Глава 41

С замиранием сердца я посадила луковицу в горшок. На моих глазах фиолетовые прожилки тут же опутали будущий росток, заключив его в прозрачный кокон.

Я уселась на пол и сосредоточилась на заклинаниях, которые мне достались по наследству. По опыту предыдущих посадок (пусть и не очень обширному) я уже знала, что в случае с цветами не так важен был текст, как внутреннее состояние так называемого творения.

С каждым произносимым словом я чувствовала, как моя сила растет. Золотой шар в сердце расширялся, по рукам бежали токи энергии.

Границы тела исчезли. Я словно сама стала золотистой аурой, а вовсе не человеком. В первые минуты даже испытала смутную тревогу. Еще растворюсь в процессе и не смогу собраться обратно, а у меня столько дел и обязательств, но тут услышала над ухом успокаивающий перезвон колокольчиков — сиянцы прилетели меня поддержать.

Я улыбнулась и полностью погрузилась в творчество. Наверное, если бы кто-нибудь сейчас посмотрел на оранжерею со стороны, то увидел бы не стеклянную крышу и деревянные балки, а светящееся нежно-золотым цветом пятно. По крайней мере, мне так казалось.

Даже Теодор с Габриэллой притихли и кроме робкой реплики: «Посмотрите, графиня, как она похожа на Бертрана в такие моменты», я не услышала от них ни слова.

Эта фраза заставила меня (точнее, Адель) отвлечься на воспоминания об отце. Грусть проникла в сердце, и по щекам покатились слезы. Перед глазами стали всплывать картинки из детства: совместные прогулки, праздники, чаепития в беседке. На несколько минут я позабыла о цветке и предалась мыслям о прошлом.

Спохватилась, когда уже закончила читать заклинания. Я отложила тетрадь, дотронулась ладонями до земли и почувствовала, как луковица поглощает тепло, идущее из рук.

Приятные мурашки побежал по телу. Сердце, казалось, стало необъятным. Я пребывала в невероятно красивом, наполняющем потоке, который лился сверху и проходил сквозь меня — в землю.

— Благодарю, — прошептала я, преисполнившись счастьем.

Посидела еще немного около горшка с луковицей, взяла графиню и отправилась к источнику.

Стебли Кристаллии уже окончательно окрепли, и легкий ветерок раскачивал маленькие соцветия, заставляя их звучать подобно стеклышкам в калейдоскопе.

Я зачерпнула прозрачной воды и тут же выслушала от графини несколько недовольных реплик по поводу ее замоченных боков.

Подумать только, какая лейка стала недотрога. То, что она тринадцать лет провалялась в мусоре, почему-то Габриэллу не так смущало, как несколько капель чистейшей воды на корпусе.

Я полила орхидею и в задумчивости остановилась возле раскидистых кустов.

Сад, как и дом, конечно, стали более ухоженными, но все еще были далек от идеала. Решила, что как только отдам плотнику долг, попрошу Мартина сделать клумбы и качели, которые мне хотелось повесить на иву (как это было в детстве). Не все же на продажу выращивать цветы. Можно было украсить и собственное пространство.

Еще хорошо было бы сколотить деревянный столик и хотя бы парочку лавок с удобными спинками в беседку. Тогда там можно будет пить чай по вечерам, или читать в знойный полдень.

Вдохновленная собственными идеями, я вернулась в дом и, усевшись в кабинете, стала чертить план сада — то, каким я его видела в будущем.

Вокруг грядок, где будут расти цветы на продажу, я бы соорудила маленький заборчик. В ближайшее время я рассчитывала расширить эту площадь.

Привести в порядок все дорожки — где-то заменить расколотую каменную плитку, окончательно очистить от травы и сорняков. Может быть, даже сделать парочку новых. И вдоль всех тропинок посадить розы.

Сразу за ивой будет клумба с пионами, лучше три. Еще две возле сарая. Там высажу ирисы. Обязательно вплету розы в беседку.

У входа в дом поставлю две больших кадки, в которых тоже посажу цветы.

Установлю фонари по всему периметру участка.

Я уже видела, каким станет мой сад, когда я исполню все задуманное. Широкая улыбка не сходила с лица, и глаза искрились счастьем.

Я даже сбегала на балкон и прикинула, как придуманный мной ландшафтный дизайн будет смотреться сверху. Идею утреннего кофе с видом на сад я все же не оставляла.

Сегодня был особенно жаркий день, поэтому я позволила себе немного подремать наверху.

А после обеда, состоящего из двух ломтиков вареного корнеплода и картофеля, приправленных сметаной и солью, я снова взялась за изучение садовой энциклопедии.

Пришло время разобраться с ядовитым плющом. Подрезала растение при помощи графа и пустила его по стене.

Насколько я поняла, у плюща было два охранных режима: «кидаюсь на всех, кто появляется на пороге» и «или только на тех, кто перелезает через стену». Я вздохнула и заговорила его на второй вариант. А то еще укусит бедную Камелию, пришедшую полакомиться шарлоткой. Калитку же впредь решила запирать всегда, во избежание неприятных визитов.

После того, как я закончила читать заклинание, плющ отделился от стены (чем, действительно, напомнил маленькую зеленую змейку), завис на несколько секунд, а потом уже самостоятельно заполз обратно на каменные плиты забора. Отлично! Значит, сработало.

За садовыми и домашними заботами прошло три дня. Я по несколько раз в сутки бегала проверять орхидею. Однажды даже вскочила ночью и помчала в теплицу. Распахнула дверь, чем встревожила мирно почивающих графа с графиней, и склонилась над горшком.

Нежный росток, уже прорезавшийся из земли, серебрился в лунном свете, тонкие, едва заметные прожилки на его листьях сверкали, словно нити созвездий.

— Ах, граф, что же это за манеры — вламываться среди ночи, будто она какой-нибудь преступник, — пробухтела Габриэлла.

— И не говорите, графиня, а вы помните темного графа? Тот тоже любил разгуливать по ночам.

— Тот, что был вампиром? Но при этом искусным садоводом? Какие у него были прекрасные розы, — мечтательно проговорила лейка.

— Наверняка удобренные кровью невинных жертв, — вставила я свое веское слово.

— Помилуйте, графиня, откуда она может это знать?! — тут же всполошился Теодор. — Это же была страшная тайна.

Я не стала окончательно пугать садовую знать и разыгрывать из себя вампира, хоть красные розы у меня тоже выросли великолепные.

Вернулась в свою кровать, чтобы доспать несколько часов. Завтра на рассвете я планировала отвезти большую партию цветов на продажу.