруг закрутился, завертелся, стал мутным пятном. В этом вихре я успела приметить кусты, из-за которых с опаской выглядывал маленький медвежонок. И кусты, и зверёк были настолько чёткими и реалистичными, будто я видела их перед собой вживую. Пушистый милый малыш рассеянно глядел по сторонам и дёргал носиком в поисках знакомого запаха. Неожиданно он запрокинул голову и впился в меня пристальным умным взором. Я вздрогнула от неожиданности. Пробежавшие по коже мурашки не были похожи на наваждение. Его глаза словно говорили со мной. Медвежонок робкой поступью направился ко мне. Видя, что я остаюсь на месте, он разогнался и прыгнул… Глубокий испуганный вдох – и вот я распахнула глаза, уставившись в уже ставший привычным потолок моей комнаты в приюте. Поведя глазами, убедилась, что права: всё то же – кровать, комод, обувь на полу. А в отражении мутного зеркала на меня глядела испуганная Брианна. То есть я. Сон. Это был просто ужасный сон. Надо же. Какой яркий, наполненный тревогой. Поднявшись, подошла к окну, за толстым неровным стеклом которого стояла ночь, глухая и непроглядная. Вернувшись в кровать, повернулась на другой бок и вновь закрыла глаза, где-то через четверть часа всё же забывшись неспокойной дрёмой. Меня разбудили громкие возбуждённые мужские голоса. Наскоро одевшись, выскочила на кухню: Норм носился по помещению, заглядывая в каждый угол. Бен также был заметно взволнован: – Может быть, в сарае? Посмотри в сарае! Норм кивнул и выскочил на улицу. Я недоумённо потёрла глаза:– Что происходит? Дженни с восторженной улыбкой подбежала ко мне и схватила за плечи: – В яму попал зверь! Дикий! Я встревоженно прищурилась, вспоминая недавнее наваждение. – Что ещё за зверь? Бен коротко ответил за подругу: – Медведь. Схватил кочергу у очага и быстрым шагом вышел вслед за Нормом. Ноги мои подкосились, и я едва не упала от волнения. Голова закружилась, а желудок сжался в приступе тошноты. Я буквально рухнула в кресло и схватилась пальцами за виски. – Вам нехорошо, мисс Бри? – брови воспитанницы изогнулись домиком, лицо отразило нешуточную тревогу. – Воды, – прохрипела пересохшими губами я. Дженни метнулась к тазу, зачерпнула жидкости и поднесла мне деревянный щербатый ковш. Пара крупных глотков, вода, бегущая по подбородку, остудили пламя в груди. Медвежонок! Вспомнив о главном, поспешила подняться. Оделась и выбежала во двор. Я неслась через лужи в сторону леса. Ноги увязали в смеси мокрого снега и грязи. Впереди эхом, пугая птиц, разносились крики мальчишек. Норм с длинной заострённой палкой прыгал по краю ямы, выбирая, с какого бока лучше напасть. Бен проделывал то же самое с другой стороны, обхватив двумя ладонями кочергу. – Стойте! Вы же его пугаете! Они удивлённо на меня обернулись. – Его надо прибить, леди Бри. Иначе его визг услышит мамаша и тогда нам всем тут не поздоровится! Я медленно подошла к ловушке. Мягким касанием опустила поднятое вверх оружие ребят и склонилась над чернеющей дырой. – Что вы делаете? Бен выставил руку и попытался оттолкнуть меня назад. – Погоди, – одёрнула его я, в моём голосе прорезались стальные нотки, удивив всех окружающих и меня саму. На дне ямы сверкнули жемчужинки глаз моего ночного видения. Я не чувствовала от малыша никакой угрозы. Лишь смятение и страх. А ещё надежду, на меня направленную. Сев на колени с края ямы, опустила руку вниз и простёрла ладонь над темнотой. Оттуда исходило тепло. Норм снова рванулся было вперёд, но резко остановился, с изумлением наблюдая за моими действиями. Под моей рукой показалась верхушка чёрного мокрого носика. Медвежонок встал на задние лапки и вытянулся так сильно вверх, насколько мог. Передние лапы перебирали по скользким стенкам ловушки, в которую он угодил. Со вздохом я опустила руку и повернулась к ребятам. – Никто сюда не явится. Он один. – Откуда вы в этом уверены, леди Бри? – почесал макушку Бен. – Осторожнее, леди. Это дикий зверь и он может напасть, – вторил ему Норм. Я тихо хмыкнула: – Это такой же маленький испуганный ребёнок, как и те, что остались в приюте. – Не глядя, махнула в сторону дома. – И сейчас единственные, кто представляют тут угрозу и пугают его – так это вы двое. Ответа не послышалось. Я легла на снег, почти по пояс свесившись в зияющий провал. Пальцы левой руки перебирали мех, успокаивая дрожащую тушку. Второй рукой я поглаживала зверька по голове, почёсывала за смешно выпирающими ушками. После того, как почувствовала на ладони горячее дыхание и мокрый язык, поняла, что контакт установлен. Бен и Норм молча держали меня за ноги, чтобы я не рухнула в яму.