Глава 22. Где у меня появляется личная горничная

— И все-таки кошка ей понравилась.

Я никак не могла отойти от теплого прощания с Наташей и ее домочадцами, поэтому пребывала в самом благостном расположении духа.

— Конечно понравилась, даже не сомневайся.

Джастин в коляске занял сидение напротив. Как было принято правилами приличия. Хотя и он, и я не отказались бы от более близкого контакта. Но нельзя. Вокруг слишком много любопытных глаз.

Я задумчиво провожала взглядом магические фонари, сияющие ровным желтоватым светом. Любовалась витринами небольших лавочек. Удивлялась тихим улицам. В этом мире мне нравилось все.

Все, кроме идиотских правил. Но их поменять было не в моих силах.

Мои пальцы нащупали на шее небольшой медальон. Мысли свернули совсем в другом направлении. Как ни крути, а Наташа огромная умница. Из безделушки за пару минут сотворила артефакт. Теперь этот кулон был намертво связан с одной вреднючей сорокой. И я могла вызвать фамильяра в любой момент, чтобы передать ее хозяину новости.

С сороки в частности, мысли перескочили на фамильяров в общем. А после уже на тех, что сделала я сама. В памяти словно сработала напоминалка. Я резко выпрямилась и тронула руку Джастина.

— Как приедем, напомни отдать тебе песика для Арлет. Ты обещал ей передать. А то нехорошо выходит. Даже кошка уже у Наташиной бабули. А собака все еще у меня.

— Сравнила тоже. Наташа в часе езды, а семейство Абернати на другом конце континента.

Я отмахнулась.

— Магия тебе в помощь. Не поверю, что ты не знаешь способа, как передать фамильяра.

Джастин напустил не себя хитрованский вид.

— Ну знаешь. Это вы, души другого мира, талантливые не по годам. А мы, простые начальники магических департаментов, не можем туда-сюда за тысячи километров так просто шастать. Сначала я отправлю Ричарду письмо о готовности заказа, а уж после стану ждать, когда его великолепная супруга и твоя соотечественница откроет волшебную дверцу в портальной башне. А Ричард тоже, знаешь ли, человек занятой, днем на службе.

***

За разговорами мы незаметно добрались до питомника. От самых ворот стало видно ненормальное оживление на территории. Дейс проявился возле меня, стоило лишь пересечь границу владений.

— Вернулись, наконец. Каркуша с вами?

— Кто? — не поняла я и невольно подумала о персонаже из любимой детской передачи. Кстати, Хрюша со Степашкой могут стать неплохими фамильярами.

— Та болтливая птица, что совсем недавно изображала умирающую!

— Матильда? Зачем она тебе?

— Дайте, я ее добью! — свирепо пообещал кот, выпустив когти.

— Да что случилось?

— Преступление случилось. Она украла очень важную вещь.

— Уверен? Она же вроде все время была на виду.

— А больше некому! — ехидно заметил кот и нервно дернул хвостом. — Не думаю, что месье капитану могла понадобиться моя... кхе-кхе, неважно. А всех остальных я уже допросил.

— Да о чем ты?

— Моя мышка! Любимая плюшевая мышка! Ее нигде нет! Кроме этой гадкой сороки некому было ее взять. А она дорога мне, как память!

— Мышка? — Я еле удержалась от смеха. — Зачем тебе плюшевая мышь?

— Затем! Ты же творишь каких-то странных существ. Почему мне нельзя иметь мышь? Я кот. Это нормально.

— Ну хорошо-хорошо. Не нервничай так. Найдется твоя мышь. Мы ее поищем как следует, а если что, то месье капитан применит метод дедукции и найдет.

— Правда? — с надеждой мяукнул Дейс.

— Кхе-кхе. — Джасти с трудом замаскировал смех. - Конечно. Я правда, не знаю, что такое метод дедукции. Но обязательно его применю. Только начнем мы с самого элементарного вопроса — где и когда ты видел свою подружку в последний раз?

— Утром! — Поспешно выпалил фамильяр. - Она была на месте. Я еще подумал, что с этим новым зверенышем на заказ — с собачонкой, надо держать ухо востро. Не помешает спрятать мою прелесть в...

Хранитель вдруг замер и начал растворяться в воздухе.

— Эй! Ты куда? — растерялась я.

— Минутку, кое-что проверю.

— И что это было? — спросила я у Джастина.

Тот пожал плечами.

— Узнаем через минуту.

Мы успели дойти до дома, когда двери распахнулись навстречу. В воздухе плыла кошачья улыбка, а под ней семенила маленькими лапками собачка, предназначенная для тетушки Ричарда.

— Вот, забирайте, — коротко распорядился Дейс. — И чтобы я ее тут больше видел. Наверняка, заказчик уже заждался.

— Это она утащила твою мышь? - догадалась я.

— Какую мышь? - натурально удивилась эта синяя морда.

— Пропавшую.

Я начинала потихоньку закипать. Джастин довольно хихикал.

— О чем ты, Лисетт? Не понимаю. Вот фамильяр, он готов, забирайте.

— Дейс! Не пудри нам мозги.

— Все в порядке с мышью. Уберите собачонку из дому! У меня от нее провалы в памяти, голова болит и мыши теряются.

— Погоди-ка. То есть ты ее спрятал и сам забыл, куда?

— Лисетт, вот обязательно придираться к словам? — Дейс возмущенно зафыркал. — Забыл, украли... Какая разница? Главное, отдавай своему капитану этого монстра. Тогда моя прелесть будет в безопасности.

Договаривал кот, уже почти полностью испарившись. С последним звуком убрал даже чеширскую улыбку.

— И как это называется? — спросила я в пустоту.

— Фирменный характер хранителей, — Джастин наклонился к собачонке и подхватил на руки. Лицо его само собой расплылось в улыбке. — Пойдешь со мной, гроза плюшевых мышей?

Песик с готовностью завертел хвостом и без спроса облизал месье капитану нос.

Джастин окончательно растаял:

— Согласен считать, что это «Да».

Он засунул фамильяра за пазуху, почесал пальцем между ушей.

— Осталось выяснить, сколько это страшный зверь стоит.

— Ой! Сейчас. Все время забываю про цену.

Я раскрыла каталог и дотронулась уголком страницы до мохнатого ушка. Пробежала глазами по проявившимся строчкам. Озвучила вслух:

— Шестьдесят пять солеров.

Хлопнула себя по лбу.

— Погоди, еще же воды надо налить!

И бросилась со всех ног вглубь парка.

— Лисетт! — Крикнул вдогонку Джанстин. — Ты куда? Не проще приказать кому-нибудь из обезьян? Вон у тебя их сколько без дела шатается.

***

Я говорила, что в прежнем мире моя работа была сущим дурдомом? Что, правда? Я погорячилась. Раньше у меня была спокойная, размеренная жизнь.

Сейчас же каждый день напоминал безумную чехарду. Скучать было некогда.

Следующее утро началось с явления Макса. И ладно бы одного. К этому чуду природы я уже почти привыкла. Но за спиной у него маячила невзрачная, бледная, как моль на диете, девица, с глупой физиономией и шикарной россыпью прыщей.

Мой верный рыцарь притащил деву прямо на кухню, с довольным лицом выдвинул вперед и возвестил:

— Знакомься, Лисетт! Это твоя горничная.

На радостях я едва не подавилась чаем. Дождалась, пока напиток попадет по назначению и переспросила:

— Кто?

— Горничная...

Радость парня немного поутихла. Он оглядел девицу, пытаясь уразуметь, что не так. Никаких недочетов не нашел и бодро продолжил:

— Ее зовут Мария Антуанетта.

— Как?

В этот раз чай таки попал не туда. Макс с готовностью подскочил и принялся настукивать меня по спине, вопрошая между делом:

— Что не так, Лисетт? Ты же говорила, что тебе нужна помощь. Вот! Я привел.

Он оторвался от спасения меня и указал рукой на тезку французской королевы. Мария Антуанетта флегматично смотрела в одну точку. В глазах ее не было ни намека на интерес.

Я от греха подальше отставила чашку в сторону. Стало безумно интересно, за чей счет гуляем.

— Я правильно понимаю, — надеюсь мой голос прозвучал внушительно, — раз ты ее нанял, то за работу ей будешь платить тоже ты?

Макс растерялся, взгляд его заметался и остановился на чем-то жутко нужном в пустом углу.

— Но, Лисетт, я... Вот...

Горе-рыцарь окончательно замолк.

— Угу, — я откинулась на спинку кресла, скрестила на груди руки, — то есть я попросила тебя о помощи, в ты вместо того, что помочь мне своими руками, нашел прислугу, работа которой должна оплачиваться из моего кошелька?

— Да!

Удивительно, но парня в моих словах ничего не смутило. Он воодушевленно продолжил:

— Тем более все так удачно сложилось. Матушка отчего-то разозлилась на Тони и выгнала. А ей совершенно некуда податься. И я сразу подумал о тебе.

— Угу, — уже совсем без энтузиазма кивнула я.

— Не понимаю, чем ты недовольна? — принялся Макс нервно выстукивать замысловатый ритм. — Поверь, Тони справится с любой работой по дому. Это лучшая горничная, что служила в нашем особняке. От сердца отрываю,бери и владей.

Ой, всё! Хвалит, как тот старик из мультика свою корову.

— А много ль корова дает молока? — нечаянно спросила я вслух.

В глазах Марии Антуанетты впервые проявился проблеск интереса.

— Молока? — Макс оборвал восхваления. — Тебе нужно молоко, Лисетт? Вот как раз и пошли ее на рынок. Она все-все купит. Тони там все знает. Матушка только ее и посы...

— Замолкни, Макс! — остановила я этот словесный поток.

И обреченно вздохнула. Ну, не выкидывать же на самом деле эту девчонку на улицу. Она не виновата, что рыцарь у меня такой инфантильный недоросль.

Я оглядела девицу с ног до головы. Фиг с ними. Беру. Надо только узнать у Джастина, сколько тут положено платить горничным.

— Что же, Тони. — Я очень постаралась быть дружелюбной. - Добро пожаловать в питомник фамильяров.

Макс прямо расцвел. Облобызал мне ручку, засуетился.

— Лисетт, ты уж прости, что я пропал. Так сложилось. Дела. Да и матушка не одобряет наши встречи, — покаянно вздохнул он.

— Они знают, что ты бываешь у меня?

— Что ты! — замахал он руками. — Маменьку удар хватит, если вдруг...

— Так может не стоит так рисковать? Не нужно приезжать сюда? — коварно предложила я.

Макс расплылся своей очаровательной улыбкой, очередной раз напоминая, насколько хорош. Насколько щедро одарен мужской красотой. Настоящий Аполлон. Убавить бы еще в этой златокудрой голове хоть капельку пафоса и самолюбования. Но Макс на то и Макс. Вон, даже позу принял красивую. Выдал горделиво:

— Не могу же я оставить тебя совсем одну, Лисетт?

Говорит и сам собой любуется. Да что там, даже Тони ожила, уставилась на парня почти как на божество.

— Ты же одна не справишься, Лисетт. Тебе нужно мужское плечо.

О как! Мужское плечо. Да есть у меня оно уже. И это плечо не твое, милый самоуверенный мальчик. Мне его подставил настоящий мужчина. Тот, кто делает, а не болтает без умолку. Тот, кто не оглядывается на маменьку. Тот...

Я прервала диалог с самой собой. Что толку? Все равно вслух это говорить не собираюсь. Макс не поймет. Только надуется напрасно.

— Ты меня не дооцениваешь, Максим. У меня все хорошо, — я постаралась не выдать голосом своих мыслей. — Уже есть первые заказы.

— Да, вижу, питомник преображается на глазах. И парк, и мастерская, и сам дом, и даже второй этаж, — парень восторженно цокнул языком, аккуратно подхватывая меня под локоток.

Я попыталась вывернуться из его рук, отвлечь рассказом:

— Второй этаж буквально вчера появился. Я сама еще не ходила наверх. Не успела.

Макс на мою хитрость не поддался, практически вытащил в коридор, поставил возле лестницы, глянул наверх с любопытством.

— Но как? Что ты сделала с хранителем? С чего он так расщедрился?

— Ничего. Дом сам.

— Сам? Он же не живой.

Мне пришлось пояснить:

— Дейс говорит, чем сильнее становится во мне родовая магия, тем больше преображается дом.

Кажется, Макс пропустил все мои слова мимо ушей. Куда больше его интересовал второй этаж. Сам факт его существования. Парень решительно потянул меня наверх.

— Так идем скорее! Неужели тебе не интересно посмотреть? Помнится, у тетушки был великолепный музыкальный зал с роялем. И драгоценные шпалеры* работы старых мастеров. А какие там мозаики на потолке! М-м-м-м...

— Если честно, немного страшновато туда заглядывать, — призналась я, не торопясь подниматься. — Боюсь, нет там никакого зала, ни шпалер, ни мозаик, одни щепки рояля и сгнивший паркет.

— Что за глупости? Взгляни на гостиную — ее не узнать. А мастерская? А лестница?

— Да, но это пока и все. Дейс говорит, на все его сил не хватает. Чем больше фамильяров, тем больше магии. А я пока не так чтобы их много создала.

— Я помогу тебе, Лисетт. - Макс склонился к самому моему ушку и зашептал доверительно: - Вот осмотрим второй этаж и сразу идем в мастерскую. Изображу я тебе пару-тройку фамильяров. Мой учитель по академическому рисунку очень хвалил мой талант. А он был тонким знатоком живописи.

Прозвучало это предложение весьма соблазнительно, но сомнений полностью не развеяло. О чем я и не преминула сказать:

— Ты ведь не хозяин, Макс. Неизвестно, что получится, если фамильяров станет рисовать кто-то посторонний.

— Разве же я посторонний? Дай мне шанс, Лисетт. Уверен, магия питомника признает мою принадлежность к роду.

— Ну хорошо, — вздохнула я соглашаясь. - Как раз познакомлю Тони с хозяйством.

*Шпалеры (устаревшее значение) - выполненные ручным способом обои или безворсовый настенный ковёр (обивочная ткань для стен) с сюжетными или пейзажными изображениями.