Глава 4. Консумация...?

Баэр сделал шаг внутрь и деловито подошел ко мне. Красные лунные лучи (такая тут луна!) высветили его фигуру.

Гад был босой, в облегающих черных штанах и небрежно накинутой расстегнутой рубашке. Красные отсветы гуляли на мускулистой груди — тут точно было чем полюбоваться.

— Извини, не смог вернуться к ужину! — бросил он мне светским тоном.

Явно издевался!

— Ты что здесь делаешь?! Мы же договорились, что консумации не будет! — рявкнула я. — Хочешь, чтобы я подумала, что Темные не могут держать слово?

И натянула одеяло под подбородок, потому что он весьма красноречиво разглядывал мое плечо, вырвавшееся из широкого ворота ночной рубашки. Опять же, будь я лет на пятнадцать моложе — залилась бы краской от такого мужского взгляда.

— Правда? — удивленно поднял брови он. — Я не обещал отменить консумацию. Я обещал, что ничего не будет, если ты не захочешь, супруга моя. А ты разве уверена, что не хочешь?

— Конечно! Убирайся из моей спальни! — жестко отрезала я.

— Точно уверена? — глубоким хриплым шепотом повторил он, в одно движение оказался на кровати и навис надо мной, поставив руки по бокам от моего скрытого одеялом тела.

Горячее дыхание обожгло меня, его губы оказались в опасной близости от моих. Я хотела отодвинуть хотя бы лицо, но…

— Точно уверена? — повторил Темный и тягуче, даже нежно прикоснулся тыльной стороной ладони к моей щеке.

Тут-то я и ощутила это… Тело просто изогнуло желанием. Тугой ком молниеносно скрутился внизу живота. Нежное молодое тело каждой клеточкой стремилось к одному — ощутить близость сильного темного мужчины. Оно стонало, жаждало утолить страсть. Раскрыться ему навстречу, отдаться.

Проклятье!

Никогда я не чувствовала такого неконтролируемого желания. Умела расслабиться, отдаться в мужские руки, испытывать наслаждение. Но никогда — совершенно никогда — я не ощущала такого желания, чтобы потерять голову! У меня всегда была красная кнопка «стоп», на которую я могла нажать по своему решению.

Только что-то, похоже, кнопочка-то сломалась…

— Ты… гад… Ты заколдовал меня! — прошептала я в его губы.

А в следующий миг эти твердые горячие губы накрыли мои.

То, что произошло дальше, было и прекрасно, и ужасно одновременно.

Прекрасна была сама близость — в самом простом физическом ее понимании. Мое помолодевшее тело просто сошло с ума. Сплеталось с мощным смуглым телом Темного, устремлялось к нему, открывалось ему. Руки сами собой закапывались в густые длинные волосы, а от каждого его прикосновения во мне рождалось сладкое темное безумие.

Хотелось ближе, еще ближе…

Ужасно же было то, что мой разум желал одного – как-то вырваться, орать, что я не хочу, что мне это не нужно. Что я в жизни не думала о близости с таким жестким гадом-обманщиком! Но тело не слушалось разума. Хуже того — какая-то небольшая часть души не слушалась тоже. Ей нравилось то, что происходило. Словно бы где-то в глубине меня притаилось темное озеро, обычно незаметное и спокойное, но теперь настал его час: оно забурлило и грозило выйти из берегов.

Вместо криков сопротивления с моих губ неконтролируемо срывались стоны, а руки лишь сильнее притягивали врага. Все ближе, ближе…

Нужно отдать должное этому гаду. Любовником он, похоже, был отличным. Его явно трясло от желания — ну да, девушкой-то я стала хоть куда (да и до омоложения была вполне ничего!) — но он не проявил особой грубости. Лишь страсть. Он явно наслаждался не только самим актом близости, но и ласками. Ласкал мое тело и страстно, и даже нежно. Может, просто у него давно не было близости, ведь вряд ли от спал с моей предшественницей, когда она состарилась и дышала на ладан. Соскучился, гад, по молодому женскому телу.

А в момент, когда мир взорвался сладчайшей искрометной тьмой, я совсем потерялась. Волны не сходили на нет, продолжались, словно я падала все глубже в бездну наслаждения.

Не сразу очнулась и когда все закончилось. Неконтролируемое наслаждение не желало отпускать.

А когда все же очнулась, обнаружила себя в совершенно неподобающей ситуации!

Моя голова покоилась на мускулистой груди Темного гада. Он крепко прижимал меня к себе и одновременно с некоторой даже нежностью перебирал мои роскошные волосы.

Да чтоб ему!

— Очнулась? — услышала я над самым ухом бархатный шепот. — Отдохни немного, потом повторим.

— Что-о-о?! — тут же взвилась я и усилием воли разогнала сладкую негу, что охватила тело.

Не знаю, уж каким усилием, но мне удалось выскочить из его объятий. Я села на кровати, мечтая об одном — прибить Темного. Хотя… он будет прав в одном. Настоящего физического насилия не было. Формально он меня не насиловал и не обманывал.

И все же насилие было. Колдовское. И ощущение было, как будто… я сама изнасиловала себя. Мое тело изнасиловало мой разум и душу!

— Убирайся. Видеть тебя не хочу. Никогда, — сквозь зубы кинула я Темному.

— Хочешь сказать, тебе не понравилось? Не думал, что ты склонна к такой дешевой жеманности, — удивленно поднял брови Темный.

Тьфу! Видеть его не могу! Чтоб он провалился в самую глубокую бездну, в которой его же Тьма его и пожрет!

— Ты заколдовал меня. Обманул. Сказал, что ничего не будет, если я не захочу. И сделал так, что я захотела. Не знаю уж, каким темным и подлым колдовством. Я. Не прощу. Тебе. Этого. Обмана, — как можно спокойнее, чтобы не показать свою слабость, отчеканила я. — Убирайся.

— Обманул? Заколдовал? — рассмеялся Темный, поднимаясь с кровати. Голый и прекрасный физически. И столь же мерзкий морально. — Ты теперь тоже… посвящена Тьме. В тебе не будет истинной силы Темного. Но кое-что ты можешь уже сейчас почувствовать, супружница моя, — к моему удивлению, он принялся натягивать штаны. — Прислушайся к себе. Ты теперь можешь отличить правду от лжи. Я. Не воздействовал. На тебя. Магией. Это ты меня так захотела, что не смогла устоять.

С ледяным холодом я поглядела на него. И вдруг… непонятно как, но поняла, что, каким бы он не был — сейчас он говорит правду. Он не привораживал меня — так это, кажется, называется? Не воздействовал магией, чтобы вызывать во мне подобное влечение.

Но тогда это значит…

Я невольно опустила глаза. Кошмар какой-то! Узнать о себе подобное — что ты темная, не контролирующая себя, похотливая — было отвратительным, воистину Темным чувством!

— Впрочем, полагаю, тебе и верно нужно побыть одной, — словно бы непринужденно бросил гад. — Моя спальня по соседству. Обращайся, если заскучаешь. Мне понравилось.

И спокойненько так проследовал к выходу.

— Я тебе все равно не верю! — бросила я.

Он остановился у самой двери:

— Теперь ты знаешь, как это ощущается — правда или ложь. Так что понимаешь: я знаю, что ты мне поверила. Потому что это — правда. Мы, Темные, исполнены страсти… Ммм…

Очень хотелось кинуть в него чем-нибудь тяжелым. Но под рукой была лишь подушка. И унижаться до этого «комариного укуса» я не стала.

— Ты еще здесь? — бросила я. — Кажется, я сказала тебе убираться. Поверь, я разберусь с самой собой. На повторение не рассчитывай. И желательно — не попадайся мне на глаза. Отныне тебя для меня — просто нет.

— Посмотрим! — весело расхохотался гад.

И вышел, слегка хлопнув дверью.

А я так и осталась сидеть на кровати голая. Какая-то противная самой себе. Неужели все так и есть? Я, нормальная женщина, никогда не страдавшая неконтролируемой похотью, не смогла устоять перед физическим влечением?

Значит, они правы! Этот Темный гад и Грасерия. Я действительно несу в себе Тьму. Вот такую Тьму — тьму страстного желания, презирающего голос разума и… нравственности (да, именно так, потому что безнравственно отдаваться такому мужчине!).

И эта Тьма во мне сегодня изнасиловала все остальную, светлую часть меня…

Не зная, что делать, как жить с этим осознанием, я решила поплакать. Именно так — решила. Потому что вообще-то плачу очень редко. Не в моем характере. Но знаю, что иногда это просто необходимо.

Лучше я порыдаю сейчас, наедине с собой, чем потом дам слабину при этом гаде. Или при его непонятной служанке, которая, может, и не лучше (просто хитрее!).

В общем, я уткнулась лицом в руки и зарыдала, выпуская из себя все. И отвратительное осознание, и бессилие перед темными силами, и разлуку с дочерью (почти невыносимую!).

И рыдала я уже достаточно долго, когда вдруг услышала незнакомый мужской голос. Глубокий, приятный, при этом — немного лукавый:

— Заканчивай убиваться, а? Ты ни в чем не виновата. Тебя правда принудили. Просто не он.

Слезы остановились одним махом. Шмыгнув носом, я резко подняла взгляд.

На подоконнике, подперев голову одной рукой, возлежал очень симпатичный и действительно совершенно мне незнакомый молодой человек.

Стройный, но крепкий. На нем тоже была темная рубашка, и тоже расстегнута. Принято тут так, что ли? И надо сказать, что грудь и пресс могли соперничать с таковыми Темного гада. Просто парень был в целом стройнее, поэтому не смотрелся таким уж здоровяком и прекрасно помещался на широком и длинном подоконнике.

Цвет волос в красном свете луны определялся плохо, я лишь поняла, что они темные, но не черные. Темный шатен, видимо. Красиво и задорно зачесаны назад. Черты лица — строгие и мужественные, но не такие скульптурные, как у выше обозначенного гада. Таинственный незнакомец выглядел более открытым, каким-то более… нормальным, что ли. Хотя, уверена, на его счету немало разбитых девичьих сердец. Красавчик еще тот! И лукавый хитрец, похоже.

Я так опешила от его фразы про «тебя принудили, просто не он», что даже забыла обомлеть и испугаться неизвестного мужчины в моей спальне. Кстати, что интересно, окно было полностью закрыто. Как он сюда попал, вообще непонятно! Может, призрак? Но никаких признаков расплывчатости в нем не наблюдалось. Выглядел совершенно осязаемым. Или хорошо маскировался!

Вот я и ляпнула в первую очередь то, что было самым актуальным для меня:

— А как тогда принудил, если не он?

Словно было совершенно нормальным, что этот неизвестный без паспорта сидит на моем подоконнике. И знает о том, что со мной случилось и что меня волнует.

— А ты сама подумай, кто еще мог это сделать? — лукаво улыбнулся парень. — Прикройся, кстати, пока гадаешь. Я уже налюбовался на тебя. А я, видишь ли, мужчина из плоти и крови, хоть это, может, тебе пока не очевидно…

…Улыбка, кстати, классная, хоть и кривоватая. Так улыбаются люди, которые хорошо понимают юмор и иронию. А это всегда плюс балл в моих глазах.

— Грасерия?! — жестко бросила я, одновременно, натягивая на себя одеяло. Внезапно осознала, что я и верно голая. А таинственный незнакомец на меня смотрел! Не без мужских эмоций причем!

А Грасерию я просто прибью, если это она. Кем бы она ни была — просто прибью. Например, сковородкой. Кто сказал, что нельзя использовать сковородку против женщин?

— Да нет, зачем ей, — поморщился парень в ответ.

— Тогда не знаю! — раздраженно ответила я. И тут меня осенило: — Ты, что ли, не-знаю-как-тебя-по-имени-отчеству?!

— Не знаешь чего? — с интересом поглядел на меня он.

— Ты, говорю, наколдовал?! — прорычала я. — Отвечай!

А что? Вполне логично! Может, у него заговор с Темным. Этот неизвестный делает приворот, Темный остается как бы «чист». И в знак благодарности оказывает ему какую-нибудь темную услугу.

Парень с насмешкой смерил меня новым взглядом и… от души расхохотался. Да так заливисто, что я невольно тоже улыбнулась. А логичная версия внезапно показалась смешной и глупой.

— Слушай, версия, конечно, интересная. Мыслишь оригинально! — сказал он, отсмеявшись и смахнув выступившую от смеха слезу. — Но нет. Зачем мне помогать Темному, сама подумай?

— А я не знаю, — ехидно улыбнулась ему я. — Я же не знаю, кто ты такой. И, судя по всему, сообщить об этом ты не горишь желанием. Как все вы тут. Может, ты вообще местный домовой и во всем покорен воле этого гада.

— Ага, так покорен, что сижу в спальне его жены сразу после вашей первой брачной ночи, хм! — хмыкнул. Привстал и сел на подоконнике, начал болтать ногами. — Кстати, а домовой — это кто?

— Это такая нечисть в моем мире. Живет в домах, иногда по хозяйству помогает, а иногда — гадит всячески, — назидательно произнесла я.

По правде, диалог с непонятным парнем сильно поднял настроение. И напрочь отвлек от убийственных переживаний.

— Нечисть? Что это? — с искренним интересом спросил он и наклонился в мою сторону.

— Ну… Это дети Тьмы так у нас называются… — подумав, сообщила я.

— А-а… Нет, я не домовой. Я здесь не живу, — сообщил он. — Но с этого места поподробнее! Расскажи-ка мне о своем мире! Очень интересно!

— Вот уж нет! — рассмеялась я. — Сперва скажи, кто устроил мне бурную ночь с Темным гадом! Потом — кто ты такой и что делаешь в моей спальне. А потом… может быть… — я загадочно понизила голос.

— Хм… — задумчиво произнес он и не менее задумчиво поболтал ногами. — Сказать, кто тебя приворожил, конечно, могу. Но давай ты еще попробуешь догадаться? Ты знаешь теперь, что Темный отличает правду от лжи. Вот захочешь ты ему тыкнуть его обманом подлючим, а он и спросит, откуда ты узнала. Ты ответишь, что «догадалась». Но он поймет, что это ложь. А я вовсе не хочу, чтобы он узнал, что я был здесь. При прочих равных… у него есть способы закрыть мне сюда двери. Так что лучше будет, если ты сама догадаешься.

«Ага, — подумала я. — Отлично! Не исключено, что удастся сделать из этого незнакомца хотя бы источник информации. А может, и помощника! Я уже знаю два его слабых места».

Первое — ему почему-то интересно знать про мой мир.

Второе — он хочет, чтоб я сохранила его визит в тайне. Он тут неофициально. И явно не на стороне Темного (а это очень круто!). Может быть — даже не на стороне Тьмы. И все это можно всячески использовать в моих интересах…

— Ты прав, — сказала я вслух под его изучающим заинтересованным взглядом. — Попробую угадать. А ты говори — да или нет. Только честно. И дай подсказку. А то всех знакомых мне личностей я уже перечислила.

— Подсказку…. — задумчиво поднял глаза к потолку. — Ну… это же очевидно, Хозяюшка! Неужели самой в голову не приходит?! Подумай, кому выгодно, чтобы ты прошла консумацию и осталась здесь. И… к кому еще ты здесь испытываешь невольное влечение…

— Что-о-о?! — изумилась я, машинально отпустила край одеяла, и оно рухнуло на кровать, обнажив меня по пояс. — Сад,что ли?!

— Ну, конечно! — обрадовался незнакомец. — Сад призывает Хозяйку по своему выбору. Значит, она ему более-менее нравится. И ему нужна. Вот он и делает так, чтобы консумация с гарантией произошла. А то, знаешь, хозяйка ведь и девой невинной может оказаться, начнет артачиться в последний момент из-за этого — даже если жить хочет! Напугается там чего-то, как вы, девицы, пугаетесь. А Темный знает об этой проделке Сада. Так он, как я понял, обещал тебе, что насилия от него не будет, и консумироваться вы будете, лишь если ты захочешь. И не соврал. Обманул куда тоньше — ведь он-то знал, что сделает Сад!

— Паразит!!! — прорычала я. При этом я под одеялом натягивала на себя ночную рубашку, чтобы избавиться от проблем со своей наготой.

— Кто? — с интересом, наклонив голову на бок, спросил ночной гость. — Темный или Сад?

— Оба! — рявкнула в ответ. — Но я не понимаю! Сад ведь не личность! Как он может «думать» и принимать такие решения…

— Ну… Я бы не сказал, что личности у него нет. Тут, знаешь, у всего есть личность. Может, не такая, как ты или я, но есть. Так что Сад вполне научился думать за годы «службы». В общем, я тебе рассказал. Теперь твоя очередь. Давай, расскажи мне, на что похож твой мир, как вы там живете… — жадно закончил он.

— А тебе зачем? — ехидно спросила я.

— Научный интерес, — пожал плечами. — У нас тут, видишь ли, нет других пришельцев из иных миров. Только ты. Лишь сами Свет и Тьма имеют силу призывать созданий других миров. Но Свет этим не занимается… А возможность Тьмы как бы отдана Саду. Я тебе помог, между прочим. Комплекс вины твой снял. Так что расскажи мне! Жалко тебе, что ли?

— Нет, — улыбнулась я. — Сперва представься, скажи, кто ты такой. И что там за научный интерес. Должна же я знать, с кем разговариваю!

— Майдор мое имя, — улыбнулся он в ответ. Слез с подоконника, снял воображаемую шляпу и помахал ею в воздухе, изображая шутливый реверанс. Залез обратно на подоконник. — А как зовут прекрасную Хозяюшку?

— Вероника, очень приятно. Извини, книксен или как это называется — не могу. Ты ведь просил прикрыться.

А рубашка была полупрозрачная — одно название!

— Ну вот, познакомились. Давай рассказывай!

— Нет. Хочу знать, кто ты такой. Имени недостаточно, — сладко-ехидно улыбнулась.

— Да что же такое! — наигранно возмутился Майдор. — А тебе не все равно? Довольно того, что я твой ночной гость, коему ведомы многие пути! — сказано это было шутливо-пафосным тоном, примерно как известное «Я — ужас, летящий на крыльях ночи! Я черный плащ!».

Не удержалась — искренне рассмеялась. А Майдор продолжил:

— Ладно, я понял, тебя так просто не проведешь. Хм… интересно, Сад сам-то понял, кого вызвал? Это я про твой интеллект. В общем, давай так. Предлагаю тебе сделку. Ты не пытаешь меня вопросами о том, кто я такой, как сюда попадаю и всякие «чего тебе на самом деле нужно». Чего нужно — уже сказал, узнать про твой мир хочу. И это правда, сама почувствуй, разрешаю. А кто я — может, скажу однажды, если понадобится… Для тебя ведь это вопрос чистого любопытства, а практического значения не имеет. Итак… Ты не рассказываешь Темному и служанке о моих визитах. И рассказываешь мне о своем мире. Все, что можешь. Нужные вопросы я задам. В свою очередь я… Информация в обмен на информацию. Расскажу тебе об этом мире. А то они еще долго могут тебя за нос водить. Обычно Хозяйки так всей правды и не узнают. Или ею не интересуются. А я тебе расскажу, как мир наш устроен, о первичном балансе Света и Тьмы и его крушении… — он понизил голос, сделал его соблазняющим шепотом.

Ну что же… победа неполная. Но вообще-то он сам предложил мне то же самое, что хотела предложить я!

— Ну-у… — протянула я, решив немного набить себе цену. — Мне вообще-то тут порекомендовали взять книжечку в библиотеке — которой все это написано. Зачем мне мучиться недосыпом от твоих визитов?

— Ха! А в библиотеку ты как попадешь? Дверь там массивная, нахрапом не проберешься. А ключи у Темного и у служанки. Вряд ли они их тебе дадут. А воровать ты вряд ли умеешь. Хозяюшек в библиотеку обычно не пускают. Доставка книг осуществляется прямо в кабинет Хозяйки — и под четкой цензурой господина Темного. Так что я для тебя — бесценный источник информации, единственный шанс узнать всю правду. Впрочем… не хочешь — как хочешь… — Майдор картинно поднял глаза вверх и слегка надул губы.

«Ох, а Хозяек и верно держат за дур, — подумалось мне. — Конечно, есть шанс, что со мной будет по-другому. Хотя бы со стороны Грасерии, она ведь назвала меня «настоящей Хозяйкой». Может, согласится расширить мой кругозор через библиотеку. Но гарантии нет!»

— Да подожди ты! — рассмеялась я. — Ладно, по рукам. Только у меня к тебе еще одна просьба…

— Какая? — с интересом спросил он.