Глава 22

— Ну что ещё там приключилось? — я устало выбралась из повозки, надо сказать, сегодняшний день меня изрядно вымотал. Я хоть и успела немного восстановиться после болезни, но слишком быстро уставала.

Крики явно доносились со стороны кухни, одно из окон было открыто, но слов всё равно не разобрать.

— Эбби, Лина, со мной! Роберто, займитесь разгрузкой повозки. Корзины с саженцами поставьте в прохладное место, завтра я скажу, что сними делать.

Раздав поручения, я устремилась в сторону всё нарастающего скандала. Ругающиеся между собой женщины так увлеклись и даже не заметили, что больше не одни.

Посреди кухни стояла разъярённая Луиза, громко отчитывающая Тамарис. Та кстати, тоже не молчала, яростно огрызаясь. Одна Мари тихонько причитая, заглядывала в выставленные возле очага мешки с крупами. Кстати — что они тут делают? Я прекрасно помню, что мешки хранились в одной из кладовок.

— Что тут происходит? — громко спросила я.

Скандалистки замерли, осёкшись на полуслове.

— Леди Элена, вы уже вернулись?! — первой опомнилась экономка.

— Так что тут у вас происходит? — повторила я, хмуря брови, уж больно мне не понравился сверкнувший неприкрытой злобой взгляд, брошенный в мою сторону метрессой. Правда, уже через мгновенье она словно опомнившись, покорно склонила голову, пряча глаза.

— Да вот эта… дел натворила…

Из рассказа Луизы я поняла, что этим вечером она приставила Тамарис помогать Мари на кухне. Нужно было приготовить ужин для гарнизонных солдат. Так как мясо уже доели, кухарка наварила каши, а чтобы не было слишком пресно, решила вместе с кашей подать мочёных овощей. Их осталось немного, на самом дне бочки и Мари с её пышной фигурой было сложно до них дотянуться, поэтому в кладовку она послала Тамарис.

Метресса, недолго думая, решила наклонить бочку, подставив под бок деревянную крышку с той самой бочки — ведь так было проще дотянуться до плавающих в рассоле томатов. Набрав полную миску солений, она отнесла её Мари.

Кухарка в это время решила поставить тесто для утренней выпечки, Роберто в замке не было, Луиза вместе с Груней занимались уборкой на хозяйском этаже, а Стася как раз отнесла ужин девочкам, поэтому погруженную на тележку кастрюлю с кашей, предназначенную солдатам, пришлось везти Тамарис. Дело это не сложное — всего-то и нужно было докатить тележку до задней двери, где её уже поджидали двое служивых.

Мари с головой ушла в готовку, Тамарис всё не было, но вскоре она тоже появилась, первым делом метнувшись в кладовку. Только когда оттуда послышался сдавленный вскрик, кухарка отложила тесто в сторону, подумав, что метресса, скорее всего, увидела мышь, а грызунов на своей кухне Мари не терпела, борясь с ними всеми доступными средствами.

Вот только вместо мышей она увидела лежащую на боку бочку. Рассол вылился и остатки помидор яркими пятнами краснели на каменном полу. Тут же плавала круглая деревянная крышка от бочки, вероятно, она просто выскользнула и вся шаткая конструкция рухнула на пол. Но самое страшное — мешки с мукой и крупами прямо на глазах впитывали в себя солёную влагу.

— Всё наши припасы! — горестно вздохнула Мари, косясь на стоящие возле очага мешки.

Теперь-то я заметила и натёкшие возле них грязные лужицы и мокрые бока.

— Так, не время паниковать! Нужно попытаться спасти, что уцелело! Сухую муку и крупу пересыпайте в другие мешки. То, что намокло, сыпьте прямо на стол — так быстрее просохнет. А муку… Мари, сможешь наделать из неё лепёшек? Часть можно пустить на клёцки, придётся зарубить пару куриц для бульона.

Я лихорадочно соображала, что ещё можно предпринять, чтобы хоть как-то спасти всё, что можно.

— Эбби, помоги Мари. Тамарис — отправляйся в кладовку, приберись там. Луиза, найди Роберто или Фреда, вели им зарубить двух кур.

— Леди, я тоже могу помочь!

— Лина?! — я совсем забыла о девушке, которая осталась стоять возле двери, глядя на всё происходящее широко распахнутыми глазами.

— Луиза, это Лина, она будет у нас работать, выдели ей комнату, а пока пусть помогает.

Все споро принялись за дело. Правда, выяснилось, что ни Мари, ни кто-либо другой, понятия не имеет, как готовить клёцки. Пришлось самой показывать, как правильно замесить тесто. Рецепт совсем простой: нужна мука, яйца и небольшое количество жирной жидкости — в идеале сметаны, но можно взять молоко или растопленное масло.

Яйцо взбивается со сметаной и туда небольшими порциями добавляется мука и соль. Всё это перемешивается, пока не получиться очень густое тесто, которое можно брать ложкой и кидать его в кипящий подсолёный бульон. Главное — нужно помнить, что во время варки кусочки теста увеличиваются вдвое. Зато в результате получается очень вкусное и сытное блюдо.

При желании готовые клёцки можно обжарить с лучком, добавив кусочки отварного картофеля. Мммм, вкуснота!

Пока Мари занималась лепёшками, мы с Эбби намесили тесто для клёцек, решив первую партию сварить в простой воде. Мне нужно было понять, насколько солёным был рассол и как он повлиял на вкус готового блюда.

Как ни странно, но тесто на рассоле получилось даже вкуснее, чем обычно. Но больше всего моих помощниц поразило, что из небольшой миски теста получилась целая кастрюля клёцок.

Мари по достоинству оценила новое блюдо, решив наварить его побольше. Что-то пойдёт на завтрак, что-то на обед.

— Часть обжарю, часть супом сварю, нужно только для него кусочки теста поменьше делать, — тут же сориентировалась она. — А вы, леди, шли бы отдыхать, дальше и сами управимся, — меня мягко, но настойчиво выпроводили из кухни.

Оно и ладно, главное было вывести всех из ступора и задать правильное направление. А с Тамарис нужно что-то делать. Не думаю, что всё произошедшее сделано по злому умыслу, метресса явно не приспособлена к домашнему хозяйству.

Отправить её на огород? Так она вместо сорняков может и нужные всходы повыдёргивать. Я одно за другим перебирала занятия, которые можно было бы ей поручить, тут же их отметая. Из самого безопасного оставалась уборка. Для начала пусть приберётся во всех пустующих помещениях первого этажа, кроме библиотеки, а там посмотрим.

Ужин я попросила поднять мне прямо в кабинет. Ходить по лестнице вверх-вниз у меня просто не осталось сил. Груня сначала помогла мне переодеться и умыться с дороги, а затем принесла наполненный тарелками поднос, снова убегая на кухню, исправлять, что натворила Тамарис.

Поужинав, я немного полистала свои записи, сделанные в городе, но за окном стремительно темнело, поэтому отложив всё на завтра и прихватив с собой подарки для Аделины и Августины, я отправилась в детскую.

Видя, как девочки радуются деревянным игрушкам, глядя на их счастливые личики, я чувствовала, как усталость отходит на второй план, сердце наполняется неистраченной нежностью и любовью.

Когда малышки немного успокоились, настало время вечерней сказки. Пока рассказывала, сама чуть не задремала вместе с ними. Разбудило меня осторожное касание руки и шёпот:

— Леди Элена, леди Элена, пойдёмте, я вас спать уложу!

Груня вместе со Стасей подхватили меня под руки и сонную отвели в спальню. Заснула я сразу, стоило только голове коснуться подушки.

После моего возвращения из города дни полетели за днями, сменяя друг друга. Наготовленные Мари клёцки мы ели ещё три дня, кухарка умудрялась готовить их в разном виде, а лепёшками мы подкармливали работающих на огороде солдат.

У них там даже что-то вроде конкуренции образовалось — все хотели попасть в эти трудовые отряды, ведь на заднем дворе замка можно было не только вкусно перекусить, но и поболтать с симпатичными служаночками. Все, кроме Мари и Тамарис трудились на грядках. Мы и так сильно запаздывали с посадками, поэтому нужно было создать для растений самые благоприятные условия.

Лина довольно быстро влилась в коллектив, я попросила Эбби проследить, чтобы девушку никто не обижал, впрочем, этого и не требовалось, мне очень повезло со слугами — люди тут подобрались с доброй душой. Единственное — метресса так и держалась особняком, Луиза одобрила моё решение отправить Тамарис на уборку нежилых помещений. Хотя, когда думала, что я её не слышу, экономка тихонько ворчала:

— Наплачемся с этой профурсеткой!

Но я дала слово и должна его держать.

Саженцы, полученные от супруги мэра, я высадила перед входом в замок. Конечно, с поливом придётся повозиться, но мне так хотелось облагородить внешний вид своего жилища, я уже немного начинала уставать от постоянно серого цвета камней.

А ещё я теперь постоянно носила перчатки, спрятав в них по крошечному магическому накопителю. Чтобы зарядить эти два ланзанита мне потребовалась целая неделя. Зато теперь у меня в кабинете и в спальне появилось освещение.

Помимо прочего я исполнила данное себе обещание, и теперь каждое утро перед завтраком мы вместе с Августиной и Аделиной делали зарядку. Малышкам очень понравилась новая забава, я с удовлетворением замечала на их лицах радостные улыбки, они уже не казались маленькими испуганными зверятами.

Благодаря ежедневным прогулкам на детских личиках начал проступать едва уловимый загар, они словно оживали, превращаясь из хрупких фарфоровых кукол в обычных детей. Со временем я собиралась начать потихоньку с ними заниматься, только немного разберусь с навалившимися на меня делами.

Из важного — я снова встретилась со старостой из Большого, в этот раз пригласив Клима к себе в замок. Рассказала ему о предстоящей продаже племенных овец и предложила выгодную сделку: я на год освобождаю деревню от податей, за это Клим помогает мне выкупить отару овец, которая будет принадлежать мне, но ухаживать за ней будут деревенские.

Помимо освобождения от податей, за каждый килограмм шерсти с моих овец староста будет получать небольшой процент. Распоряжаться полученными средствами он будет по своему усмотрению. Он хороший хозяйственник и я ему доверяла.

Мы долго думали и обсуждали, сколько голов скота смогут взять на выпас деревенские. Сошлись на том, что больше сотни не потянут, и то — для этого поголовья придётся строить новые овчарни. Кроме всего прочего, купить хороших овец в начале лета будет довольно сложно, обычно это делается ранней весной или осенью.

Сошлись на том, что выкупим, сколько сможем, остальное доберём осенью, тем более перед зимними холодами цены на молодняк всегда ниже.

Ещё я попросила Клима съездить со мной в Ближнее, посмотреть, как там обстоят дела и дать дельный совет. После этой поездки он долго ругался на «некоторых криворуких», заметив, что возле села отличные пастбища, да и воды вполне достаточно.

Ездили мы на телеге Клима, потому что когда собирались запрягать в коляску нашу лошадку, староста обошёл её кругом, поцокал языком, заявив:

— Зря вы жеребую кобылу в упряжь рядите, не ровен час ожеребится!

Так мы узнали, что наша лошадка совсем не старая, а раздутый живот и медлительность у неё — это всё результат беременности. Просто никто из слуг раньше не имел особых дел с лошадьми, их умения заканчивались на том, как правильно её запрячь и покормить. Поэтому все поездки пришлось отменить или делать на телеге Клима.

Овец мы всё таки купили. У того самого собирающегося уезжать скотовода. Старичок оказался ещё тем пройдохой, запросившим за каждую тонкорунную овцу, как за пять обычных. Таких набралось целых два десятка.

Клим придирчиво обошёл всё стадо, лично осмотрев и пощупав каждое животное, отбраковав старых и больных. Помимо двадцати породистых, мы забрали и всё поголовье обычных овец, которых оказалось аж шесть десятков — даже больше, чем мы рассчитывали.

Помимо овец мне достались ещё четыре козы и пятнадцать огромных индюков и индюшек.

Видя, с каким интересом я осматриваю его подворье, скотовод предложил купить и весь дом сразу — ведь его он тоже продаёт, собираясь после смерти жены перебраться к детям, живущим в большом городе.

Дом мне был без надобности, а вот кое-что из хозяйства не помешает. Если в цене сойдёмся. С этим мне помогал Фред, который по-прежнему старался не оставлять меня одну, сопровождая во всех поездках.

В результате я стала обладательницей короткой телеги — арбы и всякой прочей хозяйственной утвари. Вот только кого в эту телегу запрягать?

Коня старик нам не дал.

— Самому нужен. Вон, осла берите. Отличный осёл, не хуже лошади в упряжи будет.

Странную животинку вживую я видела впервые. Чуть меньше лошади, с мохнатой шкурой и большими ушами, ослик был очень даже милым. Но последнее слово было за Климом, в этом я больше полагалась именно на него.

Клим покупку одобрил, тем более как оказалось, арба как раз предназначалась для этого осла, так что даже упряжь менять не пришлось. На обратном пути я ловила себя на мысли, что сижу и глупо улыбаюсь. Только представьте себе — баронесса на осле!

Почти всё стадо забрал Клим, лишь десяток овец на следующий день отогнали в Ближнее. Я хотела дать заработать жителям и этой деревни тоже. С каждым из старост был составлен договор на озвученных мною условиях.

Конечно, все породистые овцы отправились в Большое. Климу я доверяла, чувствуя в нём рачительного хозяина. Как и обещала — за выпас моей отары деревенские освобождались от податей. Стадо придётся разделить на две части — тонкорунные красавицы будут жить отдельно, староста объяснил, что это нужно для чистоты породы. Ведь мы рассчитывали постепенно увеличить поголовье и заниматься разведением только породистых животных, понимая, что это принесёт нам неплохой доход.

За лето Клим собирался отстроить ещё два загона для скота с местом для зимовки. Пришлось выделить на постройку несколько монет.

Деньги просто таяли с невероятной скоростью! Но я понимала, что если не потрачусь сейчас, завтра их просто неоткуда будет брать. Это мой задел на будущее!

Со старостой из Ближнего тоже заключили договор, но так как овец, которых я ему доверяла, было всего десять и самой обычной породы, то особых условий содержания они не требовали. То, что они перепутаются с деревенскими животными, я не боялась — у каждой овечки на ухе стояло особое клеймо.

Я хотела посмотреть, как деревенские справятся со своей работой, а там уже думать, стоит ли увеличивать поголовье. Но этого было слишком мало, чтобы отменять подати на год, поэтому в договор я добавила условие по доставке сена для живности, что появилась у меня в замке. Клим заранее рассчитал мне примерное количество нужных для зимовки стогов, так что я подготовилась.

Гриня, староста Ближнего, и тому был очень рад, обещая, выполнить всё в точности по условиям договора, заявив, что тут же примется за заготовку сена, пока трава на солнце не погорела. Меня порадовал его энтузиазм, тем более через пару дней я ожидала товар из города, надеясь, что с телегой прибудут и заказанные мною косы.

Отдельной проблемой оставалась полузаброшенная деревенька на краю моих земель, но соваться в Дальнее без подготовки я не хотела. Моя интуиция просто вопила, что там что-то нечисто! Но сначала нужно озаботиться поддержкой гарнизона. Надо попросить Мари приготовить что-нибудь вкусненькое и пригласить капрала Рэда на ужин. Тем более он отправился на охоту, значит, снова будет в хорошем настроении.

Остальных приобретённых мною животных с комфортом устроили на постоялом дворе, который до этого долгое время пустовал. Груня и Лина вызвались доить коз и кормить остальных животных. Обе девушки жили в деревне и понимали в этом толк. Забот, конечно, прибавилось, но зато теперь у нас на столе всегда было и свежее молоко и яйца.

Когда я рассказала Аделине и Августине о новых жителях крепости, малышки, конечно, захотели на них взглянуть. Да я и сама хотела посмотреть, как их всех устроили.

Скотный двор был таким же старым, как и сам замок. Низкое, сложенное из камней помещение делилось на несколько отсеков, был даже огороженный дворик, где животные могли гулять. Единственное чего тут не было — это земли и травы. Придётся организовывать им выгул за стенами крепости.

Перед нашей прогулкой я сначала заглянула к Мари на кухню, попросив у той несколько морковок, которые мы скормили нагловатым, отталкивающим друг друга козам, лошади и ослу.

Ослик сразу же понравился сестричкам.

— А как его зовут? — Аделина потрогала длинное мягкое ушко.

— Даже не знаю, — я задумалась, — а хотите, сами придумайте ему имя!

— Он такой мягенький, как кексик! — Августина не была такой смелой, как сестричка, но тоже успела потрогать ослиное ушко.

— Значит, будет Кексом! — решила я. — Хотите покататься?

— А можно? — на меня смотрели две пары восхищённых глаз.

— Конечно! Попросим Мари, чтобы она собрала нам корзину для пикника и поедем на прогулку.

Я давно хотела обследовать окрестности замка, так что можно совместить приятное с полезным.

Попросив Фреда запрячь Кекса в арбу, я отправилась на кухню, сообщить что обедать я сегодня буду на природе. Стася в это время повела девочек переодеваться и заодно прихватить пледы, чтобы можно было сидеть на земле. Няня девочек отправлялась с нами.

Отдав распоряжения, я тоже решила переодеться во что-нибудь немаркое, заодно прихватила блокнот и грифельную палочку, с которыми теперь почти не расставалась.

Уже через час мы выехали за ворота. Тут я попросила повернуть в ту сторону, где со стен крепости производился сброс лишней воды. К тому же Роберто пояснил, что где-то там складировался конский навоз из гарнизонной конюшни. Сколько же его скопилось за все годы?

И то и другое я заметила издали. Чудесное озеро плескалось у подножия скалы, на которой высилась крепость, а чуть ближе к воротам яркой зеленью радовал глаз островок буйной растительности.

Вот к этому озеру мы и поехали. Близко приближаться не стали, расположившись на небольшом пригорке, откуда открывался чудесный вид на воду. Стася споро расстелила пледы, и принялась выкладывать из корзины наш обед. Надо сказать, аппетит на воздухе у всех разыгрался не на шутку.

Потом девочки с няней пошли собирать цветы, а я под присмотром Фреда направилась ближе к озеру. Я боялась, что возле воды могут быть заболоченные места, где легко провалиться, но опасалась я зря — кругом были лишь поросшие диким ирисом камни.

Глубина у озера оказалась не чтобы очень большая, дно с трудом, но угадывалось. Я как бы невзначай касалась то одного, то другого камня, иногда делая пометки в своём блокноте.

— Интересно, оно на зиму замерзает? — задумалась я.

Фред хоть и держался поотдаль, но меня услышал.

— Не думаю. Сторона солнечная, да и холодов, к которым мы привыкли, тут нет.

— Как думаешь, что если развести тут рыбу? Запустить малька неприхотливого карася.

— Нужно покумекать. Я слышал, тут в ручьях гольцы водятся, может и тут есть.

Я продолжила осмотр озера. Судя по отметкам на прибрежных камнях, оно никогда сильно не переполнялось, видимо вода тихонько просачивается между камнями. Трава вокруг озера даже на глаз кажется зеленей и гуще.

Солнечная сторона к тому же… интересно, какой толщины тут земельный слой? Что, если попробовать?

Я присела на корточки, раздвинула траву и положила ладонь на землю, даже глаза закрыла, пытаясь представить себе, что где-то там, на глубине, пролегает каменное основание.

Сначала ничего не происходило, но вот как в замедленной съёмке в голове начали высвечиваться картинки. В этот раз голосового сопровождения не было, но мне и так всё было понятно. Вот эта линия сверху — поверхность почвы, а вот та волнистая — это каменное ложе, между ними слой грунта. Цифрами указывалась толщина этого слоя в привычных мне метрах и сантиметрах.

Ух, ты! Получилось! Я достала блокнот и дополнив свои записи. Делала я это не просто так, у меня уже созрел план, как использовать эту территорию. Сад. Плодовый. Яблони, черешни, апельсины. Но как рассчитать нужную глубину почвы для всех этих деревьев?

Помниться, когда я ещё была маленькой, мама говорила, что деревья растут в две стороны: вверх и вниз. И там, под землёй, у них такая же крона, как и на поверхности, только вместо веточек — корешки. И глубина им требуется примерно равная высоте ствола — иначе дерево может не удержать своего веса и упасть.

Мой личный компьютер показал глубину почвы около трёх метров, думаю, это вполне достаточно для посадки. Я подняла голову вверх, глядя на яркое полуденное солнце. Жаль, время уже упущено, боюсь, по такой жаре саженцы могут и не перенести пересадку. Или всё же попробовать? Я видела, какие чудесные в Большом сады, может, найдётся там лишняя поросль? А яблони так и вовсе можно посадить дички и следующей весной привить на них нужные сорта.

Домой я возвращалась в крайней задумчивости, тем более девчонки так нагулялись, что задремали, устроившись на накрытом пледом сене, устилающем дно арбы.