Глава 17

Кто бы мог подумать, что Амелия тоже окажется попаданкой?!

Но я об этом даже не догадывалась, в отличие от Бастиана. Он же все прекрасно знал и просто ждал, когда я избавлюсь от своей соперницы…

Неужели он думал, что из-за любви к нему я осмелюсь на коронный номер Дагтаров и отниму у Амелии душу? Неужели он так плохо меня знал?!

Не успела я произнести это вслух, как меня опередил Бастиан.

— Элиза, за это ты получишь столько золотых эловенов, сколько захочешь. И тебе никогда уже не придется прислуживать другим. — В глазах Бастиана вновь загорается надежда, и для меня это просто невыносимо. — Я знаю, Элиза, с тобой обошлись несправедливо. Как ни крути, но ты родилась ровейной… Я все узнал о тебе, когда ездил в столицу. Там до сих пор обсуждают трагедию, которая произошла в семье Авитуса Альтомира. Ведь он потерял сразу и жену, и дочь, которая оказалась ему неродной!

У меня все внутри сжалось.

Боже, она умерла! Графиня Элара, моя вторая мама…

Я едва не расплакалась в голос. Но как представила себя стоящую перед виконтом с зареванным лицом, жалкую и униженную, то сразу сдержала свои эмоции.

Тем более, я была к этому готова. Чувствовала, что её давно уже нет в живых… и все же мое сердце сейчас разрывалось от боли. Ведь графиня Альтомир любила меня так, что я забывала о своем прежнем мире, о своей настоящей семье и о том, что я не её родная дочь.

— Понятно теперь, многоуважаемый ровейн, для чего вы так неожиданно уехали в столицу, — с сарказмом произношу я. — Теперь вы знаете о моей семье даже больше, чем я сама. Вон сколько сведений нарыли о Дагтарах, аж целую папку! А по возвращению сразу же воспылали ко мне любовью!

От неприязни я невольно разговариваю с Бастианом как служанка. Но это и понятно, ведь наша близость — ложь от начала и до конца. А сейчас все вернулась на круги своя, как и раньше я для него всего лишь гувернантка, а он мой хозяин.

— Ты думаешь, все эти документы я нашел за несколько дней?! Да я начал их собирать еще задолго до твоего появления здесь! Сразу же после того, как понял, что случилось с моей Амелией. Потому, что слышал о Дагтарах и раньше. А когда все о вас разузнал, то сразу же обратился к твоей бабке, проклятой Морвенне!

Лицо Бастиана вмиг помрачнело, а из-за стиснутых зубов скулы виконта стали острее обычного.

— Судя по всему, она вам не помогла.

— Даже и слушать не стала! Маркиза отказала мне сразу, как только я заикнулся о заблудших душах.

— Маркиза?! — выдыхаю я потрясенно.

— Да, Элиза, по матери ты графиня, а по отцу маркиза. К сожалению, ты не нужна ни родственникам матери, ни отца. Маркиза никогда не опустится до родства с какой-то служанкой!

Не удивительно, что на какое-то время я оцепенела, с трудом переваривая услышанное…

Странно, но от всего этого мне хотелось одновременно и плакать, и смеяться.

Какая ирония судьбы! Оказывается, я не только графиня, но еще и маркиза! И при других обстоятельствах Бастиан посчитал бы за честь ухаживать за мной.

Лучше бы я попала в тело какой-нибудь бедной простолюдинки! Тогда бы мне не было так обидно, ведь я для него сейчас всего лишь беззащитная гувернантка, которой он просто воспользовался…

— Маркиза, прислуживающая виконту! Забавно, не правда ли? — улыбаюсь я через силу.

— Я понимаю твою иронию, Элиза. Лично мне такой высокий титул никогда не заполучить, — заявляет мне Бастиан и кланяется мне так, словно перед ним очень важная ровейна. И делает он это с такой издевкой, что от обжигающей обиды у меня начинают щипать глаза. — Поэтому я и предлагаю тебе деньги. С ними у тебя хотя бы появится шанс стать независимой…

— Виконт, вам мало моих унижений, и теперь вы предлагаете мне деньги за чью-то душу? Словно у меня нет ни совести, ни чести?!

— А что в этом такого? Последняя знахарка, к которой я обращался по этому вопросу, взяла с меня столько…

— Вы мне противны, виконт.

В какой-то миг мне показалось, что он меня ударит.

На мое счастье этого не произошло, а то бы у меня точно случился нервный срыв, и я набросилась бы на него с кулаками. А за такое в Греордании можно спокойно попасть за решетку.

— Элиза Альтомир, а с вами было непросто… Неужели вы действительно допускали мысль о том, что можете мне понравиться? Вы?! — Глаза виконта прожигают меня насквозь, и презрения в них хоть отбавляй. — Вы же видели себя в зеркале… У вас не по-женски волевое лицо и скулы как у крестьянки! В вас нет ничего утонченного и аристократического, уж не знаю, в кого вы там уродились… И то, что вы каждый день завивали для меня волосы, не делало из вас красавицу или благородную ровейну!

— Виконт Фоске, да вы что себе позволяете?! Вы самый низкий и бесчестный человек в Торнуиле!

— Кто бы говорил о чести! Разве не вы строили мне глазки? И это притом, что я женат! А потом вы так низко пали, что позволили мне…

Я не верю своим ушам.

Но говорить этому титулованному негодяю о любви — себя не уважать. Поэтому я молчу. Но за меня прекрасно говорят мои слезы, которые предательски скользят по моим щекам.

— Но я и на самом деле ровейна! И вы это прекрасно знаете!!

— Да, ровейна. Но далеко не благородная…

Я сделала глубокий вдох и собралась с достоинством ему ответить, но… тут же закрыла рот.

На моем месте лучше помалкивать, ведь этот Бастиан Фоске действительно очаровал меня при первой же нашей встрече.

Почему мне западают в душу лишь отъявленные мерзавцы?! Видимо, у нас это семейное. Графиня Альтомир вообще умудрилась родить дочь, то есть меня, от какого-то монстра…

Неожиданно у меня перед глазами появляется картина. Скорее, видение. До мурашек волнующее и реалистичное. Совсем как в прошлый раз, когда мне приснился ужасный пожар в доме виконта.

Но то был просто ночной кошмар. Хотя я до сих пор в этом не уверена, настолько он показался мне странным. А сейчас я будто бы спала с открытыми глазами…

Я стою в огромном зале с мраморными стенами и белоснежными колоннами. Все вокруг сверкает от позолоты и хрусталя.

Мимо меня проплывают пары в вечерних нарядах, звучит танцевальная музыка и непринужденный смех.

Как ни странно, но на мне тоже бальное платье. И настолько красивое, что мне наверняка завидуют многие ровейны.

Но больше всего меня здесь поражает то, с каким восхищением все на меня смотрят. Особенно мужчины.

Но меня волнует взгляд лишь одного красавца с зелеными глазами…

Наконец-то я выныриваю из своего ослепительного будущего и с вызовом смотрю на Бастиана.

— Многоуважаемый виконт, запомните мое лицо! Это сейчас оно вам не нравится, но придет время, когда все изменится! Вы еще будете умолять меня о прощении. Это говорю вам я, Элиза Дагтар!!

***

Я покинула поместье ночью. Предпочла уйти незаметно, чтобы не прощаться с Лили…

Не смогла найти таких слов, которые успокоили бы несчастного ребенка. Не стала испытывать детскую психику тяжелыми проводами.

Уходила я почти налегке. В нагрудной сумке лежала довольно скромная сумма, которую я смогла накопить за последнее время, и мои липовые документы.

В руках я несла ту же корзинку, с которой я и пришла в «Хрустальное озеро». Вот только фиалок в ней было намного больше, чем тогда.

Ведь я не постеснялась прихватить с собой даже те сорта, которые купил на ярмарке виконт. Посчитала, что я их заслужила. Как ни как он тоже посмел присвоить себе мою фиалку. Даже выдал её за новый сорт, выставив на ярмарке под своим вымышленным именем!

Мне тут же вспомнился тот чудесный день, который я провела вместе с Лили и её отцом. Отчего у меня мучительно сжалось сердце…