Глава 31

Я не знаю, что меня возмутило больше, сам факт моей поимки или же то, что при этом мужские руки облапали меня самым возмутительным образом! Руки одного из охранников даже прошлись по моей груди, хотя в этом не было никакой надобности.

Отчего в моей голове снова зазвучал голос симпатичного управляющего Иана: «С крестьянками не особо-то церемонятся, и вас с легкостью могут там обидеть…»

Я и подумать не могла, насколько он прав! И была убеждена в том, что проходив год в гувернантках, я все повидала в этой жизни! Но с ровейной они не посмели бы так обращаться!

— Давай, привяжем её к позорному столбу на ярморочной площади, чтобы другим неповадно было, — предлагает один из охранников, наслаждаясь своей властью.

Другой с радостью поддержал его идею, и не успела я опомниться, как они потащили меня вглубь ярмарки…

У того столба выставлялись на всеобщее обозрение воришки и всевозможные пройдохи, пытавшиеся каким-то образом обмануть греорданских жителей. И я, видя очередного вора на позорном столбе, этому только радовалась. Ведь это означало, что добро все-таки восторжествовало.

Но я и подумать не могла, что когда-то окажусь на их месте!

— Послушайте, эта брошь действительно моя, я её не крала! — как можно спокойнее заявляю я охране. — На самом деле я ровейна. И это может подтвердить мой кучер, который ждет меня в карете.

Не успела я закрыть рот, как оба охранника разразились гомерическим хохотом.

— Посмотрите на неё! — все еще давясь от смеха, выдавливает из себя охранник, который осмелился меня лапать. — Если ты ровейна, то я тогда сам король!

Эта шутка так понравилась его напарнику, что он чуть ли не свалился от смеха. Другой его тут же поддержал, и они вновь принялись гоготать…

— Почему вы мне не верите?! Моя карета стоит у входа на ярмарку, отведите меня туда! И не пойду я ни к какому позорному столбу, вы не можете наказывать меня за то, чего я не совершала!

Я с вызовом смотрю на охранников.

— Люцион, ты видел когда-нибудь у ровейны такие руки? — явно надо мной глумясь, замечает наглец в форменном камзоле.

Я невольно опускаю взгляд и смотрю на свои ладони…

Вчера я полдня наводила чистоту в своей комнате.

Я с легкостью могла поручить выполнить эту грязную работу кому-нибудь из слуг, но не стала этого делать.

Не имела я такой привычки. К тому же, мне тоже хотелось внести свою лепту в облагораживание дома Дагтаров. Вот я вчера и скоблила до одурения деревянный пол, а потом оттирала многовековую грязь с мебели с помощью уксуса и воды.

Никаких защитных перчаток в Греордании и в помине не было, поэтому мои ручки сейчас выглядели не лучшим образом.

— Но я ровейна, и это моя брошь! — отчаянно бормочу я, стараясь не расплакаться.

— Какая брошь?! Люцион, ты видел у неё какую-нибудь брошь? Я — нет! Да, ты хотела своровать какую-то безделушку у скупщика, но мы тебя вовремя поймали.

Я сразу же поняла, куда он клонит. Ведь стоило только охранникам меня схватить, как скупщика и след простыл. Видимо, ушлый лавочник не рискнул с ними связываться. Испугался, что его могут заподозрить в скупке краденного.

— Думаете, я это так оставлю?! Вам придется вернуть мне мою брошь! — Я вмиг забываю о страхе. Меня буквально накрывает праведное возмущение, и я решаю идти до конца…

Не удивительно, что это очень не понравилось охранникам. И если до этого момента я могла рассчитывать на снисхождение, то сейчас об этом можно было уже забыть.

— Шагай, шагай, — произносит один из самых бесчестных охранников на свете и грубо толкает меня в спину. — До вечера покрасуешься на столбе позора, а дальше посмотрим, что с тобой делать.

— А ведь она и на самом деле красотка. Её бы приодеть…

— Ты что, Люцион, влюбился в эту воровку?!

— Я к тому, что кому какое дело до этой крестьянки? А она могла бы скрасить нам эту ночь…

У меня аж кровь застыла в жилах. И если до этого момента я и голову не могла поднять от стыда, то сейчас мне было уже плевать на то, что обо мне подумают люди.

Надрывный крик вырвался из моей груди, и его тут же унес ветер.

Наказание последовало незамедлительно: я тут же получила такую оплеуху, что едва не потеряла сознание…

Гладкий деревянный столб, обточенный временем и людскими спинами, впивался в затылок. Меня так сильно к нему прикрутили, что я даже не могла пошевелиться!

Словно стая стервятников, меня окружали любопытные зеваки. Один из них, толстяк с глазами полными похоти, с наслаждением меня рассматривал. Он шарил взглядом по моему телу, останавливаясь на каждой детали.

Боже, как я могла оказаться в такой ситуации?!

Моя рубашка из дешевой ткани, которая еще недавно нравилась мне за свою простоту, теперь казалась мне грубой и подчеркивающей мое унижение.

Проходящие мимо меня люди шептались, а на их лицах читалось презрение вперемешку с любопытством. Так что стыд, страх и безысходность — все это смешалось для меня в один непрекращающийся кошмар…

В изнеможении я прикрыла глаза. Не смогла больше смотреть на эти ухмыляющиеся рожи…

— Элиза?! — послышался вдруг из толпы такой знакомый мне мужской голос. — Что здесь происходит?!