ГЛАВА 6. Отборные свидания

Я лежала в кровати и смотрела в потолок. Время было уже позднее. Настолько, что грозило перетечь в раннее. Если я не пройду лабиринт, то Атенари мне жизни не даст. С позором выгонит из Делевены. Да и наверняка Клифф об этом узнает, а этот пройдоха сделает все, чтобы вернуть себе вожделенную лавку. Он ведь так не хотел ее упускать! Полудреме я порывалась то вскочить, чтобы убежать из страны, то собиралась искать портал в свой мир. Или даже пробить его самой. Потом на границе сна и бодрствования я вдруг решила, что когда я пойду в лабиринт заново, там может открыться портал! И я как раз смогу улететь им домой. Я металась, бредила, пугалась и обнадеживалась. В этом настроении и уснула. И тут же мне явилась Лорелея Силох. Точно такая, как на портрете, в том же платье и возрасте. Прорицательница смотрела на меня ласково и вроде бы даже с любовью. – Настенька, – сказала она, налюбовавшись, – как я рада, что ты теперь здесь, дома! Но тебе надо поторопиться и забрать сокровище, пока его не нашел кто-то другой. Он им даже воспользоваться не сможет. А испортит безвозвратно. – Сокровище? Но у меня украли карту! – пожаловалась я. – А еще мне придется проходить этот ваш ужасный лабиринт. Если бы была возможность потренироваться… Тут я замолчала, а потом сама себя перебила: – Эврика! Мне нужно в кладовку! Снова! Я закричала это так громко, что проснулась, успев заметить разочарованное лицо Лорелеи. Она, кажется, не все сказала, что собиралась. Но извините, я важную мысль поймала. Сев в кровати, я лихорадочно соображала, как мне самой попасть в свой домик, чтобы забрать макет, по которому строился большой лабиринт. Они ведь в деталях совпадают! А значит, я постараюсь его изучить. Даже дышать стало легче. Осталось уговорить Эдгара отпустить меня в Лавку хоть на час. Если надо, я ему подписку о невыезде дам. И о неразглашении. Да какого угодно “не”! После этого озарения я уснула уже крепко. И Лорелея Силох меня больше не навестила. А может и приходила, но я погрузилась в сон так глубоко, что ее и не заметила. С утра не хотелось любоваться собой в зеркало. Круги под глазами красноречиво говорили, что спалось мне плохо. Пришлось доставать магическую пудреницу и устранять косметические дефекты. Когда ко мне пришла горничная с завтраком, я сказала, что мне очень нужно поговорить с графом Атенари. Бедняжка испугалась, ничего не ответила и быстро убежала. А спустя десять минут меня навестил мой бесцветный друг Норман Тару. – Что-то случилось, эдери Настя? – спросил он обеспокоенно. – Да, – кивнула я, – мне необходимо доставить сюда из моей лавки артефакт. Такой, что никому другому в руки не отдашь. Я должна сама его взять и привезти сюда. А для этого, как вы понимаете, мне нужно временно покинуть ваш гостеприимный дворец. – Такое распоряжение может дать только граф Атенари, – смутился белесый. – Поэтому я и попросила встречи с ним, – напомнила я, – а пришли все равно вы. Норман удивился, надо полагать, за то, что он не Эдгар, и вышел. Я же пребывала в нервозном состоянии. Мне хотелось приступать к выполнению своего плана, не откладывая. А тут столько препятствий образовалось. Кроме того, надо все же и к тройному свиданию готовиться, раз я сама его придумала. Дверь открылась без стука. Граф Атенари вальяжно прошел в мои покои. – И какой повод вы придумали, чтобы улизнуть отсюда? – спросил он насмешливо. 6.2 Граф Атенари выглядел прекрасно. Костюм с иголочки выгодно подчеркивает широкие плечи, мощный торс и длинные мускулистые ноги. Высокие сапоги начищены до блеска, благородные пальцы сжимают не менее благородную тонкую трость, явно для красоты а не помощи при ходьбе. Хотя может это вообще хлыст, уж очень изящно смотрится. Идеально выбрит и благоухает. Мечта, а не мужчина. Только очень уж себе на уме. Никак не понять, чего он хочет-то, в итоге. – Ваше стремление все время меня в чем-то подозревать – отвратительно! – решительно сказала я. – У каждого мага есть артефакты, которые может брать в руки только он. И я не исключение. Мне необходимо забрать кое-что, и срочно! Это связано с вашим отбором, между прочим. Я с этим магическим предметом буду куда продуктивнее. – Вы не доверяете даже вашим слугам? – спросил граф. – Доверяю. Хотя да, некто действительно похитил у меня нечто важное. Или выронил, пока еще не знаю. И мне это тоже нужно проверить на месте. – Как же вы, сильнейшая ясновидящая, не знаете, кто же украл вашу вещь? – насмешливо поддел меня Эдгар. – Вот хватит меня уже подкалывать. Вы не знаете до конца, как работает предвидение, а туда же! Терпеть не могу невежд, что считают себя компетентными во всех вопросах. Граф насупился. – Ладно, принято, – произнес он с неохотой, – вы поедете вместе с Норманом. И постарайтесь уложиться до обеда. Не хочется начинать отбор без вас. – Благодарю, эдре, – присела я то ли в реверансе, то ли в книксене… то ли просто ради фитнеса. Вот так мне удалось вырваться в свою Лавку Предсказаний. Правда, всего-то на полчаса. Энчира, грустившая за прилавком, при нашем с Норманом появлении радостно подпрыгнула. – Эдери Анастасия! Вы вернулись! – Еще нет, – огорчила я помощницу, – только за кое-какими артефактами отпустили. Скажи, Энчи, кто собирал мои вещи по списку? Энчира нахмурила рыжие брови. – Да мы втроем. Я, Бети и эдре Олбан. – А книгами кто занимался? – Эдре Олбан, кажется, – задумалась девушка, – но я не до конца уверена. Времени нам дали мало, мы очень торопились. Поблагодарив менеджера-консультанта за помощь, я пошла в свой кабинет. Норман последовал за мной. – Эдре Тару, – остановила я его, – некоторые мои приспособления слишком сакральны, я никому их не показываю. Будьте добры, подождите меня в торговом зале. Я увидела, как он колеблется. – Обещаю, что не сбегу, – сказала я, – но правда, в магии есть области, куда никого нельзя пускать, кроме разве что супруга колдуна. Увидите, что не следует, и вам придется на мне жениться сию же секунду. Это его напугало. Беловолосый поспешно ретировался под присмотр Энчиры. Я же зашла в свой кабинет. На первый взгляд он выглядел как обычно. А на второй… Мне кажется, или портрет Лорелеи чуть сдвинут? А может, это я сама его в таком положении и оставила. Подойдя к картине, я пригляделась. Снимать ее не стала, поскольку рама очень уж тяжелая. Поправила изображение прорицательницы, нажала на брошь и вскоре зашла в тайную кладовую. Подсветив себе, поняла, что тут никого не было. Все так же, как я и оставила. Вытащила ларец с макетом лабиринта, поставила на стул. Тяжелая вещь и хрупкая, поскольку из стекла. И важно не выдать, что это именно лабиринт. Жаль тут замка нет, желательно, кодового. Что ж, буду охранять и так. Я осмотрела пол и в кладовой, и в кабинете, с надеждой, что сама выронила карту из книги и теперь она где-то тут валяется. Но тщетно. Загадочный план исчез. Стало горько и гадко. Кто из моих сотрудников вступил в сговор с Клиффом? Собственно, это мог быть кто угодно, ведь Силоха они знают куда дольше, чем меня. С чего я вообще решила, что мои менеджеры будут преданы мне больше, нежели старому хозяину. В дверь постучали. – Эдери Настя, у нас с вами совсем немного времени, – услышала я голос Нормана, – пора бы и обратно. – Заходите, – разрешила я. Тару быстро открыл дверь. Уставился удивленно на мой сундучок. – Вот эту ценную коробку с магическими артефактами мы должны взять с собой, – кивнула я, видя, что он уже и так все понял. – Как скажете, эдери, я помогу. Норман поднял ларец. Кажется, он думал, что это будет куда легче и не рассчитал силы. Поэтому сундучок чуть было не полетел вниз. Тару испуганно ухватил ларец за крышку и у меня сердце ухнуло на уровень колен. Вот сейчас сундук откроется и лабиринт выпадет на пол, разобьется вдребезги. Но случилось странное. Крышка оказалась крепко закрыта. Будто ее замок удерживал. Это и позволило Норману не уронить ларец. – Прошу прощения, эдери, – удрученно сказал Тару, ставя ларчик обратно на стул. – Попробуйте его открыть, – вырвалось у меня прежде, чем я успела сама себя остановить. Удивленный помощник графа послушался. И не смог ни на миллиметр приподнять крышку. Подойдя к ларцу, я осторожно взялась за края и почувствовала, что под моими руками крышка подается вверх. Ларец все же оказался с секретом. Значит, любоваться содержимым сундучка могу только я. Это меня приободрило. Норман с грузом двинулся к выходу на улицу. – Эдери! – крикнула нам вслед Энчира. – Когда вы к нам вернетесь? – Записывай посетителей на дату через две недели, – улыбнулась я, – все будет хорошо. Мне и самой хотелось в это верить. 6.3 Я тряслась над драгоценным сундучком, боясь, что лабиринт внутри него слишком хрупкий, будет биться о крышку на ухабах и, самое ужасное, нарушится целостность его переходиков. Уж не знаю, как я дальше буду разбирать лабиринтик, чтобы его изучить, но главное, что он у меня есть сейчас! Добравшись в комнату, я спрятала сокровище в шкаф, еще раз проверив, что могу откинуть крышку без проблем. Есть в нем какой-то секретик, в этом сундучке. Понять бы, почему именно я его открываю, а Норман нет. Кажется, дух старушки Лорелеи ко мне благоволит. Сколько же совпадений в этой истории: мое удивительное, пугающее сходство с прорицательницей, попадание в ее лабиринт и случайная победа в конкурсе. С этими мыслями я отправилась на первую совместную встречу графа Атенари с его потенциальными невестами. Романтический обед проводился в небольшом, но просторном зале, в центре которого был накрыт длинный овальный стол. В помещении создали почти интимный полумрак, на столе горели свечи, подле каждого прибора стояла цветочная композиция. Явно где-то тут еще и благовония воскуривались, потому что аромат стоял головокружительный. Хотелось окунуться в него с порога и плыть по этим душистым волнам. Когда я зашла, за столом уже сидели все наши кандидатки. Норман разместил их так, что между ними влезло бы еще по трое человек. Девушки благовоспитанно смотрели прямо перед собой, хотя я видела, как Элоизе и Лейле хочется поозираться на друг на друга. Что касается творческой скрипачки Конни, она совершенно точно пребывала в своем собственном мире. В зеленых глазах дочери маркиза Лира, кажется, порхали музы. На губах играла легкая полуулыбка. – Прошу присесть за ваш столик, эдери Анастасия, – церемонно обратился ко мне Норман Тару. И я тогда наконец-то разглядела еще одно посадочное место, чуть поодаль от большого стола – маленький, чуть больше подноса в диаметре, безо всяких цветочков, с одной свечкой между тарелок и приборов. Правильно, мне романтика не положена. – Анастасия Зиновьева – консультант нашего отбора, – напомнил Норман, хотя никто его об этом и не спрашивал, – сейчас эдери Настя расскажет, что вас ждет сегодня, а я покидаю вас, и желаю приятного вечера. И дня тоже. Тару раскланялся и вышел, стараясь не припустить бегом. Оставил, можно сказать, наедине с хищницами. Друг на друга им глазеть казалось неприличным, а вот меня прожигать любопытными взорами – запросто. Так, я должна сообщить девицам, как пройдет наш сегодняшний странный день свиданий. Постучав вилкой по пустому бокалу, я кашлянула для важности, хотя внимание привлекать вовсе не требовалось, три пары глаз и так были устремлены на меня. Даже мечтательница Конни на время вынырнула в реальность. – Итак, дорогие невесты, – официально обратилась я к девушкам, – вас всего трое. Вы, можно сказать, уже в финале. Вы – самые достойные и лучшие из лучших. Барышни согласно закивали. А я силилась вспомнить, что там дальше говорят в таких случаях ведущие телевизионных шоу про холостяков. – Вот-вот к нам присоединится граф Эдгар Атенари, будущий маркиз, доверенное лицо короля Рауля Четвертого и его наместник во владениях Делевены. За такого завидного жениха можно и побороться. Но у нас цивилизованный отбор, поэтому мы не станем устраивать песен и плясок. Все трое вздохнули. Элоиза и Лейла с облегчением, а Конни, кажется с разочарованием. Она явно рассчитывала покорить графа своим музицированием. – Сегодняшняя ваша задача – продемонстрировать свои навыки светской беседы за столом. А граф будет ухаживать за каждой из вас, словно кавалер на обычном свидании. С той разницей, что барышень целых три. Тут девицы впервые переглянулись и захихикали. На этой оптимистичной ноте в зал и вошел Эдгар Атенари. И в руках у него было три пышных букета, для каждой из прекрасных дам. Смешно, но я слегка расстроилась, не увидев четвертого букета. Но ведь я тут и не как женщина сижу, а как консультант. 6.4 Я словно сидела в вип-ложе домашнего театра, наблюдая, как разворачивается напряженная психологическая драма. И даже местами грозит перерасти в социальный триллер. Вначале девушки осматривали свои букеты. Все они были разными. Элоиза получила композицию в желтых тонах. Герберы, похожие на срезанные солнышки, пышные как пачки балерин, пионы, элегантные ирисы. И все это пересыпано необычным, лимонного оттенка, жемчужником. Скрипачке Конни достался букет в холодных тонах. Пики белых и голубых гладиолусов, резные листья декоративных папоротников, мелкие точки гипсофил. Пышечка Лейла Гром с удовольствием приняла цветочный взрыв. Разноцветные розы, словно раскрашенные кисточкой озорного художника, минимум зелени и оформления, букет перевязан широкой атласной лентой нежно-голубого оттенка. Расторопные слуги появились тут же и расставили букеты в прекрасные вазы. А их поместили ближе к хозяйка композиций. Эдгара Атенари посадили так, чтобы он находился на равном расстоянии от всех своих потенциальных невест. Невероятно, кто и как это рассчитал. Но выглядело идеально. Я же со своей позиции могла видеть гордый профиль графа, а также разглядеть лица девушек, чтобы не пропустить какой-нибудь важный оттенок эмоции. Все трое смотрели на графа как бы исподтишка. Но я прекрасно видела их маневры. То и дело Элоизе и Лейле по очереди требовались соль, перец или какой-нибудь соус, которые мог подать исключительно Эдгар Атенари. Конни все же не так интенсивно участвовала в застольных игрищах. Вокруг господского стола весенними птичками порхали официанты, щебеча о достоинствах блюда графской кухни. Внезапно выяснилось, что наши дамы питаются чуть ли не воздухом. Даже Лейла, которая выглядела так, словно ней не чужды кулинарные радости жизни. Я же себе могла ни в чем не отказывать, хоть до моего столика обслуживание доходило в последнюю очередь. С удовольствием попробовала каждое блюдо и осталась весьма довольна. – Какой удивительный привкус у этого латука, – восторгалась Лейла, – а если на него капнуть лимонного сока, вообще словно изысканное блюдо. – А мне больше по нраву пюре из цветной капусты с вытяжкой из брусничных косточек, – сообщала Элоиза. – Тогда вам точно придется по вкусу салат из пророщенной пшеницы, политой соевым соусом, – подбадривала подруг по счастью Конни. И вот ей я почему-то верила. Она выглядела так, будто бифштекс из тофу способен заменить ей три приема пищи. Эдгар Атенари резал сочный кусок мяса средней прожарки и задумчиво посматривал на своих “невест”. И как мне показалось, чуть испуганно. Я же расправилась с наваристой солянкой и потянулась к салату с морепродуктами. – Эдери Анастасия, – обратился вдруг ко мне граф, – как вам суп? – Очень душевный, – призналась я, – еще бы тарелочку легко осилила, но боюсь, остальное не полезет. Элоиза посмотрела на меня так, будто я у нее пельмень из тарелки вытащила или голубец стащила. – А знаете, – сказала она, – пожалуй, я тоже попробую что-нибудь эдакое. Слышала много отзывов о стряпне шеф-повара замка Атенари. – Действительно! – поддержала ее Лейла. – А то невежливо выходит. Человек старался, готовил, а мы не едим. Конни же продолжала есть свою траву, совершенно искренне наслаждаясь вкусом. Застольная беседа получалась несколько принужденная. Когда Эдгар закончил со своим стейком, он попытался завести разговор об искусстве, но инициативу тут же перехватила Конни. Кажется, она была уверена, что кроме нее тут нет компетентных в плане духовного развития людей и с готовностью всех просвещала. Лейла, которая в это время с аппетитом наворачивала местный аналог беляшей, очень маленьких которые нужно брать, насаживая на деревянные шпажки, чтобы не пачкать рук. Трапеза завершилась, и Эдгар пригласил нас проследовать в сад, на прогулку. Барышни с энтузиазмом согласились, и вскоре, подобрав юбки, мы все расхаживали между деревьями. Часть из них уже отцвела. Но многие только-только вступали в эту прекрасную пору, и ароматы стояли потрясающие. Эдгар повел себя продуманно. Он по очереди брал каждую дамочку под ручку и водил кругами, о чем-то тихо беседуя. Остальным двоим ничего не оставалось, как самим вступать в контакт. Иначе очень глупо выглядело. Так все четверо начали между собой общаться. Мне уже самой интересно стало поговорить вечером с Эдгаром, обсудить итоги первого дня нашего импровизированного “Холостяка”. А еще я вглядывалась в лицо Атенари, пытаясь увидеть, нравится ли ему кто-то из кандидаток. И мне почему-то хотелось… нет, до чего глупо… но чего уж там. Если бы я увидела увлеченность кем-то из троих барышень, то кажется, расстроилась бы.