52

Герцог потянулся поцеловать мою кисть, но я испуганно отдёрнула руку. Я не готова.

– Простите, я не могу, – прошептала я с горечью.

Не могу. Не хочу быть с человеком, которого не люблю.

Том приблизился к нам со стаканом воды и с улыбкой протянул герцогу:

– Прошу вас, лорд Монро.

– Благодарю, – герцог принял стакан и, покрутив в руках, повернулся ко мне. – Не торопись. Подумай хорошо о своём будущем, как будет лучше для тебя. И для ребёнка.

Монро поднялся, оставив стакан на скамье, и медленно зашагал по садовой тропинке, заложив руки за спину. Плечи опущены, голова поникшая. Жалко вдруг его стало. Я возненавидела себя за то, что отказала хорошему человеку, который много заботился обо мне всё это время.

Подошла мама и обняла за плечи.

– Что случилось? Он сделал тебе предложение? – проницательно проговорила она.

– Да, – кивнула я, опустив взгляд. – И он знает, кто я.

– Что теперь делать, Изабелла?! Он знает про твой дар? Тебе нужно спрятаться!

– Нет, про дар не знает! Но он меня не выдаст. Будет хранить все секреты – так он сказал. Но я почему-то ему не верю. Завтра должен приехать нотариус от Ричарда, мы переоформим отель на тебя, мам, и тогда будет не страшно открыться, кто я на самом деле. Пока не стоит ссориться с лордом Монро. Правда, что делать мне потом – я не знаю. Кажется, мой брак был ошибкой. Ричард сказал, что не выдаст мой дар, даст родить ребёнка, но я… – голос осёкся. – Он не любит меня, мам. Он любит свою Маргарет… Я хочу развод.

Фердинанд заскулил, утыкаясь мне в ладонь, словно возражал против моих слов. Я погладила собаку.

– Изабелла, успокойся, – сказала мама, взяв меня за плечи. – Что бы не наговорил тебе лорд Монро про Ричарда, всегда смотри на дела, а не на слова. Говорить можно всё, что угодно. Мне, конечно, Ричард Сотеран совершенно не нравится, но он не раскрыл твой дар, значит ты ему не безразлична. Не дай себя никому запутать, моя девочка. Смотри на поступки мужчин. Моя мать меня так учила. Твой папа ведь тоже сухой и молчаливый, но зато я всегда чувствовала от него заботу и любовь.

Фердинанд снова заскулил, облизывая мне руки и подставляя голову, чтобы погладила. Я прижалась к собаке и запустила пальцы в густую шерсть.

– Спасибо, мама.

Мы отправились на просторную веранду, где гости уже собирались в ожидании ужина. Монро тоже был тут. Все говорили о светских новостях, дуэль никто не обсуждал. Но, думаю, если бы герцога здесь не было, то разговоры бы только и были, что об их ссоре с Сотераном.

Когда появилась принцесса Маргарет под руку с сестрой, я поправила вуаль и ушла. Не хочу её видеть. Буду ужинать в одиночестве, так хоть аппетит никто не перебьёт.

Я попросила маму извиниться за меня и сказать, что я больна и иду отдыхать. Лорд Мейсон сразу же последовал за мной, чтобы проводить, но моя мама, словно грозная птица-защитница вышла ему навстречу, что-то тихо сказала и взяла под руку, ведя обратно на веранду. Вот мама моя умница, чувствует, что мне хочется побыть одной, и ограждает.

Но отдохнуть у меня не вышло. В усадьбу прибыли судебные приставы во главе с лордом Визардом. Опасаясь внимания со стороны гостей, я торопливо проводила их в свой кабинет.

– Они хотят отобрать усадьбу, – прошептала я маме, вцепляясь в её руку, как в спасительную соломинку.

Было ощущение, что всё рухнуло.

– Спокойно, милая, я с тобой, – ответила мама. – Тебе нельзя волноваться. В конце концов это только усадьба. Мы с тобой в своей жизни уже потеряли всё однажды. Не бойся. Главное, чтобы никто не узнал про твой дар, а с остальным разберёмся.

На пороге кабинета меня окликнул лорд Мейсон.

– Леди Эванс, это приставы? Почему вы не позвали меня? Позвольте я встану на вашу защиту перед лордом Визардом.

– Хорошо, я буду признательна… – прошептала я немыми губами, не отпуская маму из объятий.

Лорд Визард, как и ожидалось, стал требовать деньги. Пятьсот тысяч крон, или прямо сейчас будет подписан документ об изъятии усадьбы из моей собственности.

– Дорогая, я готова оплатить ваш долг, – прошептал лорд Мейсон, склонившись к моему плечу.

Я подняла взгляд на Монро, его лицо хищно заострилось. Боже, я уверена, что оплатив мой долг, он заключит меня в ещё большую кабалу, вынудит выйти за него. А я не могу.

– Нет, – помотала головой, и герцог резко выдохнул, словно терпению его пришёл конец.

– Изабелла, я последний раз вам предлагаю, – прошипел Монро. Кажется, он стал в открытую злиться.

– Ну что, вы готовы погасить долг или? – строго произнёс Визард, опуская перо в чернильницу.

Один росчерк в документе – и усадьба больше мне не принадлежит!

Сердце сжималось. Они грабят меня, и закон бездействует.

Я обняла себя руками от безысходности, но вдруг почувствовала в кармане платья толстую кожаную книжку. Чековая книжка Ричарда!

– Стойте! – произнесла я, потянувшись в карман.

Пятьсот тысяч крон – очень большие деньги, я не знала обладает ли Сотеран подобной суммой и не оторвёт ли мне голову за огромные траты, но выхода не было – сам дал мне свою чековую книжку. Я выписала чек и протянула Визарду.

Нужно было видеть глаза Монро – они вспыхнули ядовито-фиолетовым светом, так что по коже пронеслись мурашки. Я быстро отвернулась.

– Вас устраивает мой чек? Если да, то прошу покинуть мою усадьбу.