Глава 23. Где Макс пытается сотворить шедевр, а я ему подыгрываю

На второй этаж Макс пригласил нас царским жестом. Проходите, мол, не стесняйтесь. Я ласково улыбнулась ему и предложила идти первым. А то вдруг там монстр какой-нибудь от старой владелицы остался.

— Дамы всегда вперед, — пробормотал после паузы мой рыцарь и поспешно добавил: — Да и откуда взяться монстрам? Дейс их всех давно разогнал. Он сам почище любого монстра.

Как по заказу, наверху что-то зашуршало и злопастно захихикало. Потом раздался мерзкий вой.

Я догадывалась, чьей синей морды это проделки, но Макс прямо спал с лица и встал на месте.

Тони испуганно всхлипнула и отступила за спину парня. Я иронично выгнула бровь и уставилась на них обоих. Ощутила, что мне категорически не хватает Джастина. Поняла, что ради него я даже Матильду согласна терпеть.

— Месье Брюс, — удивительно бархатным грудным голосом вдруг выдала Тони, — вы же защитите нас? Вы такой мужественный! Вы такой!

Тезка казненной французской королевы закатила от чувств глаза. Я прикусила губу, чтобы не заржать. Нашла героя, дура.

Зато Макс все принял за чистую монету. Расцвел, расправил плечи, глубоко вдохнул и... почти сразу сдулся. Нерешительно потоптался на месте и на цыпочках, крадучись, стараясь лишний раз не дышать, начал подниматься.

Мы с дружно Тони двинулись следом. Причем горничная постаралась задвинуть меня в тыл процессии, чтобы держаться непосредственно за широкой мужской спиной.

Лестницу прошли без препятствий, а на последних ступенях снова застопорились.

Здесь нас встречали неплотно прикрытые двери. С той стороны вновь раздался демонический хохот. Столь громкий и неожиданный, что даже я поймала себя на мысли о бегстве.

Героический рыцарь взбледнул и дрожащей рукой указал на что-то впереди.

Я выглянула из-за его плеча и чуть не заорала с непонятными звуками в унисон. В полумраке большой комнаты с наглухо занавешенными окнами висело белесое бесформенное пятно и самозабвенно подвывало.

Действие сие сопровождалось дополнительными спецэффектами — вспышками красного пламени, раскатами грома и запахом серы.

Я пригляделась, жаль, в клубах тумана все виделось неясно. Смогла разобрать немного и почти уверилась, что нас встречает настоящее привидение, как вдруг из прорехи на макушке призрака предательски мелькнуло синее ухо.

— Падите ниц, ничтожные смертные! — завыло вдохновенно это чудо. — Пришел ваш последний час! О вы, что потревожили мой покой...

Отодвинув бесполезного рыцаря, я в три шага преодолела расстояние от порога до «привидения» и дернула тряпку, накрывающую кота.

— Что ты делаешь? — возмутилось тот, пытаясь когтями удержать свой маскарадный костюм.

Поздно. Макс успел рассмотреть синий хвост, рога и красные крылья. И тут же преобразился.

— Ах, ты, негодяй! — завопил он, ринувшись на шутника.

— Алиса! Не подпускай ко мне этого ненормального! — Дейс переместился мне под руку и почти полностью исчез, оставил в воздухе лишь свою фирменную улыбку.

— Макс, не тронь его, — махнула я рукой, отбросив ненужную тряпку.

Гоняться за существом, способным таять в воздухе и появляться в самых неожиданных местах — верх глупости.

— Да я ему! Да он просто подлец! Так издеваться над благородным человеком! — продолжал возмущаться Макс. — Он же напугал беззащитных девиц!

Я на это только хмыкнула. Зато Тони отреагировала послушно - залилась смущенным румянцем и потупила глазки.

— Слышал? — Дейс возник в паре метров от нас и выпалил с ехидцей в голосе: - Алиса сказала меня не трогать. И вообще нельзя быть таким. Я просто пошутил. Ты совсем шуток не понимаешь?

— Шуток? Да я тебя!

Макс бросился на кота, безуспешно пытаясь его поймать.

Я пробурчала:

— Чем бы дитя не тешилось...

Плюнула на эти игры и пошла рассматривать великолепие, что мне досталось в полное владение.

И впрямь - рояль. Черного дерева. Лакированный. Огромный, как прикорнувший у окна дракон. А еще большой эркер, мозаика на полу, фрески на потолке и гобелены на стенах. Наверное, и есть те шпалеры, о которых говорил Макс? Я такие когда-то в Питере видела в музее.

И это только центральная зала. А тут два коридора в обе стороны от лестницы, по четыре двери в каждом.

Я бродила по комнатам и не могла поверить своим глазам. Неужели это все моё? Весь этот огромный шикарный дом? Правда-правда? Да?

Вау, как круто! Мне такое не могло пригрезиться даже в сказочном сне.

Очень скоро к моим восторженным возгласам присоединились и Макс с Тони.

Дейсу к этому времени надоело играть в догонялки, и он растворился в воздухе, оставив красного от гнева «рыцаря» в дураках. 

— Все-таки, в этом доме главное чудовище — наглый синий кот! — обвел парень широким жестом великолепие вокруг. — Врун, нахал и...

Парень перехватил мой насмешливый взгляд, слегка смутился и сменил тему.

— Видишь, Лисетт, все, как я и говорил.  Вот тебе рояль и шпалеры. А еще где-то тут у нашей прабабушки был сейф.

Сейф! На этом слове я оживилась. Точно! О нем еще Джастин упоминал, что не плохо бы заглянуть внутрь, посмотреть, какие документы остались от прежней хозяйки.

Я резко обернулась к Максу, схватила за лацкан сюртука.

— Ты знаешь где он?

— Кто? Кот твой? Прячется где-то, не иначе новую пакость готовит.

— Да причем здесь кот? Сейф где?

— А-а-а-а, — Макс горестно вздохнул. — Не знаю. Но где-то здесь. Можем поискать.

Глаза его неожиданно загорелись предвкушением. Парень азартно потер ладони. И мне такой пыл совершенно не понравился. Я поспешила его охладить:

— Не надо ничего искать. Потом Дейса допрошу. Он точно должен знать. Давай лучше в мастерскую сходим. Тони не мешало бы на нее взглянуть.

Макс не смог скрыть разочарования.

— Зря ты, Лисетт, так доверяешь этому синему поганцу. Мы бы и без него сами нашли.

Я не стала дослушивать, подхватила парня за руку и потащила к лестнице.

***

Прогулка по желтой дорожке вышла довольно сумбурной. Макс трещал без умолку. Тони с восторгом вертела по сторонам головой. Я шла молча.

— Видишь, Тони, я ничуть не преувеличил. Здесь необычайная красота, — Макс с такой гордостью повел рукой парк, будто лично выкладывал дорожки, строил фонтан и ухаживал за газонами. — И хозяйка точно такая, как я и говорил.

— А что он говорил? — решила я уточнить. А то с Макса станется наболтать какой-нибудь ерунды. И вообще, жутко интересно, что он обо мне рассказывает людям.

— Только самое лучшее! — прижав руку к сердцу, поклялся Макс. — Что ты самая...

— Цыц, не подсказывай! — остановила я его жестом. — Так что он говорил?

— Ну... Что вы самая добрая... и хорошая, и...

— Требовательная? Заставляла его работать? Собирать паутину, двигать мебель и мыть потолок?

— Нет, об этом месье Брюс не рассказывал, — испуганно захлопала ресницами девица.

— А жаль. Потому что это — правда. И не только его заставляла. У меня тут занимался уборкой даже барон Фиори — сам капитан департамента магического контроля.

Я подняла вверх палец, оглядела зрителей. Тони выглядела пораженной, Макс возмущенно сопел.

— Мало того, Максим выиграл у месье Фиори соревнование по скорости уборки, — доверительно сообщила я. - Так что, если мы с вами, Тони, вдвоем не справимся, он всегда придет на помощь. Правда, мой рыцарь?

— Э-э-э, нет. Лучше я помогу как-нибудь по-другому, — получила я осторожный ответ.

— Например, найдешь мне горничную? — ехидным голосом осведомилась я, но Макс даже заметил подвоха.

— Именно! — обрадовался он моей понятливости. — Горничная куда лучше со всем этим справится, Лисетт. И вообще я уверен, что каждый должен выполнять свою работу!

— Ага, особенно если за чужой счет, — не выдержала я.

— Да! — Радостно поддержал Макс и осекся: — Ой! Ты все на так поняла, Лисетт. Я вовсе не то хотел сказать.

— Ладно уж, р-р-рыцарь, — почти прорычала я, — не напрягайся. Я все правильно поняла. И мне действительно нужна прислуга с таким домом.

— Ой! Какой малюсенький замок! — Тони прервала наши разборки, ткнув пальцем в преображенную мастерскую.

Макс вновь перестроился и выпалил с пафосом:

— А здесь у Лисетт мастерская, где она создает фамильяров. Кстати, дорогая, — в его голосе прозвучала претензия, — помнится, ты обещала, что дашь и мне тоже попробовать. Я уверен, Лисетт, у меня получатся отличные фамильяры.

Парень потер руки в предвкушении, и я взглянула на него новым взглядом. Радуется как ребенок. Помнится, он и в прошлый раз мчался в мастерскую вприпрыжку. И жаждал порисовать, только при Джастине это не вышло. А вдруг у него и правда талант? Он конечно хвастун, инфантил и балованный маменькин пирожочек, но я бы не отказалась от взаимно выгодного сотрудничества. Поэтому открыла дверь и коротко ответила:

— Посмотрим.

В мастерской я торжественно вручила счастливому Максу самую обычную кисть, краски и указала на холст:

— Твори, Микеланджело.

— Кто? — не понял макс.

Я отмахнулась.

— Не важно. Лучше скажи, кого, будешь рисовать?

— Э-э-э-э... — Парень в глубочайшей задумчивости уставился на белое полотно. — Э-э-э-э...

— А можно саламандру? — подала голос Тони.

— Огненную? — уточнила я.

Горничная выразительно прикусила пальчик и кивнула, невинно потупив глазки.

— Конеч... — начал Макс, расплываясь в улыбке.

Но я его перебила:

— Ну уж нет. Мне тут только пожара не хватало. Рисуй что-то безобидное. Котенка, щенка или черепашку. О! Нарисуй павлина.

— Зачем?

— Пусть ходит, двор украшает. А еще можно нарисовать белочку.

— Но, Лисетт, - Макс нахмурился, собираясь возразить, потом наморщил лоб, но вдруг расплылся в улыбке и закивал: — Все, что пожелаешь Лисетт. Для тебя мне ничего не жалко.

Эмоции на его лице сменились так неожиданно, нелогично и стремительно, что я опешила. Появилось ощущение, что парень получил от кого-то приказ задобрить меня и ринулся его выполнять.

Я украдкой глянула на служанку. Та, как и раньше, хлопала глупыми глазами и таращилась на Максима.

Он отложил кисть в сторону, обернулся к Тони и кивнул. Девушка послушно скользнула вперед, зашла со спины и двумя руками ухватила его сюртук за ворот, аккуратно принимая господскую одежду. Причем проделала она это так бережно и аккуратно, что сомнений не было — не впервые помогает Максу раздеться.

«Все чудесатее и чудесатее», — пробормотала я, вспомнив книжную Алису.

Он в самом деле привык раздеваться при помощи прислуги? Или использует услуги исключительно с этой горничной?

Я перевела внимательный взгляд с одного лица на другое, но ничего особенного не заметила. Тони стояла в сторонке, повесив сюртук на руку. Макс вернулся к холсту и прицелился кистью.

Надо будет присмотреться к этой Антуаннете. Что-то она мне чем дальше, тем меньше нравится. И с Джастином о ней поговорить. Странная девица, очень странная.

Хотя, может, я просто ревную к Максу? Вот кажется мне, что у них интрижка. Или не кажется? Да ну, чушь какая. Зачем он тогда кружит возле меня, как лисица у курятника? Зачем, если у него с горничной роман?

Да и он слишком чванлив, чтобы снизойти до прислуги. Одно дело затащить ее постель и отыметь раз-другой. Так ведь нет! Он ее зачем-то сюда привел и пристроил на работу. Разовую любовницу забывают на следующее утро. О ней не заботятся.

Странно все это. Очень-очень странно.

Макс тем временем поддернул рукава и начал споро наносить на холст мазки. Я даже залюбовалась. Что ж, хоть в этом не соврал. Рисовал он действительно хорошо.

Постепенно на листе начала вырисовываться премилая мордочка, лапки, ушки, черная бусинка носа, пушистый хвост. Белка!

Зверек получался совсем как живой.

— У вас настоящий талант, месье Брюс! - восторженно ахнула служанка.

— Спасибо, Тони, - радостно улыбнулся Макс и вопросительно оглянулся на меня. — А тебе как, Лисетт? Правда хорошенькая? Тебе нравится?

Я подошла поближе, сказала искренне:

— Прекрасная работа.

— И когда она должна ожить? — полюбопытствовал он.

«Уже должна была. Жаль, не вышло», — вздохнула я про себя.

Макс с надеждой вгляделся в холст, коснулся его пальцами.

— Почему она не оживает, Лисетт?

На лице парня была такая нешуточная обида, что я не выдержала и тихонько позвала зверька:

— Ну же, иди ко мне.

— Что ты бормочешь? — спросил Макс.

— Говорю, не торопись. Сходи пока руки помой. Испачкался.

— Где?

— Вот, — указала я на крошечное пятнышко на его мизинце.

Сплавив Макса мыть руки, придвинулась ближе и вновь позвала белочку, стараясь все сделать так, чтобы горничная ничего не заметила.

И у меня получилось. Белочка тотчас шевельнула носом-кнопочкой и встала на задние лапки, с любопытством выглянув из холста.

— Месье Брюс! — восторженно закричала Тони, — смотрите, она ожила!

Макс ринулся обратно, с видом победителя оглядел меня и снова схватился за кисть.

— Вот видишь, Лисетт, не только у тебя есть родовой дар!

Он коснулся кончиком кисти палитры и с вызовом спросил:

— Ну, кого еще нарисовать? Павлина?

— Ну что ты! — замахала я руками. — Мне, право слово, неловко, перекладывать на тебя свои обязанности. Что скажет твоя матушка, если узнает?

Я практически вырвала кисть из рук парня, убрала с глаз долой палитру.

— Идем лучше чай пить. А потом у нас с Тони много дел.