Глава 16

В дверь стучала действительно не Ванетта. Едва я ее открыла, посетовав на отсутствие «глазка», первым делом увидела Лену, жену Стаса. Позади нее стояла молодая полненькая девушка в «казенном», как у меня, коричневом платье. Такие, как я уже заметила, тут носили многие небогатые женщины. – Добрый день, Людмила! – поздоровалась Лена. – Я на службе, и не отниму много времени. Позволишь войти? Я, конечно же, позволила. Девушки прошли в дом, Лена оглядела огромный холл, и отвела меня в дальний угол, указав своей свой спутнице остаться у дверей. Понизив голос до шепота, стражница быстро произнесла: – Тут такое дело… Девушка к нам попала… Ее уволил прежний хозяин, трактирщик. Обвинил в воровстве. Но все непросто. Этот толстый боров любитель домогаться молодых подавальщиц. – А девушки что? – спросила я, покачав головой. – Терпят, что ли? – Да никто так и не предъявил обвинения, – вздохнула Лена. – Пострадавшие молчат, хотя я пыталась убедить хотя бы жалобу написать. Но все наперебой твердят, что еще хотят работать в городе. К примеру, эта Малисса, которую я привела, сказала, что лучше исправительные работы на два месяца, чем ее потом нигде больше подавальщицей не возьмут. – А от меня ты чего хочешь? – спросила я. – Так мы, стражи, распределяем осужденных между добропорядочными жителями города, – объяснила Лена. – А тебе помощь нужна с домом – убрать тут, с рынка продукты донести. Вот и бери Малиссу – если устроит, я ее за тобой на два месяца закреплю. Плата – всего пять медяков в день, налог в казну. Дешевле ты работника не наймешь. – То есть ты предлагаешь мне эту девушку на время исправительных работ? – уточнила я. С одной стороны, нанимать кого-то, пусть и за небольшую плату, я пока не собиралась. На обустройство дома явно придется потратиться, да и цен на еду я еще не знаю. А с другой – мне вообще мало что известно об этом мире, и человек, который расскажет о местном быте, будет полезен. – Ну да, а я тебе о чем толкую! Я буду приводить ее утром, забирать вечером – на ночь осужденные должны оставаться в тюрьме. Просто если ты не возьмешь, придется отдать ее прежнему хозяину, он очень просил именно ее. И вернется девчонка к тому, от чего хотела уйти, только уже без права уволиться. Я покачала головой. Есть еще один минус найма постороннего человека: как тогда быть с мяурринами? Рассказывать о том, что пушистых друзей у меня несколько больше, чем все считают, я не хотела. Малисса, все это время стоящая возле двери, опустив голову, вдруг всхлипнула и протянула ко мне руки со словами: – Госпожа, возьмите меня, пожалуйста! Я все буду делать для вас! – Она перевела умоляющий взгляд на Лену и добавила: – Только не снова к Воркасу! – Ты ведь умеешь обращаться с дровяной печью? – спросила я. – Конечно, госпожа! И печь умею, и жарить, и варить! И столовый этикет знаю, я в ресторации служила, все видела, в каком порядке серебряные приборы на стол выкладывают! – Ну, серебряных приборов у меня нет, – сказала я. – Да и вряд ли появятся… – Столовое серебро только у богатых, да в самой дорогой ресторации «Изысканный вкус», и то не для всех, – насмешливо заметила Лена. – Ты там работала? – спросила я Малиссу, вспоминая, где слышала это название. Точно, в ратуше! И даже перекинулась парой слов с женой хозяина, она еще меня приглашала заходить вместе с кошкой. Как же ее звали? – У госпожи Ринит? – Госпожа Рианит, – поправила меня Малисса. – Она жена хозяина. Да, я работала в ресторации, недолго. Правда, поломойкой, а не подавальщицей… – Ну вот как раз опыт и пригодится, – заметила Лена, и демонстративно пошоркав сапогом по грязным плитам пола. – Тут, я погляжу, мыть, не перемыть. Людмила, согласна взять ее? – Какие еще есть подводные камни? – спросила я стражницу. Решила говорить прямо: – Если осужденная сбежит или совершит преступление, я за это отвечаю? – Сбежать не сможет, браслет у нее, – сказала Лена. – Бьется магией, точнее, током, как Стас сказал, когда осужденный уходит дальше положенного. – Она подмигнула мне так, чтобы Малисса не видела, и добавила: – Да и своровать что-то он же помешает. Но следить, конечно, надо, да и ценные вещи не давать. – Никогда в жизни ничего не крала и не собираюсь! – запальчиво заявила Малисса. – Клянусь! – А чего раньше молчала, когда судья приговор за кражу вынес? – насмешливо спросила Лена. Девушка закусила губу и потупилась, а стражница посмотрела на меня: – Словом, смотри, Людмила. Если решишь, оставлю тебе девчонку и приду за ней вечером. Это часа через три уже. Когда я поняла, что день уже давно перевалил за середину, мой живот жалобно заурчал. Надо бы поесть, но сначала купить продукты и приготовить их. – Не знаю, как на два месяца, а на сегодняшний день я Малиссу нанимаю, – сказала я. – Прямо сейчас мы пойдём на рынок. Как далеко вообще можно уходить с этим браслетом? – На Центральный рынок сходите, на Вещевой тоже можно. Но вот в Портовый не суйся, и даже не потому, что туда Малиссу браслет уже не пустит. Опасно там. – О, тут есть порт? – спросила я. – Да, речной порт, – ответила Лена, доставая бумажку и протягивая мне вместе с карандашом. – Река Суагасса широкая и судоходная, по ней привозят грузы в столицу со всей Империи, даже с островов Южного моря. Распишись тут и я пойду. Я внимательно прочитала о том, что беру на поруки осужденную Малиссу и обязуюсь передать ее стражу порядка не позднее вечернего набата. Подписано в двадцатый день третьего весеннего месяца года сто пятьдесят первого. Не увидев ничего криминального, я подписала и попрощалась с Леной. Сейчас пойдем с Малиссой на рынок, и надо расспросить о местном быте. Покупок предстоит сделать много. Удачно, что мне не придется тащить все одной. Центральный рынок мне понравился. Он занимал целую площадь, и там оказалось все очень толково устроено: в середине располагались продуктовые ряды, а их окружали хозяйственные магазины, торговавшие всякой всячиной – от посуды и гвоздей до деревянных лестниц. Особняком шли оружейные лавки и несколько палаток, где продавали готовую одежду. Малисса, которая на вопросы о себе отвечала односложно, охотно делились знаниями о мире. Собственно, именно это и было мне от нее нужно. Как объяснила девушка, в столице работало несколько швейных мануфактур. Они медленно, но верно забирали работу у портных, предлагая мужскую и женскую нижнюю и верхнюю одежду по более доступным ценам. Как раз наши с Малиссой платья были сшиты на такой мануфактуре – эта модель была очень популярна. Я не стала сильно отвлекаться на одежду, тем более что ее стоило покупать не на Центральном рынке, а на Вещевом – там больше выбор, а сосредоточилась на продуктах и предметах первой необходимости. Так как в дом нужно было купить примерно все, задача передо мной стояла интересная. Решить ее можно было, наняв грузчика с деревянной тележкой, услуги которого можно было оплатить несколькими медяками. Поняв, что доставка продуктов и прочих покупок тут обычное дело, я преисполнилась оптимизма и решила ни в чем себе не отказывать. В пределах разумного, конечно. Подумав, я все же решила купить сейчас еще одно платье, парочку фартуков, несколько комплектов белья и ночную сорочку. Кто знает, удастся ли в ближайшее время выбраться на Вещевой рынок, а смена была необходима. Очень повезло, что кошачий артефакт, как я поняла, убирает грязь и с ткани, а то как тут дела обстоят со стиркой, еще предстояло выяснить. Пройдя по рядам, приценившись и присмотревшись, я принялась торговаться. Тут это дело знали и любили, прямо как на восточном базаре. Я тоже не промах – работая в общепите, без умения сбить цену и получить лучшие условия от поставщиков – никуда. Вот и пригодились и опыт, и навыки. Я купила сразу мешок муки, сахара – на удивление, он стоил недорого, несколько видов круп и овощи. Не обошла вниманием фрукты и ягоды – пока только присмотрелась, потому что стоили те дороговато, и надо точно знать, что и как мне понадобится. Коты вряд ли польстятся на сладкие пироги, поэтому выбирать надо те продукты, которые или можно хранить, или сразу съесть. В мясных рядах придирчиво выбрала курицу и окорок, а в молочных – сметану и творог, а еще, конечно, яйца. Плохо, что все время, пока мы с Малиссой ходили по рынку, меня не отпускало ощущение взгляда в спину – почти невесомое, но очень неприятное. К сожалению, Харта, который бы подсказал, с какой крыши за нами наблюдают, рядом не было. Поэтому кошелек я держала поближе и радовалась, что основные деньги остались дома, под надежными чарами маскировки, которые наложила Лилу. Но в дом, как в крепость, я не верила, поэтому сочла за благо не гулять по рынку, а вернуться как можно скорее. Ну а вдруг грабители нагрянут? К счастью, в доме, когда я с нанятым грузчиком с полной тележкой и Малиссой вернулась, было все спокойно. Но едва парень перетаскал на уже чистую (и когда успели, ай да мяуррины!) кухню покупки и откланялся, получив плату, в двери забарабанили. Оставив Малиссу разбирать продукты, я пошла открывать. За окнами уже начинало темнеть, и я поняла, что напрочь забыла о такой важной вещи, как освещение. Надо было купить хоть свечей или лампу какую. Правда, на стенах крепились плафоны – их, наверное, надо заправлять? Как бы то ни было, по холлу я прошла в полумраке и возле дверей засомневалась – а открывать ли? Снова раздался требовательный стук, а еще – невнятные мужские голоса. Несколько, и все незнакомые. – Кто там? – спросила я. – Мы от кузнеца Гродира, – ответили мне басом. – Пришли менять замок! Хм. А так ли это? Недобрый взгляд на рынке мне вряд ли почудился. Вдруг это явились бандиты, друзья недобитых в подворотне? Им ведь ничего не стоит и соврать. – А говорящая кошка с вами? – задала я контрольный вопрос. – Нет! Осталась в кузне! Они там с Гродиром еще не все решили! – Без кошки не открою, – сказала я. – Но это, хозяйка, нам сказано замок поменять! – возмутились за дверью. – Темнеет уже, ждать не с руки. Ты как хошь, мы двери тогда сами откроем! В замок несколько раз лупанули чем-то явно тяжелым, а потом дверь и правда распахнулась. За ней обнаружились двое высоченных малых с острыми железками в руках.