Глава 20

Спала я в перчатках и утром, соскочив с кровати, первым делом кинулась к окну. Расстелила на подоконнике салфетку, высыпав на неё ланзанитовые кристаллы, с которыми не расставалась всю ночь, и тут же принялась их тщательно рассматривать.

Оба камешка явно стали ярче, один из них отливал нежной голубизной, а цвет второго был едва различим. Я по очереди коснулась каждого кристалла пальцем, прислушиваясь к промелькнувшим в голове параметрам — они тоже изменились. Сразу же занесла данные в блокнот, и только после этого пододвинув кресло к стене, забралась на него, едва дотягиваясь руками до светильника.

Вчера, пока Фред и Роберто искали по всему замку эти кристаллы, я внимательно следила за всеми их действиями и довольно быстро разобралась в работе магических ламп. Нужно всего-то подцепить вот эту небольшую выемку, потянуть её на себя, а в открывшееся отверстие положить кристалл.

А теперь нужно просто спуститься вниз и дёрнуть за приделанный к светильнику шнурок.

Я аккуратно потянула за шёлковую кисточку и не отводя глаз от светильника сделала два шага назад. Сначала ничего не происходило, но вот лампа, словно нехотя, замерцала голубоватым светом.

У меня получилось!

Для надёжности эксперимента я ещё несколько раз дернула за шнурок, то включая, то выключая светильник. Теперь свет загорался намного быстрее — стоило только потянуть за болтающуюся на шнурке кисточку. Настоящее волшебство!

Выключив свет, я вернулась к окну, и принялась внимательно рассматривать второй кристалл. Почему же он почти не зарядился? Может, я слишком переоценила свои силы и кристаллы нужно заряжать по одному?

Подумать над этим как следует мне так и не дали. Пришла Груня — помочь одеться и причесаться, а следом за ней явилась Эбби, нянюшка позвала меня на завтрак. Так что придётся отложить свои эксперименты до возвращения из города.

Пока я была в столовой, вещи уже успели погрузить в повозку. Помимо Эбби в город со мной отправлялись Груня, Фред и конечно — Роберто. Слишком много нам нужно успеть сделать, каждому в этой поездке отводилась своя роль.

Коляска оказалась намного маневреннее громоздкой, неуклюжей кареты и даже не смотря на нерасторопность нашей лошадки, мы довольно быстро одолели горный перевал, а дальше дорога так и вовсе пошла намного ровнее.

Чтобы зазря не терять в дороге время, я попросила Роберто рассказать мне о всех важных семьях Лафкарда. Дворецкий уступил вожжи Фреду и пересел в коляску, устроившись рядом с горничной.

Родовитых дворян в этих местах оказалось не так уж и много, всё же пограничье не самое престижное место в стране. Городскую знать представляли в основном бывшие военные, которые завели тут семью, да так и остались. Даже мэр был из семьи служивых.

Упомянул Роберто и о наших соседях — справа и слева от долины располагались ещё три баронства. Их земли были много крупнее моих владений, да и в хозяевах там были мужчины.

Земли барона Георга Остера раскинулись по левую сторону от долины, его земли были самыми обширными. Барон был давно женат и имел трёх дочерей-погодков, старшая из которых уже выходит в свет.

По правую сторону находились владения барона Фабера. Супруга барона умерла лет пять назад, сам же барон был очень стар и болезнен, поэтому всеми делами заправлял его единственный наследник — молодой барон Рауль Фабер.

Границей этих двух баронств, служила как раз та самая дорога, по которой мы сейчас ехали.

Ещё одно баронство соприкасалось с долиной где-то в районе села Дальнего. Было оно совсем небольшое и управлял им Антуан Сорель — личность довольно загадочная, хотя бы потому что никто точно не знал, откуда он взялся. Кто-то поговаривал, что Сорель выкупил эти земли, другие уверяли, что он дальний родственник бывшего владельца, за которым не осталось других наследников. Как бы там ни было, Антуан Сорель появился тут около трёх лет назад и с тех пор является всеобщим дамским любимчиком.

— Молодой барон ни одного важного мероприятия не пропускает, значит и на этом обеде будет. Думаю, уже весь город знает, что обед даётся в честь новой хозяйки долины. Вы уж там с ним поосторожнее — говаривают, уж очень он охоч до юных красавиц, вас он уж точно мимо не пропустит! — предупредил Роберто.

— Спасибо, учту.

Сведения, полученные от дворецкого, на самом деле были очень ценными, теперь я буду хоть немного представлять, кто есть кто. Получается, что равными мне по титулу в городе были всего четыре семьи — включая господина мэра. То, что все они будут на званом обеде — я даже не сомневалась. Слишком мало в этих местах развлечений и сегодня в этом качестве буду выступать именно я.

Время за разговором пролетело незаметно, вот уже и до города рукой подать. Остановиться мы решили в том же постоялом дворе. Чистенько, кормят хорошо и берут недорого.

Хозяева встретили нас как самых дорогих гостей. Сундук с вещами тут же отнесли в выделенную мне комнату. У меня оставалось ещё около трёх часов, чтобы переодеться и привести себя в порядок.

Ещё я попросила Роберто найти подходящий экипаж, отправляться в центр города на нашей облезлой повозке я не хотела. Ведь, встречают по одёжке, а я должна показать всем, что у меня всё отлично, иначе со мной просто не захотят иметь дел. Я давно уже усвоила, что в нашей жизни без связей никуда. Мне нужно достойно влиться в светское общество Лафкарда.

Ещё одна проблема заключалась в том, что я почти не знакома с местным этикетом. Вилку с ножом конечно в руках держать умею, даже в реверансе приседать наловчилась, но есть такие мелочи, которым можно научиться, лишь живя и общаясь в определённом общественном круге.

Одно из таких не писаных правил — благородная барышня, будь она девица, жена или вдова, не может появляться в обществе без сопровождения. Именно поэтому в гости со мной отправиться Эбби.

С помощью кружева она немного освежила своё самое нарядное платье, но всё равно смотрелась как бедная родственница. Впрочем — именно их и нанимали в компаньонки для благородных дам. Но на будущее нужно учесть, что и нянюшке нужен достойный наряд.

Почти час Груня вместе с Эбби трудились над моей причёской, для этого пришлось оплатить аренду специальных щипцов для волос, работающих на магическом кристалле. Горничная накручивала на них длинные пряди, следом за ней нянюшка укладывала их в высокую причёску, закалывая шпильками.

Потом пришло время платья, пошитого из нежно голубого шёлка, выгодно оттеняющее мои глаза и, светлую, не успевшую потемнеет под жарким южным солнцем, кожу. Дополнили мой образ заранее приготовленные серьги и колечко, с ними я захватила ещё и брошку в виде камеи.

— Нянюшка, это тебе, — я передала это скромное украшение Эбби, чтобы она украсила своё платье.

В глазах женщины промелькнула благодарность и ещё… гордость!

Эбби приколола брошь у воротничка, становясь похожей на строгую учительницу из старинной гимназии.

В дверь постучали, Груня выглянула и, вернувшись, сообщила:

— Экипаж подан, леди Элена, можно ехать.

— Да, да, хорошо… — я кинула в зеркало последний оценивающий взгляд, не находя в своём облике ни одного изъяна.

Эбби накинула мне на плечи чёрный бархатный палантин, расправляя его красивыми складками. Подхватив в руки шёлковую сумочку, в которой у меня лежал блокнот и грифельная палочка, на случай если вдруг нужно будет что-то записать, я вышла из комнаты.

У крыльца постоялого двора, сверкая лакированными боками, нас ожидала шикарная повозка. Интересно, как Роберто умудрился разыскать такой транспорт за столь короткое время?

Возница отличался приятной внешность, опрятной одеждой и хорошими манерами. Он тут же распахнул для нас дверку коляски, помогая забраться внутрь. Даже боюсь представить, во сколько обойдётся нам эта поездка!

Когда мы отъезжали от постоялого двора, я заметила, как следом пристроилась наша облезлая повозка, которой управлял Фред. Он по-прежнему не забывал о роли моего охранника.

Коляска оказалось не только красивой, но и удобной. Мягко покачиваясь, она катилась вперёд, оставалось только наслаждаться поездкой, ловя на себе любопытные взгляды горожан. Чем вызвано такое внимание, я поняла гораздо позже, а сейчас просто получала удовольствие от удобного транспорта, красивой одежды и предвкушения предстоящей встречи.

Дом мэра располагался в самой богатой части города. Красивый каменный особняк с белыми колоннами и чудесным садом. Коляска въехала в широко распахнутые чугунные ворота, останавливаясь возле крыльца, украшенного горшками и кадками с пышно цветущими растениями.

Встречать меня вышел сам хозяин, рядом с ним на ступеньках стояла улыбчивая дородная дама, чем-то неуловимо похожая на своего супруга. А то, что это была жена мэра, у меня не было никаких сомнений, хотя бы потому, что она первой приветствовала меня.

— Госпожа баронесса, очень рада, что вы приняли наше приглашение!

— Госпожа Трюдо, у вас замечательный дом, а сад… он просто чудесен! — я с нескрываемой завистью покосилась на цветы, и хозяйка дома это явно заметила.

— Леди Элена, прошу вас в дом, — мэр широким жестом указал на дверь, которую для нас тут же распахнул услужливый лакей.

От Роберто я знала, что хозяйку зовут Мариса, дворецкий очень точно описал её внешность, за что я была ему премного благодарна. Мы с Марисой вошли в дом первыми, за ними следовал сам господин Трюдо и уже потом Эбби.

В гостиной уже было полно народа, и все они сейчас смотрели в нашу сторону.

Мариса остановилась, господин мэр тут же вклинился между мной и супругой, и хорошо поставленным голосом, который бывает у высших военных чинов, объявил.

— Дамы и господа, позвольте представить вам баронессу Элену Тирсо! Прошу любить и жаловать!

Тишина гостиной тут же заполнилась гулом голосов, ко мне потянулась вереница желающих выказать своё почтение, а вероятнее всего — рассмотреть меня поближе.

Первым был барон Остер с женой и старшей дочерью, обе дамы отличались особой южной красотой. Чёрные, словно вороново крыло волосы, смуглая кожа, тёмные блестящие глаза, пухлые губы. Юная баронесса обещала стать настоящей красавицей!

Стоило только этой дружной семье отойти в сторону, их место занял молодой темноволосый мужчина. Широкий разворот плеч, кряжистая фигура, внимательный взгляд. Если бы не богатые одежды, я скорее приняла бы его за военного. Хотя, многие аристократы считают должным отдать своих сыновей в военную школу, так что мои домыслы вполне могут оказаться верными.

— Позвольте представиться: Рауль Фабер к вашим услугам, госпожа баронесса! — мужчина склонился, подхватывая мою руку и поднося к губам.

— Рада знакомству, господин Фабер, — я улыбнулась, чуть приседая в реверансе.

Фабер ещё не успел отойти, как мою всё ещё поднятую руку перехватили и снова поднесли к губам.

— Госпожа баронесса, безумно рад вас видеть! Наше общество пополнилось ещё одной невероятной красавицей!

Он ещё не назвал своего имени, но я уже догадалась, кто передо мной. Стройный красавец с серыми бархатными глазами и чувственными губами. Тёмно русые, слегка вьющиеся волосы небрежно рассыпаны по плечам, затянутым в расшитый серебряным шнуром камзол.

— Барон Антуан Сорель, готов служить вам и днём и ночью! — последнее слово он произнёс чуть тише, с небольшим придыханием, явно намекая на что-то большее, чем простое знакомство. Вид у него тем временем был словно у кота, заметившего бесхозную миску сметаны — разве что не облизывается.

Внезапно я почувствовала, что его большой палец выписывает узоры на внутренней стороне моей ладони. Он до сих пор не отпустил моей руки, задержав её в своей непозволительно долго.

Я мягко попыталась высвободить руку, одновременно приседая в реверансе и дежурно отвечая на приветствие:

— Рада знакомству, господин Сорель.

Руку я всё же освободила, барон проводил её таким взглядом, словно действительно раздумывал, не облизать ли как ту самую сметану.

Но барону всё же пришлось отступить в сторону, а ко мне по очереди начали подходить другие гости, они были ниже меня по сословию, поэтому в реверансе больше не было надобности, я только кивала головой и улыбалась, стараясь запомнить, кто есть кто. Во многом мне помогал рассказ Роберто, иногда я даже пыталась угадать, кто следующий, ещё до того, как он назовёт своё имя.

Последними мне представили дочерей самого мэра. Девочкам было четырнадцать и шестнадцать лет. Старшая явно пошла в мать — крупная, немного полноватая, но по-своему милая. Младшая была ещё совсем мала, детей её возраста обычно не пускают на такие мероприятия, но сегодня для неё сделали исключение и девчушка смотрела вокруг задорными любопытными глазками.

После знакомства, Мариса позвала всех к столу и я поняла, что ждали только меня. Вероятно, всё специально было так задумано, ведь сегодня именно мне отведена роль развлекать всю эту толпу. А тут, не считая хозяев, было человек пятнадцать. Несколько торговцев с жёнами и детьми, начальник военного гарнизона с сыном, представитель банка Лафкарда — весь цвет города.

В этой толпе я не сразу вспомнила про Эбби, поискала её глазами и обратилась к хозяйке дома:

— Госпожа Мариса, со мной была моя компаньонка…

— О, леди Элена, я отправила её на кухню, там для прислуги будет накрыт отдельный стол.

Даже брошка не помогла, нянюшку безошибочно определили к обслуживающему персоналу. Может, это и к лучшему, боюсь она не слишком уверенно чувствовала бы себя за одним столом с господами, она даже обедая со мной-то до сих пор ощущает неловкость.

Меня усадили между хозяином дома и бароном Остером, места напротив заняли барон Фабер, старшая дочь мэра (младшенькую хозяева отправили в свою комнату) и барон Сорель. Последний по-прежнему не сводил с меня лукавых глаз.

Стол был богато сервирован фарфоровой посудой, даже у меня в замке такой не было. Блюда подавали две молоденькие темноглазые служаночки в длинных белоснежных фартуках и кружевных чепцах. На первое подали густой фасолевый суп с овощами и мелко порезанными кусочками мяса. Гул голосов стих, слышны были лишь позвякивания столовых приборов. Надо отдать должное — суп оказался очень наваристым и вкусным.

Пока ждали перемену блюд, хозяин предложил попробовать молодого прошлогоднего вин@ из местных сортов винограда, оно стояло на столе в больших глиняных кувшинах с узким горлышком. Когда мне предложили на выбор: красное или белое, я решила выбрать белое.

Напиток оказался неожиданно приятным, сладко кислым, с ароматом ягод, свежего сена и солнца. Он освежал и поднимал настроение, поэтому к тому времени, когда на блюдах появились запёчённые бараньи рёбрышки в кисло сладком соусе с гарниром из овощей, за столом уже начала завязываться беседа.

К концу обеда кувшины значительно опустели, а голоса гостей стали громче и веселее. После завершения основной трапезы, хозяйка пригласила всех снова в гостиную, где для дам были накрыты столики с чаем и сладостями, а мужчинам предлагалось кое-что существеннее того, что было до этого в кувшинах.

Мужчин было значительно меньше, они расположились возле камина, в то время, когда барышни заняли все диваны и кресла. Меня тут же принялись расспрашивать о столичных новостях, о моде.

— Что там сегодня носят? Новинки доходят до нас с таким опозданием! — томно ворковала супруга банкира, с головы до ног увешанная драгоценностями.

— Как вы только отважились приехать в нашу глушь?! — вздыхала дочка торговца тканями.

— Тут даже женихов приличных нет! — вторила ей ещё одна барышня, при этом стреляя глазками в сторону громко беседующих между собой мужчин.

— Что вы дорогая, женихи меня вовсе не интересуют! Я ведь ещё не совсем оправилась после потери безвременно покинувшего меня супруга, — в этом месте я добавила в голос трагической дрожи. — А вскоре мне и вовсе будет не до этого, после того, как родиться моя малышка…

Мне тут же принялись соболезновать и поздравлять одновременно. Заметила, как несколько барышень определённо расслабились, явно посчитав, что я им не конкурентка. Они правы — мужчин действительно мало, а путных ещё меньше.

Вскоре к нам присоединились оба молодых барона и сын начальника гарнизона. На лицах дам тут же расцвели обворожительные улыбки.

— Вы не находите, что тут стало очень душно? Не желаете ли прогуляться по саду? — галантно предложили барон Фабер.

Дамы с радостью приняли это предложение, на диванчиках остались лишь баронесса Остер и супруга ювелира. Обе дамы были уже в годах и предпочли прогулке беседу на диване.

Меня сопровождала сама Мариса. Заметив мой интерес к её саду, хозяйка лично хотела показать мне свои владения. А посмотреть было на что, я не переставала восхищаться красиво остриженными цветущими кустарниками, пышными кустами пионов и ещё десятком незнакомых мне растений. Так что к концу прогулки мне пообещали дать луковиц, отростков, черенков половины из них.

Когда мы уже возвращались в дом, Марису позвала к себе жена банкира, той понравился какой-то цветущий кустик, и дамочка решила узнать, как он называется. Место рядом со мной тут же занял барон Сорель.

— И как вам местное общество? Не правда ли занятное?

Я даже слегка растерялась, не зная, что ответить на его слова, а он продолжил:

— Вы как лучик света в этом тёмном омуте!

— Так прям и тёмном? — не удержалась я.

— На фоне всех этих дам вы словно белый лебедь среди ворон. Неужели не заметили?

Мы остановились, чуть повернувшись друг к другу. Взгляд барона был совершенно серьёзен.

— Взгляните внимательнее, — он кивнул на чуть опередившую нас компанию.

Я замерла, провожая их взглядом. До меня не сразу дошло, что все дамы тут черноволосы и темноглазы. Я среди них единственная голубоглазая блондинка.

— Вижу, вы всё поняли, — ухмыльнулся Сорель.

Наше отсутствие не осталось незамеченным. Дамы остановились и даже помахали руками, пришлось с самым независимым видом их догонять. Барона от меня тут же оттёрла явно положившая на него глаз молодая девица, а рядом со мной словно по волшебству материализовался Фабер, галантно подставляя свой локоть, чтобы я могла опереться, взбираясь по ступенькам.

Вскоре после прогулки гости засобирались по домам. Мариса задержала меня, обещая, что садовник тот час соберёт все обещанные луковицы-черенки, чему я была несказанно рада. Ведь за воротами нас ждал старый обшарпанный экипаж, показывать который у меня не было никакого желания.

Задержалась я больше чем на час, так что даже переминающиеся у порога Сорель и Фабер, явно желающие меня проводить, вынуждены были убраться во свояси. Надеюсь, они не будут поджидать меня за оградой.

Пока Мариса вместе с садовником хозяйничала в саду, меня развлекал сам господин мэр. Правда перед этим в гостиную вернули Эбби и нянюшка теперь сидела на стуле возле самой двери.

Господин Трюдо интересовался, как я устроилась. Пришлось рассказать ему о моих воспитанницах, о них всё равно узнают — пусть лучше от меня. Мэр заверил, что ничего не знал ни о метрессе, ни о её детях. Дал несколько советов, подтвердив, что девочки теперь полностью принадлежат мне, и мать не имеет на них никаких прав.

— Если они вам так неприятны, подберите семью из деревенских. За несколько монет они с радостью согласятся опекать ваших падчериц.

— Не стоит, я сама позабочусь о малышках. Они ни в чём не виноваты!

— Что ж, ваше право. Вы можете распоряжаться их жизнями по своему усмотрению. А я ведь предупреждал вас — сняли бы домик в городе, жили бы в своё удовольствие!

Это называется — предупреждал? А прямым текстом он не мог сказать, что меня ждёт?

Ладно, что после боя кулаками махать, сама виновата — как услышала о замке, так и о всякой осторожности позабыла. Что уж там! Ничего уже не изменить. И я, не теряя времени, принялась расспрашивать мэра, с кем можно договориться о сбыте шерсти и закупках продовольствия.

Расстались мы с этой семьёй чуть ли не друзьями. К воротам Эбби несла в руках целых две корзины, наполненные подарками от радушной хозяйки. Очень хотелось подхватить одну из корзин, прямо руки чесались, но пришлось держать марку перед хозяевами, провожавшими нас стоя на крыльце своего особняка. Хорошо ещё вместе с нами до ворот не пошли, я заверила их, что хочу немного пройтись, и небольшая прогулка до экипажа мне нисколько не повредит, заодно ещё раз полюбуюсь на разбитые вдоль дорожки клумбы.

Завидев нас, Фред тут же соскочил с козел, помогая забраться в повозку, поднятый верх которой удачно скрывал наши лица. Вот теперь можно немного расслабиться, тем более у меня в блокноте было записано несколько адресов и имён торговцев и поставщиков товаров, которых я собиралась посетить уже завтра.