Глава 8.1

Где-то на краю Англии. Июнь 1563 года

Утром после битвы мы повернули обратно, в Бакфаст, чтобы провести там несколько дней и восстановить силы перед следующим этапом. Хватит с нас приключений. Нормальные герои всегда идут в обход. Впрочем, от приключений это нас не спасло.

С блаженным вздохом вскочила в мужское седло. После приключения на болоте вопрос с юбками и дамским седлом больше не возникал, и я могла путешествовать с максимально доступным мне удобством. Счастье-то какое!

Довольно мурлыкая под нос “иду в поход, два ангела вперед, один душу спасает, другой тело бережет”, я абсолютно не подумала, что рядом едет и внимательно меня слушает Джон, милашка Джонни, балабол Болл. И абсолютно зря. Потому что вечером, в зале таверны, менестрель не понадобился. Новая песня, совместное творчество Болла и Чижа, пользовалась ошеломительной популярностью. Все пели и пили.

Что же, миссия каждой попаданки — картошка, майонез, перепеть Высоцкого — выполнена в полном объеме, думала я, поднимаясь в свою комнату. А то, что вместо Высоцкого — Чиж и Ко, так мой мир — мои и правила. Надо еще пиццу завтра на привале попробовать сделать. Что-то о ней я подзабыла.

Сил думать о произошедшем не было. Подумаю об этом завтра, в лучших литературных традициях решила я. И заснула. Чтобы проснуться от пронзительного вопля за дверью.

— Так это, герцогинюшка, эльф же он, значится, — в огорчении, что я не пришла в немедленный восторг от его идеи, пробасил Глен.

— В смысле эльф?! — оторопело и абсолютно не по-герцогски вытаращилась на него я.

— Ну, обыкновенный, значится, эльф. С ушами и колдунством, все как положено, — в замешательстве ответил мне садовник.

А дальше я услышала такое, от чего у меня в зобу дыхание сперло, и ноги подкосились. Со стоном упав на стул, я схватилась за голову. Оказывается, Риверс был не один такой реликт. В этом мире (не Земля это родная, все же, не Земля, печально подумалось мне) помимо людей жили и другие… существа, скажем так. Разной степени зловредности. К счастью, мало их оставалось, выжили их люди.

Так, эльфы почти совсем уже ушли. И только отдельные отщепенцы все ещё бродили по нашим лесам, не в силах расстаться со своим домом. И была у них одна способность. Не "колдунство", а, думаю, знания. Они могли всё живое менять в соответствии со своими целями. Не так чтоб очень быстро, но и не так безобразно медленно, как это должно было быть у нас с Гленом с нашей несчастной картошкой. Мичурины, блин, местного разлива.

И вот это-то волшебное существо Глен предлагал привлечь на службу. Предварительно вылечив. Когда он подробно рассказал от чего, я воззрилась на него как на ненормального.

— Не, ну а чего, вы ж не такая, — твердил он. Вылечим, поговорите с ним, как только вы и умеете, и все будет чики-пики.

"Научила на свою голову, паразитов", — беззлобно подумала я, чувствуя уже, что сдаюсь.

Глен нашёл его на местном рынке. На цепи, в рабском ошейнике. Нет, так-то рабов в Англии не было. С маленькой такой поправочкой: среди людей не было.

Будем честны, Глен-то тоже не проникся к нему жалостью, во всяком случае сразу. Он просто увидел эльфа и подумал, что с картошкой у нас все равно ничего не получится толком. Я пыталась втолковать ему основы селекции, но даже его куцых знаний хватало на то, чтобы понимать, что хозяйка-то сама мало что понимает в этой самой селекции. Но, важностью картофеля он проникся, честно слушал, делался грустнее день ото дня, даже похудел. И внезапно, в деревушке почти на краю обжитого мира, на цепи, в пыли, увидел шанс все исправить. Так что, он просто купил его и приволок мне.

Эльф был чудовищно худ и очень грязен. А еще его били. Даже не так. Над ним изощренно и очень жестоко издевались. Ни чем другим подобное количество шрамов самого разного происхождения я не могла объяснить. И да, уши были при нем. А когда он со стоном открыл глаза, они оказались огромными, синими-синими, как сапфир на свету. А еще полными такого отчаяния, что я поклялась себе не держать его, отпустить, как только он захочет уйти.

Так в нашу жизнь и вошел Риардон.