Глава 17. В ловушке

Утром и днем в нашей лавке стояла небывалая суета. Женщины, привлеченные магическим словом «БЕСПЛАТНО», выведенным на дощечке крупным шрифтом, толпились у витрин. Слышались разговоры, смех и короткие споры, когда кто-то не поделил нужный цвет чулок. Купили даже залежалые шали, что я уже отчаялась продать, а заодно и половину новых поступлений. Я только и успевала считать монеты, прятать их в ящик стола и заносить в тетрадь пожелания по цветам и фасонам. – Представляешь, Леонсия, – Роза начала наводить порядок на полках, когда мы, наконец, остались одни. – Мелине в честном бою все же достался тот изумрудный корсет, хотя в этом цвете она будет выглядеть как задыхающаяся селедка. Но разве она послушает! Хотела бы я увидеть лицо ее мужа, когда она предстанет перед ним в этой красоте, – она цокнула языком. Я прыснула от смеха: – Не удивлюсь, если через девять месяцев нам придется срочно открывать линию по пошиву младенческих распашонок. – А у тебя там остался кто-нибудь? Семья, дети? Моя улыбка дрогнула и погасла. Роза, сама того не зная, наступила на больную мозоль. Перед глазами всплыла картинка из прошлого, которую я очень старалась забыть: грубые мужские руки, швыряющие меня на землю, и удары… один за другим. По животу, который я защищала руками. По спине. Мужчина, от которого я сбежала, чтобы спасти себя и нерожденного ребенка, все же нашел меня. Потом были белые стены больницы и вердикт врачей: вы никогда больше не сможете иметь детей. Скажите спасибо, что сами остались живы. Помню, как я плакала, отвернувшись лицом к стене. Мне что-то кололи, говорили, что все обязательно будет хорошо, нужно только верить и быть сильной. Но вместо надежды пришла пустота, а потом меня увезли в реанимацию. И я оказалась здесь. – Никого, – глухо произнесла я, возвращаясь в настоящее. – Мама умерла, когда мне было девятнадцать, отец ушел от нас еще раньше и отказался общаться. А с мужчинами… Мне никогда с ними не везло. Роза хмыкнула. – Мужчины – это не головоломка, а хмель, деточка. Их пьешь, пока приятно, а как горечь пошла – выливаешь остатки и не мучаешься. Следуй правилу, которое меня еще ни разу не подводило: пусть любят они, а ты просто позволяй себя любить. Я покачала головой, но промолчала. – К тому же, – Роза хитро прищурилась, – у тебя есть выбор среди двух красавчиков. Уж поверь мне, не каждой девушке дано привлечь внимание дракона, да еще такого. Скрывать от нее правду дальше было бессмысленно. – Он мой муж. – Богиня-госпожа, так ты сбежала от самого Ксавера Гранда? – смоляная бровь Розы удивленно выгнулась, и она усмехнулась. – Ну теперь я точно верю, что ты издалека. Только учти, деточка: дракон когти просто так не разжимает. Если уж сжал – попробуй из них вырвись. Я поспешно опустила взгляд, делая вид, что занята тетрадью с записями. Но мысль о том, что Ксавер никуда не собирается меня отпускать, и именно поэтому не дает развод, все настойчивее укреплялась в голове. «Как только он поправится, поговорю с ним еще раз», – пообещала я себе. ***** Вечерний воздух в Азерре пах жасмином, терпкой горчинкой лимона и пряным базиликом, что рос у домов в глиняных горшках. Городской сад жил своей курортной жизнью: где-то в глубине звучала гитара, по зеленым аллеям прогуливались парочки, смеялись дети. Но чем дальше мы уходили вглубь, тем тише становилось. Узкая лестница вывела на небольшую смотровую площадку с аркой из алых роз и мраморным фонтанчиком. – Прекрасное место для прогулок, – Риэль белозубо улыбнулся, облокачиваясь на каменную балюстраду, за которой открывался великолепный вид на залив. – Мне казалось, ты избегал людных мест, – я встала рядом, заметив, каким напряженным сделался мужской взгляд, стоило нам остаться наедине. В черных глазах тлели жаркие искры, и я вдруг поняла, что им движет вовсе не желание погулять со мной в вечернем саду, а совсем другое желание… «Надо было идти одной», – с досадой подумалось мне. Но я так мало где была в Азерре, что просто не смогла устоять от предложения сопровождать меня в одну из главных достопримечательностей городка. В глазах мужчины заплясали коварные огоньки. – Обычно избегаю, – легко согласился он, делая шаг ко мне. – Но иногда есть особое удовольствие в том, чтобы держать сокровище на виду. Особенно когда знаешь, что никто не посмеет его отобрать. Выражение красивого лица, пристальный взгляд и голос, пробирающий до мурашек, заставили меня еще больше напрячься. – Ты говоришь так, будто тебе нравится ходить по тонкой грани. Риэль усмехнулся. – Разве это плохо – испытывать судьбу, пока она дает такую возможность? Все мужчины любят опасность и риск, но рано или поздно везение заканчивается. Это просто жизнь, Леонсия, и глупец тот, кто думает, что он непобедим. В его словах было что-то такое, что заставило вспомнить о Ксавере и его ранении. Риэль уже знает об этом? Но откуда, если дракон так и не вернулся в загородный особняк мэра? Неужели?.. Инстинкты внутри буквально кричали о том, что нужно уходить, иначе этот вечер закончится совсем не так, как я предполагала. Даже когда этот мужчина говорил спокойно или шутил, я чувствовала, что играю с огнем. Всегда, с самой первой нашей встречи. Но вопрос «Кто ты на самом деле, Риэль?» так и не сорвался с моих губ. – Уверен, моя удача будет со мной, пока ты рядом, – он подошел вплотную, в голосе появилась соблазняющая хрипотца. – Разве ты не чувствуешь того же, Леонсия? – Риэль… я отступила, но он стер расстояние одним движением, впечатывая меня в свое напряженное тело и наклоняясь ближе. Легкие наполнил запах – терпкий, мужской, с нотками морского бриза и жгучего перца. – Ты же тоже любишь играть с огнем, Леонсия, – раздался бархатный шепот у самого уха. Губы мужчины обрушились на мои – резко, жадно, сминая их с безудержной страстью. В голове сверкнула яркая вспышка, по телу прокатилась волна жара, а следом дрожи. Риэль притянул меня к себе еще ближе, одной рукой зарывшись в волосы на затылке, а другой обнимая за талию. Его язык проник между моими губами, лаская, отбирая дыхание, утверждая право. Этот ходячий грех целовался как бог, так что на несколько секунд я застыла в его объятьях, полностью дезориентированная, ошеломленная. Но все же нашла в себе силы собраться и отстраниться. – Пусти, – вырвалось у меня. Риэль нехотя разжал хватку, но не отступил. Он несколько долгих секунд молча рассматривал меня прищуренными глазами, а потом губы изогнулись в медленной, порочной усмешке. Кажется, этим прервавшимся поцелуем я только раззадорила его. – Прости, – сказал он наконец, но раскаяния в его голосе точно не было. – Зато теперь я знаю, что ты действительно сокровище, за которое стоит побороться. Я резко отвернулась, чтобы скрыть смятение. – Мне пора в лавку. И, не давая себе времени на сомнения, стала спускаться по каменной лестнице, чувствуя, как сердце стучит где-то в горле, а губы все еще горят от его поцелуя. ***** Часы на городской ратуше давно пробили полночь, но сон никак не приходил. Я ворочалась на постели, все еще чувствуя на губах обжигающе горячий поцелуй Риэля. Вспоминала его красивое, мужественное лицо и крепкие объятия. И невольно сравнивала двух мужчин, с которыми судьба свела меня в этом мире. Они оба были хищниками, которые не оставляют понравившейся женщине выбора, напористо беря ее штурмом. Хотела ли я такихотношений? Для меня ответ был очевиден: нет. Не после того, что случилось со мной в прошлом. «Ни с одним из них спокойной жизни не будет», – я перевернулась на другой бок, закрывая глаза. …Мне снова снилась другая жизнь, точнее, самый ее конец, который до этого я не помнила. Яркий свет ламп на потолке, звук металлических инструментов и разливающийся по телу холод. Кто-то говорил надо мной незнакомыми голосами, короткими обрывками фраз: – Мы теряем ее! – Давление падает… – Не дышит… Резко распахнув глаза, я жадно втянула воздух и тут же закашлялась. Комнату заполнял едкий дым, по занавескам ползли языки пламени. У окна валялась разбитая бутылка с какой-то жидкостью. Вскочив с кровати, я схватила покрывало и попыталась сбить пламя, но оно перекинулось на деревянные ставни, быстро пожирая сухую древесину. – Ритта! – я закрутилась на месте, чтобы найти кошку, но ее нигде не было. Скорее всего, она успела перебраться на крышу через окно, что проделывала уже не раз. На кухне была вода, но когда я вновь вбежала в спальню, поняла, что тушить огонь бесполезно. Подгоняемый ветерком с моря, он уже бушевал на кровати и теперь подбирался к шкафу, на котором лежали рулоны ткани, подаренные Риэлем. Путь через окно тоже был отрезан. – Помогите! Пожар! Я слетела с лестницы в одной сорочке, босиком и бросилась к входной двери, чтобы выбежать на улицу и позвать на помощь. Дернула за щеколду, но она не поддалась. – Черт! Только не это! Снова и снова я толкала дверь, но у меня ничего не получалось, как будто на нее навесили замок. На окнах были ставни, но они были заперты на крючок снаружи. Дым становился все гуще, резал глаза и проникал в легкие, заставляя дышать через раз и надсадно кашлять. Я вцепилась в дверную ручку, как будто она могла меня спасти, и с отчаянием оглянулась вокруг. Не было сомнений, что это не несчастный случай. Лавку подожгли, бросив бутылку с горючей смесью, а дверь заперли снаружи, чтобы я точно не выбралась. – Помогите! Снаружи раздались глухие удары, как будто методично били по металлу чем-то тяжелым. Кто-то явно был там и пытался меня спасти. Дверь распахнулась, впуская вихрь свежего воздуха, и внутрь шагнул высокий мужчина, тут же отыскивая меня взглядом. – Леонсия! – Риэль крепко прижал меня к себе. – Я здесь, не бойся. В его голосе не было ни тени обычной ленивой насмешки, только жесткая решимость. Я смогла лишь кивнуть в ответ, смотря на мужчину, челюсти которого были плотно сжаты, а брови нахмурены. Как он оказался у лавки посреди ночи? И в этот момент откуда-то со второго этажа донесся слабый испуганный голос кошки: – Мяу! – Там осталась Ритта! – я рванулась к лестнице, которую уже полностью заволокло дымом. – Стой, – Риэль перехватил меня за талию, не давая вырваться. Несколько секунд он смотрел на меня нечитаемым взглядом, а потом бросился вперед, но у самой лестницы обернулся: – Жди меня на улице и не смей входить внутрь. Я сам найду ее. В тоне его было столько неоспоримой власти и уверенности, что я безропотно подчинилась. Стояла на улице и смотрела, как он растворяется в клубах дыма. Время, казалось, растянулось в бесконечность. Страх за себя прошел, но вместо него меня накрыло отчаянием оттого, что Риэля по-прежнему видно не было. Лавка, которую мы с такой любовью оформляли с Розой, горела – огонь безжалостно уничтожал все наши труды. И когда уже казалось, что ждать больше невозможно и я собиралась его ослушаться, он появился с прижатой к груди пушистой Риттой. – Держи свою принцессу, – Риэль протянул ее мне, и я заметила кровь на его руке – должно быть, кошка все же проявила свой характер и оцарапала его. Но мужчина лишь усмехнулся, проследив мой встревоженный взгляд, и тут же вновь стал серьезным. – Пожар уже тушат, все будет хорошо, Леонсия. – Я хочу помочь! – Нет. Ты никуда не пойдешь, – мужчина резко остановил меня, порывавшуюся броситься к лавке. – Они все сделают сами, а ты останешься со мной, – добавил он уже мягче. Из окна второго этажа, где располагалась моя спальня, выбивались языки пламени. Слышались крики горожан, сбежавшихся на шум, люди носили воду, передавая ее по цепочке. Я отстраненно заметила, что среди них слишком много крепких мужчин, не похожих на наших соседей. Риэль все это время стоял рядом – мрачный, с играющими на скулах желваками. – Спасибо тебе… За все. Пламя отражалось в его черных глазах, когда он перевел взгляд на меня. И было в нем что-то такое, что я поняла в этот момент: он не остановится ни перед чем, чтобы завоевать мое расположение. – Это был не случайный пожар, Леонсия, – мужчина озвучил то, что я уже и сама поняла. – Кто-то очень хотел, чтобы ты не пережила эту ночь. Я сглотнула вязкий ком в горле, думая о том, что знаю лишь одного человека, который мог бы желать мне смерти. – Второй раз меня может не оказаться рядом, – Риэль сжал мои пальцы в своей горячей ладони, – поэтому сейчас ты пойдешь со мной.