Глава 29

Вечером следующего дня, с приходом первых сумерек, я вышла за ворота. Прохладный ветерок ласково гладил по щекам, под подошвами старых стоптанных башмаков поскрипывали мелкие камешки, а нос щекотал тонкий, сладковатый запах цветов примулы, что покачивались вдоль забора.

Я расправила складки длинной юбки, с укором взглянув на потертые мыски своей обуви. Давно пора было купить новые, да все времени не было — впрочем, как и нужды. Не на свидания же мне здесь, в самом деле, бегать...

Чуть поодаль виднелись покатые стропила — основа будущей крыши княжеского дома. Мне захотелось взглянуть поближе, но я быстро отогнала эту мысль. Незачем смотреть. Нечего мне там делать.

Вместо этого я повернула к озеру. Тихо ступая по примятому зеленому покрывалу травы, спустилась вниз по тропинке, вьющейся по пологому склону. Спокойная водная гладь поблескивала в тусклом свете рогатого месяца, отливала серебром в уже сгустившихся сумерках.

Я села на траву, подтянув к груди согнутые в коленях ноги. Немного поразмыслив, приподняла подол юбки, сбросила старые башмаки и вытянула босые ступни, позволив прохладной воде коснуться пяток. Улыбаясь, я откинула голову назад и зажмурилась.

Все таки хорошо здесь! И с мужем, и без. Но с мужем, наверное, было бы лучше…

Тишину нарушил громкий хруст ветки, сломавшейся под чьим-то тяжелым сапогом. Я резко повернула голову в сторону зеленых зарослей. Две ивы-подружки покачивали гибкими ветвями в такт, взирали на меня сверху вниз, а под ними, меж стройными стволами, чернел силуэт. Высокий, широкоплечий, до безобразия знакомый…

— Выходите, княже, — вздохнула я. — Что вы здесь делаете? Шпионите за мной? — спросила я, вновь обратив свой взор на зеркальную гладь озера.

Зашелестели ивы, выпуская из цепкого плена рук-веток чертыхающегося Белозара.

— Я… — Князь на мгновение умолк, словно собирался с мыслями. — Я хотел вам кое-что вручить.

Медленно повернула голову к Белозару. Он стоял в нескольких шагах от меня. Все такой же, как и в нашу первую встречу: человек-скала, но сейчас камень дал трещину. На лице князя залегла печаль, а синий омут глаз, казалось, заволокло тиной. Когда взор Белозара скользнул по моим беззастенчиво обнаженным коленям, на мгновение в нем вспыхнул огонь, живой интерес, но я спешно одернула юбку и поднялась с травы.

— Вы могли передать это с Павой, княже, — пожала плечами я, стараясь сохранять невозмутимость. А сердце в груди билось все быстрей и быстрей, будто хотело выпрыгнуть наружу…

— Нет, — отрезал Белозар и протянул мне деревянный ларец. — Я должен был сделать это лично.

Наверное, стоило отказаться от подарка, но руки сами потянулись к резному ларцу, невзначай коснувшись ладонью кончиков пальцев князя. Ох, это зря… Словно разряд молнии сквозь тело прошел, выжег все, заставил вздрогнуть и спешно одернуть руку.

Да что это со мной, в конце концов? И почему кожа под кольцом огнем горит?

Не дожидаясь, пока я приму из его рук ларец, Белозар сам откинул крышку. Я невольно ахнула, заглянув внутрь. На бархатной подушке лежала пара аккуратных алых, как лента в моих волосах, туфель. Наверняка удобных и до безобразия красивых!

— Это ручная работа заморского мастера, — не без гордости заявил князь. — А то на ваши без слез не взглянешь, — улыбнулся он одними уголками губ.

Я в ответ лишь фыркнула. И то правда…

— Если хотите, Аля, я велю чтобы и платье вам сшили. Красивое, княжеское…

Округлив глаза, подняла голову и заглянула в синий омут глаз Белозара. Ох, это я тоже, конечно, зря. Голова тут же кругом пошла, а весь окружающий мир исчез. Остались только мы вдвоем — и наступающая ночь, окутавшая нас таинственным покрывалом.

— Зачем же казначею княжеское платье? — кокетливо взмахнув ресницами, спросила я.

Ей-богу, даже не знала, что так умею! Само собой получилось!

— Ох, Аля, — прорычал Белозар, свободной рукой притягивая меня по-хозяйски за талию к себе, — если забыли, вы не только казначей, но и моя жена. Довольно игр. Я дал вам время подумать, пообвыкнуться, но больше ждать не стану! Я хочу, чтоб вы жили со мной, в княжеском доме, как и положено княгине!

От пылкой речи Белозара челюсть невольно поползла вниз, а от такого напора и дар речи пропал.

— Как и положено княгине? — переспросила я, с трудом вспомнив, как говорить. Грозное лицо князя, нависающее надо мной лишь усугубляло ситуацию, окончательно лишало рассудка. Потому я попыталась отстраниться. Тщетно. Мужские руки держали крепко. — В княжеском доме да в лучшей комнате? — От ушей Белозара не укрылся мой язвительный тон. — Оно и верно, ведь казначей не может жить в хилой пристройке на чужом дворе, — припомнила я княжеские слова.

Белозар вспыхнул, сильнее впиваясь пальцами в мою талию.

— Аля, вы невыносимы! Вы не только казначей, но и моя жена! Неужели вы из-за этого меня все это время избегали? — искренне удивился он. — Я ведь писал вам о чувствах, — добавил Белозар, и даже в темноте я заметила, как густо покраснели его щеки. — Что уж, поверьте, для меня в диковинку!

— Женам не предлагают жить в отдельной комнате, — ответила я, потупив взор. — Разве что фиктивным.

— Отчего же? — удивленно спросил князь. — Таков обычай, — пожал плечами он.

— Обычай? — переспросила я.

Да уж, Алевтина Туманова, ума тебе не занимать! Привыкла к порядкам двадцать первого века, дурная, и давай их в ином мире требовать!

Теперь от стыда покраснела и я. Выходит, небезразлична я князю, или…

— Ох, Аля, если хотите, живите хоть в моих покоях, но прошу, — он осторожно приподнял мой подбородок и заглянул в глаза, — не бегите от меня. Сколько бы я ни противился выбору Морского Дракона, сколько бы ни пытался изменить судьбу — все тщетно. Да и не хочу я отныне ничего менять, ведь Драконы…

— ...не ошибаются, — закончила я за него.

Белозар кивнул и еще крепче прижал меня к себе, накрывая озябшие от ночной прохлады губы горячим, требовательным поцелуем.

Эта ночь обещала быть длинной…